Женщина прошла слегка вперёд.
31 декабря 2022 г., 00:36
- Проходите наконец. - поторопила мужчину, что мешал ей пройти к билетёру в театре.
- Но господин Беркай с трудностями… Подождите, госпожа Нургюль. - взглянув на имя на билете дамы, кинул билетёр.
- Какие могут быть проблемы в театре? - фыркнула начинающая актриса.
- Госпожа Нургюль, Вы претендовали на роль Кесем Султан, когда я не мог… При том, что Вы не в лучшем виде для столь величественной женщины. - оценивающе осмотрев девушку, буркнул.
Он сам считал себя идеалом и ничего его не смущало, но брюнетку подобное заявление сильно задело. Голубые глаза посмотрели на афишу, дабы не начать конфликт.
- Был у нас только Исмаил Демирджи. - добавила спустя несколько минут, когда вспомнила списки тех, кто пытался пройти пробы.
- Так это и я есть… Просто… С именем неполадки были как и на сей раз. - объяснился мужчина, ещё раз осмотрев Нургюль.
Она пришла с кофе и села на своё место.
- Сладости уже столь привычны. - прошептала, выключая звук телефона, но наткнулась на интересное уведомление.
Беркай Демирджи отправил запрос дружбы на фейсбуке. От чего приподнялась бровь.
Начался фильм.
- Ужас… Его стоило бы прокрутить ещё раз хорошему режиссёру.
- А ты уже и в режиссуру подалась? Опыта совершенно не имеешь, если позволишь напомнить. - едко подметил Беркай, который ещё в холле был уже неприятным для Нур.
Ешилчай промолчала, но закатила глаза, хотелось сменить место, чтобы он ничего не мог шепнуть ей, но все люди тут были очень высокомерными и никто бы не уступил место просто из-за просьбы.
- Интересный момент, к слову. Не мешай, пожалуйста.
- Ты мне указывать будешь в таком месте? - недовольно буркнул.
- Мы не переходили вроде, на такое вот общение и я вообще не желала с тобой говорить. С чего всё началось даже не помню, но приставучий же… - протянула слегка повысив тон.
Несколько людей посмотрели на девушку с неким раздражением.
- Я буду молчать, но пусть и меня не трогают. - подняв руку в воздух, молвила.
- Очень сильно нужна мне. Ни красоты особенной, ни счастья большого… Разве что сердце большое и наполнено только добром.
- И это многого стоит на сегодня. - шепнула Нургюль и уселась удобнее.
Больше они не говорили. Да и не стояло.
За десять минут он написал ей смску такого содержания: состаримся пока подружимся.
- Нашёл к кому прицепится. - пролетело в голове, а палец нажал на кнопку блокировки.
До конца фильма оставалось до двадцати минут, но сильно захотелось в дамскую комнату.
Спустя пять минут.
- И он просто настолько нетерпимый, мама… Я не могу концепцию фильма понять, поэтому придётся лгать на паре, что он мне совсем не понравился, но… может бы и понравился, если бы я полностью увидела.
- Ты не лги, скажи, что тебе мешали.
- А почему я тогда не пересела? Мне что признаться, что денег не хватило даже на вип-места? - с неким раздражением кинула в трубку.
- Скажи. А то думает что все, кто смог в столицу перебраться своими силами, сразу богачи какие-нибудь.
- Мама, только не сейчас. Я в таких вещах, что никто мне не поверит никогда. Да и кофе приходится покупать даже без желания его пить… Просто я ещё… Я ещё выступаю дабы обеспечить…
- Кого?
Она не хотела говорить правду и поэтому просто сбила звонок.
- Может тебе помочь с финансами? - спросил тот самый, противный для её уха, голос.
- Нет, спасибо. Я не буду тебе любовницей из-за чувства долга. И ничего в другом плане с тем же уклоном меня не интересует. - отрезала слегка холодно.
- Я просто хочу помочь.
- Помоги мне тем, что… Разберись со своим именем и стань мне коллегой, а не противным… собеседником.
- Нургюль… Черты у тебя нет. Где же я противный, когда пытаюсь помочь и даже открыто говорю об этом? - удивился Демирджи.
- Ты такой смешной сейчас. Не умеешь даже удивляться. - подытожила с неким осуждением, но довольно таки мило посмотрела после.
Его карие глаза были очень красивыми, ещё и он сам разморился и зевнул.
- Ты красивый. Но характер же…
- Благодарю. Не ожидал уж точно в этот вечер. Уже стоит уходить иначе столкнёмся с кучей народу, а пока их держит очень интересный финал на той самой ноте… и я могу пересказать этот фильм. Слышал, что тебе это нужно.
- Как будто ты его смотрел. Всё переделал, но я не заметила твоего взора на экране.
- Ты плохо меня знаешь вот и всё.
- Удивил, Аллах… Тебя, по ходу, вся родина плохо знает если проблемы с самим именем… - протянула и осмотрела холл, в который они только вышли.
Она сегодня была в шикарном образе: чёрно-белое платье было модным, пусть и слегка коротким, кольца были бижутерией, но очень качественной. А мужчина же был просто в смокинге.
- Я сегодня был ещё на нескольких встречах.
- Мне то что? - спросила безразлично.
- Тебя заинтересует одна из них… Там прозвучало твоё имя и я заинтересовался тобой.
- Я всего лишь учусь. Что могут обо мне говорить актёры?
- Ну не веришь, то как хочешь.. А говорили, что ты очень талантлива и можешь стать надеждой Турции, нашей звездой… Хотя…
- Ею быть желал ты. Не так ли?
- И был бы. Если бы не имя.
- Расскажи уже если начал саму историю. Что случилось, что тебе понадобилось сменить имя? - поинтересовалась более живо красавица.
- У тебя очень красивая причёска. - попытался сменить тему.
- Я знаю, пол стипендии отдала за неё. Скажи. - более требовательно попросила и вдохнула свежий воздух, они оказались на улице впервые за три с половиной часа.
- Нургюль… У тебя вообще совесть есть? Мне неприятна эта тема. И всё, что касается семьи. Ни девушки нет, ни семьи нормальной в принципе. - буркнул Исмаил, которым именем был подписан билет и на котором были все счета.
- Странный ты. Что такого может быть неприятного в заботе о своей семье, себе и мечтах о счастье? Ты…
- Тема закрыта. - отрезал мужчина и подал даме руку.
- Благодарю. - положила свою ладонь в его и по телу пробежался табун мурашек; это было приятно, хотя раньше никогда такого не случалось.
Внимание рассеялось и из сумки каким-то образом выпали ключи.
- Твои? - спросил мужской голос сзади и Нур повернулась.
- Представь себе. Отдай.
Исмаил тоже посмотрел на незнакомца, это не был кто-то из самых творческих личностей. Но человек был нахальным, он всего лишь ухмыльнулся и оценивающе скользнул взглядом по фигуре девушки.
- И даже не смотри так на мою невесту. - злее кинул актёр.
- Ого. - удивилась девушка и поправила волосы, что упали на глаза; причёска окончательно рухнула, от чего сама Нургюль залилась красной краской.
- Зато ты теперь намного лучше. - помогая распустить оставшиеся в пучке волосы, проговорил.
- Дорогой…? - спросила машинально, слово само собой вырвалось.
- Ну вот, а говорила, что я противный.
- Но это не означает, что я тебе абсолютно всё уже простила… Да и… Ты не будешь решать мои денежные вопросы, хорошо? - спросила дабы убедиться, что всё идёт своим чередом.
- И что ты могла не простить? - забрав ключ и вовлекая в нежный и уютный поцелуй, поинтересовался.
- К примеру то, что ты назвал меня некрасивой. Почти публично. - закусив нижнюю губу, кинула.
- Дело не так было. - с обидой заметил.
- Ты не сможешь отвертеться от собственных слов. - хитро заметила девушка и села в машину, что стояла рядом.
- Это не наша… но сейчас подойдёт.
- Ты сможешь только поиграть со мной немного. И потом остановлю тебя любым путём. - сразу же предупредила Нур.
- Прямо любым. - з сарказмом кинул.
- А ты не веришь?
Но вместо ответа последовал только звонкий шлепок по попе, они уже были в авто.
- Выключишь телефон? - спросил после, словно ничего и не было только что, голос прозвучал настырно и грубовато, но вместе с тем и слегка отчуждённо.
- Если тебе это так важно, то сделай это сам… Человек с непонятным прошлым.
- Тебя так задевает моя история? - поинтересовался всматриваясь в бирюзово-голубые глаза.
- Ну… Честно, не приносит удовольствия понимать, что человек сначала меня оскорбил, а после несколькими словами в минуту длиною сразу же загладил свою вину.
- Хотела поссориться, а получит хорошее наказание. - произнёс спокойно и ровно, на одном дыхании.
Девушка абсолютно не поняла его и просто осмотрела. Она не хотела куда-либо идти или попытаться встать. Ей было невероятно комфортно в этом моменте и чужом автомобиле.
Карие глаза же блуждали по телу, что скрывалось за одеждой. Сейчас это выводило его из себя, мужчина был готов разорвать платьице и даже нижнее бельё своей партнёрши.
- И не думай. - предупредила будто бы мысли прочитав.
- И о чём же мог подумать такой как я? - бросил вопрос как вызов.
- Мне сказать в голос то, что не должна? Думаю, у тебя хватит ума и фантазии догадаться о чём я. Особенно если взять в счёт то, что в фильмографии твоей есть «Полярная звезда». - Нур закатила глаза вспомнив рыжую главную героиню.
Это была ревность, хоть признавать совсем не хотелось.
Мужчина только рассмеялся.
- Все мне вспоминают этот сериал и попрекают, что я не женился на своей коллеге?
- Ты не помнишь её имени? - уцепилась за маленькую надежду.
- Сейчас не припомню. Просто вылетело из головы. Проблем много последним временем.
- Мы вечер проведём в кафе, гружа друг друга своими проблемами. Пойдём тогда. - подавая ему руку, молвила; улыбка медленно сползла с губ.
Спустя полчаса
- Так ты и не любил никогда, получается… Но лучше уж так, поверь мне…
- Дело не в любви и для вас это больная тема… Я просто чувствую сейчас что-то новое, что отделить на чистую страсть не могу никак. - признался, положив свою руку на её.
- Это напрямую касается моей особы и только? - спросила с неким сарказмом, а то и отчаянием.
- Да, но…
- Тогда тему стоит закрыть, я пыталась стать истинной Кесем Султан так, что начала жить в той истории… Мне нужны были деньги тогда вовсе не на учёбу… Я хотела спасти человека, что любил меня… Но не успела… После того как мне отказали на кастинге врачи сообщили, что у нас осталось всего два дня…
- До чего? - спросил с видимым сопереживанием и интересом.
- До его смерти если не провести операцию… А на самом деле день был один, так рассудил уже сам Аллах. - сглотнув ком, рассказала Нургюль.
Она специально не вспомнила имя и боялась, что Беркай спросит его.
- Ты очень сильная, Нур… А кто около тебя сейчас?
- Никого… он тоже не был слишком рядом, но я… была уверенна, что нужна хоть кому-то в любом виде и финансовом положении.
- Мне ты тоже так нужна…
- Не спеши с утешениями… Как видишь у нас не очень получается спешить и хочется верить, что из-за зарождения настоящей трепетной любви, пусть и звучит как сказка.
- Но каждая сказка основана на каком-то маленьком чуде из жизни. - уверенно продолжил.
- Исмаил, мне так будет лучше тебя уж называть, нет никаких чудес, их просто не бывает… Выживают все как могут, а на широкую ногу живут только содержанки и…
- Я тебе не обещал несусветных богатств. - перебил красавец и специально засмотрелся на длинноногую блондинку, что проходила около их столика.
Девушка промолчала, но тоже посмотрела на девушку.
Три дня спустя
- Угадай кто. - шепнула на ухо, закрыв глаза ему руками.
