Буря за окном

Запах свежесваренного кофе наполнил темную комнату, едва наполненную светом летней грозы, сияющей за панорамным окном. В помещении тепло: настолько, что можно было бы снять с себя бо́льшую часть одежды и, не замечая сквозняка, находиться так. На улице листья деревьев играют между собой, гроза хочет исследовать почти каждый уголок мокрой земли, с крыш быстро стекают капли дождя, ветер гудит, и этот вой, громкий и глухой, отдаётся в ушах. На дорогах ни единого прохожего, кроме мужчины с седой бородой, спешащего домой к родным. Природное явление полностью завладело этим кусочком планеты. На подоконнике сидит невысокая девушка, медленно пьющая кофе с виски - любимое сочетание. На голове у неё небрежный пучок тёмно-каштановых волос. Волосы, спадающие на острые ключицы, немного завились. На ней мужская белая рубашка, пропахшая одеколоном с запахом кедрового ореха. Поза у девы расслабленная: спиной навалилась на белоснежную стену, одна нога вытянута вдоль подоконника, другая согнута в колене. Она наблюдает за всем происходящим за окном, уже не испытывая эмоций, таких, как в детстве. Дверь в комнату открылась шире. На пороге появился молодой кареглазый мужчина, с чёрным, как смоль, волосами. Опираясь на дверной косяк, он, сам того не замечая, невольно залюбовался: незримые веснушки, которые видны, если присматриваться вблизи, нежко персикового цвета щеки и скулы, живот с еле заметным шрамом и - его слабость - аккуратные ноги, с небольшими ступнями, плавно переходящие в голень, а после в широкие бедра, на которых комфортно лежать. Конечно, девушка давно заметила парня, но позволила разглядеть её. Снова. Она неспешно встала со своего уютного места, также медленно выпила свой напиток, не сводя глаз с мужчины, поставила его на деревянный стол и снова повернулась к виду на город, но не спешила садиться обратно. Он начал двигаться к ней, словно призрак, будто боясь спугнуть красавицу-принцессу. Прошло более минуты, пока он сократил дистанцию в несколько метров между ними. Сильные руки, неожиданно мягко для кого-то, но так привычно нежно для неё, обхватили тонкую талию, явно не желая отпускать. Он мучительно застягивал удовольствие: не коснувшись шрама, руки продолжили, как змея - добычу, обхватывать её хрупкое тело. Наконец, они в объятьях друг друга. Горячая спина девушки прижимается к широкому торсу парня. Он кропотливо опускает голову, опаляя теплым дыханием бледную кожу возлюбленной, и, почти не касаясь губами, проводит от мочки уха до её ключиц. Она затаила дыхание. Парень знает её слабые места, и это одно из них. Но он и сам не может устоять. Впивается своими мягкими губами, как будто без этого им не выжить. Оставив один бордовый след, его рот направляется за следующим. Язык слегла касается впадинки между ключицами, но этого вполне хватает для того, что она закатила глаза: второе запрещенное, для всех, кроме него, место. Девушка не выдержала и решила взять реванш с их маленькой ежедневной забаве. Она разворачивается, мешаяя ласкать шею, и, не спеша, тянет на себя парня. Чувствуя подоконник, она осторожно толкает его за мышцы плеч и направляет руками на своё место. А он и не против - готов сделать всё, что эта девушка скажет. Парень садится на подоконье, облокачиваясь на окно. Она недолго его рассматривает, а после садиться следом - на его колени. Обхватывает его шею руками, до мурашек поглаживает длинными ногтями кожу и самозабвенно целует его, не помня, что здесь делала до этого. Зато она знает, что нужно делать сейчас: целовать, целовать, целовать. Их слияние губ - олицетворение страсти. Грубоватые мужские губы и мягкие женские. Они высасывают друг из друга остатки души, чего-то светлого, доброго, оставляя место лишь для любви и похоти. Он до боли прикусывает её нижнюю губу и, сразу понимая, что перестарался, проводит языком до месту укуса. Из-за боли, плавно переходящую в нежность, девушка еле сдерживает приглушённый стон удовольствия. Его руки - на её талии. Мужская ладонь сжимает рубашку: ему определенно всё нравится. Брюнет забыл зачем вообще пришёл. Пока девушка в его руках, ничего в мире не имеет значения: ни гроза за окном, с каждой минутой шумевшей всё громче, ни поваленные деревья, ни громкий крик за окном. Пока эти двое рядом, мир будто останавливаться. Никто не посмеет поменять им наслаждаться друг другом. Никто. Даже буйная стихия за окном.