Приют Вула

Гарри долго не решался воспользоваться предложением Тома, несмотря на то, что каждый день сны становились всё невыносимее. Но сегодня он даже не смог уснуть. Перед глазами то и дело вставали картины как умирают его друзья, как он убивает Пожирателей смерти, как Воландеморт убивает его родителей. После последнего появлялось желание убивать, которое парень почти успешно подавлял. Так он проворочался часа три. Осознание того, что ему завтра съезжать и всё изменится, не позволяло успокоиться. В конце концов Гарри плюнул на всё и поднялся со своей кровати. В нерешительности остановившись возле спящего Тома, Поттер не смог сразу отбросить план убийства. Вот Воландеморт лежит такой беззащитный, стоит только взять его же палочку и произнести одно единственное заклинание. Это позволит избежать стольких смертей. Но чем больше Гарри смотрел на Тома, тем больше понимал безнадёжность своей идеи. Слизеринец стал слишком дорог для него, чтобы так безжалостно его убить. Да и сам Поттер не был настолько подлым, чтобы убить кого-то во сне. Со вздохом Гарри лёг к Реддлу. Том, недовольный таким наглым пробуждением, удивленно посмотрел на Гарри. Однако осознав, что это Поттер сам к нему пришёл, возмущаться не стал. Даже слегка улыбнулся и притянул Гарри к себе поближе. Он закинул ногу на Поттера, а голову устроил на его груди. Стук сердца безумно успокаивал. Но Том, радующийся такой возможности, не мог позволить себе уснуть. Поэтому, когда Гарри не стал возмущаться такой позе, стал начал поползновения в сторону соседа. Он медленными и почти невинными движениями руки стал спускаться с талии ниже, норовя залезть под футболку. — Продолжишь меня лапать — я уйду обратно, — резко оборвал любую инициативу Поттер. — Ну зачем так категорично, — Том провёл носом по щеке Гарри, однако руку убрал. Поттер проигнорировал. — Когда у тебя день рождения? — вдруг спросил Том. До этого они не поднимали эту тему, но Реддл знал, что сосед уедет со дня на день. Это было понятно и по наполовину собранным вещам, и по поведению. Но все же хотелось знать точную дату. — Завтра, — ровно ответил Гарри, — вернее уже сегодня. . Всё же не зря он к нему лёг. Том сник. Он не хотел отпускать его от себя, так как понимал, что не успел свершить свои планы по завоеванию чужого сердца. Была бы у него в запасе ещё хотя бы пара месяцев. Тогда Гарри ни за что бы от него не отделался. Но приходилось довольствоваться тем, что есть. Оставались считанные часы, чтобы изменить что-то. — Ты настолько горяч, что я плавлюсь, — томно шепчет Реддл первое, что приходит на ум. — Как жаль, что я не могу выбросить тебя из головы и уложить в свою постель, — лижет раковину уха. — Но я надеюсь вскоре это исправить, — нежно ведёт самыми кончиками пальцев по груди. А у Гарри возникает ощущение, что он сам плавится от чужого дыхания. Он не может унять дрожь от лёгких прикосновений и лишь чудом не начинает умолять о большем. А Тому и не надо. Он понимает всё сам. Забирается руками под футболку и чуть царапает грудь соседа. Трепетно следит за чужой реакцией и, не встретив ни грамма сопротивления, ободряется. Он уже возбуждён и Поттер, судя по всему, тоже. Реддл счастливо усмехается. — Хочешь в качестве подарка на день Рождения сделаю тебе прощальный отсос? — приподнимаясь над Гарри, вопрошает Том. Гарри дрожит, он уже не доверяет своему голосу, вместо ответа притягивает Тома за шею и целует. Не даёт Реддлу перехватить инициативу и засовывает язык в чужой рот. Том тихо стонет, начиная тереться возбуждённым членом о бедро. Поттер выгибается ему навстречу, не давая отстраниться. А Том и не планирует, он гладит Гарри по груди, плечам, бёдрами и не может остановиться . Вдруг он разрывает поцелуй и снимает с Гарри футболку. Том пару секунд смотрит на открывшийся ему вид и не может поверить своему счастью. — Почему ты не мог сделать так раньше? — почти в бреду шепчет Том, кусая Гарри за шею. У Поттера от этого перехватывает дыхание, а возбуждение становится почти болезненным. Реддл настолько медленно, насколько может спускается по гарриной груди. Он оставляет засосы везде, до куда дотягивается, а Гарри и не против, он зарывается в чужие волосы и прижимает к себе, не зная, что делать с клокочущими внутри эмоциями. Из него вырывается полный болезненного наслаждения стон. Да, сейчас