- Голос похож на… Нургюль Ешилчай…
- Угу. - подтвердила студентка и убрала руки з глаз одного из экзаменаторов, она этого не знала, но догадывалась.
Сегодня Нур была в мини юбке и блондинкой, что повергло мужчину в шок.
- И к чему такие кардинальные изменения? - спросил каким-то странным голосом.
- Ну… Ты же засмотрелся на блондинку и я поняла это так.
- Довольно мило, что ты готова к изменениям ради других, но где теперь индивидуальность? - спросил то, что крутилось на языке.
- Это услышишь если будешь подслушивать мои ответы…
Экзамен
- Расскажите теперь о романтизме в кино.
- Ну… Это… Элегии, внутренние монологи, стихи или песни, а может и просто мелодии за кадром в минуты разочарования героя в кадре или простой грусти… К примеру… - она пересказала письмо Онегина Татьяне не отводя взора от Исмаила Демирджи, что сидел в стороне и при обычной позе было бы сложно постоянно смотреть на него; поэтому девушка стояла опираясь на правую ногу.
- Очень красиво и видно что готовились с душой. - молвил Исмаил как только Нургюль перестала говорить.
- Но нам бы хотелось узнать есть ли у Вас прототип среди реальных людей кому Вы бы могли посвятить подобные строки.
- Я сначала и не хотела их брать за основу, поэтому… определённо, есть.
- И благо, если он сможет ответить не как Евгений. - добавил самый старший из экзаменаторов, что сидел посередине.
Нур вылетела из аудитории воодушевлённая, это был не просто зачёт, там был он.
- Чего там радоваться? Подумаешь, заучка сдала.
- Тише. - шептались за спиной девушки, но Нургюль их не воспринимала всерьёз.
Тем более, она то знала, что совсем не готовилась в этот раз, так как сначала была занята другим, а после встретила Беркая и совсем ни о чём другом думать не могла.
- А о фильм том так и не спросили. - прошептала, когда поняла, что самого сложного задания и вовсе не было.
- Это он помог. - пролетело в мыслях и на лице появилась блаженная улыбка.
А вот глаза были слегка встревожены, но если бы она обратила на них хоть какое-то внимание. На телефон пришло сообщение.
- У Вас нет мобильной связи…. Как будто для меня это проблема… Всего лишь полная свобода. - пролепетала высоким голосом.
Вечер
Девушка ждала его в совсем неудобном, но прекрасно мини платье и на высоких шпильках. Ждала уже больше двадцати минут, но высоких мужчин даже не было около клуба.
- И это он мне пообещал. - прицокнув, прошептала.
- Да не будет его. Просил передать, чтобы ты не волновалась. - крикнул кто-то из-за спины, но голос сразу же не понравился ей.
- А Вы откуда ещё его знаете?
- Кого? - спросил тот, что вышел вторым, самый толстый.
- Беркая. - спокойно и без страха ответила, но взяла сумку сильнее дабы при острой необходимости можно было кого-то треснуть ею.
- А, так он тут частенько со своими… Новенькими коллегами отдыхает.
- И с чего бы это мне так сразу поверить? - поинтересовалась, но сжала кулаки, тем самым начиная мять кожаную сумку и оставлять на ней следы от ногтей.
Сейчас она сама чувствовала что пребывала во млосном ожидании. Её могли слова сейчас раскромсать на кусочки и жестоко уничтожить морально. Исмаилу, то бишь, Беркаю, она полностью доверилась из-за веления сердца, потому что раньше оно не ошибалось. Хотя и не имело случая. Ноги становились ватными, но стояло оставаться сильной.
- Он просто нам уже родным чуть ли не стал. Часто тут и все красотки… даже нам их хочется оприходовать.
- Но я всё равно не настолько наивная. Пусть он сам мне скажет, что я ему не нужна раз так.
- Скажет. Может быть. Но после того как заберёт тебя у нас. - со злой ухмылкой молвил тот, что стоял ближе к Нургюль, а та со страху начала осматриваться по сторонам
- Там никого нет, а дома тоже нет… Будем на улице… Но учёные писали, что и так иногда полезно.
- Сколько вас? - спросила девушка, дыхание уже было сбитым.
- От пяти и больше… Сколько пожелаешь увидеть но не меньше названного числа. - улыбнувшись, ответил толстый.
Нур немного сжалась от понимания что будет дальше.
Прошло достаточно времени, чтобы недобрые намерения начали вредить ей более серьёзно.
- Стоит ещё кое-что мне понять. Как зовут каждого из вас. Это ничего не даст, зная наши имена и кто их носит.
- Ну логично… Тогда познакомимся и приступим. Если тебе так интересно.
Пока пятеро мужчин называли свои имена Нургюль пыталась придумать какой-то план как ей выбраться из места, куда её затащили. Это были какие-то развалины и связи тут не было, хотя её не было и так. На ум приходило только одно: стояло поддаться дабы в неожиданный момент оглушить всех по очереди. Как-то. Но идея была хреновой. А если успеют навредить? Много же времени не нужно чтобы навредить.
Чёрная картинка перед глазами.
Она продержалась до того времени как девушка не услышала голос Исмаила, что дрожал.
- И она была найдена уже в…?
- Критическом состоянии. Если ей не провести дополнительные анализы, то может остаться на всю жизнь одна… Ну без возможности родить в плане.
- Разве это только от шока?
- Не только… Это врождённая патология, что по большей части была у сестры или у брата.
- Будто так мне брат мало выел нервов. - прошипела Нур, окончательно открыв глаза и смотря на Исмаила.
- Ты как? - поинтересовался, подбежав к кровати.
- Подумай. У меня нет ничего и никого. Ещё и это…. Всё из-за тебя, я никогда бы сама не пошла в столь опасный район. Это Стамбул. Тут опасность в воздухе даже витает и я…
- Но я писал, что меня задерживают. Писал задолго и простым сообщением помня о твоей проблеме.
- Ты знал прекрасно, что всё будет именно так. Не потому ль именно свои проблемы в этот день поставил превыше меня? - спросила с неким разочарованием.
- В тот день. - исправил молниеносно и надолго замолчал, всматриваясь в идеальное личико.
Прошло 8 лет
Нургюль проходила лесом дабы дойти домой. Исмаил не смог её встретить в этот раз, хотя обычно уже встречал с работы в это время.
- Нам предложили сыграть тайных любовников. - воодушевлённо произнёс, попивая чай, как только увидел супругу на пороге.
- Это тот человек, что предложил такие дурацкие роли? - спросила, осмотрев гостя, что сидел слева от дорогого ей человека.
- Дослушай, милая… - начал было Исмаил, но женщина устало упала на кровать, около которой стояла. - Ты в порядке?
- В полном. Просто устала от поцелуев на камеру. Даже губы закусить не могу, а ты ведь знаешь…
Хозяин тяжело выдохнул и осмотрел любимую.
- Не смотри так, пускай же расскажет сам своё предложение.
- Это довольно таки интересное предложение… Кесем Султан и Кеманкеш паша… Роли, которые предлагают не всем и нам приказали именно вам в первую очередь сказать.
- Я согласен. Думаю, моя супруга тоже будет не против.
- Ты не умеешь говорить так, как стоит… - кинула Нур и осмотрела Беркая, которое имя уже и забылось.
- Я решил, к слову, вопрос с документами позавчера и сегодня хотел отпраздновать это, вот и прибавилась ещё одна причина провести этот вечер на природе.
- А я хочу спать.
- Поспишь у меня в объятьях. Думаю, что сон уйдёт, но всё же.
- Ты всегда был таким… Ладно, проводишь гостя и тогда… пойдём куда захочешь. - молвила и зевнула, рука сама потянулась к зелёной вязанной подушки.
Лазурные глаза сами закрылись и женщина задремала за считанные минуты, что мужчина провёл на дворе, готовя место для них с Нур. Уже и перед глазами появилась картинка, довольно таки странная: Мерт Фират целовал её не на камеру, от чего стало млосно. Глаза резко распахнулись, уста были приоткрыты.
- Дорогой…
- Идём? - спросил, заглянув в дом.
- Да… Только у меня один вопрос.. Ты как себя чувствуешь, когда целуешься на камеру? - спросила, боясь ответа, боясь того ответа, что может её разбить.
- Ну… Сложный вопрос… Мне все губы кажутся сухими и безвкусными, они мне навязаны настолько, что после просто протереться хочется. Но у нас такая уж профессия.
- Ты прав… Но мне иногда кажется, что я не должна ни под каким предлогом продолжать сьёмки дальше.
- Тогда беги от фанатов… Просто меньше выкладывай что-то в соц. сети вот и весь секрет. - нежно целуя, сказал.
- Благодарю, но… не стоит ли нам подумать о детях? Думаю, ты мечтал и продолжаешь мечтать о сыне. - аккуратно начала поднимать столь важную тему для обоих.
- Тогда тебе придётся сменить фамилию.
- Я готова… Но только так же, что и у тебя с именем… Я хочу оставаться Ешилчай в титрах фильмов и сериалов… Мне так красивее.
- Нургюль Демерджи… Неплохо же.. Но я и над твоим вариантом подумаю. - молвил, обнимая её за талию.
- Ты задумал и правда сделать мне официально…? - спросила очень боязко.
- Ты слишком догадлива, Нургюль… Лучше бы ты к роли очень старательно готовилась сейчас. У нас есть сценарий первого сезона и стоит кому-то его подучить… Можем сейчас разобрать или подумать и поговорить о чём-то другом. - предложил, сильнее прижимая хрупкое тело к себе.
Она сейчас казалась Исмаилу куклой в кукольном театре, самой красивой и обаятельной, самой яркой и одновременно обычной. Вот что цепляло каждый раз когда смотрел на смуглые щёки, что напоминали цыганскую натуру. Да и сама Нур была слишком весёлой и активной в разных видах творчества.
- Тебе для рисования что-то нужно? - спросил после короткой паузы.
- Нет, спасибо. Мне Севги ещё кое-что купила и я не успеваю теперь… Вдохновение ещё и всё убегает за горизонт. Вот разберём сценарий, так может быть и нас экранных нарисую.
- А нас живых совсем нет желания рисовать перед этим?
- На тебя у меня работает совсем другое желание, но напоминать сейчас не стоит, как я понимаю.
- Ничего ты не понимаешь… - прошептал глядя на костёр, что развёл ради неё, дабы не замёрзла.
- Э… Мой воробушек набрался наглости.
Кареглазый красавец звонко рассмеялся.
- И где это ты видела, интересно, наглого воробья в своей жизни?
- Впервые виду прямо перед собой. И перестань смеяться, иначе…
- Что? - подхватил понимая, что хочет услышать именно сейчас от неё о желании.
- Я тебя заманю в большие проблемы, заставив сделать этого ребёнка прямо сейчас… А скрывать будет всё сложнее… - крутя локон на пальце протягивала слова.
Мужчина только едко ухмыльнулся.
- Если я захочу, то сделаю тебя такой девочкой в постели, что будет очень… велика интрига.
- Глаза как засверкали сразу. Ты не хочешь детей пока и это видно.
- Потому что я хочу этот проект. Ты разве не хочешь быть матерью падишаха целых два или полтора года? - спросил с неким непониманием.
- Я хочу только счастья себе. Насколько я учила историю, то в период женского султаната счастье заключалось в хальветах как у нас с тобой, но другие аспекты даже не считались составной частью счастья женщины. - возмутилась на данный факт Нургюль.
Сегодня она была впервые в жизни не в платье.
Джинсы слегка давили на нижнюю часть живота, что имело негативный эффект. Внизу ещё и ко всему завязался тугой узел, от чего боль пронизала шею. Это стало и вовсе самой удручающей странностью. Нур побледнела и положила голову на плечо мужа.
- Прости, но мне нужно несколько минут. - бросила, сильно стиснув глаза, что закрыла.
- Ты в порядке, дорогая? - спросил, гладя по волосам.
- Ну… в общем то… да…
- А мне не нравится таков ответ, ты не уверена или впервые мне лжёшь, зная как я ненавижу ложь. Особенно между нами когда всё идёт к свадьбе. - начал было, но вскоре почувствовал, что дыхание замедлилось.
