Болезненная любовь.

Так мы и начали нашу совместную деятельность, о которой никто не знал. Иначе, если бы об этом узнали, у нас появились бы проблемы. Например, подозрения со стороны команды о том, что я сливаю противникам наши тактики и секретные приемы. Хуже всего пришлось бы Саэ: паблики со спортивными новостями молодежных лиг пестрили бы яркими заголовками по типу «Итоши Саэ предал команду?!». Поэтому мы пообещали не распространяться о встречах, закрепив обещание рукопожатием. Со временем у нас появилось расписание встреч, менявшееся в основном из-за Саэ и его плотного графика. Мне же было все равно, ибо я практически всегда был свободен. Я начал чувствовать, как привязываюсь к нему. Тренировки стали чем-то рутинным в моей жизни. Иногда я даже отдавал предпочтение им, отменяя свои дела. Что удивительно, мы не обменялись с Итоши контактами. Отсюда возникло правило: если кто-то опаздывает более, чем на 20 минут, то встреча отменяется. Тему обмена контактами мы ни разу не затрагивали, необходимости в этом не было. Итак знаешь, что увидишь его сегодня в 19, либо же завтра в 18.

***

Осенью, когда нам уже было по 15 лет, после одной из совместных тренировок, на которой мы отрабатывали новые финты, мы разговорились. — Однажды я с командой решили пранкануть вратаря. Пока он был в душе, мы подходили и выливали ему на голову шампунь. Как же он психовал, пытаясь отмыться. Это надо было видеть. Пиздец угар, — сидя на газоне в центре поля, все также подсвеченного одним единственным уличным фонарем, Саэ рассказывал истории, смеясь. Я сидел рядом, внимательно слушая каждую, смеясь и вспоминая свои истории. — Бля-я, я вспомнил, как мы однажды подменили боксеры вратаря на кружевные стринги, пока он был в душе. — Гениально, — Итоши смеялся. Я тоже. За последний год наши отношения потихоньку начинали походить на дружеские. Но я все также видел его только на тренировках и матчах. Хотелось предложить ему как-нибудь погулять вместе, сходить в кино или кафе. Но я не знал, как Саэ отреагирует на это, поэтому ждал инициативы от него. В тот вечер, после очередной истории Итоши со серьезным выражением лица посмотрел на меня. А затем поцеловал. Прямо в губы, положив руку мне на колено. А я и не сопротивлялся. Мы слились в долгом, нежном поцелуе. Мне нравилось подминать под себя его мягкие губы, чувствовать вкус мятной жвачки во рту и запах парфюма от диор, который я раньше не замечал, вперемешку с потом. «Сколько бы парфюма и духов ты на себя не вылил, но пот пахнуть по любому будет» — подумал я, все также наслаждаясь поцелуем. Когда Итоши все же отстранился от меня, оставив за собой ощущение некоторой пустоты, он посмотрел на меня, улыбнулся и по обыкновению сказал: — Завтра в 19. Не забудь.