В поместье Агрестов

«Эта женщина сводит меня с ума!» - думал Феликс, аккуратно поднимаясь по лестнице. Он слышал, как внизу Маринетт попрощалась с этим придурочным развозчиком угля. Затем что-то зазвенело, зазвенело сильнее, а затем и вовсе громко разбилось. Он услышал, как вскрикнула девушка. Почему-то это чуть не заставило его стремглав спуститься вниз. Затем он услышал, как дверь в кухню резко отворилась, и через пару мгновений мимо него пронеслась Маринетт, прижимая что-то к груди. - Эй! – возмущённо воскликнул мужчина, когда его чуть не сбили с ног. Девушка обернулась, и он заметил, как побледнело её лицо. - Прошу прощения, Феликс, - тихо прошептала она, пряча что-то в ладонях. Мужчина резко подошёл к ней и вывернул её руки. Она охнула от боли и закусила губу. В её ладонях, закатывая глаза, тяжело дышала маленькая красная птаха. - Что это? – напряжённо спросил он, отпуская её. - Она ранена. Я увидела её на кухне и попыталась поймать, но, кажется, что-то разбила. Я хочу отнести её в свою комнату. - Зачем? – удивлённо вскинул брови Феликс. - Чтобы вылечить, - как будто это само собой разумеющееся, пожала плечами девушка. - Ты всех раненных будешь лечить, сердобольная ты наша? – хмуро спросил он. - Нет, только тех, кто примет мою помощь, - фыркнула Маринетт. - А ты у неё спросила? – кивнул мужчина на птичку. – Может ей и даром не нужна твоя помощь? Девушка лишь обижено отвернулась и продолжила идти в свою комнату. - А может, мне тоже нужна твоя помощь, - продолжил хмуро Феликс. – Почему ты не спрашиваешь у меня? Маринетт помедлила и оглянулась. Зелёные глаза мужчины горели внизу, подобно кошачьим. Девушка не могла отвести от них взгляд. Феликс тоже не мог ничего с собой поделать, и тонул в её голубых глазах, не надеясь найти спасение. - Ой, молодой господин! – они оба вздрогнули, услышав знакомый голос. – У вас перебинтованы руки! Что-то с вами случилось? Давайте я помогу! Моя мама мне прислала такую хорошую мазь! Она мгновенно заживляет любую рану! Ох, Маринетт, а ты разве не должна быть на кухне? Скоро уже обед, мсье Агрест будет недоволен, если ты опоздаешь. Очень недоволен, - с удовольствием растягивая последние слова, протараторила Лила. Феликс скривился, как от кислого лимона, и отмахнул от себя руки девушки. - Не смей ко мне прикасаться, женщина, - грубо бросил он. - Но, лорд Феликс, я очень переживаю за вас! Я знаю вас дольше этой… кухарки! Я вижу, что вам отчего-то плохо! Наверное, мсье Агрест взвалил на вас много работы? Вам нужно отдыхать, лорд… И я правда хочу вам помочь! Давайте я принесу вам сейчас эту мазь и помогу втереть её! - Да ты закроешь уже свой рот? – воскликнул мужчина, злобно глядя на девушку. - Значит, как с кухаркой разговаривать и обжиматься – это нормально, а как Лилочка начинает говорить – так замолчи? – тихо проговорила она. Феликс схватил вазу, стоящую на столике между этажами и швырнул её в девушку. Та с криком едва увернулась. Ваза с грохотом разлетелась, разбившись о стену. - Феликс! – воскликнула Маринетт, бросаясь к нему. – Что вы делаете? Если мсье Агрест узнает… - Что я должен узнать? – по спине Маринетт пробежал холодок. Она как вкопанная остановилась рядом с таким же застывшим Феликсом. Девушка медленно обернулась и с ужасом посмотрела назад. На верхней ступени лестницы стоял глава поместья. - Ваш сын влюбился в кухарку, вот что! – жалобно протянула Лила. – И чтобы никто об этом не узнал, он хотел меня убить! Габриэль холодно смотрел на Феликса. Тот медленно развернулся и опустил голову, понимая, что сейчас он в патовой ситуации. Мужчина внимательно оглядел наспех