Всё случилось так быстро, что карие глаза даже не успели посмотреть на свою красавицу как уже упала из них прозрачная слезинка. Вспомнились слова доктора тогда, в далёком прошлом. Тогда так и не последовало окончательного ответа.
- Ты мне очень нужна. И всем нам. Ничего не должно случится. - тараторил, пытаясь бороться с паникой.
- Я нужна только тебе. На самом деле. Напиши маме, что завтра она мне нужна будет. Встретимся с ней на несколько часов.
- Может нам лучше будет просто познакомиться?
- Ни в коем случае. Она скажет, что мы… Низкие, падшие и так далее… Хотя я не замечаю разницы в нашем возрасте.
- А что с тобой случилось? - спросил всё ещё тревожась.
- Не знаю… Но подозрение у меня очень хорошее… Хотя о таком ещё и рано говорить… Даже очень рано…
На его лице появилась лёгкая улыбка.
- Рано говорить о детях? Прошло столько времени. - аккуратно начал поднимать эту тему, он уже давно мечтал перед сном о детях.
- Я так считаю… Ты можешь оспорить только имея прямы доказательства почему я должна сидеть дома во время столь важного сериала, в котором мы можем поселиться как в маленьком мире и вновь насладиться тем периодом любви, что только зарождается.
- У нас она бурно зародилась, если позволишь напомнить. - с некой обидой заметил.
- Хорошо, ты думаешь что я не справлюсь с ролью более старой Кесем? - спросила открыто.
Беркай боязко кивнул.
- И не только поэтому. Ты слишком привязана к работе, а есть ведь и к ней приметы.
- Приметы? Ты серьёзно сейчас? Ещё бы я в приметы не верила. - отведя взор кинула, но спустя пару минут попросила рассказать о примете, интерес взял гору.
Мужчина же только поправил кофточку любимой так, чтобы той не было холодно, но его взору были видны пышности, что всегда манили его.
- Э… Ну расскажи не отвлекаясь. - вставая, попросила.
- Хорошо. Не к добру играть старых людей, так можно и самой состариться раньше назначенного времени.
- Если уж Аллах спутает, то точно с усталости… Ему же со столькими идиотами разбираться. - молвила, теребя в руках замок своей лёгкой модной куртки.
Исмаил молча пошёл за дерево и там сел под ним.
- Обида тебя слишком часто в плен свой забирает. Такое чувство, что не я… - вовремя остановилась и повернулась дабы вернуться в дом.
- Договори, дорогая. - прикрикнул.
- А догадаться сам никак не сможешь? - специально кинула, чтобы позлить его ещё больше, в глазах появилось больше зелёного оттенка.
Она задумала что-то очень интригующее и еле сдерживалась дабы не поведать супругу свой гениальный план. Но он же заключался в хранении важного секрета от него.
- Ты что-то скрываешь. Или кого-то. - грустно молвил любимый голос и что-то упало издав протяжный глухой звук.
Нургюль испугалась и побежала на звук. Исмаила там уже не было, а позвать его женщина не могла. От страха и внутренней паники голосовые связки сжались.
Вдруг на плечо легла тяжёлая рука, от чего дышать стало ещё тяжелее.
Нур повернулась с неким страхом и глянула в карие глаза.
- Дурак, я же переволновалась.
- Тогда скажи то, что скрываешь, чтобы больше подобного не случалось. - целуя в шею, попросил.
- Хорошо… Но только с одним условием… Ты не будешь слишком радоваться или злиться. - серьёзно проговорила всматриваясь в лицо любимого дабы на дольше запомнить эти черты.
- Не могу такого обещать… Судя по вступлению… - с сомнением заметил.
- Я уезжаю на неделю… В Париж… Чтобы взять.... - повисла интригующая пауза.
Исмаил нахмурил брови и осмотрел брюнетку, что очень помолодела в последнее время.
- Как я понимаю, тебя не только роль изменила, родная.
- Но и новость о том, что можно взять ребёнка. - ликуя рассказала, в глазах сверкали молнии радости.
Мужчина же чуть не поперхнулся собственной слюной.
- Не так понял что ль? - поинтересовалась, проходя к дому дабы собирать вещи.
- Кажется, правильно, но… я против твоего улёта. У тебя там любовник и несколько детей, но… ты же как-то жила без них это время. - начал с волнением, но был перебит серьёзным взором полным негодования.
- Ничего у тебя нет, ни чувства, ни уважения… Я не хотела портить карьеру на белой её полосе и заказала ребёнка у суррогатной матери. Я хотела настоящую семью без ущерба прибыли. - изъяснилась и устало упала на диван, обвивая руками зелёную вязанную подушку.
- Оставь её хоть сейчас. Что там? Второй телефон на который звонит только любовник?
- Думай что хочешь. - отмахнулась, отвернув голову.
Он и до этого причинял ей боль. Например первым грубым разом. Она ему не лгала в том, что он был её первым мужчиной во всех планах. Как-то так случилось, что до того для Нур ни разу не любила, вероятно, просто некого было любить. В её окружении не было достойных истинных чувств. А отношения с кем-либо не заводили девушку как остальных в подростковом возрасте.
С правого глаза сорвалась слезинка.
- У нас холодно, нашёл бы ты лучше чем топить.
- У нас полно дров. - возмутился было, но увидел как начала трусится любимая.
Как только покинул домик, женщина потянулась к телефону и отписала, что у неё не получится прилететь. На что получила агрессивный ответ и вымогательство денег.
- Она ещё даже не родила, а уже хочет деньги. Будто бы мало того, что я и так ей помогаю всячески. - фыркнула женщина, взмахнув руками.
Её единственна цель сейчас была держать под контролем свою злость, и тут требовалась большая удача, что по жизни, обычно, не преследовала Нур. Карие глаза посмотрели на неё быстро и с неким презрением, это почувствовала, пусть и не заметила самого взгляда.
- Ты разве готов с лёгкостью отказаться от этой роли? Ещё первый сезон только на пятой серии.
- Ты слишком эгоистично поступила и оправдания нет подобному.
- Трагедия отца какая же большая. - кинула закатив глаза; она никогда не понимала тех мужчин, что желали видеть большой живот своих женщин и месяцами хранить верность изо всех сил.
На самом деле ведь всё так и было.
- Нургюль…. Вот ты бы простила меня за что-то в роде измены, но не совсем и измены?
- Такого точно не бывает.
- Отвечай вместо этого. Кому как не нам знать, что бывает всё.
- Ты намекаешь на то, что я стала твоей содержанкой даже не став законной женой.
- Мы в браке полтора года. - выдав правду разозлился ещё больше.
- И ты молчал когда я мечтала о празднике и чём-то грандиозном? - спросила с некой обидой, в её голосе что-то было холодное сейчас, её неприсущее на самом деле.
Вот голос всегда оставался радостным, несмотря на все испытания судьбы, что были и были за горизонтом на сегодняшний день.
- Я молчал потому что ты бы тогда точно не ответила бы мне, а возможность была всего одна.
- Ну конечно… Как будто ты знал. Просто никогда мне не доверял как стоит возлюбленным верить друг в друга. - пробормотала, оставляя подушку и вставая с дивана.
Что-то в душе будто бы в миг оборвалось, ком подходил к горлу. На глаза нашёл некий туман, женщина слегка съёжилась. Хотелось его поцеловать и забыться, но и было обидно до жути.
- Не доверял? Ты сама не понимала, что узнала. Насчёт документов ты знала всё, ты даже узнала нашу с братом историю, хотя я ненавижу поднимать эту тему. - сжав кулаки, проговорил; ему стало млосно впервые.
- Чего ты ждёшь в том млосном ожидании? - спросила, повернувшись к нему.
А Исмаил не мог ответить.
- Тебе стоит выучить слова если не будешь уезжать. Я свои уже знаю. - молвил после достаточно долгой паузы теребя в руках платок, который принадлежал какой-то женщине.
- Это не моя вещь… Давно ты с владелицей его.. в каких либо отношениях? - спросила более холодно.
- Не твоя? - удивился, но злой взор Нургюль заставил изменить виноватый взгляд карих глаз на слегка непонимающий.
Нур кивнула и осмотрела любимого с ног до головы. Та слепая вера ему, навеянная тёплыми чувствами, улетучилась.
Зато вспомнилась третья их встреча.
Тогда Беркай принёс не её любимые астры, а какие-то полевые цветы, в которых нашёл схожесть их с той, в которую влюблялся.
- И чем же они похожи на меня? - поинтересовалась девушка тогда.
- Ну, по крайней мере, простотой и красотой… Потом же своей верностью ветру и силой не растерять на нём свои лепестки. - красиво проговорил и засмотрелся на Нур.
- Начнём развивать наши отношения и убедишься, что слегка неправ. - смущённо и тише, кинула.
Мужчина же сейчас этого не вспомнил. Он слегка задумался о другом. Сейчас волновало только чей же платок держал в руках, так как ссор он больше не хотел, а вспомнить всё равно стояло.
- Ты так и будешь стоять?
- Тебе нравится этот платок? - проигнорировав вопрос, поинтересовался.
- Ну… Для роли подойдёт… Изысканно и довольно необычно. - ответила, поправляя волосы.
За несколько мгновений в эти шелковистые и душистые коричневые волосы вошли его пальцы. Воздух стал намного теплее на таком запредельно близком расстоянии между ними.
Женщина приоткрыла уста, но слова рассеялись, а она неосознанно потянулась к пересохшим губам.
Но вдруг Исмаил резко поднял её на руки, расторгая их воздушный контакт и прижимая к себе очень сильно. Её заинтересовал один вопрос, но карие глаза были слишком мутными, чтобы задать его сейчас.
За окном же, будто с облака свалилась, на подоконник упала маленькая птичка.
- Ей же больно. - с придыханием прошептала женщина и хотела было выбежать, но не смогла ступить и шагу.
- Ты меня, что ль, заставил одним взором тут оставаться? - тише спросила, совместный проект, почти постоянная ревность и напряжение между ними последним временем очень напрягало.
Даже глаз начал сипаться, но вдруг это перервал громкий «дзеньк».
- Кто тебе пишет? Она?
- Не дай Аллах. - прошептала брюнетка нехотя потянувшись за телефоном.
Сообщение и правда было совсем от другого человека, но не лучшего содержания.
- Мне Мерт ещё и угрожать смеет. - фыркнула, отбрасывая телефон подальше; в голове уже что-то било словно молотком.
- Это из последнего сериала, где были поцелуи?
- Да, но у тебя не на том акцент.
- Как для семьи, то он достаточно правильный. - огрызнулся мужчина и ещё раз осмотрел красавицу, что сменилась в лице.
Оно не стало белым, а приобрело желтоватый оттенок.
Но Исмаил ничего не спросил и даже большого беспокойства не было в его глазах. Пусть и раньше он за неё всегда беспокоился куда больше чем за себя. Но так было до того как он пересмотрел сцены поцелуев любимой с коллегами.
Его что-то щемило около сердца постоянно как только слышал о поцелуях, ведь тут они были настоящими как нигде. Он прекрасно понимал, что работа приносит и хорошие деньги, но считал, что они не стоят постоянных душевных предательств.
Нургюль сжала в руке любимое кольцо, что носила всегда, не смотря на место и особу, с которой встречалась или могла пересектись.
- Ты так не береги его, так как другое должно быть главным… Особенно если хочешь детей после «Империи Кёсем». - с неким сарказмом и отчуждением, молвил.
- Большое спасибо. Но мне не нравится моё то кольцо. Я его не хочу носить постоянно. - признала, слегка опустив веки.
Было слегка стыдно и женщина уже ожидала крика, но муж только улыбнулся, пусть и с какой-то скрытой обидой.
- Тогда завтра поедем покупать вместе эти важные кольца.
- Но… Не стоит, наверное, сейчас обо мне так думать и заботиться. - начала с некой растерянностью.
