Братья

Мистик-Фоллс-Восток, 7 апреля 2013

— Где это мы? Стефан дюйм за дюймом изучил закрытую дверь Мистик-Гриль. Энзо разбежался и плечом вынес ее — так, что щепки разлетелись по всему бару. — Что? — как ни в чем не бывало воскликнул он, когда Стефан, все еще сидя на корточках, медленно повернул к нему голову. — Дверь могла быть заколдована, — пожал плечами Стефан. — Внутри нас могли поджидать те самые существа, что устроили аварию. И — в целом — этого здания здесь не должно было быть. — Но ведь все в порядке. Мы живы, здание есть, существ нет, ура-ура. Правда, дорогая? Кэролайн поджала губы, но промолчала. Стефан так и не понял, на чьей она стороне. Мистик-Гриль был цел, словно машина Деймона даже близко с этим местом не проезжала. Ровно расставленные столы, стулья, перевернутые ножками вверх, идеально чистая барная стойка — и ни единой души. Стефан машинально провел пальцем по поверхности одного из столов: ни пылинки, хотя помещение выглядело заброшенным. Как будто они стояли в детской, но ребенок, живший здесь, давно вырос и, может, уже умер. Трудно угадать, когда ты вампир и живешь вечно. Время становится величиной еще более относительной, чем принято считать. — Как мы здесь оказались? Мы ехали в Мистик-Фоллс — и нате вам… — …мы в Мистик-Фоллс, — пожал плечами Стефан. — Не хочу тебя огорчать, — саркастически начал Энзо, — но это не тот Мистик-Фоллс, в который мы ехали. В нашем Мистик-Фоллс этого бара нет. И в нашем Мистик-Фоллс есть люди… ну, или те, кто выдает себя за людей, — с сомнением закончил он. — Не удивлюсь, если это очередной глюк сознания. — Кэролайн раздраженно встряхнула головой. — Что, у всех одинаковый? Я так не думаю. Энзо решительно прошелся вдоль стойки и понюхал стаканы, расставленные на кристально чистой поверхности, как шашки на игральной доске. — Хм. Ничем не пахнут. Что-о-о? — он закатил глаза, когда Кэролайн склонила голову набок и нахмурилась. — Стаканы в баре всегда пахнут выпивкой. — И как же ты придумал такую потрясающе-неочевидную мысль? — не сдержался Стефан. — Это не я придумал, а твой брат. Деймон знал толк в выпивке. Стефан медленно покивал и машинально провел ладонью по стене рядом с дартсом, вспоминая, как они с братом метали дротики. — …в двадцатых этого бара еще не было, Бон-Бон, учи историю лучше, иначе расскажу Рику, что ты не делаешь домашнее задание. Все трое — Кэролайн, Стефан и Энзо — повернули головы и открыли рты. Наверное, со стороны это показалось бы дико смешным, но никто не засмеялся, потому что… Блин, да потому что Мистик-Гриль здесь не было, как не было Деймона и Бонни, секунду назад появившихся на пороге этого Мистик-Гриль. Может быть, Мистик-Фоллса тоже не было, к слову. — Никогда не видела бар таким пустым. — Бонни, судя по всему, пропустила колкость Деймона мимо ушей. — Видела. Мы заходили сюда на прошлой неделе и точно так же не встретили здесь ни души. Кэролайн сделала свои страшные глаза, как она умела — одновременно нахмурилась, скривилась и подняла брови — и поглядела на Стефана. Тот приложил палец к губам. Деймон взял с полки бутылку и налил себе бурбона. Опрокинув стопку залпом, потянулся за следующей, но рука его замерла на полпути, и он обернулся к Бонни: — Присоединяйся. — Нет, спасибо. — Да что ты, не стесняйся. Видишь ли, из-за того, что ты никчемна