В этом году всё будет иначе

      На улице уже двадцать седьмое декабря, а дом всё ещё не украшен. Скоро Новый Год, а из новогодней тематики нет даже гирлянд, что уж говорить о ёлке или о шариках для неё. Когда на часах стукнуло десять часов, Кристина, допив своё кофе, вымыла за собой кружку и направилась в прихожую. Девушка обулась в зимние ботинки, натянула шапку вместо привычной кепки и начала искать верхнюю одежду. Захарова вспомнила, что та висела в другой комнате и сушилась после вчерашней прогулки с Лизой, во время которой она знатно повалялась в снегу. Тихо пройдясь по паркету на носочках, Кристина забрала куртку и надела на себя.       Стало значительно жарко и девушка скорее вышла на улицу, где холод мгновенно обдал её лицо. Морщась от мороза, что начинал сводить щёки, она быстрым шагом направилась на ёлочный базар, который открыли в соседнем районе чуть больше недели назад. Кристина ещё с самого начала заглядывалась на прилавки, усеянные разноцветными игрушками, но откладывала покупку до получения зарплаты. Войдя на базар, она пошла к нужной точке. Множество продавцов пытались заманить её к себе, но терпели неудачи, когда девушка проходила мимо. Она дошла до нужного прилавка и узнала картонки с надписями, которые заставили обратить на себя внимание Захаровой несколько дней назад. Когда темноволосый мужчина лет сорока пяти увидел Кристину, он обрадовался и поприветствовал её:       — О, здравствуй, получила зарплату?       Она приходила сюда еще три дня назад, и, приметив самую лучшую ёлку, попросила продавца отложить её до появления денег.       — Да, вот, — Кристина достала купюры из кармана, — Возьмите, — и протянула их мужчине.       Продавец взял деньги и через две минуты вынес ёлку, упакованную в плёнку, на которой висел листочек с именем «Кристина».       — Справишься одна, донесёшь? — поинтересовался мужчина, рассматривая девушку, на что получил положительный кивок и слова благодарности, — Это вам спасибо за покупку, с наступающим!       Подняв ёлку и закинув её к себе на плечо, Кристина увидела лавку с украшениями и направилась к ней. Сотни огоньков гирлянд привлекали внимание прохожих, в том числе и Захарову. Она подошла к прилавку и стала рассматривать ассортимент. Разноцветные блестящие шарики бросались в глаза и манили к себе. Кристина начала мысленно представлять, как на красивых ветвях новой ёлки будут располагаться различные игрушки. Она не заметила, как к ней подошла продавщица. Та поприветствовала Кристину и решила спросить, определилась ли та с выбором, на что получила ответ:       — А можно мне, пожалуйста, всего и побольше, — решительно отрезала Захарова, — И ещё несколько этих гирлянд, — она показала пальцем на стену с мигающими огоньками.       Продавщица аккуратно сложила игрушки и по окончании протянула пакет Кристине. Та расплатилась и поблагодарила её. Блондинка схватила пакет, который оказался достаточно увесистым, что было неожиданно для неё, и поторопилась домой. Кристине уже не терпелось увидеть реакцию Лизы, не знающей о таком сюрпризе. Это будет их первый Новый Год, который они проведут вместе, поэтому Кристине хотелось обрадовать возлюбленную.       Ругаясь матом по дороге из-за веса покупок, она наконец-то подошла к подъезду, поднялась на нужный этаж и стала тихо поворачивать ключ в замочной скважине. Как только дверь перед Кристиной открылась, девушка занесла тяжёлую ёлку, и прямо с порога её настиг вопрос, от неожиданности которого она слегка подскочила:       — Где была? — подтягиваясь, спросила Лиза сонным голосом. Когда она проснулась, на подушке рядом никого не оказалось, что было очень странным, ведь Кристина обычно встаёт позже неё. Она ждала, пока девушка зайдёт в квартиру, и не понимала, что происходит. Однако, когда русоволосая вошла за порог и закрыла дверь, Лиза немного опешила. Перед ней стояла большая ёлка, замотанная в плёнку, что порвалась в некоторых местах, из которых торчали острые иголки. В руках Кристина со счастливым лицом держала пакет с украшениями.       — Вот, — Захарова указала рукой на «сюрприз», — ёлка, — довольно сказала она и улыбнулась.       — Да, я вижу, но зачем она нам? — брови Лизы сомкнулись вместе, выражая недоумение.       — Как это зачем? — Кристина не могла предположить такую реакцию от своей девушки, — скоро же Новый Год, будем украшать.       — Не думаешь, что это лишняя трата денег? Зачем наряжать то, что мы потом уберём через неделю — две?       — Тебе что, не нравится? — расстроенно задала вопрос Кристина, на который не получила ответ. Лиза всегда относилась ко всему скептически, поэтому русоволосая подумала, что когда они начнут наряжать ёлку, этот скептицизм пропадёт.       А Лиза, не ответив на вопрос возлюбленной, развернулась и молча ушла на кухню, оставив озадаченную Кристину наедине с собой. Сколько она себя помнит, ни на один Новый Год никто в семье не украшал дом и не ставил ёлку. Для неё новое приобретение Кристины оказалось неожиданным и каким-то необычным. Ей не была знакома предновогодняя суета, а последние годы жизни она вообще не праздновала его, не видя в нём смысла. Пока не встретила Кристину. Она — полная её противоположность. Блондинка, как маленький ребенок, радовалась каждому празднику, будь то Пасха или День рождения. В её семье было принято каждое 31 декабря собираться вместе и украшать дом, загадывать желания и просто веселиться. И этот Новый Год был их первым совместным. Кристина дала себе обещание сделать всё, чтобы он запомнился навсегда для обеих. И Лиза поняла, насколько это важно для Кристины, поэтому решила принять всё, как должное, хоть и ей предстояло привыкнуть к этому.       Пока Захарова мучилась с упаковкой ёлки, Лиза подошла к ней со спины и стала наблюдать за ней. Блондинка материлась и психовала, пока распаковывала новую покупку, но не сдавалась. Резкие движения руками разрывали упаковку, остатки которой летели во все стороны. Андрющенко лишь тихонько смеялась, смотря на то, как мило старается её возлюбленная, а после сказала:       — Давай помогу, — она подошла к девушке, присела на пол и начала помогать распаковывать ёлку. Между ними стояла неловкая тишина. Кристину немного обидела реакция Лизы, и та в свою очередь это понимала. Подняв глаза на блондинку, она тихо произнесла:       — Прости меня, — она виновато смотрела на Кристину, пока та не обращала на нее внимания. Взгляд Захаровой опустился вниз, и услышав это, она приподняла Лизу и обняла её за плечи. Кристина, зарывшись носом в волосы любимой, шепнула на ухо:       — Всё хорошо, не переживай.       Кристина понимала, откуда у неё такая реакция, ведь знала прошлое своей возлюбленной. Лизу никогда не баловали, не устраивали сюрпризов, а встреча какого-то праздника была для неё чудом. Она часто вспоминала семейные тихие вечера, когда рядом стояла ёлка, а за окном бушевала метель, и не понимала, почему родители Лизы не могут создать для неё такое же счастье? Захарова мало чего знала о родителях девушки, но понимала одно: она сделает всё, чтобы Лиза была счастливой рядом с ней.       Распаковав ёлку и поставив её на подставку, они начали аккуратно расправлять ветки, придавая дереву пышность. После этого пришла очередь игрушек, и Лиза немного растерялась, увидев такое большое количество украшений. Кристина заметила замешательство брюнетки и, протянув ей большой красный шар, произнесла:       — Давай, сейчас подтянешься, тебе понравится, — она подошла к Лизе со спины, обхватила её руки и стала тянуться ими к веточке, вешая игрушку на нужное место.       С каждым движением рук девушек ёлка становилась ярче и наряднее. Андрющенко повернулась в сторону Кристины и увидела сосредоточенное, счастливое лицо, похожее местами на ребяческое, когда она старалась повесить украшения на нужные места так, чтобы это выглядело красиво. Кристина изредка отводила взгляд от своего занятия, чтобы понаблюдать за Лизой и её неловкими движениями рук. В один момент она не выдержала и спросила:       — Почему ты не отмечала Новый год раньше?       Лиза лишь усмехнулась:       — Когда я была маленькой, а папа — жив, мы отмечали. Это был мой любимый праздник. Папа обычно приносил настоящую ёлку, которая была под потолок, а я, когда видела это, бежала доставать игрушки из шкафа. Мама готовила салаты на кухне, и я с папой наряжали ёлку. Мы всегда отмечали этот праздник всей семьей. Но… — девушка запнулась и опустила глаза в пол, когда в горле встал ком, — Когда папа умер, мы пытались с мамой отмечать Новый Год так, будто бы он всегда рядом с нами. Вскоре этот праздник перестал быть таким весёлым и домашним.       