Тишина на пару мгновений перестала быть главной, хотя и царствовала тут.
Глаза карого цвета искали лазурно-голубые, что были им надеждой мерцающей в самой тёмной ночи.
- Ты стихи полюбила?
- Только одного поэта. - ответила так же неожиданно как в неё и пришёл подобный вопрос.
- Так вот… Подари мне сборник того автора… Только тех стихов, которые ты ещё сама не читала.
- Это долго искать придётся, он не… гений литературы.
- Простой человек без средств к существованию что ль? - удивлённо поинтересовался Исмаил.
Нур промолчала. Ей было стыдно признать, что полюбила непризнанный талант.
Прошло полгода.
- Ты такая смешная вчера была в той короне. Сначала. - молвил Метин, что засмотрелся на двоих женщин: Вильдан и Нургуль.
Нур надула губы и осмотрела Исмаила, что ещё не переоделся.
- А ты такой… горячий… Шуга дэди. - повернувшись к нему спиной, кинула.
От чего на лице появилась странная ухмылка.
Метин ничего не понял, но отцепил свой настырный взор от Нургюль Ешилчай, которая, к слову, так и осталась на своей фамилии. Это очень сильно радовало саму Нур, так как всё в карьере шло к повышению. Её инициалы были сейчас абсолютно всем для женщины, особенно, внутренней силой.
- А чего это ты такая… радостная? - спросила актриса, что играла Геверхан Султан, Нур резко забыла её имя.
- Ну возле меня любимый супруг и вскоре закончатся сьёмки… Мы сможем уехать в свадебное путешествие. - рассказала, широко улыбаясь.
У Метина чуть не упала кружка с кипятком.
- Поздравлю. - больше всех обрадовалась Вильдан Атасевер и прибежав, приобняла коллегу.
- Ещё рано. - смущённо молвила Нургюль и прижалась сильнее к Исмаилу.
Она подумала о детях и вечеринке когда узнает радостную весть. На глазах появились маленькие слезинки от счастья ожидаемого момента. Но оно только представлялось.
К нему ещё стояло остаться для него столь же желанной и красивой.
Красота же, сдавалось, начала увядать, больше хотелось теперь макияжа и ярко красных губ, хоть и сам Исмаил не очень любил их на любимой.
Но как только появились подобные мысли, то она что-то почувствовала сзади.
- Ты хоть бы меч снял, мне же…
- Это не меч. - шепнул актёр, слегка приблизившись к ней и после резко отпрянул.
От понимания женщина слегка сжалась.
- Умеет же выводить на желание, чёртов бог плотских утех. - пролетело в голове, а губы сжались в тонкую меховую ниточку.
Левая рука сжала безымянный палец правой, на котором красовалось уже идеальное кольцо. Оно так сверкало, что актриса, игравшая Атике Султан, постоянно щурилась заходя в гримёрку. Но в этот раз она бы не увидела его, так как столь дорогую себе вещь Нургюль хорошо спрятала от посторонних глаз.
Телефон начал кричать: «Дели, Дели… кви… Дели». Рука быстро потянулась к сумке.
- Вот с кем бы я ещё не говорила по телефону в короне. - молвила, осмотрев столик, на которым было много всего: от средств для макияжа до камер.
- Вы не внесли сумму долга.
- Я прекрасно это знаю, но и не буду платить за того идиота больше.
- Вы вынуждены. - проговорил голос словно механический.
- Ничего я не должна. Особенно такому подлецу. Отказываюсь от выплат. - отрезала и сбила вызов.
На глаза накатывали слёзы от воспоминаний, но они уже не были столь едкими.
- Любовь прошла и легче дышится. - подытожила, выключая телефон на всякий случай.
- А мама?
- Она не звонит мне уже второй месяц… Номер не помнит, да и память в принципе…
- М, точно… Прости, дорогая. Я слишком много выучил за эту ночь.
- Четыре сцены.
- Больших. Ещё при том, что вечером поздним готовился…
- Не лги хотя бы мне. - потянув на выход и к туалету, лукаво протянула.
Так же подмигнула и тяжело выдохнув начала избавлять его от старомодного кафтана, что не пришёлся ей по вкусу, как жене. Его же быстрые пальцы занялись корсетом. И эти платья мужчине пришлись по вкусу. Они были достойными его красавицы точно уж.
- М… - протянул когда почувствовал лёгкий холодок по ногах, только так и понял, что остался без штанов.
Больше не было ни слов не звуков.
Экранную его султаншу заводил тихий секс, хоть он сам и не приходил в восторг от подобного. Но её было сложно переубедить. Особенно в вопросе постели.
На языке крутился вопрос, что мог в одну секунду напрочь отбить всё желание, но это было бы подло, посему Исмаил покорно молчал и только томился ожиданием что же будет дальше.
Нургюль же резко подняла голову и посмотрела в карие глаза. После чего так же безмолвно закрыла дверь и забрала распушенные уже волосы наперёд.
Она только сейчас заметила насколько голодный взор у её экранного верного подданного. Эти платья не только на картинке поднимали вверх, и без того пышную, грудь. Женщина хотела увидеть как любимый облизнётся, но ждать не могла. Прижала к стене и повисла на шее, оставляя влажные поцелуи на шее, куда только могла достать в таком положении.
Нур только начала массировать орган, от чего желание разыгралось ещё больше, как в дверь постучали.
- Ой… Об этом мы точно не подумали. - прошептала максимально тихо.
- Ну и чёрт с ним. Может просто забыли табличку поменять, что тут технические неполадки или нет воды. - так же тихо ответил, щекоча грудь брюнетки дыханием.
- А если рассмотрят, что заперто с этой стороны?
- Тогда внутри очень плохо человеку… Или хорошо… Об этом знает только тот, кто внутри.
- И ты.
- Мы. - пустив шикарное платье на пол, строго заметил.
Она только кивнула. Было стыдно сейчас говорить о том, что вдруг стало не по себе. Да и от его поцелуев всегда всё проходило, вот и сейчас потянулась за очередным.
- Не так легко. - шепнул с неким оскалом.
- Это первый отказ? - спросила настолько тихо, что он даже не услышал, соответственно и не обратил внимания.
Проходили минуты, а перед глазами всё расплывалась картинка.
Набережная
- А кто тебе тогда звонил, что ты о подлеце каком-то сказала? - спросил будто бы между прочим.
- Неджати Коджабай… Мой отчим… Я взяла ему кредит на своё имя, а он за деньги и улетел куда-то. Мне неинтересно уже было, когда маму некому было успокаивать и кроме меня.
- Ого… И правда больше слов не подберёшь.
- Я о том же. Ещё и сума… Миллион.
- Ниху*… И ты не искала его, а выплачивала… И долго? - спросил, чуть не уронив телефон, что вытянул дабы посмотреть на время.
- Аккуратнее и тише… Несколько лет. Но и половины сумы не погасила. Ещё полгода без двух месяцев… Чуть меньше… Нужно работать, а потом не есть.
- Я почему не знал?
- У меня к тебе недавно был тот же вопрос. Но я тебя простила. - напомнила более холодно и отпрянув от него, так как раньше шли в обнимку.
- У нас только пышной свадьбы не было, а у тебя такой долг… Ещё и из-за какого-то дебила.
- Долговязого к тому же. - усмехнувшись, добавила.
Но муж не поддержал лёгкого смешка, а только скептически посмотрел на неё.
- Неджати… Вспомнила…
- Я возьму, если ты не против. Так будет правильнее, если мои подозрения верны.
- Насчёт чего?
- Что я знаю его. - солгал Исмаил дабы не радовать Нур преждевременно.
- Ну… - она протянула телефон, а рука задрожала.
- Слушаю. - грозно кинул, когда пауза затянулась.
- Дай дочку. - прозвучало слегка умоляюще.
- У тебя нет дочери, фраер… Ты хорошо тут уже скубнул. Других ищи. - грубо ответил мужчина и хотел сбить звонок.
- Она рядом? Не жадничай же.
- Она не твоя любовница, чтобы забывать о имени и Нургюль не обязана никому и никак помогать. - так же холодно отрезал.
- Но… дай, если очень просит.
Исмаил не собирался доверять всё слабости жены и спросил того напрямую что именно нужно. Тишина не продлилась долго, голос потребовал ещё один миллион.
- Нур, отойди, пожалуйста подальше. - ласково попросил, хоть и еле сдерживал в себе накопившуюся злость.
- Неджати Коджабай, которого будет искать полиция и не только, а он… примерно на улице Пушкина в украинской Одессе. - проговорил спокойно, называя данные, что вспомнил из какой-то выставки.
- Хорошо, я не буду требовать у неё денег больше.
- Неужто он так просто тебя понял в один момент? - спросила с сомнением.
- Ну я слегка приврал, но суть не в этом.
- Лгун.
- Во благо.
- Белый лгун. - исправилась и хотела дать супругу щелбана, но тот резко поднял на руки её саму. - И что ты этим добьёшься?
- Любви. Чистой и искренней. Если брошу тебя на траву, то будешь вынуждена любить меня.
- Пошлятина. - сморщившись, кинула, а после звонко рассмеялась.
Исмаил же только осмотрел парк, что удивил своей чистотой и отсутствием народа. Но удивление было куда слабее душевного ликования.
- Моя актриса.
- Есть такая песня.
- Правда? - спросил что-нибудь только бы слышать этот живой голос снова.
Но вдруг его телефон завибрировал. Это был звонок. Звонок из больницы, в которой под наблюдением были Исмаил и Нургюль.
- Одну секунду. Это важно.
- Неужто нас касается?
Он несмело кивнул и отошёл чуть дальше того расстояние, что считалось нормальной дистанцией для незнакомцев.
- Точно вновь что-то из тайн замешано. - подумала женщина и начала проводить траву словно между пальцев.
А мужчине вмиг стало тошно. От слов доктора мир пошатнулся перед его глазами.
Зелёная трава потускнела, а облака остались где-то вдалеке. Перед ним поднялась на ноги супруга, но Беркай не замечал её.
- Ты любишь меня? - спросил еле шевеля губами, состояние было из самых худших.
- Конечно. К чему этот глупый вопрос в счастье? - спросила мило улыбаясь и всматриваясь в карие глаза, в которых блистала растерянность и некая обида.
- Случилось то, от чего я бежал.
- История с документами будет нас преследовать уже всегда? - спросила с некой обидой. - Ну захотел ты сменить имя, уже вроде и всё решилось.
- Меня арестуют сегодня… Как только вернёмся домой. - рассказал.
- Тогда не вернёмся. - уверенно проговорила брюнетка, осматривая мужа с гордостью.
- Но… Так же будет лучше. - буквально прошептал, выпустив из рук телефон, тот со звоном упал на бордюр, которым был ограждён газон.
У Нур резко прихватило сердце, от чего уста открылись больше чем всегда… Когда заигрывала. А это она любила делать достаточно часто.
- Ты умираешь. - панически пронеслось в мыслях и его сердце начало просто вылетать из груди.
Она же с полуопущенными ресницами сейчас скидалась на древнегреческую богиню. Распущенные волосы, которые распустил сам ветер, прекрасно развевались сзади. Голос её был совсем тихим:
- Ты готов ради закона пренебрегать мною?
Хотелось её просто сильно обнять и всё выдать, но последствия были бы непоправимы, зная её характер. Всегда сначала делала что-то, а потом только обдумывала идеальный ответ.
- Нет. - холодно отрезал и ушёл по набережной.
Шаг Исмаила был медленным, но уверенным и тяжким. Брущатка под его ногами начала бы труситься, если бы не резкая остановка.
Голубые глаза остановили его без слов и осуждения. Нелепая тоска, что читалась в них, разъедала уже не первую секунду Нургюль изнутри. Руки сами собой сжались в кулаки, что готовы были побить первого, кто попадётся под горячую руку.
- Ты…
- Вернусь, но не на этой неделе. Возможно и не в этом году.
- Проверяешь на верность? - спросила прямо не виляя.