как ведьма, твое вчерашнее заклинание не сработало, а потому мы, скорее всего, застряли здесь навсегда. Я никогда больше не увижу Елену и брата, ты не вернешься к Джереми, и мы сдохнем в этом отстойном баре от скуки, раздражения и алкоголизма. Так что, — он отсалютовал бокалом, — стоит выпить, Бон-Бон, — и, поморщившись, выпил снова. — Заклинание должно было сработать, — упрямо выдавила Бонни, отнимая у него бурбон. — У меня была сила дюжины ведьм. — Да-а? Что-то я не вижу дома Елены перед собой. И саму Елену не вижу, — прошептал Деймон. — Потому что он сгорел год назад, — парировала Бонни. — И Елена живет у тебя. — А может быть, потому, что ты ни на что негодна, — он растянул губы в усмешке и с такой силой сжал стакан, что тот треснул. Стефану почудилось, что сейчас брат набросится на Бонни и разорвет ее на куски. Стефан знал, когда Деймон на грани. Деймон на грани походил на Деймона, который дуется, только глаза не обиженные, а пустые и бегают. И на лбу вздувается жила. — Так вот как мы сюда попали, — тихо пробормотал Энзо. — Тс-с-с. — Они нас не слышат, — продолжил он громче и увереннее, — потому что ни их, ни нас здесь не может быть. Мы в месте, уже не существующем. Заклинание Бонни привело нас сюда. Это оно остановило машину, и дюжину ведьм мы видели. — И что нам делать, по-твоему? Кэролайн всплеснула руками. — Вы понимаете, что это означает? — Стефан с трудом произносил слова, как будто разучился говорить. — Они живы. Деймон и Бонни живы. Он слышал голоса брата и Бонни, оба стояли в паре футов, он слышал перебранку Кэролайн и Энзо, и ему казалось, что Мистик-Гриль склеен из пары сотен фрагментов, отчаянно друг другу не подходящих. Как неправильно собранный пазл. — Спасибо, Капитан Очевидность, — Энзо подмигнул и подошел прямо к Деймону. — Я не могу до него дотронуться, — сделал он вывод, когда пальцы просто скользнули мимо плеча Деймона. — Ну разумеется, их же здесь нет. Так, — Кэролайн присела на краешек стола и схватилась за голову, — мы знаем, что Деймон и Бонни живы, и они пытаются выбраться из… в общем оттуда, где они сейчас… — Загробный ми-и-ир? — пропел Энзо. — …и мы должны им помочь. Теперь мы точно знаем, Стефан! Мы с Энзо были правы. — Но мы не знаем, что это за место, и как вытащить из него наших друзей, — Энзо подлил масла в огонь, — и как выбраться самим. Если это сон, кома или черт знает что, нам нужно прекратить это. И я знаю, как. Кэролайн выжидающе уставилась на него, и весь ее вид приказывал делиться мыслями быстрее. — …разделим Мистик-Фоллс на две части, выложим границу солью, если угодно, — крикнула ненастоящая Бонни ненастоящему Деймону, — ты не заходишь на мою половину, а я не суюсь на твою. Окей? Да? Пусть бар будет серединой, раз уж именно в нем зародился этот ад. Стефан и Энзо переглянулись. — Избавившись от Огустина, я стал жить в двадцать первом веке, и первое, что я запомнил… Если компьютер «виснет», надо его перезагрузить. Стефан и раньше подозревал в Энзо психопата, но в этот момент увидел его объемно, словно черно-белая фотография стала голограммой. — Что это значит? — Будет немного неприятно, дорогая, — выпалил Энзо и метнулся к Кэролайн. Спустя секунду она уже лежала на полу со свернутой шеей. — Что касается нас… — На счет «три», — кивнул Стефан, и что-то хрустнуло. Позвонки.