Кристина, почувствовав напряжение, которое начало витать в воздухе, подвинулась ближе к девушке и приобняла её, а Лиза лишь продолжила рассказывать:       — Потом мама стала уходить к друзьям, отмечать с ними, а я сидела с бабушкой. Лет в 15 я стала уходить сразу же после курантов, когда бабушка ложилась спать, — Лиза вздохнула и почувствовала, как руки Кристины сильнее обхватывали её плечи, — Я гуляла по городу, парку рядом с домом и тогда я начала осознавать, что для меня этот праздник потерял смысл. Обычный день, который ничего больше не значит.       В воздухе повисло неловкое молчание. Кристина лишь с сожалением смотрела на Лизу, пока та опустила свои глаза вниз и нервно теребила край футболки. Тяжело было вспоминать прошлое, которое она так старательно пыталась забыть. Блондинка подбирала слова, которые могли бы поддержать возлюбленную, но все мысли путались в огромный ком, и поэтому она решила просто обнять её. Притянув Лизу к себе, Кристина крепко сжала её плечи, на которые опустилась голова брюнетки. Захарова ощущала тяжёлое прерывистое дыхание на своей шее, слегка щекочущее ухо. Одной рукой она поглаживала спину темноволосой, а другой — голову, как-бы успокаивая Лизу, и тихонько шептала:       — Ну всё, всё, — пальцы вырисовывали на спине причудливые узоры, пока Андрющенко с трудом сдерживала в себе слёзы, что были готовы вот-вот предательски политься из глаз, — Всё будет хорошо, в этом году всё будет иначе.       Лиза лишь хмыкала, пытаясь успокоиться, но мысли о прошлом спутались в голове огромным комом и оказались опухолью, которая ужасно ныла, не давая возможности забыть о себе. Наверное, каждую ночь, на протяжении всей своей сознательной жизни, каждый день она думала о тех моментах, зарывшихся под корку мозга, принёсших в детстве ей так много обид и слез. Пока не встретила Кристину. Захарова была лучом света в тёмном царстве Лизы. Она была опиатом в её жизни, что утолял любую боль, присутствие девушки вырабатывало в теле Андрющенко колоссальное количество серотонина. Спасательный круг в бушующем море. Лиза могла придумать миллион аналогичных выражений, чтобы описать их отношения с возлюбленной, а в голове на тысяче языках крутилось «я тебя люблю». Перед сном она благодарила за каждую залеченную рану, за сотни слов поддержки. А Кристина, казалось бы, просто любила. Любила так, как учила её мама. Она никогда не оставляла Лизу наедине со своими кошмарами, они проживали их вместе, а радость делили напополам. Как и сейчас, в этой комнате, они вдвоём, словно побороли ещё одну тяжесть. Между ними была необъяснимая связь, которую нельзя было разорвать. Атмосфера прониклась их любовью, будто в самом воздухе витали частицы их сердец, таких любящих и горящих.       Через некоторое время Андрющенко подняла голову и посмотрела на Кристину таким взглядом, будто она в очередной раз благодарила её за то, что та просто есть в её жизни, и прошептала:       — Я люблю тебя.       — И я тебя люблю, моё счастье.              Кристина аккуратным движением руки заправила волосы девушки за ухо, и, притягивая её к себе, нежно поцеловала. Смотря друг другу в глаза, они просидели так ещё минуту, пока взгляд не привлекла ёлка, которая до сих пор была наполовину украшена.       — Этот шарик, кстати, сюда не подходит, — с издевкой улыбнулась Лиза, — Ничего ты в этом не понимаешь.       — А если сейчас кто-то будет язвить, я повешу его вместо украшений, — подмигнула Кристина, на что в ответ в неё прилетел синий шар. Девушка удивленно округлила глаза и, не потеряв ни минуты, схватила декоративную шишку, что была под рукой, и запустила её в возлюбленную.       Уже через пять минут веселья комната стала похожа на место сражений. Разноцветные шарики были разбросаны по всему полу, а счастливые девушки сидели у стены и смеялись. Они пытались отдышаться от недавней битвы, но, глядя друг на друга, смех накатывал вновь. Вдруг, успокоившись, грозным голосом Кристина отрезала:       — Так, Андрющенко, надо нарядить ёлку, а то мы её такими темпами до Нового года в таком виде оставим.       Лиза лишь кивнула головой и принялась собирать цветные «снаряды» с пола. Захарова в это время направилась на кухню, налила стакан воды и выпила его залпом. Видимо, эта баталия далась ей с трудом, по крайней мере пот на лице давал о себе знать. Вернувшись, она застыла в проходе и наблюдала за происходящей картиной: миниатюрная Лиза пыталась дотянуться до самого верха, чтобы поставить звезду. Она встала на носочки, но всё равно не доставала до нужного места, поэтому начала подпрыгивать. Несмотря на все старания, попытки были тщетны. Это показалось блондинке милым, будто котёнок пытается залезть на стол, который в разы выше его. Кристина тихо подошла к Лизе со спины и, подхватив её за талию, лёгким движением подняла девушку вверх. От неожиданности Лиза сначала растерялась, но потом, повернувшись к девушке лицом, улыбнулась и наконец с уверенностью одела украшение на ёлку. Опустив Лизу, Кристина поцеловала её в макушку, и Андрющенко осталась довольна своей маленькой победой.       