На не|реальных событиях

      Это был не воскресный или пятничный вечер, а обычный зимний вечер вторника. В квартире было тепло, щёлкнул замок. Сегодня они снова пришли в разное время, но в этот раз первым Кирилл. Сняв обувь и верхнюю одежду, он прошёл в спальню, попутно включая свет в прихожей, на кухне и в самой комнате. Переодевшись в домашние футболку и трико, Кирилл вернулся на кухню и поставил чайник. Он решил дождаться Андрея за просмотром телепрограмм.       Усевшись на серый диван, который стоял напротив висевшего на стене телевизора, с кружкой чая, он включил первый попавшийся канал и начал смотреть какое-то комедийное шоу. В доме было тихо, за окном проезжали машины, время близилось к восьми вечера. Наконец хлопнула входная дверь, и в зал устало ввалился Андрей. Он проплелся к дивану и рухнул к Кириллу.       – Ты сегодня поздно. Много работы? – поинтересовался Кирилл, уменьшая громкость передачи.       – Завал полный. Так у нас ещё много людей заболело, и мне пришлось на кассе стоять. Ещё, как специально, люди приходили то пожилые, то те, которые сами знают, что им лучше. А был один, лет семнадцати, он меня уверял, что ему Медазепам был нужен, транквилизатор такой, потому что ходил к психологу, и она сказала, что у него повышенная агрессия и активность. Но у него даже рецепта не было и вообще ему ничего покупать было не нужно. Этот парень потом стал психологу звонить, спрашивать, что делать, ведь ему не дают препарат купить. Она с ним поговорила, потом он мне телефон дал. Она когда представилась, я нормально так удивился. Угадай кто это?       – Кто-то знакомый. Твоя одноклассница или кто-то из деревни, может Маша?       – Правильно. Мне кажется, она меня тоже узнала, когда я ответил, занервничала как-то. И пока она говорила, чтобы я дал этому пациенту что-нибудь послабее, для успокоения его души, то звучала очень сухо и сдержанно, так в школьное время было.       – Ну не знаю. Даже если и узнала, то с чего ей волноваться. Скорее всего, просто такой первый случай, она только недавно должна была университет закончить.       – Может ты и прав. Но я в последнее время думаю про школу и то, что я там делал. Например, помнишь, когда я первый год в восьмом классе с вами ездить стал. Мне тогда непривычно было, и мы себя вели так. Её весь год доставали, подсмеивались, мне кажется, это было неправильно.       – Ты о том, как это могло повлиять, да? Сейчас много попыток суицида из-за отношения в школе. Хорошо, что в том случае до такого не дошло. ***       Очередное утро, ещё один день и поездка, которые девочка не пожелала бы никому. Она с детства была спокойной, доброй и чувствительной, поэтому вот уже несколько месяцев она боялась школу. Даже не саму школу, а путь до и после неё. Маша ненавидела газель. Слишком мало места, слишком близко к ней сидят те, кто был сильнее. В этом году новый человек принес очень много боли. Ежедневные насмешки, передразнивания, обзывания, тычки довели до банального страха шевельнуться или сказать что-то не то в присутствии Андрея и Кирилла. Маша не понимала почему именно на неё парни обратили своё внимание, хотя целью она была прекрасной: сильно не ударит, не закричит, никому не скажет. И вот снова она проходила на своё второе место, а парни на третье. Было страшно, она села, поставила портфель на колени, свела плечи и посмотрела в боковое окно. Тут же послышались шепотоки сзади: «Ты видел, как она зашла», «А как она садилась».       Рядом появилась Ксюша:       – Привет! – она радостно присела рядом.       – Привет, – Маша отвечала тихо. И опять передразнивание с другого сиденья, высокий голос протянул «привет». Это был Андрей, из них двоих только он мог говорить таким тоном. Хорошо, что это сказал он – это не так трудно слышать. Окажись это Кирилл, было бы хуже. Девочка уже полгода была влюблена в него, но сказать об этом ей бы никогда не хватило смелости.       Всю дорогу она сидела молча и не двигаясь. Газель остановилась у школы, стараясь сделать всё очень аккуратно, Маша взяла портфель и вышла из транспорта. Она ровным шагом пошла к зданию, хотя хотелось бежать туда, где бы её не увидели парни. Но если бы она побежала, то вместо тихого хихиканья раздался бы откровенный громкий смех. Она не умела красиво бегать. Уроки давали хоть какую-то защищённость, но не спокойствие. А на переменах снова боязнь, что её увидят. И так каждый день. Даже воскресенье, день без школы, не обходился без волнения. Можно было выйти на улицу, почистить снег, сходить в магазин, просто прогуляться и везде был шанс быть замеченной Кириллом и Андреем. И так целый год.       