- Считай как хочешь… Мне очень много всего выпало уже на этот краткий период наших холодноватых отношений.
- Но мы же….
- Да, Нур. Посему кто как не ты должен поддержать и понять?
- Сейчас это невозможно. Я не понимаю твоё законопослушание. - голос дрогнул на последнем слове, она только сейчас поняла что притягивают к ответственности перед законом не за смену имени, а по статье мошенничества.
В голову ударили дурные мысли и вся вера в него растянула в воздухе в один миг.
Рука напоролась на что-то колкое под платьем, но боли при уколе женщина не почувствовала. Её гложет сейчас только неизведанность, в которой так легко оставляет самый дорогой человек, что навсегда завладел её душой и сердцем. Глаза наполнились влагой, но слёз не было.
Ком оставался в горле, не позволяя даже сглотнуть.
- А… - за минут десять только запёк палец, который уколола.
- Ты как, сестра? - спросил какой-то мужчина, что подбежал к ней как только услышал вскрик.
- Жива ещё и ладно. - фыркнула тем самым тоном Кесем Султан.
- Моя богиня… Вот как тебя легко найти. - обрадовался тот.
- Э… Вообще обидно. Легко потерять, а не найти. Найти меня невозможно и если повезло, то выпадут хорошие испытания. - молвила осмотрев парня.
Тот был обычным на вид студентом.
В другой бы миг поинтересовалась на кого он учится, но сейчас просто обошла его.
- Всё в другой раз. - молвила разбито, будто только опомнилась.
Ноги сами куда-то несли, она неосознанно шла к дому, что был в городе. Они должны были пойти туда вместе, но точно не так.
Они должны были быть счастливы ещё несколько десятков лет.
Должны были.
Воспоминания теперь были очень чёткими, хотя эти моменты часто снились, но там они были словно размытыми силуэтами. Сейчас же они были отчётливыми фигурами с улыбками на устах.
- Сегодня я костёр разжигаю.
- И после разденешься.
- Ну нет. - ответила резко и слегка рвано.
- А что? У тебя же нет цыганских одежд.
- Как и у тебя. - залившись звонким смехом, кинула.
Они были уже у костра. Сидели у дров, так как Исмаил не хотел идти дальше, пусть и они были там, где жил кто-то. Никто не видел незнакомца, но о его существовании знали все.
- Не будешь стесняться как раньше?
- И не вздумаю… Эта река Кеси, маленькая речечка даёт мне большие надежды, дорогой.
- Очень?
- Слишком. - нежно целуя ответила.
Сейчас же залилась красной краской. Было стыдно что вспомнилось именно это. Но что можно поделать если любовь возникла из удобства с ним рядом в постели. Только Исмаил настолько великодушно целовал жадно даже когда нежность была выше него самого.
Эта одна просьба никогда не было обижена или обделена вниманием мужчины.
- Мне поцелуй нужен или он сам? - тихо пробормотала под нос, тут же почувствовала лёгкое недомогание.
- Вот решишь и тогда поговорим. - молвил до боли знакомый голос.
Но только показалось.
Около неё прошла только группка молодых парней. Среди которых был один, что сзади напоминал Беркая. Именно Беркая с первой встречи. Не на ужине, а ещё раньше. На года полтора.
Тогда она спешила только разбираться с документами в начале года в университет. Вид был не самый лучший, ещё и совсем не спала ночью. Думала, что всё решит по телефону и солжёт о своём состояние, что оправдает зевания. Но что-то пошло не так, декан поставил строгий ультиматум.
А он у университета сидел с каким-то курящим типом, его было почти не видно, но некоторые узнавали в нём ассистента некоторых преподавателей.
- Ты кто? - спросила наткнувшись на него
- Неважно это. Совершенно. Но мы ещё встретимся точно.
- Зря ты настолько уверен, что мы будем в отношениях. - холодно и резко отрезала тогда.
Он не рассмотрел её красные глаза. Тогда засмотрелся на её серебряные украшения, что были всего лишь бижутерией. Девушка мило клипала глазами, что слипались сами собой. Пыталась сконцентрироваться на парке около института, но ничего не получалось.
Прекрасный фонтан привлекал её внимание только когда начинал кричать гимн студентов, именно кричать, а не петь. Вот и сейчас начался этот невыносимый крик, от чего Нургюль подскочила.
Раздался крик телефона: Незнакомый номер, незнакомый. Что заставило женщину съёжится от противного голоса робота.
- Не возьму. - пробормотала себе под нос.
И без того было плохо, ещё бы интерес брал гору. Супруг ушёл ничего не объяснив нормально и не дав никакой надежды на встречу вечером.
Она шла вперёд, но не видела ни улицы ни дороги. Просто куда-то вели ноги. А на глазах был туман, что таил в себе влагу, которая никак не переходила в слёзы.
- Ай… Глаза же открыты, смотри куда идёшь… Нургюль? - голос был до безумия знаком, но она не могла понять чей он.
- Ты…? - спросила настолько тихо и разбито, что парень испугался не на шутку.
- Ты в порядке, милая наша?
- Ваша? - резко и сильно закрыв глаза надолго, поинтересовалась.
- Ну да… Моя экранная матушка и лучший жизненный друг. - объяснил актёр, что играл шехзаде Касыма.
Его руки уже теребили подол лёгкого платья актрисы, что в любой другой ситуации уже б смутило женщину. Сейчас же она даже не подняла голубых глаз.
- Он меня бросил одну в парке, напугав и…
- Кто?
- Я же с Исмаилом живу. И уже давно. - уточнила молодому человеку, что ничего не заметил на работе.
Он засматривался на свою экранную сестру Гевхерхан, что в жизни была очень позитивного мышления человеком. Вот только её судьба тоже потрепала.
- Узнай умер ли дядя Аббас, что её пытался убить уже десять лет как, одиннадцатый пошёл. - молвила и в таком состоянии пытаясь помочь ближнему.
Парен сначала не понял о ком речь, но потом смекнул, что Нур догадалась о его симпатии.
- Благодарю, но ты…
- Я сама как-нибудь уже. Но приятно, что тебе не настолько чужда, как было в проектах ранее.
- Тебя откровенно игнорировали? - спросил с интереса, но после умолк.
Тишина продлилась несколько секунд, но женщине показалось, что прошёл век около неё, будто бы они даже коснулись один одного.
- Прости. - буквально вскрикнул парень из-за того, что на него кто-то полил водой.
Это игрались дети, что налетели группкой на набережную, они направлялись в парк. Этот гам заглушил все его попытки помочь прекрасной коллеге и женщине. Он только сейчас заметил, что даже с мутными глазами Нургюль прекрасно выглядит.
- Ты можешь только сделать мне хвостик. Сил нет ни на что. - тихо молвила не желая смущать его своей непринятием доброты.
Загорелые руки потянулись к каштановым волосам.
- А резинка? - спросил не настолько живо, чувствуя свою вину.
- Возьми. - протянула, еле найдя её у бордюра; ранее и не заметила, что столь нужная вещь потерялась.
Несколько дней спустя
- Дорогая, ты ещё не передумала насчёт праздника?
- Ты знаешь, что этот вопрос бессмысленный как и сосуществование наше, но что-то на него толкает и сейчас будешь искать себе оправдание. - спокойно проговорила, крутя кольцо на пальце.
- Никогда не снимаешь? - почему-то решил уточнить осмотрев красавицу.
Нур проигнорировала вопрос и потянулась к столу.
- Мне хоть бы чай сам предложил. - пробормотала спустя несколько минут.
Она ела сахар кубиками и даже не догадывалась что за сомнения овевают душу Исмаила. Вдруг вспомнилось их первое знакомство.
- Кем ты меня считал в университете? Только когда впервые увидел.
- Горячей штучкой.
- Впервые было ранее. - более холодно заметила, откинув телефон.
Мужчина внимательно наблюдал за всеми её действиями. Богиня сейчас была для него простой смертной женщиной, что недавно чуть ли не посадила за решётку.
- Эта твоя история добром бы без меня не кончилась. Настоящая цена…
- Ты? - спросил будто выплюнул слово.
- Что я?
- Настоящая цена… Ночь с тобой?
- Прости Аллах… Просто высока, но не настолько унизительно. - осмотрев дом, кинула.
Взор всё-таки остановился на одной вещи. Корзина с материалом для рукоделия сегодня была полнее. Будто бы там недавно кто-то что-то спрятал и довольно хорошо.
Нургюль тихо встала и подошла к ней. За секунду и потянула один клубок ниткой, вытянув на пол. Око увидело кусочек метала, который внушал тревогу.
- Неджати мог узнать моё местонахождение?
- Если он был твоим отцом, то… это несложно…
- Я никогда не принимала. И ты это знаешь давно, с самого начала… Только как мы впервые на реку приехали. - тяжело выдохнув, договорила.
Солнце садилось и его зарево на миг ослепило красавицу.
- Ты теперь там, откуда выбраться очень сложно.
- Исмаил, только не говори что всё ради того дабы не было однообразия в нашей половой жизни. - недовольно прошептала, но замолчала как только услышала ещё чей-то голос.
- Это была не игра. Один раз - со счётом 1:0. Это стоит исправить.
- О чём вы? - ничего не понимая спросил Демирджи, которого держали двое великих мужиков.
Но ответа не последовало. Только в полутьме послышался женский стон и писк. Вероятно того, кто обидел эту несравненную брюнетку с характером.
- Что творится? - спросил Беркай, но ответа не услышал.
Он говорил слишком тихо и бандиты такую речь просто игнорировали.
Спустя несколько десятков минут.
- Ну да, ты не смог вырваться из рук двоих, а я почему-то смогла четверых от себя отпугнуть. Как ты объяснишь это себе по крайней мере? - спросила надрывающимся голосом.
- Ты не простая женщина.
- Спасибо… Очень мило в нынешней ситуации, чуть ли не изнасиловали в собственном доме. - прикрикнула.
- Но Нур… Я не могу никак этого объяснить, я никогда и ни во что не играл. В азартные игры тем более. - сказал правду, но женщина лишь ухмыльнулась с чувствующимся сарказмом.
Мужчина не нашёл лучшего решения проблемы как просто сильно обнять её и слегка приподнять от земли. Но только положил руки на талию как она резко отскочила. Без слов посмотрела на него и направилась в сторону выхода из дома. Супруг хотел было поинтересоваться куда она собралась в вечернюю пору, но понимал, что сейчас не до разговоров точно.
Тяжело вздохнув, Исмаил тоже пошёл куда-то. Куда сами вели ноги.
И скоро он так оказался у какого-то здания, что чем-то напоминало офис, но на самом деле им не являлось. Переступил порог, осмотрелся. Никто не подошёл к нему из-за стойки.
Мужчина было подумал, что новое здание закинуто или ещё не приняло своих хозяев, но вдруг услышал приглушённое гуканье. Казалось, что плачет какая-то женщина, которой плакать не позволяют. Но не верилось, что тут может творится криминал. Здание само собой внушало доверие.
- Просто показалось. - прошептал сам себе и открыл первые двери, которые увидел перед собой.
Там не было никого.
Что он искал и на что надеялся не знал, хотел было уже зайти и тихо сесть на стул, который был достаточно старинным на вид. Но что-то помешало.
- О, господин Беркай, кого я вижу.
- Аслан… - он вспомнил, что это здание его фирма, где он был начальником под этим именем.
На работе же не появлялся слишком давно и напрочь о ней забыл дабы у Нургюль не вызвать никаких подозрений. Так дальше продолжаться не могло и об этом напомнил и любезный работник.
- Я помню, что мы должны… Мы можем сейчас всё обговорить. - кинул надеясь, что все плохие мысли таким образом покинут голову.
Дела должны были развеять хоть в таком плане.
- И таким образом, наша кампания будет лучшей после стольких лет во вторых рядах. - закончил Аслан и только сейчас Беркай понял, что ничего не понял.
