Утопленная жажда

Какая-то вспышка безумия охватила меня, пока я хотел собраться и сосредоточится на разговоре с Курогири. Все же интересно разузнать, что же делал все время мой папа-Куро. Спустившись к нему, я заметил, что он готовил еду, которая на запах явно чувствовалась вкусной. Он заметил меня и подозвал к себе, мне ничего не оставалось кроме как послушаться, я сел на стул напротив ному и стал слушать. — Изуку, прошло два года, как мы не виделись. Признаюсь, ты выглядишь очень красивым и сильным. Как продвигается твоя причуда? Мои щеки покраснели от комплиментов Курогири. Смотря на моего «папу» я стал весело рассказывать о своих достижениях. — Думаю неплохо. Ведь я могу теперь полноценно внедрятся в сознание человека. А еще, смотри, — я сосредоточился на яблоке и резко фрукт вышвернулся с сильным взмахом об стенку и размазался по стене. Ному понаблюдал за этим и посмотрел на меня, его ладонь легла на мою щеку и я улыбнулся. Впервые я почувствовал себя действительно нужным, желанным. А эта любовь была по-настоящему родственной. — Изуку, это превосходно. Но мой совет, будь аккуратен, ты можешь сойти с ума от резких взмахов. Я задумался и появилась идея, как свести нашу борьбу с моим любимым отцом, я и не заметил как начал улыбаться. А туман будто прочитал мои мысли, потряс меня за плечи и я снова смотрел на него. — Не смей. — Пап, я не.. — Изуку, нет.. — голос был тверд но и обеспокоен. — Я убью его, если ты сойдешь с ума. Я не хочу потерять тебя, мой.. сын? От этой ласки появившейся в неожиданный момент, и которой я нуждался всю жизнь, во мне словно плохая черта исчезла и я обнял его, да так крепко обнял, что все будто перевернулось. Курогири обнимал так же крепко меня и гладил по моим непослушным волосам. — Обещаешь? — Только ради тебя. Я сдержу обещание, но найду тогда более рациональный способ, как вывести отца и сразиться напоследок, перед тем как он окончательно потеряет власть надо мной. — В общем Изуку, хочу с тобой поделится. Почему же я не мог найти тебя сразу, и почему все так затянулось. Дело в том, что после того как господин Шигараки наложил на меня причуду, меня будто прожгли огнем, я вспоминал свое прошлое и моменты, когда я был человеком. Были друзья. Во мне будто просыпалась вся человеческая натура и я будто стал человеком. Но позже, в своих воспоминаний я заметил ребенка, который за тобой в наблюдал, когда ты был маленьким. Да и то как Все за Одного нашел этого мальчика и превратил его наподобии меня. Но он стал слепым. Когда я высвободился из причуды, я ощущал горечь, страх и безумие. Ведь я потерял тебя. Дальше мои действия были найти того ребенка и я нашел, он нуждался в любви и я ему дал, а так же отвел его к его же родне, у него оказывается была лишь бабушка. Потом мои приключения стали масштабнее и в итоге я нашел тебя. Я был невероятно счастлив, что нашел своего сына, моего любимого мальчика. Я скучал. Он обнял меня и из моих глаз потекли слезы. я этих слов хотел от Все за Одного и жаждал его целиком, но Куро стал тем самым отцом, о котором я и мечтать не мог. Я прижался к нему и лихорадочно заплакал, он шептал мне нежности, укутывал меня в свои теплые и крепкие объятия, а я лишь наслаждался этим и был ему благодарен. *** После разговора с Курогири я решил навестить Даби, но ожидал, что он уйдет но не тут то было. Поднявшись на второй этаж, я заметил его лежащего на тренировочном матрасе, в комнате которой подразумевалась под тренирочной. Заметив меня, черноволосый подошел ко мне и приподняв мой подбородок, резко поцеловал, пока я ошарашенно смотрел на голубоглазого. — Око за око, дорогой Изуку. А теперь объясняйся, — он облизнулся и обнял одной рукой меня за талию, а я будто впал в ступор, пока кружилась голова. — Шигараки, расскажи уже. Зачем ты это сделал? И про то, что у тебя случилось. Мне надо знать. — Извини, красавчик, но эта информация конфидициальна. И.. какой ты горячий, — я сщурил свои глаза и обнял Даби за шею, он цокнул и лишь грубее сжал мою талию. — Я не уйду от тебя, ты интересный хоть и слишком наглый. Даже попытаюсь остаться с тобой, ты же найдешь способ, да? Я лишь посмеялся и, резко, без предупреждения вошел в его рассудок, воспоминания. Это можно было назвать тренировкой, я видел его прошлое, маленького Даби и его жуткие воспоминания, которыми я сейчас питался. Было жаль юнца, но его отчаяние и то, что его проблемы хуже Бакуго, меня заводило. Я поглощал их и Даби знал но, по какой-то неизвестной причине, не сопротивлялся, лишь мягко поглаживал мою талию, давая мне «поесть». Наша тренировка и моя трапеза прекратилась. Ведь на улице был слышен настоящий и неожиданный взрыв.