Но Маша никогда не плакала, по крайней мере на людях. «Стоит показать свою слабость хоть раз и всё станет ещё хуже», – так она думала. Но, возможно, именно её безэмоциональность и вечное почти каменное лицо порождали новые насмешки. Устав от кличек, её стали просто именовать «эта». Неприятно, но лучше, чем «горилла», «танк» или каверкание фамилии. Всё это оставило значительной след и сильно повлияло на мировоззрение и отношение к людям девочки.       Даже спустя три года, она не смогла в полной мере забыть и избавиться от влияния этого года. Да, позже она простила их, поняла, что все насмешки были просто способом самоутвердиться со стороны Андрея, а Кирилл просто оказался слабовольным и не стал противиться затее друга. Но от понимания легче не было, оно не могло отменить тот факт, что после этих событий Маша просто боялась общаться с парнями старше её, полюбить снова, довериться кому-то больше, чем себе. Она хотела, но не могла. Только по прошествии многих лет, когда она заканчивала университет ей посчастливилось встретить человека, которому она наконец смогла показать свои чувства. Тот год притупился в памяти и воспоминания о нём уже не давали никаких эмоций, но он не забылся. ***       – Я вёл себя тогда, как мудак. Меня только своё состояние заботило. Хотел бы я сейчас извиниться, но даже не знаю. Это будет странно, да и столько лет прошло.       – Вот, что я думаю: если ты уверен и тебя достаёт чувство вины – извинись. Шанс, что вы встретитесь вживую практически нулевой, а от простого сообщения хуже никому не станет. Насчёт её номера можно в интернете поискать или подожди, пока тот парень снова придёт, а что-то мне подсказывает, что придёт. Да мне и самому бы не помешало тоже что-нибудь написать, – Кирилл замолчал, а через некоторое время задумчиво продолжил. – Кстати, я тут подумал, она же нам помогла один раз хорошо очень.       – Ты про что? – Андрей недоуменно посмотрел на него. Но Буранин молчал и лишь взглядом показывал, что ждёт пока он сам вспомнит. – Про тот случай с фотографией?!       – Ну наконец сообразил. Да, про него. Ведь стоило этому снимку где-нибудь появиться, так всё, можно было бы прощаться с нормальной жизнью. Но этого не случилось значит, она уже тогда не была на нас зла.       – Что я считаю просто чудом, особенно после всех наших выходок. Я точно должен извиниться.       – Полностью с тобой согласен, но давай эти разговоры отложим на другое время. Ты вот до сих пор не переоделся даже, так что давай вперёд, а я пойду поесть разогрею, – Кирилл поцеловал его в щёку, встал с дивана и потянул Андрея за собой.       Тот немного поворчал, что «раскомандовался ты сильно», но поплелся в спальню. А когда вышел в потрёпанных джинсах и футболке, то на столе его уже дожидался суп, сваренный им же вчера. Остаток вечера они провели за ужином, просмотром какого-то скучного фильма, а когда поняли, что скоро уснут, то по очереди заняли ванную, а потом завалились спать. Но будильник нещадно разбудил их, спустя восемь часов в семь утра.       – Ну кто придумал это исчадие ада? Я его точно когда-нибудь прибью! – злился Андрей пытаясь нащупать телефон, чтобы отключить надоедливое треньканье.       – Ну, во-первых, он уже сам давно умер, а, во-вторых, статья 105 УК РФ – убийство, будет тебе грозить лишением свободы от шести до пятнадцати лет с ограничением свободы на срок до двух лет либо без него, – Кирилл передал телефон своему фактическому супругу, и «дзынь-трень-пилик» наконец замолчал.       – Вот с тобой даже не поговоришь нормально. Всегда работу приплетёшь, – Налошко скинул с себя одеяло и ушёл на кухню.       Кирилл лишь улыбнулся ему вслед, он уже привык к подобным утренним выходкам Андрея, что ни говори, а «жаворонком» тот никогда не был. Подождав пару минут, он тоже направился к кухне, Андрей уже почти заснул там за столом.       – Гражданин, просыпаетесь, на работу опоздаете, – Кирилл потрогал его за плечо.       – Отвали а, – пробурчал Налошко и скинул его руку.       – Вот отвалю так, что не увидишь больше, не волнуйся деньги платить буду, съеду только и всё, мне как раз одна практикантка глазки строит и в кафе приглашает, – Буранин снова говорил так, что не понятно обманывает или нет, но Андрей слегка оживился:       – Не верю. Ты не можешь на это согласиться.       – Не могу значит, – всё тем же тоном продолжал Кирилл, – ну вот сейчас и проверим, – он вернулся в спальню за телефоном и пришёл обратно, набрал номер, Андрей сидел всё так же, только плечи были немного напряжены.       – Привет, Наташ, извини, что так рано, я насчёт твоего вчерашнего предложения…       Договорить он не успел, Андрей выхватил телефон, нажал на завершение звонка и аккуратно положил его на стол, потом подошёл к Кириллу и взял его за руку: – Ладно, всё, извини я просто не выспался абсолютно, всю ночь какой-то бред снился. Только ты тоже больше подобного не делай, я не ревную, но всё таки неприятно.       – Хорошо, хорошо больше не буду. Если честно, я сейчас вообще сестре звонил и, похоже, разбудил. Так что лучше ни мне, ни тебе с ней пока не общаться.       Андрей рассмеялся, представив себя на месте Карины.       – А про практикантку правда?       – Да, есть такая, Наташа зовут. Я вообще без понятия куда она пришла, но с первого дня всех обо мне расспрашивает, на обеде подсаживается, комплиментами одаривает, короче, ужас полный.       – Ты, оказывается, популярностью у девушек пользуешься. Помнишь, на прошлой неделе ко мне на работу заходил, так от меня потом выпытывали кто ты такой, как зовут, сколько лет.       – Ну ничего себе! Интересно, чем это я так привлек их внимание? Между прочим мы на весь этот театр около десяти минут потратили, так что давай, собираться надо, пробки никто не отменял.       Этим же днём, как и говорил Кирилл, в аптеку снова заявился тот парень, требовать ещё таблеток, что купил вчера. Андрей продал ему стандарт и попросил номер его психолога. На вопрос: «А с каких мухоморов он тебе сдался? Ты ж нормальный вроде», Налошко ответил, что у его подруги есть дочь, которой помощь бы как раз не помешала. Парень пожал плечами и продиктовал номер, имя и отчество, а после выбежал из аптеки. Андрей отправил короткое сообщение, что всё вроде бы получилось, Кириллу, а потом с головой погрузился в весь круговорот посетителей.       К вечеру он так вымотался, что уже забыл про планировавшееся извинение. Сегодня в квартиру первым вошёл Андрей, а через час присоединился Кирилл, выглядел он не лучше. «У женщины украли сумку с документами, деньгами и всякими прочими вещами. Пришлось искать», – было объяснение Буранина. Только часам к десяти вечера они вспомнили про телефон. Не зная как начать, Кирилл написал первое, что пришло в голову, аргументировав тем, что нужно сначала убедиться, она это вообще или нет. «Здравствуй. Ты же из Вараксино? Только не блокируй»       Ответ пришёл через две минуты. «Да. Но почему Вы обращаетесь ко мне на «ты». Мы знакомы?» «Получается знакомы. Кирилл Буранин и Андрей Налошко помнишь таких?» «Помню. И, что вам двоим от меня надо?» «Давно, в школе ещё, было одно время, когда мы с тобой себя вели хреново. Поэтому извиниться хотим. Простишь?» «Да я давно уже. Все же детьми были, все могли ошибаться. Но раз уж вы написали, то я вам несколько вопросов задам, в качестве моральной компенсации»       – А она сейчас прям как ты говоришь, написала, – Андрей толкнул Кирилл локтём в бок.       – Мне больше интересно, что за вопросы, но раз уж мы это начали… «Задавай»       Первый же вопрос поверг их в шок. «Вы всё ещё вместе или уже разошлись? Только отвечайте честно, пожалуйста. Трепаться об этом я всё равно не собираюсь»       С волнением набирая: «Вместе», – они ещё сильнее удивились ответу. «Я искренне за вас рада» «То есть ты не считаешь, что это плохо?» «Нет, конечно. Когда я в школе училась была на слуху такая фраза «не важно кто с кем спит, главное, чтобы все выспались». Так вот я её полностью поддерживаю»       Сказать, что они были шокированы сейчас – ничего не сказать. Конечно, и Кирилл, и Андрей понимали, что Маша не осталась той, что была в школе, но чтобы настолько измениться. Или она была такой ещё тогда… «Последние два вопроса и я отстану. Где вы работаете, и откуда у вас мой номер?» «Я в полиции, Андрей в аптеке, номер ему, кстати, там твой пациент дал, парень, который тебе вчера звонил и трубку потом Андрею передал» «Так это и правда он был, я думала, показалось. Ладно, до свидания, больше не спишемся. Удачи вам» «Да, до свидания. И ещё, спасибо за фотографию, что не показала никому тогда» «Вы про ту, что Ксюша сделала? Ну я же не совсем больная, чтобы людям жизнь портить. А снимок у меня до сих пор остался, могу отправить»       – Нет, ну точно прям как ты! Тоже вот пойми, шутит она или что.       – А пусть отправит. Хуже не будет, а мы его даже не видели никогда, а ведь из-за того случая столько произошло. «Отправляй» Через пару секунд на телефон пришёл файл с изображением: это и правда были они, ещё лет в 16-17; не удивительно, что тогда Ксюша осталась незамеченной, так быть занятыми друг другом. От разглядывания фотографии отвлекло новое сообщение: «Всё, прощаюсь во второй раз. Интересно будет, если мы как-нибудь после этого случайно встретимся» «Наверно, да. До свидания ещё раз»       После окончания этой переписки все трое облегчённо вздохнули, подумали, что это было странно, и вернулись к своим обычным делам. А дальше ночь, утро, новый день и новые события.