Только кивнул, пытаясь показать свой энтузиазм и почтение идее, которую и не слышал толком. Но это уж была полностью его вина и проблема. Перед глазами была любимая, которая могла и сейчас оставаться под угрозой. И сейчас. От этого понимания сами собой сжались кулаки.
- Мне нужно отлучиться, но я обязательно вернусь. - будто бы отчитался и покинул кабинет.
В соседнем же кабинете держали заложницу и были готовы выстрелить той в висок в любую минуту.
Демирджи было спешил к любимой домой, но чья-та рука затащила его в соседний кабинет.
- Это что за дерзость в моей то фирме? - спросил не поднимая глаз.
- Ничего такого. Просто мы нашли ту, которая сливала информацию конкурентам.
- И решили допросить с помощью оружия? И как процесс? - поинтересовался доставая телефон.
- Нет, дело не в этом. Она утверждает, что спала с Вами и Вы всё знали.
- Можете привлечь полицию. Только где-то день-полтора мне дайте дабы всё осмыслить. Даже не понимаю сути обвинения. Или за неверность стыдят, когда и измен не было, или за махинации, о которых не ведал. - серьёзно проговорил и хотел было уйти.
А высокий парень пошёл и закрыл входную дверь на замок изнутри. Сначала на одной, а потом и на второй.
- Не стоит бежать от правды.
- Правда только мною тут сказана, а всё остальное наглая ложь или чьи-то дурные фантазии. - спокойно сказал Беркай и осмотрел девушку.
Ей к виску ещё сильнее приставили дуло пистолета.
- Она клянётся, что любит Вас и готова погибнуть.
- Ради меня? - спросил у страдалицы.
Та лишь кивнула, так как не хотела говорить. Видимо, в присутствии пистолета у головы просто забыла всё, что хотела сказать из того списка, что долго крутился в голове перед этим.
Беркай только слегка приоткрыл уста. Сейчас слов не было.
- Это же подло, понимаешь? Я хочу тебя просто оставить словно и не видел всего этого. - начал спустя несколько минут тишины.
- У Вас нет на это морального права.
- Всего лишь потому что ты женщина? Могу доказать обратное, но не стану.
- Нургюль Ешилчай никогда не заслуживала Вас, а те, кто… заслуживал… те страдажи от невзаимных чувств и умирали… Или же сами себя убивали. - всхлипывая говорила несчастная.
Он же лишь хмыкнул.
Негодование, что было бы у Нур при чём-то подобном даже на ум не приходило. А может просто чрезвычайность ситуации запутала его.
Не было желании и сил говорить. Говорить сейчас и на чью-то пользу. Без этого же в данный миг никак. И долгая пауза тоже не устраивала непонятных работников фирмы, которых не помнил сам работодатель. Но он и не должен был запоминать всех в лицо.
Мысли были с любимой, а тут вновь начали плести о том, что у него была любовная связь с заложницей. Беркай и сам не понял как оказался на полу. За несколько секунд у него у руки были заломлены.
- Ну вот мы Вас и склонили.
- Зачем же? - растерянно поинтересовался.
- Дабы получить ответы на множество вопросов, что всегда откладывались на потом.
Поздний вечер.
- У тебя вся рубашка измятая и помада… Духи чужие.
- Это я тебе пытался выбрать подарки и не туда два раза потянул, а потом на магазин напали с целью грабежа… - начал было нагло врать.
Но один только вид женщины говорил о том, что о правде она догадывается.
- Но ты же и правде не поверишь. Так смысл её открывать тогда? - спросил с некой обидой, его руки были слегка красными, посему он их и прятал от жены.
- Мне решать поверю или нет. Не так ли, милый?
- Ну да, но…
- Слушаю.
Рассказав всю историю он ещё раз поклялся, что точно не изменял и история со сменой имени не его затея. Точнее, не по доброй воле.
Женщина же надолго замолчала смотря голубыми глазами только в точку на лбу любимого.
- Ты мне не говорил об этом даже когда мы стали семьёй. - еле выдавила из себя итог и упала на кресло-качалку около камина.
- Потому что боялся какой-то… реакции… отдаления, скорее… Потерять тебя.
- Поздравляю… Если бы у нас была бы нормальная свадьба, то знал бы чего от меня ждать. Хотя бы имел представление бы.
Но Исмаил молчал, прожигал её взглядом, мечтал закончить неприятные разговор поцелуем, но упорно молчал.
- Ты ожидал крики и недоверие? Чего ты ждал? - спросила заглянув в карие бездонные глаза.
- Я был во млосном ожидании… не понимал чего хочу и стоит ли хотеть чего-либо. - ответил не задумываясь, словно эти слова говорит и не он вовсе.
Присел на носочки около кресла и протянул руки к камину.
- Разве холодно? - спросила с привычной уже заботой.
- Нет, это последствие страха. - ответил как только получил вопрос.
Было чувство будто бы они играют в снежки рефлекторно выполняя действия. Совершенно не напрягалась голова как было у Нур в прошлых отношениях. До сих пор порой тряслись руки как вспоминала того недалёкого товарища, что так нагло затащил в постель. А польстилась на нежность, которая была во время секса.
Больше и никто не был столь нежным. Но это и к лучшему. Ведь та нежность ассоциировалась теперь с безработицей, улыбкой сулящей горе и смертью отца. Да, она прекрасно помнит родного папу. Ещё 9 лет назад он был жив и здоров. Умер, скорее, от сердечного приступа, чем от болезни. Мама могла соврать. Пусть и делала это достаточно редко.
- Чего тебе бояться когда я радом и не собираюсь даже расспрашивать что случилось?… Если не желаешь рассказать сам.
- Ты мне слишком важна, чтобы там не приходило на ум.
- Для меня брак дело чести… Как и чувство.
- Всё хорошо? - спросил заметив в её голосе тоску, что отбивала грустными нотами.
Спустя месяц
- Ты прекрасно понимал, во что это выльется… - думала, крутя на пальце кольцо, что дали на время сьемок.
Оно было настоящим, что знали всего лишь несколько людей.
Первая актриса женщин великого периода с экрана смогла добиться того, дабы носить настоящий перстень власти, что хранился в музее. Конечно, она пыталась прыгнуть и выше. Но менять постройку для фильма на настоящий музей никто не собирался.
- А было бы прекрасно, если бы мы настолько влились в любимую работу. - ссорился с режиссёром из-за желания любимой.
Впервые поддерживал её протест, к слову.
- Вот стоило бы мне сдать его с самого начала. А теперь это сделает кто-то из вас. - молвил к актёрам режиссёр.
- Мы о чём говорим? - поинтересовался экранный Касым.
- Об Беркае Демирджи и его проделках… Вне закона, очень он зацепил нашу милую Нургюль, но скрывать такое из-за женщины… Было глупостью с моей стороны. - проговорил тот, а Исмаил застыл во млосном ожидании.
Все тоже застыли на миг, так как не понимали что происходит. Всё скидалось на сумасшедший пранк какого-то блогера, что вот-вот должен выйти из укрытия и указать на скрытую камеру. По крайней мере, такое чувство было у всех кроме Нургюль.
Она прекрасно знала, что этот момент настанет и ждала его постоянно. С одной тревожной ноты разыгрался оркестр в её и так неспокойной душе. Голубые прекрасные глаза вмиг посерели, будто бы никогда и не знали королевской лазури. Красота же, напротив, больше завладела ею. Спина сама собой выпрямилась, голова была поднята. Во взоре читалась и гордость, пусть тут ей не было места.
- Мой муж прекрасно знал, что всё будет так и я готова помочь ему объяснится. - молвила очень громко, словно кричала, но не хотела наводить панику своими резкими звуками.
- Я не знаю что говорить. - растеряно шепнул он на ухо красавице и та продолжила.
- … Таким образом, эта история имеет под собой личные неприязни, как бы это не звучало в данной ситуации. И мы не можем его судить за то, что он всего лишь пытается связаться с личным счастьем. Пусть и таким необычным путём.
- Ты говорила очень убедительно, но зачем врать, что вы пара? Тем более, что семья? - с непониманием и сарказмом спросила экранная Гюльбахар.
- Мы уже и будем ссориться по таким глупым причинам? В жизни? - спросила Нур с неким сожалением посмотрев на собеседницу.
Та лишь на шаг отошла от Ешилчай.
Исмаила уже не было. Он направился в свой офис, где появлялся уже довольно часто. Там было то неприятное имя, но не было неприятных глазу коллег. Особая ненависть вспыхнула к особе режиссёра, которого все вокруг так восхваляли. Ну да, «Великолепный век», а потом и «Империя Кёсем» сделали своё дело.
- Только почему Кёсем? Слух же режет. - пробормотал мужчина.
Но его даже никто не спросил о чём думает их господин. Так как все куда-то торопились, что было странным. На лицах совершенно не было тревоги. При этом спешка была какой-то неправильной что ль.
Он не понимал что именно не так, но по спине пробежали мурашки.
- Что-то случилось? - спросил он у красавицы, что сидела в его кабинете.
- Убили ту самую девушку, ну… что засветилась тогда в той истории… - тише добавила и сильно сомкнула уста.
Казалось, что они даже пожелтели на пару секунд.
Демирджи несколько секунд над чем-то подумал, словно мог как-то исправить ситуацию, а после указал девушке на книжную полку.
- Что мне взять оттуда? - спросила блондинка.
- Возьми то, что считаешь подсказкой. К чему потянется рука. - молвил наотмашь, не желая больше раскрывать рта.
Красавица принесла огромный томик документов, что скубнула из зелёной папки. В зелёной же, со встречи с Нургюль, он хранил то, что вызывало малейшее сомнение. Сейчас пригодилось бы найти несколько часов на эти интересные бумаги.
- Ты быстро учишься. Часто в моём кабинете бывала? - резко и спокойно попросила.
- Да. Мне приходилось постоянно тут помогать либо уборщице, либо ещё кому-то. - призналась та, но слова были не столь прозрачными, чтобы сразу поверить ей.
- А если точнее?
- То я просто некоторое время теряла голову от Вас. - молвила та, данные слова были подготовлены достаточно давно.
Но ожидаемой реакции они за собой не повлекли.
- Ты думала, что теперь всё изменится? Правда… Только вот не в ту сторону, что принесёт тебе пользу. - покрутив в руках шариковую ручку, кинул.
Перед глазами стояла храбрая любимица. Он до сих пор не мог поверить, что она нашла нужные слова и он спасён от несчастья. Спасён от закона и больших проблем.
Блондинка кивнула. Она понимала, что сейчас Беркай ничего не видит, на глазах того будто и вправду была пелена тумана. Её дело было намного проще теперь провернуть.
Дождь стучал по крыше.
В их доме был незваный гость. Тот всё время посматривал на часы, будто бы торопя женщину, но на самом деле сам и не думал торопиться.
- Мой супруг вскоре вернётся. Видимо, задерживается готовя что-то нам.
- Часто такое у вас?
- Сюрпризы? - недопонимая переспросила брюнетка.
- Ну… Впрочем, да. Часто что-то готовит для вас?
- Для семьи. Довольно часто. Кажется, вскоре мне придётся уйти из проекта. Или нам всем ускорится.
- Понимаешь же, что вариант…
- Не очень. И когда мы перешли на подобное? Я такая же, ещё лучше…
- Лучшая из актрис, ты права… Но и самая красивая. - протянув руку к ней, молвил человек, что был тут не впервые.
- К чему же клоните? - спросила уже со слышимым недоверием.
- Ты будешь со мной ночами и зарплата будет куда выше.
- Она и так будет выше. Или потеряете то, что сейчас самое… горячее на телевидении. - довольно пропела, будто бы успокаивая саму себя.
Хасип же странно ухмыльнулся.
Двери открылись, женщина резко отпрянула.
- Дорогая, о… Мы не одни… Выйди во двор, там конь.
- Кто? - удивилась Нургюль.
- Конь, один слабый для сьемок, я его забрал на время… для тебя. - объяснил.
- Он разве с приюта?