ему великолепно, но гриффиндорец осознает кристально ясно, что наступит утро и он уедет. И больше никогда не пересечётся с Реддлом. Лишь бы не знать, не видеть во что позволил ему превратиться. «Как будто ты и так не знаешь кем станет Том в будущем» — мерзко шепчет голос в голове. Однако Гарри стойко игнорирует его. Пока есть здесь и сейчас, он не будет думать о далёком будущем. В каждом его жесте так и сквозит прощание, он ничего не может с этим поделать. Ему остаётся лишь раствориться в ощущениях, которых Реддл даёт сполна. Гарри выгибается так, словно стремится слиться с чужим телом. А Тому это нравится. А Том млеет от такой отзывчивости. И прекрасно понимая, что это их своеобразное прощание, он пытается получить максимум. Реддл нежно гладит Поттера по бокам и груди, иногда легонько царапая кожу. Всё его внимание сконцентрировано на партнёре, Том ищет точки, от которых Гарри вздрагивает и стонет, не в силах сдерживаться. Реддлу до безумия хочется раздеть соседа и жёстко трахнуть, но он проявляет чудеса самоконтроля, аккуратно снимая с Поттера пижамные штаны. Том отчётливо понимает, что никто не позволит ему излишней грубости, поэтому довольствуется тем, что может получить, но он возьмёт от этого всё. Когда Гарри тем сам лезет под кофту Тома и нервно пытается её снять, Реддл улыбается. Сняв с себя пижаму, он тут же раздевает и Гарри. Поттер даже помогает в этом. Контакт кожи к коже возбуждает обоих ещё сильнее. Гарри обычно не смеет терять контроль, но сейчас предпочитает плыть по течению, уже нет никаких сил противиться страстному желанию. Пусть эта ночь станет исключением из правил, пусть сегодня можно всё. Гарри поднимает взгляд на Тома, но из-за плохого зрения видит лишь смутное очертание, поэтому притягивает ближе к себе. Глаза в глаза. И Поттер прямо сейчас готов продать душу, лишь бы ночь не заканчивалась, лишь бы Реддл всегда был таким внимательным, лишь бы всегда смотрел с такой почти что любовью. Лишь бы не приходилось выбирать между жизнью Тома Марволо Реддла и жизнью своих родителей. Гарри отчаянно цеплялся за парня, словно это поможет. На талии Реддла, вероятно, на утро появятся синяки. А Тома кроет. Он видит в чужих глазах такую тоску, но такое доверие, что сдерживать себя становится труднее. И Реддл жадно впивается в шею, оставляя яркий засос, что расцветёт завтра и ещё долго будет напоминать Гарри о нём. Поттер протяжно стонет. Его как никогда радует то, что их комната находится в отдалении и их никто не услышит. Том улыбается в шею, млея от податливости соседа, и поцелуями и укусами спускается к груди. Облизывает сосок и ощущает, как Гарри зарывается руками в его волосы и сжимает то ли в попытке отстранить, то ли притянуть ещё ближе. Том цепляется пальцами за краешек трусов и, не встретив сопротивления, стягивает их с Гарри. Открывшийся вид достоин запечатления на картине. Это был бы шедевр на миллион долларов. Реддл даже жалеет, что не склонен к рисованию. Однако любоваться эстетическим совершенством Тому не даёт сам Гарри, изнемогающий от бездействия. В его голове крутятся разные угрозы, что он может сделать с соседом, если тот продолжит просто смотреть. Но не приходится ничего произносить в слух. Посмотрев в глаза, Том и сам все понимает. Лишь усмехается и склоняется к Поттеру оставляя лёгкий поцелуй на губах. А после и вовсе вспоминает про своё обещание, и сразу же опускается на уровень паха. Чуть подув на головку, Том мстительно наблюдает за дрогнувшим Гарри. Однако долго насладиться ему не дают: Поттер притягивает его к себе, заставляя заглотить сразу наполовину. Гарри кажется, что он готов кончить только от этого. Ему остаётся только порадоваться, что в темноте он не видит глаз Тома, иначе никакая выдержка не помогла бы. Реддл тем временем аккуратно выпутывает чужие пальцы из волос и опускает их на плечи, чтобы самому руководить процессом. Гарри не возмущается. Лишь сжимает пальцы, выплёскивая свои эмоции. Том чуть отстраняется, оставляя в губах только головку. Обводит языком выступающие вены и снова заглатывает почти целиком. Гарри оставляет царапины на плечах. Он почти плачет он нереальности происходящего. Не проходит и пары минут, как Гарри кончает Реддлу в рот. Тот сплёвывает в пижамную футболку Гарри. Все равно она больше ему не понадобится. И ей же обтирает