Игра ёкая

      Шое открыл дверь в пустой дом. Прошла неделя с тех пор, как он вернулся. Как и обещал лис, все вернулось в тот день, когда они встретились. Хината не пытался с кем-то говорить об этом, не принесло бы плодов. Но и покоя ему не давала вся эта ситуация. Что за резкая перемена в настроении? Сначала держат, как пленника, а потом выгоняют, будто ненужную дворнягу. Много вопросов и совсем нет ответов.       Парень разочарованно опустился на диван. Стрелка часов медленно доходила до отметки пять. Он устал, радовало только отсутствие тренировки. Всю неделю он не мог сосредоточиться на играх. Все сочли это за его плохое самочувствие и в какой-то момент выгнали из зала в медпункт. Шое не возражал, сходил, получил лекарства от жара и ушел домой. В тот день даже родные заметили перемены в парне.       Хината поднялся с дивана и прошел на кухню. На столе стояла тарелка с онигири, а рядом лежала записка от матери, в которой она писала о том, что они уехали в гости, а будить его не решились. Парень отложил записку и посмотрел на свой ужин. Желудок неприятно скрутило. Он не ел со вчерашнего дня — аппетит неожиданно пропал, оставляя после себя неприятные последствия в виде объяснений перед мамой.       Шое налил воды и опустошил стакан одним глотком. Сил не было, причин для такого самочувствия тоже. ***       Парень открыл дверь на балкон и вернулся на диван. Что-то не давало ему покоя. Неприятное чувство тревоги где-то в груди. Резкий удар в стекло заставил оторваться от своих раздумий. Хината встал и подошел к балкону. Нечто запуталось в одной из простыней, которую мама парня вывесила сегодня утром. Спустя пару минут оттуда показался Джун. Шое удивленно посмотрел на ониби, не понимая, что он тут делает. — Наконец-то я вас нашел, — запыхавшись, начал огонек. — Что ты тут делаешь? — У нас беда. — Что-то с храмом? — Не только с ним, — Джун выглядел обеспокоенным. — Хранитель принял свою истинную форму и уже несколько дней не выходит из этого состояния. — Истинную форму? — Хранители очень редко принимают свою истинную форму, — объяснил ониби, — только в самых экстренных ситуациях. — Ты думаешь, что что-то произошло? — Уверен.Это началось после возвращения хранителя с собрания. После того дня, как он прогнал вас. — Что могло случиться? — Хината заметил странное поведение в тот день, но что только не взбредет в голову лиса? — Не знаю. Никто не знает, — огонек покачал головой. — Вы можете пойти со мной? — Чем я смогу помочь? Я просто человек. — Нет. В наш лес не может попасть обычный человек, а раз у вас это получилось, тут только одно объяснение. Кто-то из ваших родственников был связан с екаями. — Глупости. — Это тяжело принять, но вам придется. Прошу вас. Если хранитель не вернутся в человеческую форму, храм рухнет. А многие жители леса исчезнуть, включая Шион. — Почему? — Она давно мертва, а барьер вокруг храма поддерживает ее форму, именно поэтому она не может выходить за пределы владений. Пожалуйста, -Джун схватил парня за руку, — я молю вас. Возможно, хранитель послушает вас.       Хината заколебался, но согласился. Взяв пару нужных вещей, закрыл квартиру и пошел вслед за Джуном. На улице уже темнело, людей почти не было, а если и проходил кто-то, ониби быстро прятался.       До храма дошли быстро. Шое посмотрел на высокий подъем и вздохну. Спускаться было проще. Ониби улетел вперед, парню ничего не оставалось, как пойти следом. Уже на середине лестницы Джун обернулся и посмотрел на него. — Нам осталось немного, — огонек нервничал.       