- Это неважно… Я всё так решу, что он будет счастлив… Конь… И мы… Хасип, ты хотел мне рассказать как наше дело? - бодро поинтересовался.
Тот лишь сдержанно кивнул. Все слова после позволенного себе у него пропали, чем сам себя выдавал. Хоть и смотрел прямо в глаза Исмаилу, что должно было помогать держать себя в руках, но хозяин сразу понял, что дело горелым пахнет.
- Ты засматривался на мою супругу? - спокойно спросил Демирджи и даже отвёл взор.
Мужчина напротив несмело кивнул, ожидая ярости.
- Ну что ж… Только ничего ей не предлагай. Убивает часто после нечистых предложений. - ухмыльнувшись, кинул.
Просто пугал бедного, а тот лишь осмотрелся как понял это.
- Это нежное создание? - тише и более удивлённо спросил.
Мужчина лишь кивнул и строго глянул прямо в глаза собеседнику. Хасип слегка дёрнулся и потянул к себе кружку с чаем.
Нур же вышла на поляну и осмотревшись поняла, что коня не видно.
- И как его хоть зовут чтобы позвать? - спросила саму себя и вскоре вернулась в дом.
Но остановилась в маленьком коридорчике.
- За свою лучшую в мире супругу я даже убить готов. - прошипел Исмаил, от чего у висках закалатало.
- Что же ты ещё на свободе такой опасный?
- Не выводи его из себя. Это правда, что опасный. - подала голос брюнетка.
А когда гость ушёл, то резко скрутилась от боли в животе.
Муж хотел было спросить что Хасип сказал ей, видела по глазам, но молчал.
Сил на слова не было. Да и желания сейчас что-то говорить не наблюдалось. Она хотела лишь почувствовать его нежный взгляд на себе.
Вдруг прибежал конь и фыркнул. После заржал и кто-то вскрикнул.
- Тут лес, но нам не угрожает ничего… - успокоил он любимую, но сам понимал, что предчувствие не подведёт.
Оно же было не наилучшим.
- Ты ведь и сам не уверен, что мы в безопасности. - выдала правду, пряча телефон.
Что-то ей подсказало не оставлять его дома. Хоть и не любила повсюду ходить с ним, но интуицию слушала и никогда ещё не проигрывала из-за неё.
Прошло несколько минут как мужчина признал, что они заблудились.
- Тут живёт только какая-то русынка, в доме которой можно задержаться на месяцы, а то и года.
- Ерунда. Ты так в это веришь, что нам лучше плутать и дальше? - с непониманием поинтересовалась Нур, причёска которой распадалась из-за высокого уровня влажности в воздухе.
На телефон что-то пришло. Но это было обычное сообщение, что предупреждало о ежемесячном платеже за услуги.
- Ещё лучше. Осталось буквально два-три дня… потом нужно будет…
- Оплачивать тебе уже не стоит. Я умею делиться всем своим с любимой красавицей.
- Очень мило, поддержка даёт сил, но тебе… не следует говорить о том, что было невозможным всегда. - надувшись кинула и отвернулась от мужа.
Было обидно, что он всегда давал надежду, даже когда она не просила или понимала, что та ложная.
Вдруг послышался какой-то хруст и шорох за их спинами, Исмаил развернулся и увидел много мужчин. Они были не самого мирного телосложения, а на лицах не было ни единой эмоции.
- Нургюль Ешилчай? - спросил один из них, женщина машинально кивнула.
За минуту она оказалась уже за кустами. Над ней нависал грозный незнакомец.
- Что случилось? - спокойно поинтересовалась, так как чувство страха развеялось в еле заметном тумане.
- Ты заказала развлечение и даже не на ночь… Интересная клиентка. - ухмыльнувшись, бросил тот.
Но вскоре упал на Нур словно мёртвый.
- Что это было?
- Тебя кто-то подставил и довольно таки крупно. - проговорил, сильно прижимая к себе жену.
Он беспокоился дабы ничего не случилось с их дочкой. Был уверен с самого начала, что будет именно дочь. С такими же невероятной красоты глазами как и у Нургюль. И хотелось дабы она и профессию родителей унаследовала на генетическом уровне.
- Ты же рядом… Не имеет значения. - пролепетала как маленькое дитя и подняла голову к небу.
- Но нам стоит, всё же, уходить с этого места. - серьёзно молвил и сделал шаг вперёд, потянув любимую за руку.
Она же чуть не оступилась и могла упасть.
Поэтому вскоре оказалась на его руках.
На небе появилась первая звезда, что направляла их к спасению. Она светила настолько ярко, что голубые глаза следовали ей всё время, и Беркаю приходилось идти только в одном направлении.
Пусть милая и ничего не говорила.
Он, казалось, впервые полностью её понимал. И чётко осознавал, что это, действительно, впервые. Раньше бы не взял на руки по своему желанию, а тут… он сам хотел носить её на руках сейчас. И всю оставшуюся жизнь.
В руке был какой-то сушёный цветок, от чего она сильно сжимала кулак. Было не по себе от внезапно появившегося страха потерять супруга, но он не был наигранным.
В карих глазах же читалась безграничная верность, что очень удивило её.
- Ты…?
- Нам следует молчать… Я люблю тебя… Как раньше не получалось. - прошептал на ухо и зажал кожу её шеи между губ.
- А как не получалось и почему? - спросила так же тихо, слегка сжав в руках его сорочку.
- Настолько нежно… А второй вопрос оставим на потом. - он так и остановился за первым деревом, к которому они дошли.
Прекрасно знал чьих рук было это дело и посему не боялся. Хотя стоило бы.
- Помнишь как ты мне подарил её с очками?
- От солнца, а потом ещё думал не поняла ли ты, что я сумасшедший по такому странному комплекту в подарок. - вспомнил и не сдержал смешок.
А те люди всё ещё преследовали. И вскоре, и ветка не хрустнула, женщину забрали прямо из-под носа Демирджи. Это больше разозлило его чем расстроило. Но на то, чтобы разбираться в себе, времени не было.
Лилия упала, таким образом показывая куда потащили Нур.
Он пошёл следом. Следов же не было. Просто цветок и интуиция давали толчок к поиску в нужном направлении. А за миг он и услышал сдавленный протест.
Вновь отбил женщину и взял её на руки, но та закричала и после потеряла сознание. Выяснить что болит уже не было как. Но эта возможность была бы в доме у русынки.
Вот Исмаил и направился туда. Хотя и слегка боялся задержатся надолго в гостях.
- Что не сделаешь ради красавицы.. Своей, что самое главное. - думал, ступая шаг за шагом к дому неизвестной иностранки, что была довольно таки странной в округе.
Её опасались буквально все, кто попадал сюда или просто что-либо слышал о ней.
Хотя женщина казалась достаточно милой, пусть и не столь дружелюбной как коренные турки. Но внешность очень часто обманчива. Это Беркай засвоил ещё в начале своей карьеры актёра.
- Нам очень нужна помощь. Спрятаться бы на несколько часов и выйти к своему дому без преследований.
- Что случилось? Вы не походи на мошенников и плохих.
- Не знаю имени… Но нас преследуют те, кого послали враги. Всё из-за бизнеса, дела идут в гору у нас и прогорают у них. Вот и вся причина.
Сорвал Исмаил, хотя это и могло быть правдой. Наверняка же он не знал.
Пожилая женщина осмотрела их и пригласила в дом, что, по сравнению с их, был совсем маленьким. Ещё и тут не было света, что было видно ещё снаружи. А внутри было много свечей, от чего мужчине стало дурно.
- Нельзя так бояться запаха натурального воска. - проговорила та с некоторыми лексическими ошибками, от чего актёр нахмурился.
Его сейчас волновали не советы и упрёки, а состояние супруги, поэтому, опомнившись, указал пальцем на печь.
- Не поможет. Всё от шока. Нужны травы.
- В нашем веке? - удивился Исмаил, но чуть ли не получил по шее.
- Радушный приём. Сразу видно, что никогда не мечтала тут оказаться. Зачем же тут тогда? - спросил уже вызывающе и без подобающего уважения к возрасту.
- Так вышло. - отрезала более строго незнакомка и протянула Беркаю руку женщины.
- Мне нужно помогать?
- Просто держи. - вновь тот же сухой голос, но в нём был отпечаток добра.
Совсем прозрачным туманом добро будто покрывало сединой её голову. А седых волосин было штук с пять на всю голову. От параллели в голове он содрогнулся.
- Что мы будем делать? - спросил тише, голос стал более хриплым.
Незнакомка же промолчала, от чего чувство отстранённости от мира сего завладело им. Смотрел только карими глазами на бессознательную жену и понимал, что должен поскорее полностью прийти в сознание. Но не мог. Будто бы всё перед ним и в этом доме было в тумане.
Держал руку и вдруг чихнул.
Женщина вмиг куда-то ушла и было такое чувство, будто тут никого и не было.
- Нур… дорогая… приди в себя, прошу… Ты нам нужна…
- Вам? Кому это? - было странно, что только ревность смогла её вывести из временного беспамятства.
- Ну… Мне и дочке нашей. А ты что подумала, солнышко? - спросил, прижимая её к сердцу.
- Что ты думаешь о другой. - потянувшись за поцелуем, призналась.
- Никто больше не захочет меня любить… Так, как мне это очень нужно. С силой воли и желанием никогда не заканчивать дела, что делаются ради второй половины сердца.
- У меня оно целое. Просто ты в середине. - с лёгкой обидой произнесла.
В домик вплыла молодая красавица и протянула гостям тёплую воду.
- Вы…? - ласково улыбнувшись, поинтересовалась Нургюль.
- Раби.
- Рабия?
Девушка лишь кивнула. А Исмаил приоткрыл рот. Ему было страшно, что сошёл с ума. Но страх выдавать сейчас было не время и не место. Всё должно было скидаться просто на удивление.
Он не знал чем заслужил подобные видения, ведь сам спас супругу. Не понимал что в принципе случилось за последние полчаса. А Рабия ему завлекательно улыбалась.
- Это мой муж. - уточнила Нур заметив это.
Но та ничего не ответила, только облизала губы.
- Ты тоже будешь на неё засматриваться? Начнёшь? - спросила тише, но девушка услышала.
- Я не могу уйти из дому, матушка скоро вернётся и мне нужно будет объяснить ей что тут творилось.
Мужчина облегчённо выдохнул.
Он оставался при своём разуме.
Но успокаивало это только душу. Сердце калатало в бешенном темпе. Он понимал, что сейчас стоит ей полностью во всём признаться или просто уйти.
Казалось, что второй вариант намного легче. Но он мучил мужчину.
- Я тебя очень… дорожу тобой… - исправился, хотел было покинуть дом, но зашла та самая старушка.
- О, Азраиля. - обрадовалась Нур, чего не понял Исмаил.
Он опасался этой странной иностранки, а жена называла её даже на родной лад. И не понял как приподнял бровь, само удивление им управляло. Вдруг зазвонил телефон и ему пришлось выйти во двор. А там уже ждала та самая банда. Даже за кустами уже не прятались.
Дали по голове и попытались войти в дом, что не выходило.
- Я не могу переступить.
- Вот и дурак. - вскрикнул другой и оттолкнул подельника.
Переступив порог, отчаянный скривился от боли. Но намерения менять он самовольно не мог, поэтому направился к кровати, на которой спокойно сидела Нургюль. Она не понимала откуда такое спокойствие, но оно большой волной накрывало её разум. Паники и вовсе не было, хотя в данной ситуации она должна была бы быть.
Рука её сжимала платье, на котором с другой стороны была маленькая лилия. Сама вышила нитками. Было как-то не по себе без того цветка, что выпал где-то. Она и не думала, что Исмаил успел найти, поднять и спрятать его. Отчаяние комом стояло в горле, но его отчётливых следов не чувствовалось.
- Ну подходи уже. Тебе неприятно от запаха? - спросила с интересом.
- И от особы. - специально кинул тот кивнув в сторону Азраили.
Та же не смутилась совсем, или просто не услышала слов плохого визитёра. Уж в людях то русынка разбиралась. Первая любовь научила видеть подвох во всём и во всех.
