Коробочка с космосом

Звёзды, звёзды, звёзды! Везде звёзды. Они сияют. Сияют, украшая небо, подобно гирляндами. У некоторых свет яркий, некоторые мерцают, некоторые тусклые, едва-едва их можно разглядеть. А есть и такие, которые затухают совсем, навечно. Конечно, взрослые могут денно и нощно рассуждать о том, из чего эти звёзды состоят, о том, почему они затухают, о том, как они взрываются, рассеиваясь миллионами частиц. Но то взрослые. А какое дело маленькой пятилетней девочке до законов вселенной? Какое дело до физики, астрологии и математических расчетов? Девочка просто видит звёзды. Тысячи, миллионы звёзд, которые отражаются в детских темно-карих, практически черных даже, глазках. Она смотрит на темное ночное небо через окошко. Здесь, на высоте двадцатого этажа дедушкиной квартиры, небо кажется таким близким, только руку протяни и ты его коснешься. Там кто-то живёт. Не может такого быть, чтобы там, в этом огромном, бескрайнем полотне космоса не было совсем никого. Наверняка где-нибудь есть ещё одна такая же планета как Земля, наверняка там тоже есть люди и наверняка они все, абсолютно все очень-очень хорошие и счастливые. Безусловно, дедушка говорил ей, что жизни в космосе не бывает, но девочка уверена, что дедушка просто чего-то не понимает. Не может же быть так, чтобы дедушка знал все-все на свете? Точно не может, малышка уверена, что не может. А ещё малышка уверена, что можно достать звёздочку. Ей очень-очень нужна звёздочка, она бы загадала желание, самое заветное желание. Девочка, правда, ещё совсем не знает, какое именно желание будет ее самым заветным. Может, она попросит новую куклу, почему бы и нет? Кукла — это хорошо. Хотя нет, она попросит билеты. Билеты на самолёт, чтобы полететь летом к морю. Билеты не только для себя, но и для мамы с папой и для дедушки, конечно, тоже. Интересно, а есть билеты на ракету? Если есть, то тогда она лучше попросит их. Она очень-очень хочет посмотреть на звёзды поближе. Дедушка говорил, что они огромные, тогда почему отсюда кажутся совсем-совсем маленьким? Дедушка ведь не мог ей соврать? Или мог? — Дедушка? — малышка продолжала смотреть в окно, но она знала, что дедушка услышит, он же сидит совсем рядом, за столом в этой же комнате. — Анют, я немножко занят. У тебя что-то срочное? — мужчина оторвался от заполнения учебных планов, развернувшись в сторону внучки. Девочка сидела к нему спиной, забравшись с ногами на широкий подоконник и мечтательно смотрела в небо. Мужчина улыбнулся самыми уголками губ. Внучку свою он любит, бесконечно любит, даже несмотря на то, что она частенько шалит и отвлекает его от работы. И сейчас он тоже просто не мог не засмотреться на эту кроху с немного влажными после купания в ванной волосами и в чудесной нежно-лиловой пижамке с цветочками. — Дедушка, давай достанем звёздочку? — сказала негромко, а потом ловко развернулась, спрыгнула с подоконника и подошла вплотную к мужчине, — Я уверена, что они близко. Космос же совсем-совсем рядом. Мы сможем ее достать, точно-точно. — Малыш, космос далеко, — наивная вера девчушки казалась мужчине забавной. Он — профессор, серьезный человек, преподающий в университете и занимающийся исследованиями. А его внучка так наивно убеждена, что до звезд рукой подать. Да, конечно, она просто ребенок и мало что понимает, но все-таки… Как можно вот так просто верить в то, чего не бывает? — Понимаешь, звезды они ведь не как яблоки или груши, которые можно легко сорвать с дерева. Я же тебе уже рассказывал, что они очень большие и состоят из газов. Ты не сможешь вот так просто её достать, — мягко пояснил профессор, возвращаясь к работе. — Нет! Ее можно достать, я знаю! Ну деда, ты что совсем мне не веришь? — девичьи глаза стали наполняться слезами. Не верит, дедушка ей не верит, потому что совсем не знает, что на свете бывают чудеса! Он слишком взрослый, он ничего не понимает, совсем ничего. И от этого ужасно обидно. Он просто вернулся к своим скучным бумажкам. Даже не подумал выслушать ее. А ведь Аня придумала как ей дотянуться до космоса! Да вот только никому, кроме самой Ани этого не нужно. Родители опять в ночную смену на работе, а девочка опять с дедушкой, который совсем ее не слушает. Разве это справедливо по отношению к пятилетней девочке? Бросили ее одну наедине с мечтой, которой она так сильно хотела поделиться хоть с кем-нибудь. Но никому эта мечта не интересна. И жгучие слезы обиды сами текут из глаз, оставляют мокрые дорожки на щеках, падают на пол, но никто этого не замечает. Дедушка снова весь в работе и дедушке снова не до Ани. А ей обидно, очень обидно. — Анют, ну чего ты плачешь? — мужчина осторожно погладил девочку по голове, второй рукой продолжая писать что-то в своем блокноте, — Я же правду тебе сказал, мы не сможем достать звёздочку. Успокаивайся, слезки никому не нужны. Давай ты лучше немного поиграешь, пока я закончу, а потом я тебе книжку перед сном почитаю, хорошо? Кроха не ответила ничего. Просто убежала в сторону комнаты, вытирая темные глазки ладошками. Профессор вздохнул. Что он может сделать? Ничего, дарить ребенку ложную надежду глупо. К чему все эти сказки, если есть факты, научные теории и доказательства? А Аня… Забудет. Обязательно забудет о космосе и звёздах, обязательно забудет о глупостях про инопланетную жизнь, про которую она порой с интересом рассказывала. Все забудет с возрастом. Детские мечты, на счастье процессора, недолговечны. Рано или поздно Аня поймет, что верить нужно в то, что доказано, в то, что они точно видят и знают. А пока что… Она успокоится. Обязательно успокоится, просто нужно ей позволить побыть в одиночестве.

