стоит ли

22:47. комната наполнена вздохами, что часто сопровождаются звонкими стонами. те бьются о стены, отзываются эхом в ушах. сонхун прижимает тело ближе к себе, помогает двигаться. большие ладони оглаживают талию, глаза внимательно наблюдают и восхищаются изгибами. сону двигается четко, знает, как это сделать правильно, так, чтобы доставить удовольствие двоим в этой комнате. сону насаживается, чередуя медленные движения с более быстрыми, размеренными. его ресницы так мило подрагивают от наслаждения, а рот слегка приоткрыт. сонхун не может налюбоваться, ловит моментами возможность и двигает бедрами в ответ, помогая человеку напротив. оба гонятся за наслаждением, отдаваясь этому моменту полностью. — блять, сонхун, я сейч.. светловолосый моментально приподнимается и не разрывает контакт, заставляет сону вздрогнуть и открыть глаза от неожиданного движения. младший даже не успевает опомниться, как оказывается под телом, нависающим сверху. движения становятся быстрее — сонхун управляет. сону лишь чувствует, как чужая большая ладонь накрывает его член, начиная двигаться, пока губы касаются уха и шепчут какие-то грязные словечки. только сону не может разобрать слов, потому что все сливается в одну кашу. взгляд сфокусировать не выходит вовсе, поэтому глаза ким вновь прикрывает с блаженством. его руки касаются спины, впиваются ногтями и собирают под собой кусочки кожи, оставляя после себя царапины. глубокие, кровоточащие, те, из-за которых сонхун даже не сможет спокойно спать на спине короткое время. сону останется в его памяти, пока его царапины не заживут. позже это повторится еще не один раз, правда сонхун не может себе в этом признаться уже год. большая ладонь приподнимает одну ногу сону, делая угол проникновения удобным и позволяющим получить наслаждение быстрее. сону стонет прямо на ухо, не сдерживается и дышит так рвано, что вот-вот задохнется. контрольные движения бедрами сопровождаются дрожащими ногами и кучкой матов прямо на ухо, дают понять, что сону совсем близко. имя сонхуна так сладко звучит из чужих уст, пока тело под ним так трепетно трясется от оргазма. сону был бы рад умереть прямо сейчас. ждать старшего остается не так долго — он кончает через несколько толчков и практически рычит на ухо, низким голосом произносит короткое хороший. моментально отстраняется и полностью обнаженный уходит в ванную, вероятно, смыть с себя все это и обязательно отметить перед зеркалом то, какой сону говнюк, раз снова расцарапал ему всю спину. сону начинает одеваться сразу же, как только взгляд становится четким, а дрожь в теле утихает. конечно же перед этим необходимо стереть всю грязь со своего тела, и в этом ему помогают влажные салфетки, которые он сам всегда достает из чужой тумбочки. куртку надевать не хочется совсем, поэтому парень идет на балкон прямо так, попутно достает сигарету и зажигалку из кармана собственных джинс. открытое окно позволяет морозной свежести окутать весь балкон, не забывая и про тело, высунувшееся из него. табак обжигает горло, а первая затяжка помогает почувствовать себя лучше. сону бы выпрыгнул, но этаж не позволяет. большие ладони оказываются на талии, и сону вздрагивает от неожиданности, но мягкие поглаживания помогают ему успокоиться. руку, в которой тлеет сигарета, берет чужая и подносит её к сонхунову рту, дает сделать ему затяжку и выпустить дым в районе волос сону. таких мягких, что сонхун не может сдержать себя и просто утыкается в них носом, позволяя окутать себя запаху шампуня, который не удается перебить даже отвратительному запаху табака. момент такой хороший, что сону откладывает его в отдельный ящик в своей памяти. была бы у него возможность, он бы заснял и записал это в личный дневник дополнительно. правда. — вызвать тебе такси? сигарета тухнет, улетает куда-то вниз, а тело чувствует лишь морозный ветер, правящий за окном этой ночью. объятия разрываются по инициативе сону, окно закрывается, а он уходит в квартиру, сопровождая свой уход коротким да, пожалуйста. свет в прихожей такой отвратительный, что сону хочется ослепнуть, чтобы его больше никогда не видеть. с полуприкрытыми глазами юноша обувается, пока не видит чужого человека, что пришел за ним из спальни. сонхун помогает ему одеться, пока его телефон лежит на тумбочке и показывает, что до прибытия машины осталось всего 2 минуты. шарфом сонхун обязательно прикроет младшему нос, дабы тот не замерз, ведь на улице не лето, даже не ранняя осень. чмок в нос даже не чувствуется на фоне щелчка замка, который сонхун открывает за его спиной, указывая данным жестом, что сону пора покинуть эту квартиру. — с наступающим, котенок. надеюсь, приедешь на следующие выходные. я тебе напишу. ким не находит сил ни на что, кроме как улыбнуться в ответ. несколько шагов вперед помогают оказаться напротив лифта, который со скрипом открывает свои двери, пока за спиной юноши хлопает дверь и щелкает уже до жути ненавистный замок. на улице правда так холодно, что сону кутается в свой черный шарф, оставляя открытыми лишь свои глаза. машина стоит у подъезда, поэтому парень сразу же садится в такси, приветствуя человека за рулем. ответил он ему или нет его особо не интересует, потому что в голове пустота. эта получасовая поездка позволит парню подумать о многом, а главное — о том, что ему пора прекращать. правда, такие мысли посещают его голову каждый чертов раз, как он оказывается за пределами дома, адрес которого он знает лучше, чем свой. — кажется, мы с вами застали новый год прямо в машине. с новым годом вас. сону смотрит в окно и видит, как вокруг начинают взрываться фейерверки, грохот отдается болью в висках, сону не хочет этого видеть. глаза закрываются, отправляя соленую влагу в путь по впалым розовым от мороза щекам. 0:13