Хината кивнул и продолжил подъем. Потребовалось еще около двадцати минут, чтобы дойти до конца. На самом верху их ждала Шион. Джун стал расспрашивать о самочувствии лиса, но девушка не сказала ничего хорошего. Она с благодарностью посмотрела на Хинату и взяла его под руку, чтобы помочь идти. — Спасибо, — выдавил из себя парень. Шион кивнула, и они направились к храму все через тот же лес, который выглядел пугающе. Поразмыслив об этом, Шое сделал вывод, что это из-за хранителя этих земель, раз все так взаимосвязано.       У вход в храм дежурил Иоши. Завидев их издали, он радостно помчался к ним. Ониби выглядел не менее обеспокоенным, чем остальные. Хината впервые за все время понял, что эти огоньки — дети, которые переживают за своего хранителя, словно за родителя. — Вы наконец-то здесь, — он потянул парня за руку. — Скорее, хранителю все хуже. — Но чем я могу помочь? — он с отчаяньем в глазах повернулся к троице. — Мы надеемся, что он расскажет тебе о том, — ответила Шион, — что произошло. ***       В комнате стояла завеса тьмы. Воздух был настолько тяжелым, что казалось, вот-вот задушит. Шое прошел, как ему показалось, в середину комнаты. Из-за тьмы дальше своего носа ничего не было видно, как в самый густой туман. — Кенма? — впервые Хината обратился к лису по имени. В ответ тишина. — Я знаю, что ты здесь. — Уходи, — голос, переходящий в рычание, донесся совсем радом. Парень, доверившись своей интуиции, сделал еще несколько шагов вперед. Перед ним показался лис, свернувшийся в клубок. О девятихвостых лисах Шое слышал много, как плохого, так и хорошего. Кто-то говорил, что это посланники богов, кто-то обвинял их в бедствиях. Екай, почуяв чужое присутствие, развернулся к гостю. — Как ты здесь оказался. — Джун пришел за мной, — Хината кивнул в сторону, откуда пришел. — Они все переживают за тебя. — Не стоит. — Ну так скажи это им, — разозлился парень. — Что за атмосфера вокруг тебя? Собрался умирать? Так иди туда, где не побеспокоишь других. — Я не простой человек, — заметил екай. — Я не умру так просто. — Тогда какого черта ты развел эту драму? Что за обет молчания? Повторю еще раз, они переживают за тебя. — А тебя послали в качестве мозгоправа? — Даже если и так! Не хочешь меня видеть, приди в себя и поговори с ними. Не стыдно тебе? Ты принес им столько проблем и хлопот. — Ты ничего не знаешь. — Так объясни! — Шое зло опустился на пол. — Узнаю. — Как у тебя все просто, — выдохнул лис. — А нужно усложнять, как ты? — Хината на секунду прикрыл глаза, но что-то тяжелое на его коленях вернуло его в реальность. Парень опустил взгляд и посмотрел на Кенму. Того самого лиса, наглого и вечно недовольного. — Удобно? — Очень.       Сколько они провели так времени, не понятно. Лис лежал, не говоря ни слова, как и Шое. Тьма вокруг потихоньку рассеивалась, предметы стали видны лучше. Хината рассматривал покои хранителя. — Не слишком ли у тебя пусто? — Меня все устраивает, — отозвался тот. — Меня тут почти не бывает. — Позвать огоньков? — Нет, просто посиди так еще немного, — парень опустил руку на волосы лиса и погладил. Тот не сказал ничего против, поэтому Шое спокойно продолжил свое занятие. — Тебе рано или поздно придется все рассказать. — Тогда пусть это будет поздно. Я не готов. — Это что-то серьезное? — Ты не представляешь насколько, — ухмыльнулся Кенма. — Как бы ты отреагировал на то, что твой дом скоро исчезнет? — О чем ты? Кто-то хочет снести храм? — Хуже, на собрании было решено, что раз у этого храма нет Бога, он не должен существовать. — Но ты же здесь, — возмутился Шое. Ухо екая дернулось от его голоса. — Это никого не остановит. — А если найти Бога? — Это не так просто. У всех богов уже давно свои храмы. Никто не захочет брать это место под свое крыло.