замазанную чем-то голову, окровавленные бинты на руках, бледные губы и неловкую позу сына. Он позвал негромко: - Натали. Буквально через мгновение рядом с ним оказалась экономка. Она округлившимися глазами глядела на Феликса, Маринетт и Лилу, стоящих внизу. - Врача, - только и сказал мужчина. Леди Натали тут же бросилась куда-то вниз. - Господин! – вновь подала плачущий голос Лила. – Я говорила вашему сыну. У меня есть отличная мазь, мне её мама отправила! Она быстро вылечит его! Пожалуйста, позвольте мне её принести. Мсье Агрест холодно перевёл на неё взгляд и коротко кивнул. Лилу как ветром сдуло. - Феликс. Пройди в мой кабинет, - сухо приказал мужчина. – А вы можете собирать свои вещи. Мы больше не нуждаемся в ваших услугах. Ноги Маринетт подкосились, и она едва не упала на пол. Чья-то крепкая рука подхватила её и не дала упасть. - Отец, - Феликс прямо глядел на Габриэля Агреста. – Пожалуйста. Мужчина нахмурился и слегка повысил тон. - Зайди в мой кабинет, Феликс. - Отец, - вновь повторил молодой человек, крепко прижимая к себе девушку. Некоторое время они молча смотрели друг другу в глаза. Наконец, мсье Агрест не выдержал. - Очередная твоя придурь. Придётся вызвать твоего старшего брата, чтобы он вставил тебе мозги на место. Мне эта девушка не нужна. - Если она не нужна тебе, позволь мне сделать её своей служанкой. Мужчина помолчал некоторое время. - Ты очень меня разочаровываешь, молодой человек, - наконец вымолвил он. – Считаешь, что ты уже взрослый и сам можешь принимать решения? - Да, отец, - Феликс понимал, что он не должен упускать эту возможность. Он вдруг осознал, что может навсегда потерять эту женщину, которую сейчас он крепко держит в своих руках. Сейчас она была подобна той алой птахе, что спрятана сейчас в её ладонях. Он прямо смотрел в холодные глаза отца, неосознанно всё ближе прижимая Маринетт к себе. Вдруг во взгляде Агреста старшего что-то изменилось, он как-то ласково поглядел на сына, затем развернулся и махнул ему рукой, приказывая следовать за ним. Феликс осторожно отпустил девушку и медленно пошёл за ним. - Мне… собирать свои вещи? – тихо подала голос Маринетт. - Да, собирай, - ответил мужчина не оглядываясь. Она потрясённо стояла посреди лестничного пролёта, пытаясь прийти в себя. Неужели это всё взаправду? Она действительно сейчас покинет это место и уйдёт отсюда навсегда? Что скажут родители? Ведь они так старались, чтобы их дочь попала в такое хорошее место! Она больше никогда не сможет работать в большом богатом доме! И больше никогда… не увидит… эти манящие зелёные глаза… Она стояла так некоторое время, а по её щекам катились крупные слёзы. За что? Что она такого натворила? Почему всё так получилось? Кажется, Феликс пытался помочь ей, но она была в таком шоке, что не слышала его слов. Она вообще ничего вокруг не замечала, закрывшись в себя. Она раскрыла ладони и поглядела на испуганно выглядящую птичку. - Я тебя не брошу, - шепнула она ей. Чуть обретя силы, девушка бережно понесла птаху в свою комнату. Мимо неё пробежала взмыленная Лила, бросив на Маринетт победный взгляд. Она поспешила на этаж к Агрестам. Ещё через пару минут внизу она услышала голос Натали и какого-то мужчины. Видимо, уже прибыл доктор. В комнате всё плыло перед её глазами. Она оглядела её, как в последний раз. Большой деревянный сундук с её немногочисленными вещами, скрипучая и неудобная кровать, вечно разваливающийся стул. Всё это не сильно радовало её, но это всё, что у неё здесь было. И теперь, собрав свои вещи, она навсегда покинет это место. Девушка аккуратно расправила крылья птицы и заметила пятнышко крови