Игра ёкая

      Минул месяц, и Хината уже потихоньку забывал события тех дней, слово что-то стирало события тех дней.       Парень вернулся к привычному темпу жизни, когда все, что нужно было — посещать школу и не пропускать тренировки, дабы не получить выговор от капитана. Шое уже и забыл это чувство усталости и боли по всему телу после игр. Возгласы болельщиков еще какое-то время отдавались шумом в ушах.       Парень вышел на улицу и посмотрел на фонари вдоль дороги. « А ведь в тот день все было также» — подумал и, неожиданно, осекся. А какой день? Что было тогда и о чем вообще он сейчас думает?       Шое замер, недыша. Голова начинала болеть от большого количества мыслей, но он никак не мог вспомнить, что-то очень важное, но что? — Хината — Ямагучи окликнул товарища, — все хорошо? Ты бледный. Устал? — Немного. — Игра была напряженный, ты сможешь дойти до дома самостоятельно? — Не волнуйся обо мне, — парень скривил губы в болезненной улыбке. — все будет хорошо.       По взгляду Ямагучи было понятно, что он не поверил ни одному слову, но настаивать не стал. — Тогда, до завтра, — парень развернулся и пошел к Цукишиме, который уже ждал его.       Хината сделал несколько глубоких вдохов, пытаясь успокоиться. Идти предстояло через парк, где, зачастую, не горели фонари. Как только он ступил на территорию парка, где-то глубоко заговорило чувство дежавю. С каждым шагом Хината думал вернуться обратно, на светлую улицу и пойти длинным пути, но что-то манило его идти дальше.       Пройдя несколько метров, парень остановился. Место казалось смутно знакомым, но все еще происходящее казалось загадкой. Среди деревьев скользнула чья-то тень. Шое напрягся всем телом, готовый в любую секунду броситься бежать. Тень приближалась. Показался обладатель тени, а за спиной у него красовались два больших крыла. — Кто ты? — Хината напрягся. — Ты не помнишь меня? — А должен? Ты же тенгу? Какие у нас могли быть дела.        Ворон сделал шаг в сторону парня. — Не двигайся, — Хината отступил, но екай не послушал, продолжая надвигаться. Спустя пару секунд Шое почувствовал прикосновение холодной руки ко лбу. Мысли проносились множеством картинок и парень, схватившись за голову, опустился на колени. Ворон сел рядом, наблюдая за ним. — Что произошло? — Хината оторвал взгляд от земли и посмотрел в глаза ворона.- Куроо? — Как ты себя чувствуешь? — Что это было? — У тебя стерли память. Обычно, так делают, чтобы сохранить тайну о нас. — Что там с храмом? Куроо протянул руки с маленьким лисом на них. — Неужели… — Он потратил слишком много духовной энергии, из-за чего не может вернуться в прежнюю форму. — Он останется так навсегда? — Нет, ему нужно время для восстановления. Могу я оставить это на тебя? — Куроо протянул лиса Шое. — После его выходки, случился переполох. Сейчас все на ушах, если его найдут, то будет не лучше. А в мире людей его точно искать не будут. — Конечно, я сделаю все, что в моих силах. Но что стало с храмом? — С ним все в порядке. Ему удалось его защитить. — А как там. — С ними тоже все хорошо, они ждут возращения своего хранителя, — ворон улыбнулся. — Мне пора. Полагаюсь на тебя. — Не переживай, я прослежу за ним. — Спасибо, — тенгу посмотрел на него ласковым взглядом, — он тоже тебе благодарен, — взгляд упал на лиса.       С этими словами ворон взлетел над деревьями. По всему парку стали зажигаться фонари, которые уже давно никто не видел. Хината благодарно улыбнулся и быстрым шагом направился домой. — Где ты так долго был? — Натсу встретила старшего брата с недовльным видом. — Прости, задержался. — Это лис? — она удивленно посмотрела на маленький комочек в руках парня. — Нашел его в парке. — Он ранен? — Не похоже. Родители дома? — Мама на кухне, а отец по делам уехал. А можно его погладить? — Натсу протянула к лису свои маленькие ручки. — Давай потом, когда он проснется, не будем его тревожить. — Хорошо — она смиренно отступила. — Может, ему принести молока? — Хорошая идея, но завтра. Сегодня его лучше не тревожить.       Хината поднялся к себе в комнату и аккуратно уложил екая на подушке. Он не стл зажигать свет во всей комнате, а зажег настольную лампу.       Лис на подушке зашевелился, но не проснулся.