Щенки любят трахаться, верно?

— Я бы хотела, чтобы ты надела это сегодня вечером. Энид оторвалась от компьютера, который лежал на коленях, совершенно забыв про домашнее задание. Уэнсдей стояла в нескольких футах позади неё, сцепив руки за спиной. — Э-э, что значит «это»? — Страпон. Энид уронила телефон на компьютер. Её желудок сжался от волнения и стремительно нарастающего возбуждения. — О-о? — Хотя мне очень нравится доставлять нам удовольствие обычным способом, мне бы хотелось испытать нечто новое. – говорит черноволосая, наблюдая за Синклер. Уэнсдей, похоже, не понимала, насколько сейчас измотана Энид. — Ты… хочешь сделать это прямо сейчас? Сердце Энид сжалось где-то в груди, кровь прилила к голове, и у девушки слегка закружилась голова. — Ты, конечно можешь продолжать делать домашнее задание, если хочешь. А я тогда буду писать, пока жду. – Энид подавила смешок. Только Уэнсдей могла быть такой спокойной, как будто она заказывала чистку зубов вместо секса со страпоном. — Теперь я определенно не смогу сосредоточиться на домашнем задании. — засмеялась Энид. Уэнсдей ответила ей небольшой ухмылкой. — Очень хорошо, — сказала черноволосая, сбрасывая с себя чёрную толстовку с капюшоном и складывая её рядом с кроватью. Энид спешно закрыла компьютер и сунула его вместе с телефоном в угол стола. Синклер опустилась на колени и полезла под кровать в поисках коробки с нужным предметом. Каждый раз, когда Энид и Уэнсдей использовали страпон, светловолосая не могла не сдержать смех и стыд от истории, стоящей за появлением ремня. После того как они с Уэнсдей стали встречаться (или проявлять симпатию, как настаивала Аддамс), Йоко подарила Энид розовую сумку с широкой ухмылкой на лице. Глаза Синклер заметно расширились, когда она достала коробку из сумки. — Щенки любят трахаться, верно? – в шутку сказала Йоко. Энид вспомнила, как после этой формулировки кинула страпон в голову Йоко, но после, той же ночью протащила его обратно в общую комнату к ней и Уэнсдей, спрятав розовый аксессуар под подмышкой. Энид сбросила с себя одежду, смутно осознавая, что Уэнсдей уже разделась и легла на кровать светловолосой. Для девушки, которая утверждала, что у неё аллергия на яркие цвета, почему-то любила трахаться на кровати Энид, а затем перебираться спать в свою постель. Уэнсдей утверждала, что цвета постельного белья были слишком яркими, чтобы заснуть. В любом случае её кровать была удобнее. Блондинка натянула ремень на бёдра, чёрные кожаные ремни ремня слегка впились в более полные части кожи. Бедра Уэнсдей были намного меньше, и поэтому Энид изо всех сил пыталась отрегулировать ремни безопасности, её руки дрожали. Жар стал появляться в нижней части её живота, когда Энид сильнее затянула ремень. В последний раз, когда они использовали этот способ, Энид оказалась на Уэнсдей, прыгая и катаясь по ремню во время своей последней течки. Воспоминание вызвало табун мурашек по спине блондинки. — Ты очень хорошо выглядишь в черном, — отметила Уэнсдей с кровати, пристально наблюдая за девушкой. — Мне кажется, я выгляжу нелепо, — нервно ответила Энид, покусывая нижнюю губу. — Любой, у кого в гардеробе более двух цветов, выглядит нелепо. – закатила глаза Уэнсдей. — Уэнсдей, я голая. На мне сейчас нет никаких цветов. — Правильно. Мне это нравится. — Ты невыносима, ​​— простонала Энид. Синклер закрыла лицо руками, пытаясь скрыть расплывающуюся на лице улыбку. Нервы и дискомфорт постепенно пропадали. Она подошла к кровати и легла рядом с Уэнсдей, страпон слегка дотронулся до бедра темноволосой девушки. Энид хихикнула. — Извини. Уэнсдей просто смотрела на неё широко раскрытыми глазами, её дыхание было немного прерывистым. Черноволосая нежно коснулась лица Энид, оставляя нежные поцелуи в уголках её губ и подбородка. Энид застонала, эта удивительная нежность пронзила её сердце жаром. Рука светловолосой нащупала голое бедро Уэнсдей, она слегка коснулась бледной кожи большим пальцем. Бедра дернулись в ответ. Были времена, когда Энид хотелось, чтобы Уэнсдей стала более открытой в плане своих эмоциях, не сдерживая своей реакции на вещи. Но, видя едва заметные движения и слыша почти сдерживаемые стоны девушки, тело Энид трепетало чувствами. Поэтому ей хотелось заставить Уэнсдей чувствовать это так сильно, чтобы черноволосая уже не смогла сдерживать все, что чувствует. От одной мысли об этом у Энид закружилась голова. Синклер прижалась носом к шее Уэнсдей, уткнувшись носом в мягкую кожу и время от времени оставляя на ней поцелуи. Ей ничего не хотелось, кроме как задушить девушку поцелуями, прикосновениями и любовью, но она сдерживала себя, ставя себя ближе к уровню эмоций Уэнсдей. Внезапно черноволосая схватила Энид за ягодицы, притягивая её бедра ближе к своим. Энид коротко вздохнула и отстранилась от плеча Уэнсдей, чтобы взглянуть на девушку. Её широко распахнутые глаза смотрели в прямо на Энид, дыхание отражалось на губах. — Ты… ммм, готова? Или я должна сначала использовать пальцы? — прошептала Энид, почти касаясь губами рта Уэнсдей. Одна вещь, которую Энид узнала об Аддамс, – та ​​не очень любила предварительные ласки. А Энид совсем этому не возражала. — Без пальцев. – ответила Уэнсдей, её голос звучал твердо и уверенно. Она выдержала нервный взгляд Энид, который черноволосая чувствовала в районе своей груди. Уэнсдей приложила холодную руку к её щеке. — Расслабься, Энид. Ты не сделаешь мне больно. — Хорошо. Но дайте мне знать, если я это сделаю. Уэнсдей просто смотрела на неё, позволяя Энид взять себя в руки. Кожа Синклер горела, и ей было трудно сосредоточиться на чем-либо. Парфюм черноволосой, тонкий баланс между чернилами и старыми страницами книг, смешанный с сильным запахом её возбуждения. Голова Энид затуманилась, запах только усилил пульсацию между ног. Она приложила головку страпона к вагине Уэнсдей, захватив часть влаги, которая была между ног девушки. Темноволосая лежащая под ней продолжала чарующе смотреть, её лицо ничего не выражало, но Энид видела, как её ноги напряглись готовясь. Синклер входила медленно, аккуратно придерживая руками тонкую талию и бедра Уэнсдей. Светловолосая была удивлена, встретив небольшое сопротивление от девушки, и вскоре обнаружила, что её таз соприкасается с тазом девушки под ней. Единственным признаком того, что Уэнсдей реагировала на страпон внутри неё, было учащение дыхания и резкие вздохи. — Ты в порядке? — Да. Можешь двигать его. Энид закусила губу и кивнула. Она подавила зуд, чтобы высвободить когти, отпрянула чуть назад и снова вошла внутрь, немного быстрее, чем следовало. Энид громко застонала, наблюдая, как глаза Уэнсдей слегка закатились. — Это… действительно приятно, Энид. –голос Уэнсдей был более грубым, чем обычно, и Энид почувствовала, как жар от паха прилил к голове. — Ты так вкусно пахнешь, — услышала Энид собственный голос. Её возбуждение заставляло всё слышать так, как будто она было под водой. Волк внутри неё вцепился ей в живот, отчаянно пытаясь вырваться и взять верх, но она сдерживалась. Сделав еще несколько нежных толчков, Энид резко дернула бедрами в Уэнсдей. Она услышала рваный стон черноволосой, этот звук пронзил её сердце. Волк в ней завыл. — Ты… хочешь, чтобы я двигалась быстрее? – слегка запыхавшись спросила Энид. — Да. Зрачки Уэнсдей были расширены. Энид сильнее закусила губу; она чувствовала, как её клыки появляются. Энид снова быстро двигала бедрами, только наполовину вытянувшись, прежде чем войти снова. Она переместила руки с талии Уэнсдей на матрас по обе стороны от лица черноволосой, мышцы её рук напряглись и слегка дрожали от сдерживания. Кончики пальцев покалывало от желания выпустить когти, из горла вырвался сдавленный всхлип. Основание страпона терлось о клитор Энид при каждом толчке. Она почувствовала теплое дыхание Уэнсдей около своего уха, когда уткнулась лицом в шею девушки. Острые ногти вонзились в бедра Энид, девушка под ней обвила одну ногу вокруг её бедра. Оборотень заскулил от этого ощущения. — Я близко, — простонала Уэнсдей в ухо Энид. По шее и спине блондинки побежали мурашки. Её толчки стали ещё сильнее, чем раньше, её зона слегка горела от усилий. Волк выл, побуждая её сильнее войти в Уэнсдей. Черноволосая девушка прохрипела сдавленное «да», пока Энид была затуманена. Уэнсдей сильнее впилась ногтями в кожу Энид, оставляя следы в форме полумесяца. Синклер почувствовала, как Уэнсдей напряглась под ней, её глаза, которые всегда смотрели так напряженно, были плотно закрыты. Рот был слегка приоткрыт. Раньше их половым контактом в основном руководила Уэнсдей, доставляя удовольствие Энид, но были и те немногие случаи, когда оборотень имела удовольствие самостоятельно довести девушку до оргазма в ответ. Она на всю жизнь запомнила выражение лица Уэнсдей, когда та была на грани. Последний глубокий толчок довел Уэнсдей до оргазма. Энид услышала сдавленный стон в районе своей шеи, прежде чем почувствовала острую боль в правом плече. Уэнсдей сильно впилась зубами в кожу Энид. Одновременно с этим чувством к Энид пришёл и оргазм. Мышцы её рук и спины напряглись, бедра чуть качнулись, когда удовольствие ударило в голову. Громкая смесь стона и воя вырвалась из её клыкастого рта, когти рвали простыни над головой Уэнсдей. Бедра Энид хаотично дернулись, когда последние волны удовольствия прокатились по её телу. Она смутно осознавала, что Уэнсдей крепко прижимает ее к своему телу. Холодные руки и ногти мягко царапали скальп Энид. Ощущение, вместе с ароматом их теперь уже смешанного возбуждения, заставило блондинку покрыться новой дрожью, но она подавила её. — Я заставила тебя истекать кровью, — задыхаясь, прошептала Уэнсдей, немного крови окрашивало её зубы, когда она говорила. Энид почти не слышала ни её голоса, ни боли в плече, в ушах звенело от толчков оргазма. — Я думаю, это я должна тебя укусить, — улыбнулась Энид, затаив дыхание. Она медленно вытащила страпон из девушки, глаза Уэнсдей дернулись, а нос слегка сморщился от этого ощущения. Она перекатилась на бок и вытерла капельки пота со лба. Черноволосая слегка ухмыльнулась на её слова, и на левой стороне её лица показалась ямочка. — В следующий раз я позволю тебе это сделать.