***

Звуки и ощущения медленно проявлялись из молочно-белого постоянства. Стефан пошевелился и прислушался. — Мы могли не очнуться! Это же не обычный мир, где вампиры легко приходят в себя. — Ты жива, дорогая, даже слишком, на мой взгляд, — переорал Кэролайн Энзо. — И машина почти не пострадала, что гораздо важнее. Стефан улыбнулся, представив, как Кэролайн надулась. — Нам пора ехать. — Стефан! Он поднялся на ноги и размял мышцы. — Где мы? — Там, где ехали, когда появились дюжина шлюх с колдовскими способностями, — недовольно пробурчал Энзо, отряхиваясь от грязи и травы. — Миль двадцать от Мистик-Фоллс, за полчаса доберемся до места. Скрестите пальцы, чтобы Мистик-Гриль оказался руинами. Мистик-Гриль оказался образцовыми руинами, комар носа не подточит, все как надо. Стефан вздохнул свободнее; они вернулись в свою реальность. — Рик! Рик, — позвала Кэролайн, ворвавшись в дом. — У нас проблема, ребята. — Аларик вывалился из комнаты, взмокший и небритый. — Еще одна? — фыркнула Кэролайн. — Какая неожиданность. Ты что, пил все это время? Где Елена, Рик? — Я уже говорил, что у нас проблема? — Рик мотнул головой, приглашая пройти за ним. Гуськом все четверо поднялись по лестнице в спальню Деймона. Аларик почти театральным жестом распахнул дверь в абсолютно пустую комнату. Елены там не оказалось, зато была постель, залитая кровью (Стефан еще на первых ступенькам почуял вонь), разоренные шкафы и труп. Рик, как фокусник, открыл шкаф и вовремя отступил на шаг. Из него вывалилось тело. — Это Елена сделала? — дрожащим голосом уточнила очевидное Кэролайн. — Каждую ночь оставляет подарочек. В подвале все холодильники уже заняты. Позавчера подложила покойника ко мне в кровать. Уже два дня не пью после такого. Но есть и хорошая новость. Елена слезла с наркоты. — А мы нашли Деймона и Бонни, — нарочито радостно возвестила Кэр. — Жизнь налаживалась, — издевательски заключил Энзо и прямо в ботинках плюхнулся на кровать.

Мистик-Фоллс-Запад, 7 апреля 2013

— Связь с мертвыми? О чем ты, черт возьми? — Ну давай, Сальваторе, напряги мозги. Я могу видеть мертвых. Вспоминай: Денвер, Роуз, вы с Еленой приехали, чтобы поговорить с ней, и целовались в мотеле, а я вас засек… — Угу, если бы не ты, я бы ее, пожалуй, трахнул в ту ночь. Елена меня хотела, а я хотел ее, и только ты оказался помехой. — Я дал ему подзатыльник, Гилберт дернулся. — Назойливый младший брат. У меня такой тоже есть. — В ту ночь ты не выглядел таким самоуверенным. Смотрел на Елену и ждал, пока тебе перепадет хотя бы сотая доля того, что доставалось Стефану. — Не старайся, Гилберт, тебе не удастся меня задеть. Мне пофиг. — Я и не пытаюсь. Ты сам все знаешь. И помнишь. Только не чувствуешь, потому что чувства — отстой. «Жизнь в любом случае дерьмо, Джереми, но когда ты вампир, намного проще пережить это». Ты сказал мне это, Деймон. — Тот Деймон умер. Уже трижды. Я развернулся, чтобы уйти. — Это ты убил мою сестру. Смысл слов дошел до меня не сразу. Только между лопаток как будто кол вонзился. Я даже провел ладонью по спине, чтобы убедиться, что все в порядке. — Твоя сестра сама прыгнула в мою машину. В башке послышались шумы, точно старый радиоприемник едва-едва поймал сигнал. Я вспомнил, как свернул мелкому Гилберту шею. И вспомнил, что послужило тому причиной. — Ты не должен был возвращаться без нее. Это твоя вина. — Мне стоит гордиться, я считаю. Даже Клаус не смог. А я смог. Я клевый. Знаешь, что? У меня так хорошо получается убивать Гилбертов, а ты ведь Гилберт. Я обнажил клыки. Горячая кровь потекла по подбородку, и я с удовольствием захлебывался ею, пока Гилберт хрипел. Привкус вербены и жжение в горле пришли не сразу. Меня отпихнули чьи-то руки, ноги подкосились, земля оказалась твердой. Я приоткрыл глаза: Стеф поил Гилберта своей кровью, Рик хмуро наблюдал за мной, глаз не спускал, а еще я видел две пары ног — одни принадлежали Барби, только она могла надеть обувь на каблуке, чтобы пойти на кладбище. С ней был кто-то, обутый в кожаные ботинки. Эти олухи так и не поняли, что я не намерен им помогать в поисках моей бывшей мертвой девушки. Моей мертвой бывшей девушки. Моей… в общем, девушки, точно мертвой и, стало быть, бывшей. — Ну, это и есть пациент? — произнес знакомый голос, но я никак не мог вспомнить имя его обладателя. — Он самый, доктор Клаус.