Lonely New Years

- Рампо, ну ты же не достанешь на верх! - Было уже поздно предупреждать, Эдогава вместе с креслом и игрушками для ёлки рухнули на пол. - Я почти что достал, но чертово кресло подвело меня. - обиженно отвернувшись от злосчастного кресла с красной бахромой Рампо вел себя как ребёнок. - Ты хотя бы не ушибся? - оставив все игрушки и ёлку в покое, писатель присел на корточки рядом с любимым. - Я цел и здоров! - выпрыгнув на ноги, еле не задевая подбородок Аллана своей рукой, Эдогава стает в полный рост над сидящим Эдгаром и с полной улыбки радости бросается к нему в объятия, валя темного шатена на пол и громко смеясь. - Я заметил...- тихо произносит писатель, пока его грудную клетку придавили и каким-то образом нужно возвращать себе воздух, чтобы не захлебнуться от отсутствия кислорода в лёгких. Детектив перестал смеяться только спустя пять минут и наконец-то отпуская Аллана они возвращаются к украшению дома. Гирлянды в каждой комнате, носочки на камине и разные поделки Эдогавы ручной работы стояли как аксессуары на полках. Главным атрибутом была ёлка - большая, зелёная девица с иголками хуже чем у ёжиков. Мишуры на ней было разных за толщиной и цветов, как длинных так и мелких. Шариков было также очень много, а ещё много любимых конфет Рампо, которые Эдгар прятал весь декабрь, чтобы сладкоежка не занюхал их раньше чем нужно. Какими же были глаза брюнета, когда он не смог разгадать тайну о конфетах на самой вершине шкафа, а писатель довольно хмыкал и любовался возмущениями своего любимого. Пробило 00:00. Этот год они праздновали в Америке в родном городе писателя. На столе много всяких вкусностей и также много алкоголя, не то чтобы кто-то из них был пьяницей, но полакомиться таким напитком позволяли они себе не часто. - Эдгар, насколько ты меня любишь от 0 до 10? - отпивая с большого бокала одно из лучших шампанских, детектив поднял не слишком трезвый взгляд на писателя. - Конечно же на 10, ты лучший во всем свете, а твоя способность - это лучшее, что могло быть. - честно ответил шатен и отложил свой бокал в сторону, закидывая в рот виноград. - Что если бы я тебе сказал, что у меня нет способности, любил бы ты меня тогда? - тяжело дыша, детектив вытягивает с кармана свои очки, что их дал ему директор. - Честно...я об этом и не задумывался...- поднимая на любимого встревоженный взгляд, Аллан выбирает свои ответы на такой исход дела. Он влюблён в детектива, и влюблён в его способность. - Ты можешь прямо сейчас сказать, насколько сильно ты меня любишь без капли вранья? - заливая в свое горло, шипучее шампанское, что опалило стенки самым неприятным чувством. Его пьяные зелёные глаза смотрели, как писатель опускается на колено и произносит долгожданные слова признания:

Признаюсь я, что двое мы с тобой, Хотя в любви мы существо одно. Я не хочу, чтоб мой порок любой На честь твою ложился, как пятно.

Пусть нас в любви одна связует нить, Но в жизни горечь разная у нас. Она любовь не может изменить, Но у любви крадет за часом час.

Как осужденный, права я лишен Тебя при всех открыто узнавать,

И ты принять не можешь мой поклон, Чтоб не легла на честь твою печать.

Ну что ж, пускай!.. Я так тебя люблю. Что весь я твой и честь твою делю!

- Это же Шекспир? - Рампо склонил голову на бок, улыбаясь своей лучезарной улыбкой. - Сонет 36. - Эдгар вытянул из кармана своих черных брюк красную коробочку. - Ты наверняка догадался, что здесь... - Это...то что я думаю? - детектив приподнял бровь. Они уже так долго вместе, так долго живут вместе, путешествуют вместе и спят в одной кровати, но никогда раньше даже не задумывались о семейном положении. О их отношениях знают только Акико и Луиза, больше никто и знать не знает, но это их не волнует. Писатель и Детектив держут свое счастье, держатся один за одного и идут вперёд вместе. На тонкий палец Эдогавы Эдгар лёгким движением руки натянул кольцо с дорогущим бриллиантом. - Я всегда знал, что ты так не ценишь деньги...но в этот раз, ты перестарался, на простое кольцо...- брюнет с удовольствием рассматривал подарок. - Я хочу для тебя все самое лучшее. - Эдгар улыбнулся, а его челка сбилась на бок. Обладатель зелёных глаз молча поднялся со своего места и встал напротив обладателя лилово-серых глаза, почти вплотную. Положив свои руки на плечи писателя, Эдогава заставил того согнуться, после чего заключив его в поцелуй. Первый в этом году и такой трепетный, как и сердце Аллана, когда он чувствует теплые и со вкусом шампанского губы на своих холодных губах. Рампо нежно обводит каждый миллиметр во рту любимого человека, который ещё пару лет назад был его соперником и наверное все ещё тот его им и считает. Но Эдогава знает, что он все равно победитель, для него нет границ разума, а По-кун не сделает детектив жёстче, ведь боится потерять его. Мягкие губы Рампо оставили лёгкую отметину на шее писателя и оставили его одного. Погибать в унынии по прошлому году. В новый год он идёт уже без любимого человека. Его милый и ребяческий соперник, лежит в холодной кровати, такой же как и его тело после той злосчастной ночи, когда писатель увидел детектива на земле, на поле битвы, захлебываясь своей кровью. Его постель сделанная из дошек, а постель закопанная под толстым слоем земли и выпавшего снега. Сидя на могиле любимого, Эдгар умывается слезами и горем, запивая его шампанским, тем самым, которое Эдогава так любил выпить на Новый год. Шатен всегда оставлял около могилы одну бутылку каждый год, и каждый год там они пропадали. - Ты сиял ярче звёзды на ёлке, я любил рассказывать тебе Шекспира, а сейчас тебя мне не хватает мой милый. Я любил не только твою способность, я верил в твою незаменимость и в потенциал.

Я любил тебя, Рампо Эдогава. С новым годом...