Имбирное печенье, маршмэллоу на костре и любовь на двоих

^⁠_⁠_⁠_⁠_⁠_⁠_⁠_⁠_⁠_⁠^

Двое парней идут по тропинке, направляясь в самую гущу леса. Хёнджин несёт в одной руке корзину, хранившую в себе всякие вкусности, а в другой держит маленькую ладошку Феликса. Феликс же идёт рядом, также держа за руку старшего и прижимая к себе плед. Под ногами похрустывает снег, создавая приятный звук и зимнюю атмосферу. Парни сбежали, казалось, от всего мира, чтобы побыть вдвоём. И им это удалось. Парни шли ровно, однако, Феликс вышел вперёд, ведя Хёнджина за собой. Последний доверил выбор места младшему. Он знал, что Феликс найдёт просто волшебную поляну, с ещё не тронутым снегом. И не прогадал. Открывается вид на заснеженную поляну, которая ещё летом хвасталась своими яркими красками. Парням повезло, что под снегом завалялось несколько обрубков от дерева, да каких-то мелких веточек. Двое сразу распределяются на дела: Хёнджин ищет то, на чём можно бы посидеть, а Феликс разводит огонь. Старший никогда не давал Ликсу делать что-то тяжёлое в физическом плане. Он не считал его слабым, нет. Просто не хотел, чтобы младший утруждался чем-нибудь, хотя того это и не напрягает вовсе. После двух попыток огонь начал становиться всё больше и больше, превращаясь в костёр. Хёнджин уже принёс срубленный ствол какого-то невысокого дерева, который нашёл неподалёку от этого места. Вместе они сели на приготовленное место, достали из корзины контейнер с имбирным печеньем, приготовленным заранее, и пачку с маршмэллоу, что так и манят своим запахом. Ликс размещает плед на плечах парней, обнимая Хёнджина и прижимаясь к нему, как можно сильнее. Тот жмётся к Феликсу в ответ. Старший заботливо насаживает по несколько кусочков маршмэллоу на палочки, которые они специально взяли с собой, дабы не искать в лесу какие-то ветки под снегом, и передаёт младшему, улыбаясь. Ликс улыбается в ответ. Они так и сидят в обнимку под пледом, перед костром, целуясь и поедая мягкое имбирное печенье и тянущееся от нагревания маршмэллоу. — С новым годом, малыш. Я люблю тебя, и буду любить вечно, — старший целует парня в кончик носа, который уже стал немного красным. Щёки, кстати, тоже, и непонятно: из-за мороза, или из-за смущения. — С новым годом, Хёнджин. Я тоже очень сильно люблю тебя, и так будет всегда, — младший уже укутался по самый нос в шарф. И снова эта неразбериха. Из-за мороза, или из-за смущения? Впрочем, не важно. У них просто есть имбирное печенье, маршмэллоу на костре и любовь на двоих. Любовь, которая никогда не остынет. Она всегда будет пылать. Вечно.