Я буду тебя защищать

Чан ночевал в студии. С ним были только его чувства и тишина, которая заставляла мысли в голове быстрее двигаться. Конечно эту ночь вряд-ли можно назвать спокойной, а точнее совсем нельзя так назвать. Чан проспал максимум часа два-три. Сделал он это тогда, когда на улице было уже светло, слезы закончились, а думать больше не хотелось. Под музыку, которая играла из колонок, Бан подпевал словам, тихо проговаривая их, и отрубился. Причиной пробуждения парня стал Чанбин, который пришел в студию и открыл дверь своим ключом. Сегодня у Со и Бана была запланирована встреча в студии Чана, чтобы вместе дописать песню, но когда Бин зашёл в комнату и увидел спящего друга на диване, а спокойная музыка, звучащая громко, донеслась до ушей, он понял, что похоже сегодняшние планы придется отменить. Парень выключил песню и подошёл к Чану, стоило ему положить руку на бок друга, как тот резко дернулся и проснулся, пытаясь открыть глаза. - Бин? - не понимая спросил Бан, приставая на локтях. Его голос звучал встревожено и растеряно. - Ты что тут делаешь? - Мы с тобой договаривались песню дописать, вот я и пришел, - спокойно ответил младший. - Что-то случилось, хён? Я могу помочь? - Нет, нет, все хорошо, - Крис сел на диван, пытаясь придти в себя. Но сонливость перемешалась с внутренними щемящими чувствами, и это нагоняло ещё большей тяготи. Всё это время за ним обеспокоено наблюдал Чанбин, который сидел на корточках около дивана. - Давай к работе приступим, я сейчас за чаем вниз сгоняю и приду, ты пока все включай. Парни проработали до вечера, Бан не переставал быть подавленным, конечно, он старался не подавать виду, но Со всё замечал. Когда они уже собирались заканчивать, старший спросил: - Бинни, а у вас же моя комната в общаге пустует? Ничего если я перееду? - Хён, что ты такое говоришь. Конечно, это же ТВОЯ комната. - смысл слов до Чанбина дошел не сразу, а когда дошел, то все встало на свои места. - Вы с Мирой поссорились? - Расстались, - Чан сказал, как отрезал. Пару секунд Со стоял в оцепенении, но после резким движением обнял друга, вжимая его в себя. Эти тихие объятия были полны поддержки, которую каждый из них готов был оказать друг другу и остальным мемберам в любой момент жизни. Простояв так около минуты, парни отдалились друг от друга, и тогда младший заметил слезы на глазах напротив. - Всё ещё наладится, обязательно наладится. Хён, если что я всегда рядом, можешь всегда придти. - твердо смотря в глаза Бана, сказал Чанбин, уверяя его в своих словах друга. - Спасибо, Чанбинни. Я останусь тут. Ещё поработаю. Распрощавшись друг с другом, парни разделились. Со ушел в общагу, Чан остался один у себя в студии. Он пытался что-нибудь написать, может какую-нибудь грустную песню, но получалось это у него плохо. Тогда он решил съездить в их с Мирой квартиру и забрать свои вещи. Бан очень надеялся, что девушки дома не окажется, конечно вероятность этого была ничтожно мало, но всё же она была. Собрав все силы и эмоции в кулак, Чан спокойно, и не торопясь, направился в их с девушкой квартиру. Тяжёлая входная дверь медленно открылась ключом Бана, и его хозяин перешёл порог, оказываясь в прихожей. С первого взгляда казалось, что ничего не изменилось, не было разбросанных вещей, битых тарелок, да и вообще какого-либо беспорядка, но атмосфера была убивающей. Крис аккуратно разулся и медленно пошел в спальню. Внутри него всё громыхало и клокотало, прыгало туда-сюда и дребезжало, но парень смог преодолеть себя и продолжить идти в сторону спальни. Вдруг дверь в комнату, в которую он направлялся, открылась, а на ее пороге оказалась девушка. Мира стояла и смотрела на парня напротив, не понимая происходящего. Она была в той же одежде, что и вчера. Всё те ж шорты и большая футболка парня, которая свисала с девушки. Босые ноги будто приросли к полу и не двигались. А сама девушка будто вот вот рассыпется на маленькие осколки. - Чан, ты пришел? - голос звучал охрипше и растеряно. Непонятно для чего был задан этот вопрос. Толи в надежде, что парень останется, толи в разочаровании от его возвращения. - Да... Я только за вещами, и уйду, - стараясь оправдаться, говорит Бан и большими шагами подходит к девушке, останавливаясь возле нее. - Мира, скажи мне надеяться на что-то потом? - Я...я... - Юн не могла и слова вымолвить. Взгляд шоколадных глаз прожигал в ней дыру, но их владелец не хотел сделать этим больно, скорее он сам выражал свою боль, которая была очень заметна. Мира очень хотела сказать, что хочет быть с Крисом до конца своей жизни, хотела сказать, что пойдет ради него на всё, и на это всё она пошла. Она бросила его, понимая, что с ней ему только тяжелее. Девушка считала, что отвлекает Чана от работы, что не даёт ему должной поддержки, и эти мысли съедали ее изнутри. Поэтому их отношения стали холоднее, а Юн медленно тонула в своих мыслях. - Ну же, - поторопил ее Бан. Его глаза были широко открыты и смотрели прямо в душу. - Чан, я... - и снова эта пауза. Как же сильно Мира хочет сказать, что была дурой и что не проживет без Криса и дня. Но при этом она понимает, что этими словами она обременит его жизнь, а если отвергнет его, то сделает чертовски больно ему в первую очередь, а на себя пофиг. И что, что она всю ночь и день просидела на полу, плача и говоря слова ненависти самой себе, говоря, что лучше бы она померла и не делала больно Чану, ведь видеть его глаза вчера вечером было невозможно. Они были полны разочарования и боли, они будто раскололись, прямо как тарелка, падающая со стола. И вот Юн решается на этот шаг. Она не хочет думать о том, что будет потом, а просто говорит. - Чан, я не смогу без тебя. - и после этих слов она сыпется, слезы снова льются с неимоверной силой из ее глаз, а ноги подкашиваются. Хорошо, что Бан, находящийся рядом, ловит девушку и прижимает ее к себе. - Я такая идиотка, извини меня, извини, извини... - Эй, тише, тише, малышка, - Бан должен был быть сильным сейчас, он старался изо всех сил, чтобы поддержать Миру, но сам сыпется, как засохшая печенька. Слезы так же начинают появляться в его глазах и стекать по щекам, а он лишь сильнее прижимает к себе девушку, осаживаясь на пол, гладит по волосам и приговаривает на ухо. - Ты мое самое большое сокровище. Мира, солнышко моё, малышка моя, прости. Ты из-за меня придурка так настрадалась, не с проста же ты начала холодеть. Прости, маленькая моя. Оба плачут, обоим больно от того, что они делают с сердцами друг друга, и оба винят себя в этом. Просидев в объятиях друг друга на полу ещё около десятка минут, пара немного успокоилась. Слезы почти уже не шли, вместо них в голову пришли умные мысли. Мысли, которые помогли им удалить все проблемы. Чан и Мира простили друг друга, а главное, что простили себя.