Гарри. Чуть отойдя от оргазма, Гарри притягивает Тома к себе и, поймав блуждающий взгляд, целует. Руками он нежно гладит Реддла по талии, а после залазит под резинку трусов и обхватывает член. Том тихо стонет и подаётся вперёд. Гарри улыбается в поцелуй. Его мир сейчас сузился до размеров этой комнаты. Плевать на будущее, плевать на прошлое. Пока Том будет находиться в его руках и также стонать, Поттер будет наслаждаться. Несколько резких движений и Том бурно кончает. Не удержавшись на руках, Реддл падает на Гарри. Непривычная тяжесть настолько приятна Поттеру, что он решает не скидывать Реддла с себя, пока так тепло. Однако долго лежать не удалось: высыхая, сперма начала неприятно стягивать кожу. Гарри спихнул с себя парня. Тот разочарованно застонал, не желая покидать удобного Гаррика, но ничего не предпринял. Найдя в темноте лишь чьи-то пижамные штаны, Гарри спешно натянул их и прям так направился в душ. Чудом никого не встретив, Поттер отправил мыться и Тома. Вернувшийся Реддл лёг прямо на успевшего задремать Гарри, разбудив его. Поттер зарылся руками в волнистые волосы Тома и ещё долго их перебирал. Он и сам не заметил, как уснул. Этой ночью ему наконец-то не снились кошмары, а проснулся он лишь утром от звука открывающейся двери. Том вздрагивает и откатывается от Гарри. Смотрит на грудь и шею, усыпанные засосами и укусами и уже представляет гневную тираду воспитательницы. — Я уже сегодня съезжаю отсюда, так что не могли бы воздержать от озвучивания своего мнения по поводу того, что вы увидели? — вдруг произнёс Гарри. — Чтобы через два часа тебя тут не было, — было видно, как трудно ей даются эти слова. — Спасибо, что приютили, — улыбнулся Гарри, показывая, что разговор окончен. Когда миссис Коул ушла, Гарри тяжело вздохнул и сел на кровати. Том, прежде, чем Гарри окончательно покинул его кровать, притянул к себе и страстно, но недолго поцеловал. Поттер, погружённый в свои мысли, стал собираться. Том, не нарушая тишину, наблюдал за ним. И вот уже через час гриффиндорец сидел на идеально заправленной кровати с сумкой, где из его вещей сменная футболка, да джинсы, которые он приобрёл на первую зарплату. Также в ней лежит приличная для Гарри сумма денег, с которой сегодня придётся расстаться, чтобы заплатить за квартиру и купить себе еды. Рядом лежит сложенная приютская форма. Поттер тяжело вздохнул и поднялся с кровати. Он сначала порывался сразу уйти, но что-то его останавливало. Гриффиндорец вздохнул и направился к чужой кровати. Том вскинул брови. Гарри протянул руку. Реддл испытал чувство дежавю. Именно так произошло их нормальное знакомство, а теперь они прощаются. Том хмыкнул и принял рукопожатие. Поттер потянул на себя, вынуждая соседа подняться. Гарри закинул руки на шею Реддла и приблизился для поцелуя. Том расположил свои руки на талии и притянул Гарри ближе, отчего ему пришлось привстать на носочки. — Прощай, — прошептал Гарри едва касаясь чужих губ, а после нежно провел языком по чужим губам, втягивая Тома в нежный поцелуй. Том не норовил перехватывать инициативу, полностью отдавая власть соседу на правах именинника. В коридоре послышались шаги. Поттер отстранился и тяжело вздохнул. Отчего то отчаянно не хотелось, чтобы этот миг заканчивался. Кто пару месяцев назад сказал бы ему, что он не захочет съезжать от Реддла, покрутил бы пальцем у виска и порекомендовал провериться в Мунго. А сейчас гриффиндорец смотрел и смотрел в чужие глаза, не в силах оторваться. А шаги были все ближе. Когда прямо за дверью остановились, Гарри подался вперёд, напоследок укусил Тома за нижнюю губу и отстранился, выпутываясь из тёплых объятий. Взяв в руки сумку, он кивнул застывшей на пороге воспитательнице, которая возможно успела увидеть их объятия. Но не обращая на неё никакого внимания, Гарри вышел из комнаты, захлопывая за собой дверь и надеясь, что никто не увидит его увлажнившиеся глаза. — Ещё увидимся, — раздалось в закрытую дверь обещание Тома. Переступив порог калитки, Гарри вздохнул свободным воздухом. Нет, приют и до этого не сильно его ограничивал, но сейчас он был предоставлен только самому себе. Это чувство свободы пьянило. Но Поттер взял себя в руки. Если он не хотел стать бомжом, стоило поторопиться на встречу с арендодателем. А после договориться о выходе на работе на полную ставку.