Прятки

Стоя у берега, казалось, безграничного океана, Ло’ак размышлял на тему того, что же за чувство мучает его на протяжении достаточно долгого времени. Примерно с того, как он выходил брата после его пулевого ранения в бедро. Он понял, что проводить время с Нетейамом гораздо интереснее, чем могло показаться до этого. За долгими разговорами теперь тянулись часы. Такие быстрые для братьев и такие долгие и мучительные для остальных. Кто-то видел в них очередное время утекающей вдаль жизни. А кому-то казалось, что это новые события стремительно плывут прямо в руки с течением этих самых часов. Этого времени. Такого тягучего и одновременно быстрого. Недосягаемого. Нельзя было коснуться его кончиками пальцев или кожей мягких ладоней. Но Нетейаму и Ло’аку этого и не хотелось. Говорить и слушать. Снова и снова. Раз за разом. Это не могло наскучить, ведь у каждого за спиной было столько эмоций, столько событий. Почему до того, как старшему пришлось поймать в бедро пулю, они не могли сесть и поговорить? Вот так, просто. Совсем незамысловатыми фразами в которых прослеживались нотки тонких и искренних эмоций. Наверное это все потому что оба начали ценить друг друга именно с переломного момента, именно тогда стала такой понятной и хрупкой эта физическая жизнь. Можно лишится ее очень просто. Но лишится всех тех страшных последствий, которые повлечёт за собой такое страшное событие как смерть — практически нереально. Именно поэтому братья хотят как можно больше времени проводить вместе. Ведь на’ви растут так быстро и стремительно, что на детские забавы времени остаётся очень мало. С человеческим детством это не сравнить, оно кажется мучительно долгим и нудным в отличии от насыщенного, но такого мимолетного детства на’ви. Хотя, возможно есть и другая причина резкого сближения братьев. Чувство, где-то глубоко в сердце. Оно создаёт лёгкое ощущение то ли опасности и авантюризма, то ли спасения от обыденности и ее скучных дней. А может и все вместе, понять это очень трудно. Ло’ак уже отметил для себя ранее, что оно появилось примерно с того момента, как он наконец помог брату встать на ноги (буквально) после сильной травмы. Но связано ли это напрямую именно с Нетейамом? Вопрос за засыпку, но ответ на него очевиден: Да, связано.

***

За спиной слышатся тихие шаги, песок лишь слабо шуршит под ногами пришедшего. — Не спится? — так же тихо как и шаги ранее, раздаётся за спиной Ло’ака бархатный голос. — Да, есть такое. У тебя что-то случилось, ты среди ночи обычно не просыпаешься? — не в бровь, а в глаз. Младший кидает на видимо только что проснувшегося Нетейама взгляд, полный раздумий, которые до этого стремительно шли потоком, а сейчас сокращались до нуля при виде янтарных глаз. — Не задавай лишних вопросов, брат — загадочно произносит старший и треплет младшего по волосам. Вот же говнюк. Он никогда не любил говорить о подобном, и сейчас изворотливо уходит от ответа. Отец всегда учил его быть сильным. И при возникновении личных переживаний — говорить все ему. Но опыт показал, что этого делать не стоит. Родитель не всегда знает, что будет лучше для решения проблем собственного ребёнка. Но Ло’аку повезло, у него всегда был старший брат, который проходил через те же проблемы, с которыми ему только придётся столкнуться. Честно сказать, Нетейам среди своих младших братьев и сестёр всегда больше всех любил именно Ло’ака. С ним с ранних лет было интересно и весело играть благодаря его храброму и задорному характеру, он всегда старался помочь несмотря на какие-то факторы, которые мешали ему это сделать. И Нетейам в свою очередь отвечал тем же. Он всегда был и будет готов прийти на выручку любимому братцу. От тёплых мыслей о детстве на лице старшего мелькает улыбка. Такая красивая, что младший смотрел на неё несколько секунд перед тем как продолжить незамысловатый разговор. — И что будем делать, раз оба не спим? — вопросительно приподнимая бровь, спрашивает Ло’ак. — Мне кажется было бы здорово поиграть в прятки, как в детстве — идея пришла к старшему незамедлительно. Он тут же вспомнил о том как они играли в прятки допоздна, пока мама не начнёт ругать их за то, что ещё не спят. Лицо младшего тут же озарила улыбка: — Я помню как мы один раз сбежали из дома, чтобы поиграть! Прямо как сейчас, когда все уснули - воспоминания нахлынули тут же, при словах «прятки» и «детство». Прямо как сейчас, когда все уснули. И ни единый на’ви не сможет помешать таким трепетным играм, в которых каждый видел свое. Решили, что Ло’ак будет прятаться, а Нетейам искать. Все до ужаса просто, но в этом и есть особенность и шарм сие игры.