Её странного цвета глаза всматривались в Нур, что выпрямилась как истинная госпожа, которую играла. Столь долгий период времени, что слишком вжилась. Она сейчас гордо вскинула голову и кинула рукой в воздухе. Это был безмолвный приказ уйти, оставить её в гордом одиночестве.
- Прошу уйти с моего дома. - всё поняв, начала старушка.
- Но у нас задание.
- Тогда поджидайте лучшего часа. Всё, что могу сказать на сейчас.
Пауза затянулась и все люди в доме глянули в окно. Нургюль стало как-то млосно и она ждала возвращения супруга с секунды на секунду. Слышала биение собственного сердца. Сейчас оно казалось столь хрустальным, что было страшно от ожидания. Оно мутило и в глазах вновь появился туман
- Мы не уйдём, пока нам не поступит такая команда.
- От кого? - прямо и холодно поинтересовалась актриса.
- От того, кто ненавидит тебя всем сердцем, а сейчас… вроде любит. - проговорил с неким сомнением.
Женщина прищурилась пытаясь понять кто с коллег её мог ненавидеть.
- Это точно мужчина? - решила уточнить ещё раз.
Её не мог терпеть только один, - экранный Синан паша.
Было очень странно понимать, что в жизнь просачивались интриги ещё интереснее.
- И это… не совсем коллега. Не только он. - добавил мужчина перед тем как упасть на пол.
Исмаил был очень напуган, что насторожило Нур. Её мимика выдавала это.
- За тебя сильно переживал. - бросил себе в оправдание.
Но страх не покинул его. От чего мужчина схватился за голову.
- От чего болит? - поинтересовалась его благоверная.
Какое-то не то подозрение закралось в его мысли, захотелось её украсть и от мира оградить. Но подозрений вызывать точно не стоило. Сейчас нельзя было. Он понимал, что рискует всем, если проговорится случайно. Случайность же всегда была ему не на руку.
- Не знаю, дорогая. Новости, вроде, добрые. - молвил обнимая супругу, от чего стало ему прохладнее.
Смутился и опустился на колени перед своей несравненной.
- Что-то ещё случилось?
- Нет, просто мы чуть не поссорились из-за того, что и внимания сейчас не стоит. Больше никто не посмеет…
- Подозрительно, что ты так уверен.
- Я уже защищу тебя от всего. - уверенно и с долей обиды заявил мужчина.
На его лице было что-то ещё. Он и сам не понимал что это было, и тени удивления не вызвала фотография, но теперь он всматривался в черты лица любимицы и понимал: она не истинная турчанка.
- Ты смотришь на меня как на музейную статую. - с долей раздражения фыркнула.
Вот злость и раздражение были истинно турецкими эмоциями. И Нур в этом превосходила многих женщин, даже, казалось, представительниц женского султаната.
- Фразы Кесем Султан оставим на потом. У тебя был рыжий отлив во цвете волос? - поинтересовался Исмаил, подняв глаза на неё.
Женщина на миг замерла в одном положении.
- Ты меня подозреваешь в том, что я могу лгать? - спросила строже обычного тона.
- Нет… Дорогая, ты неправильно поняла… Как ты тут фотографировалась? - спросил, показывая фото.
Но из глаз сами собой полились слёзы, она не видела картинки перед собой. Только размытую картинку комнаты она видела… в очертаниях.
Объятья получились какими-то необычными. Не столь тёплыми и радушными как дома.
- Вы останетесь на месяц. Просила матушка передать. - показав носик, молвила Рабия.
- Ещё лучше… - пробормотала Нур и спряталась вновь в объятиях супруга.
Сейчас она не могла понять за что она несколько недель без ночей. Её беременность была на слишком малом сроке, дабы появился запрет. И он не должен был касаться их.
Обида была сильнее понимания, что нежность сейчас полностью овладела любимым. Она должна была быть раньше, - была уверена женщина. В лазурных глазах читался страх, хоть и пыталась со всех сил не выдавать его. Но руки сжимали чётки, что забрала с работы. Только их и смогла взять на память о такой важной роли.
- Я не смогу больше играть… Видишь как обострились мои эмоции? - спросила, желая увидеть в его глазах сочувствие.
Исмаил же лишь кивнул.
Он понимал, что будет довольно таки сложно решить это, так как режиссёр сразу говорил о казусах и их невозможности. Стояло верить в милость Аллаха.
Пришло сообщение от банка, но он решил не проверять телефон в присутствии Нур. Не хотел видеть её глаз с разочарованием, так как слишком уже полюбил её лёгкость, что всегда была присуща лазурным глазам. Каждый момент он смотрел в глаза, что сияли то серыми оттенками, то голубыми.
- Не смотри так… То фото было сделано несколько десятков лет назад. И у меня был такой некрасивый цвет волос. Как будто ты всегда красавцем был.
- Дело не в том, что я…
- Я врать не умею. Но можешь проверить. - кинула более строго, на её лёгком платье уже были складки.
От нервов сжимала в руках. Чётки же оставила уже на столе.
- Ты прости, но… Мне кажется, стоило забыть о счастье до того как не закончим проект. Он очень важный, будет очень сложно остановить его и из-за нас…
- Из-за нас он получился, благодаря нам. Потерпят любимые зрители.
- Но киноиндустрия…
Он хотел было сказать словами известного им обоим преподавателя, но понял, что сейчас не время и не место подобным колкостям.
Глаза женщины были чистые, но серые. Казалось, в них скрывался сам туман, что мог навлечь беду на возлюбленного. Ведь тот смотрел прямо в грустные глаза.
В её глазах читался самый волнующий вопрос, но в комнату вошла старушка. Милая старушка, что не могла забыть об обеде для гостей.
- Благодарю, но мы ещё не голодны. - сдержанно ответил Исмаил.
Но его живот заурчал, выдавая ложь.
- Я поняла. Тогда пусть ест спутница. Не сама же, нужно. - подмигнув, молвила та.
Нургюль не поняла по чему было видно её состояние, потому рассеяно улыбнулась. Объятья Беркая согревали недостаточно.
- Можно нам ещё на сегодня одеяло?
- Как будто завтра использовать не будете. - прицокнув, молвила та на родном языке.
Нур же закатила глаза, как приходилось делать в роли. Слишком уж переучилась держаться гордо и сдержанно. В жизни уже лишний раз и не улыбалась. Но разве бывает улыбка любимой лишней?
Она не понимала недовольства Исмаила, так как считала себя теперь более благородной и истинной турчанкой. Он же, наоборот, перестал видеть в ней всю ту радость, которая так привлекала выходными… Они подолгу могли сидеть у камина или у костра. Тогда хватало и любви и тепла.
- Мы же завтра уйдём.
- Если нужно будет, то и убежим. - мягко улыбнувшись, кинул.
Она же лишь мило улыбнулась красавцу. Всегда принимала тот факт, что он куда красивее. Но не могла сдавать позиции и теперь следила за собой куда тщательнее.
- Ты же понимаешь, что бежали мы не от женщины?
- От собственных страхов. Это стоило подчёркивать? - спросил еле дыша.
Ему было так приятно просто от присутствия рядом этой актрисы. Необычной красоты женщина всегда ему была новой. Абсолютно новой при каждом взгляде.
Нур всегда это замечала. Но не сейчас. Она смотрела куда-то вдаль, будто бы мужчина был прозрачным, а там что-то более интересным или ближе ей. Голубые глаза стали куда ярче и спокойнее оттенком. Она была уверена в том, что больше ничего не помешает им построить своё счастье, только своё.
Гримёрка.
- Я не хочу тебе напоминать, но стоит оплатить своё положение.
- Тебе не над кем издеваться? Больше нет нашей лучезарной красавицы. Не хватает нам ещё того дабы Кесем Султан ушла из-за какой-то…
- Дурости? - сразу же кинула подходящее слово неприятная особа.
- Да. - с ухмылкой молвила.
Гюльбахар Султан на экране и так была не слишком приятной внешности, а в жизни это выделялось ещё больше. Нургюль отвела взор от собеседницы, так как начало тошнить.
Была и другая причина. Но как же не подстрекнуть соперницу?
- От тебя уже противно стало. - сморщившись, проговорила.
Исмаила не было. Да и мужчины куда-то ушли, будто бы специально.
- От меня?... Кесем Султан следовать не стоит, она уж слишком была дурной. От неё отказались абсолютно все в конце. Только Кеманкеш… с ума сошёл… Оставшись на её стороне. - начала та, но оказалась прижата к стене.
Запястье яростно сжимала, казалось, трепетная рука.
- Не смей проводить параллели такого масштаба. Или будешь высмеяна на всю страну. - прошипела Нур, обнимая её за плечи.
Обнимая с тёплыми чувствами и желанием понять. Но они не были столь чистыми как у Вильдан. Так было всегда. Никто не мог понять как так вышло, но именно Вильдан больше всех пережила тёмных времён и осталась добрее мира.
- Серьёзно? Меня не обмануть. - за миг Нургюль почувствовала боль в пояснице.
Она была на полу и перед собой видела только бесящее лицо.
- Что ты творишь? - спросила, всё ещё, надеясь на мирное решение конфликта.
Та не ответила, перед глазами всё поплыло.
Он возвращался с кофе для любимой.
- Главное, не напугать её этим… - прошептал продумывая как лучше сделать.
- Друг, ты не теряй же совсем рассудок от счастья.
- Метин, ты не можешь мне сейчас указывать.
- Не в этой жизни? Хотя ты прав… Только смотри измени нашу Кесем Султан в лучшую сторону. Не уведи со съёмочной площадки. - серьёзно предупредил тот.
А Беркай только ухмыльнулся.
Становилось ещё сложнее добиться хотя бы месяца перед самим рождением. Скрывать же тоже возможно было. И вполне легко. Но только вот как сказать жене об этом?
- Что-то там творится. Всхлипы слышны. - вытянул из мыслей голос коллеги.
- Может репетиция слишком затянулась, а Нур очень чувствительна в последнее время. - признал, обдумывая что там могло произойти в их отсутствие.
Он и не думал, что во всём на самом деле виновата неприятная и ему особа. Ведь сам сделал ошибку, которая стояла ему побега из дома и укрепления чувств. По крайней мере, он так думал. Не предполагал, что всё куда проще и на самом деле за истинной турчанкой скрывались плохие намерения.
Он зашёл и осмотрел пустую гримёрку.
- Тут совсем никого. Точно отсюда ты слышал?
- Звук отсюда шёл. Я уж точно не дурею, не от чего. - осматривая длинный стол на котором стояли две короны, выдохнув, молвил.
- Но…
- Гюльбахар Султан… Могла так же слишком вжиться в роль? - вдруг поинтересовался Акдульгер.
- Это точно не тот человек, что полностью отдастся работе. - уверенно опровергнул предположения друга Демирджи.
Ему было как-то неприятно от того, что комом в горле стояла тревога. Она нарастала неспешно, но брала мужчину в свой плен.
- Моя жена не могла этого спровоцировать или заслужить. - прошептал скрепя зубами.
- Я знаю, Нур прекрасный человек… Но только вот характер…
- Тебе не нравится? - сразу же вырвался вопрос, который был более эмоциональным чем нужным в сложившейся ситуации.
Нужно было думать просто о ней самой, а не цепляться за то, что другим она не идеал.
Нур же была без сознания. Куда-то собирались её уже и увозить.
Но прибежал какой-то старик с внутреннего двора и позвал Метина.
- На моей машине...?
- Да, наши люди так не сделали бы никогда. У нас под носом были иностранцы, что хорошо прикрывались знанием языка в плохих целях.
От формулировки Исмаила передёрнуло.
Гуманизм только в Украине был на подобном уровне, как он знал.
- Мою жену похищают… Вызывайте полицию! - буквально рявкнул мужчина.
Примечания:
Странный фикбук не видит немало страниц... Надеюсь, этот лёгкий недочёт будет вскоре исправлен
