Эйфория

Эх, любовь.. Несправедливая штука. Ты ощущаешь к человеку самые искренние эмоции, а он может их как и принять, так и отвергнуть. Поиграться с тобой и бросить, а может и связать с тобой всю жизнь..

— Эй, Федя.., — робко сказал парень киргизской национальности. — Чего тебе? — уверенно с улыбкой на лице ответил Федя, очень громко, чуть-ли не на весь класс. Мирбек смутился, слегка покраснел и отвернулся от друга. Федя обратил на это внимание и отвлёкся от телефона, посмотрев на парня. — Ну и чего ты? — с той же улыбкой спросил Шихин. — Да так.. ничего.., — Мирбек поводил ручкой по тетради, нарисовав что-то похожее на «сердечко», после чего перечеркнул его. — Втюрился чтоль в кого-то? — усмехаясь спросил парень, возращаясь опять к игре. Щёки Мирбека закраснели, лёгкие мурашки пробежали по всему телу. — Бляя, с чего ты взял? — сказал Ысаков, попутно выпрямившись и закрыв за собой тетрадь. — Да так, сердечки рисуешь, перечёркиваешь, салага.., — буд-то расстроившись сказал Федя, отчего он сам и удивился. Мирбек промолчал, его маска «натурального чурки» пропала, он разочаровано взглянул на ту же тетрадь и в это же мгновение прозвенел звонок. — Ну чё, погнали в столовку? — накидывая на себя портфель спросил Федя. — Пойдём.., — Мирбек буквально скомкал эту тетрадку у себя в руках, еле-еле протиснулся к мусорке среди одноклассников и выбросил её. Федор шёл за ним и наблюдал эту картину. Парень дождался удобного момента и быстро достал тетрадку из мусорки, быстро закинув её к себе в рюкзак. — Шихин, че ты в мусорках роешься? — усмехаясь спросил Саид Хакимович, похлопывая его по спине. — Да ниче, — Смущённо кинул парень в ответ и быстро умчал к коридор к Мирбеку. В столовую шли они с неловким молчанием. В голове у Феди было одно: «Что же хотел сказать Мирбек?» Чувства внутри смешались, чувствует ли он что-то к своему другу или это глупые мысли в его голове? Он сам не знал, и никто не знает. Мирбек был в полном пространстве. Чувства к Федору полыхали в его сердце, рядом с ним у него дрожали колени, холодный пот и мурашки пробегали от одного единственного его взгляда. Улыбка его друга сводила с ума Ысакова, один голос заставлял забыть обо всём и обо всех. Мечты Мирбека были изощренные, разнообразные. От самых непристойных до самых милых, ласковых. Мирбек долго думал, с какого момента он стал «таким»? Он боялся сказать о своих чувствах Феде, ибо представлял его как типичного Ваньку, работягу, презирающего Мирбеку подобных. Бедный мальчик даже не догадывался, что за грубыми высказываниями его друга скрывалось его истинное «Я». Первая симпатия у Феди была именно к мальчику, это произошло ещё в начальной школе. Наивный, маленький и глупый Федя признался своему возлюбленному, но тот его жёстко отшил, назвав «пидорасом» и пожелал гореть ему в аду. После этого Федя понял, что это «ненормально» и сам стал подобным образом высказываться о людях нетрадиционной ориентации. Так они и дошли до столовой, каждый в своих мыслях. Мирбек остановил друга, который чуть не врезался в проход. Его рука коснулась груди Феди и он буквально почувствовал его сердцебиение, которое от прикосновения только участилось. — Ты чего такой.. потерянный? — тихо, слегка дрожащим голосом спросил Ысаков, оставляя руку на том же месте. — Да ничё, задумался, руку убери уже блять, — очнувшись, грубо ответил Федя, откинув руку Мирбека от себя. Мирбек прислонил руку к себе, его охватили удушающие чувства, такие приятные, но в этот же момент резкие ответ Феди ранил его, обидел, но он не мог ничего возразить. Ысаков покорно последовал за своим другом, продолжая вести себя как никогда странно. — Знаешь что, братан..? — с некой активностью и чрезмерным дружелюбием обратился к Мирбеку Федя, — Схожу-ка я в туалет, сок за меня купи какой-нибудь, на деньги, — Федор отдал деньги и быстрым шагом помчался в туалет начальных классов, где зашёл в кабинку и достал скомканную тетрадку Мирбека. Кое-как выпрямив её, он принялся листать страницы. Страницы шли одна за одной, но не он не находил на них чего-то стоящего. «Что я вообще хотел здесь найти?», — спросил сам у себя Федя, не находя ответа в своей голове, но безнадёжно продолжая листать страницы. И вот, наконец, за кучек набросков и рандомных записей он нашёл то, что похоже, желал видеть больше всего. «Федь, я никак не решался тебе сказать о том, что я чувствую, я прошу тебя не прекращать со мной общение после этого, я не переживу.. Я люблю тебя, люблю больше чем друга.» Этому было посвящено несколько страниц с одинаковым посылом, но разной формулировкой. Хотел ли Мирбек сказать это на уроке? Федя аккуратно положил тетрадь обратно в портфель, после чего почувствовал бабочки в животе. Шихин понял, что его чувства, которые он так старался скрывать, взаимны. Улыбка расползлась на его лице. В этот момент он слышит звук закрытия входной двери, он слегка притих. — Ээ, ты чё тут умер что ли? — прежний стиль общения вернулся к Мирбеку. Федя открыл дверь кабинки, после чего увидел своего «друга». Он схватил его за футболку, после чего быстрым рывком затащил его в кабинку и закрыл дверь. — Ээ, ахах, что ты делаешь? — красные щёки выдавали всю неловкость и неуверенность Ысакова, его глаза были прикованы к губам Феди, которые были впервые так близки. — Ничего не хочешь мне рассказать? — Федя отпустил Мирбека и нежно провёл по торсу парня, от чего тот раскраснелся ещё больше. — Н-нет..? — неуверенно и заякаясь ответил парень, как можно тише. Тогда Федя немного отстранился, достал тетрадь и помахал её перед Мирбеком. — Точно ничего? — он улыбнулся, смущённый вид его друга заставлял его сомневаться. Вместо ответа Мирбек впился в губы Федора, буквально припечатав его к стене. Прикосновения становились то нежными, то грубыми, но невероятно страстными. Сердце у обоих билось слишком быстро, щёки горели ярким пламенем и внутри всё перевернулось. — Я тоже люблю тебя, — слегка усмехаясь и улыбаясь ответил Федя, вновь примкнув к губам Мирбека.