***

— Дедушка! Вот ты мне не поверил, а я сделала! Сделала, ну смотри же! Девочка выбежала из комнаты, крошечным вихрем пронеслась до стола и, совсем не обращая внимания на занятость старшего водрузила картонную коробку на стол. Она сделала, действительно сделала! И пускай дедушка не верит, пускай говорит, что хочет, она сделала. Грусть и обида сошли на нет, как только она вернулась в свою комнату. Ведь именно в тот момент, вытирая покрасневшие глазки, она заметила коробочку. Кажется раньше в ней лежали ее зимние ботиночки, но те теперь были на специальной подставке для обуви в прихожей, а коробочка осталась. И малышка поняла… Поняла, что даже если дедушка считает, что ее мечты ужасно глупые — это все равно не повод от них отказываться. У взрослых мир такой скучный. Они не верят в чудеса, не верят в сказку, ни во что не верят. Говорят, что не бывает в мире единорогов, не бывает драконов, не бывает волшебства и магии. Но детский мир тем и отличается от взрослого, что в нем есть место для чудес. Дети верят, наивно верят в зубную фею, в деда мороза, в добрых и злых колдунов из сказок. И если они способны верить в это, то почему бы и не поверить в космос, в звёзды? Они ведь гораздо более реальные, пусть и недосягаемые. Но Аня сделала. Аня сделала так, что космос теперь совсем рядом, до него можно дотронуться рукой, можно достать звёздочку и можно поселить туда кого угодно. Многие скажут, что это всего лишь воображение. Но нет, это — сила детской мечты и веры в сказку и чудо. — Малыш, ну зачем ты принесла мне коробочку? Что ты хочешь чтобы я с ней сделал? — мужчина немного устал, вся эта бумажная волокита утомляла, а тут ещё и Аня пристала. Но не прогонять же теперь внучку? — Да ну открой ее, — умоляюще протянула кроха, а потом, не выдержав сама сняла крышку. А внутри профессор увидел… Мир. Действительно мир. Удивительный, красочный, яркий. Коробочка была обклеена изнутри цветной бумагой и фольгой. Фломастерами были нарисованы белые и жёлтые звёздочки, смотревшиеся красиво на тёмно-синем листе бумаги. И звёзды, только теперь уже вырезанные и разноцветные, лежали на дне коробки. Они были обсыпаны блестками, отчего загадочно переливались в свете настольной лампы. Мир. Действительно мир. Мир космоса, мир, который создал ребенок. Ненамеренно, играючи и шутя, но Анюта умудрилась создать нечто красочное, яркое и такое невообразимое. Космос. Действительно космос, который лежит прямо на его столе в обычной картонной коробке. Мог бы профессор, в свои то года, подумать что такое вообще возможно? Мог ли он подумать, что детская вера, детские мечты все-таки гораздо важнее, чем кажутся на первый взгляд? А мог ли он подумать, что, несмотря на все его заверения, девочка не отступиться от своей затеи и, подумать только, действительно достанет звезду, да ещё и не одну. Конечно, эти звёзды не настоящие. Но разве это важно? Разве важно, что космос — это обычная коробка, а звёзды — обычный картон? Неважно. Как же это неважно. Важны только глаза и этот наивный, восторженный взгляд. Подумать только, по его вине ещё совсем недавно эти бездонные омуты были полны слез. Он почти сломал веру, почти сломал чудо, настоящее чудо, которое увидеть могут только дети. Они живут в своем удивительном мире, где все, что кажется невозможным взрослым, является осуществимым для них, для детей. И это — главное отличие. Дети умеют верить, умеют не сдаваться, умеют воображать и придумывать невозможное. И мечта для детей — это не просто мечта, это важная часть их самих, их жизни, их души в конце концов. И нельзя, нельзя разрушать детские мечты, нельзя доводить детей до слез, нельзя совершать такую же ошибку, какую совершил он. Нужно позволять им верить, верить здесь и сейчас, верить во что угодно, только бы их глаза загорались тысячами ярких искорок. И подумать только, девочка, маленькая пятилетняя девочка кажется знает намного больше, чем взрослый мужчина — профессор. Она смотрит на мир по-другому, совсем не так как смотрит он. Она способна заметить то, чего не видит он, способна увидеть красоту там, где ее, казалось, нет вовсе. Способна просто потому что она ребенок. Совсем ещё кроха для которой все мечты осуществимы. — Деда, я же говорила, — уверено произнесла девочка, — Говорила, что достану звёздочку. Посмотри как их много. Теперь веришь, дедушка? — Верю, — шепнул профессор, а потом пересадил малышку на руки, отчего она радостно запищала, доставая несколько звёздочек из коробки и демонстрируя их со всех сторон. Настроение резко поднялось. Дедушка верит. На этот раз кажется по-настоящему верит и рассматривает блестящие звёзды вместе с ней. — Прости, малышка, — добавил мужчина, — Ты права, ты во всем была права. — Дедушка, ты волшебник, — шепнула Аня, прижавшись так доверчиво и потеревшись щекой о плечо старшего. Почему она назвала его волшебником? Непонятно и неизвестно. Быть может объятиям сыграли свою роль, а может девочке снова захотелось поверить в чудо, как знать? — Нет, Анют, — возразил профессор, погладив кроху по темным волосам, а потом взяв в руки одну из звёзд. — Это ты — волшебница, а я старый дурак, который не поверил в то, что космос может быть так близко. Который и предположить не мог, что его можно создать в обычной картонной коробке.