на одном из них. Маленькая косточка белела в небольшой ране, но, кажется, она не была сломана. Девушка начала обрабатывать травмированное место. Птаха громко пискнула и затрепыхалась. - Тихо, тихо, хорошая моя! – нежно говорила девушка, аккуратно протирая крыло. Обработав рану, девушка наложила повязку и стала думать, куда бы удобно поместить птицу. Она соорудила из прутиков небольшую корзинку, положила туда свою новую подругу и начала собирать свои вещи. Слёзы вновь хлынули из её глаз. Она села на кровать, не в силах их сдержать. - Ты опять ревёшь, - послышался чей-то грубоватый голос. Девушка вздрогнула и посмотрела на дверь. В проёме стоял Феликс, сложив руки на груди. - И долго ты будешь тут ковыряться? Все вещи собрала? Маринетт стало так обидно, что она, вспыхнув, резко выгребла все свои вещи из сундука и быстро запихала их в свой саквояж. Феликс удовлетворённо кивнул. - Вот сразу бы так. Идём, я провожу тебя. Маринетт гордо вскинула голову и, нахмурившись, прошла мимо мужчины. - Сделай лицо попроще, - ухмыльнулся он. Маринетт остановилась и как-то по-особенному посмотрела на него. - Ты чего? – смутился Феликс. - Неужели я настолько противна вам, что вы уже поскорее хотите избавиться от меня, выпроваживая? – с горечью в голосе проговорила девушка. Феликс ошарашено посмотрел на неё. - Ты знаешь о чём мы говорили с отцом? - Нет, не знаю, - удивлённо отозвалась девушка. - О тебе… Маринетт замялась, не зная как на это реагировать. Феликс взял побольше воздуха в лёгкие и подошел ближе. - Отец разрешил тебя оставить. У девушки слегка приоткрылся рот от удивления. - Тогда зачем ты сказал мне собирать вещи. - Ты больше не кухарка. - Так, - протянула девушка, ошарашенно глядя на мужчину, не понимая, это он так издевается или говорит серьёзно? - Теперь ты моя служанка. - Вы в своём уме? – наконец ответила Маринет, слегка придя в себя. - А что не так? - Да всё не так! Если мои родители узнают, что я работаю личной… служанкой… о-ох! – и девушка закрыла лицо руками густо покраснев. Феликс тоже покраснел до корней волос, что было с ним впервые. - Нужна ты мне больно, - фыркнул он, пытаясь скрыть своё смущение. – Я тебя не трону, обещаю. - Правда? – выглянула из-под ладоней девушка. - Если только сама не попросишь… - Феликс! – возмущённо воскликнула Маринетт. Мужчина ехидно улыбался, мурлыкая что-то себе под нос. Он вёл Маринетт на этаж Агрестов. - Так, значит, это кабинет отца, сюда запрещено заходить всем, кроме леди Натали. Это мой кабинет, сюда запрещено заходить всем, кроме отца, брата, леди Натали и тебя. Это спальня отца, сюда запрещено входить вообще всем. Это моя спальня, сюда запрещено входить всем, кроме отца и… кхм, так, дальше. Это твоя спальня, будешь жить здесь. Я позову тебя, если что-нибудь будет нужно. - У вас есть брат? Феликс поморщился. - Можешь обращаться ко мне на ты. Терпеть не могу, когда мне говорят «вы». Я не старый дед какой-то… Да, мой брат скоро приедет, и ты сама сможешь с ним познакомиться. А пока заселяйся! – и Феликс открыл дверь в роскошные апартаменты. Он с удовольствием наблюдал, как ошарашенно оглядывается Маринетт. Он ловил каждый её восхищённый взгляд, каждый взмах ресниц. Он видел, как румянец покрывает её щёки, а в глазах зажигаются искры. Девушка повернулась к нему и искренне сказала: - Спасибо, Феликс. И эти слова согрели его душу так, как не смог бы никто другой. Он почему-то вспомнил, как в детстве мама так же нежно благодарила его. Он почти замурлыкал от удовольствия, но вовремя взял себя в руки. - Располагайся. Феликс вышел из комнаты и аккуратно прикрыл за собой дверь.