И всё-таки, они идеально дополняют друг друга. Такие разные, но в то же время одинаковые.       Время шло, за окном темнело, а ёлка наполнялась яркими игрушками. Разноцветные шарики с различными рисунками, капельки, искусственные сосульки, силуэты животных — всё это придавало ей особенно волшебный вид. Девушки старались сделать так, чтобы всё смотрелось красиво, хоть и без издевок Лизы в духе «он здесь не смотрится» или «ты два одинаковых шара рядом повесила» не обошлось. Когда с игрушками наконец-то было покончено, осталось то, без чего ёлка имела бы незаконченный образ — гирлянды. Кристина подошла к пакету, достала огромный моток огоньков и, посмотрев на него, с обречением вздохнула:       — Придётся распутывать.       — Давай вместе, — подбодрила блондинку Лиза. Конечно, она не была в этом специалистом, и, когда увидела этот ком, поняла, что распутывать им придётся очень долго.       Взяв один конец гирлянды в руку, Лиза пытается освободить его от оков других и, разматывая гирлянду, сама путается в ней. Не понимая, как это произошло, она лишь беспомощно смотрит на Крис, которая смеётся над произошедшей нелепой ситуацией.       — Иди сюда, гномик, — Кристина засмеялась и принялась распутывать Лизу. К счастью, у неё это получилось.       — Я даже не поняла, как сама замоталась в ней, это слишком сложно, — сказала темноволосая, поправляя волосы, — Но ничего, я с ней справлюсь, — с энтузиазмом Лиза опять схватила моток, но на этот раз была осторожнее. Совместными усилиями они наконец распутали этот клубок, а блондинка уже настолько вымоталась от данной «головоломки», что хотела просто разрезать всё ножницами. Пальцы сами путались в проводах, что невероятно бесило её, пока в это же время Лиза постепенно ловкими движениями рук разматывала их.       Когда игрушки были на своих местах, а гирлянда лежала на ветках ели, девушки могли с легкостью выдохнуть. Наконец, вся работа сделана, осталось только любоваться их творением. Лиза направилась к окну и закрыла шторы, а Кристина потушила свет в комнате и сунула провод от огоньков в розетку. И вот, ёлка засветилась яркими красками. Жёлтые, красные и синие пятна освещали все помещение, создавая по-настоящему новогоднее настроение. Ель и вправду оказалась очень красивой, что поразило Лизу. Она не думала, что ей ещё когда-нибудь принесёт удовольствие это занятие, ведь отмечать Новый год в планы не входило. Однако с Кристиной все стало иначе. Она может почувствовать себя ребенком, даже сейчас, стоя у высокой ёлки и завороженно смотря на яркие огоньки. По сравнению со своей возлюбленной внимание Кристины привлекло не дерево, а Лиза. Блондинка не сводила с неё глаз, душа ликовала. Она смогла подарить ей то самое детское счастье. И каких бы денег не стоила эта ель и игрушки, она бы отдала всё, чтобы видеть Лизу такой всегда.       — Нравится? — спросила Захарова, на что получила восторженный ответ и попала в крепкие объятья Андрющенко.       — Очень нравится! Спасибо, Кристина. Мне не хватало этого.       Лиза начала ощущать что-то необычное, чего не могла ощутить с детства. Посмотрев на Кристину, она увидела, как та улыбается. От неё веяло тем самым теплом, что она не могла ощутить уже много лет. Андрющенко будто окунулась в то время, когда была беззаботной маленькой девочкой, которую радовал отец, принося домой свежесрубленную ель. Ей действительно иногда нужно было побыть ребенком, ведь повзрослела она очень рано. С Кристиной она ощущает себя такой всегда. Захарова будто открыла ей глаза на все прелести мира, научила радоваться мелочам, даже такой, как наряженная вместе ёлка. Сильная девушка со строгим характером растаяла в этих отношениях и стала ласковым котёнком.       И тут они обе поняли, что по-настоящему счастливы. Счастливы стоять здесь и смотреть на разноцветные огоньки, озаряющие их лица. Кристина осознала, что она сделает все, чтобы её возлюбленная была такой жизнерадостной всегда. А Лиза поняла, что с этого дня снова любит Новый год. И любит Кристину. А та любит её сильнее.