***

Ло’ак ищет глазами место, где было бы хорошо и желательно полностью спрятаться. Ведь ночной мгле белые точки хаотично расположенные на телах на’ви, достаточно ярко подсвечиваются. И если спрятаться в каком нибудь очевидном месте, будет трудно не заметить этого свечения. Но несмотря на это на’ви очень хорошо скрываются в листве. Поэтому единственным разумным выходом из ситуации будет спрятаться в зарослях. Не в таких густых, чтобы можно было удобно двинуться, но и не в мелких, иначе Нетейам сразу заметит Ло’ака. Растения чуть зашуршали, когда младший на’ви удобно в них устроился и сел на песок. Он выглядывал из пробела между листовой и смотрел за братом, который медленно сдвинулся с места отсчета. У него были свои планы на эти прятки. Он сначала будет играть в поддавки, а потом напугает брата, подойдя со спины. Неожиданно и резко. План был надежным, как думал старший. Его движения были спланированными и четкими, он сразу же приметил пару любопытных глаз в зарослях. Далее, начал прикидывать как можно обойти место где Ло’ак прячется так, чтобы он не заметил. Решено было обогнуть небольшую территорию на которой они играли. Обогнуть ее полностью и как раз выйти к младшему сзади. Шаги были максимально невесомыми и тихими. Так, чтобы Ло’ак точно не успел ничего понять. Вскоре, Нетейам оказался в паре метров от спины своего брата. Вдруг, он застыл при виде того как хвост Ло’ака легонько колышется туда-сюда. Так спокойно и размеренно. Ведь младший определено уверен в том, что одержит победу в игре, вот только..Он потерял Нетейама из виду. Глаза бегали то в правую, то в левую сторону время от времени. Это насмешило старшего, и вместо того, чтобы напугать брата. Он решает тихонько сесть сзади него и обвить талию ладонями, а так же лечь подбородком на мягкую кожу правого плеча. Ло’ак опешил от резкого ощущения тепла по телу. Он вскрикнул, но тут же успокоился, когда почувствовал, что рядом с ним никто иной как Нетейам, его дорогой братец. Сейчас сердца обоих на’ви готовы были выпрыгнуть из грудных клеток и катапультироваться прямо в океан. В моменте когда ветер огибал тела братьев своими нежными движениями, им все стало понятно. Стало осязаемо то необычное чувство бабочек в животе, то учащённое биение сердца при виде друг друга. Все стало предельно ясно, но кто первый осмелится сказать об этом? Наверное никто, ведь и Нетейам и Ло’ак поняли все одновременно и внезапно. В какой-то момент младший поворачивается через плечо и смотрит прямо в янтарные глаза, что так хитро сияли в самом начале игры. — Как думаешь, мы можем?.. — этот вопрос прозвучал слишком громко в этой ночной тиши. Задал его Нетейам, на что удивительно быстро получил краткий, но чувственный ответ: — Да. Мир будто на миг застыл. Он перестал существовать для двух на’ви, что сейчас поняли главное для себя. Они любят друг друга. В ту же ужасно медленно тянущуюся секунду, Нетейам касается своими губами губ Ло’ака. Он удивляется тому, насколько же его губы мягкие и нежные. Тому, насколько же он, оказывается, желал этого поцелуя. Младший подаётся вперёд, совсем не зная, что делать дальше. Он просто как и всегда. Доверяется дальнейшим действиям Нетейама. Оба сейчас думают, что это жуть как неправильно, что так быть не должно. Но почему-то в то же время так желают, чтобы этот момент длился вечно. — Так вот, почему тебе не спалось — говорит Ло’ак, когда поцелуй вопреки желаниям заканчивается. Он легонько улыбается уголками губ, в попытках разрядить напряженную обстановку. — Сейчас тебе лучше помолчать — смущенно, но очень твёрдо и серьезно произносит старший, вновь впиваясь в тёплые губы поцелуем. Такой исход бессонной ночи безумно радовал. Наконец ушли все те сомнения, что таились в мыслях обоих юнош. Они больше не волновали. Касания пальцев по разгоряченным поцелуями телам. Тихие и еле различимые звуки, краткие и почти не имеющие смысла реплики. Все это сейчас было их маленьким миром. Миром принадлежащим только Нетейаму и Ло’аку. И это все, что им сейчас нужно.