Плохой, хороший коп

Всё хорошее, увы, рано или поздно закачивается. Своё окончание встретила и полюбившаяся многим история «Арканум», которая на момент написания статьи занимала второе место в топе популярных работ, подвинув даже легендарный «Секрет небес». Как любая хорошая история, «Арканум» оставляет после себя почву для размышлений. И как-то так сложилось что, наблюдая за фаворитами этой истории, мои размышления были направлены на Роберта. А, именно, на интерес к его профессионализму. И так как сама Алиса через Таролога уверяет, что: «Частички душ людей существуют не только в материальном мире, но и блуждают по ту сторону», - мы имеем некое право судить как в целом о личностях наших случайных товарищах, так и о таких аспектах их личности, как профессионализм. Но начать всё же хотелось с реального мира. Роб ярко заявляет о себе, врываясь в чужой кабинет без приглашения, не утруждая себя ни приветствием, ни представлением. О подобии приличий мистер Штицхен вспоминает только после того, как у него не выходит с наскока продавить Селену морально. Далее тон его на какое-то время становиться спокойным. Казалось бы. Однако моё внимание порядком зацепило то, как Роберт строит предложения, когда речь заходит о задержании варщика. - Я хочу провести операцию по его задержанию. По моему мнению, стоит обратить внимание на вот это самое «Я». Разве Роберт частное лицо? Будь он частным детективом, во-первых, не имел бы никакого права проводить задержания, во-вторых, не было бы никакого отдела по борьбе с наркотиками. Но хочу особо обратить внимание на его должность детектива. Приставка к званию «детектив» означает, что офицер полиции прошёл соответствующую подготовку, необходимую для ведения расследований. Куда больше о положении Роберта на службе говорит его внешний вид. Пусть он и не расстаётся с полицейским удостоверением, оно надето поверх гражданской одежды, что уже намекает на определённый статус офицера. Перед нами не полевой рабочий. И пусть, фактически, по американскому регламенту, детективы по званию не выше обычных полицейских, они, зачастую, старше своих коллег по выслуге лет. То есть, имеют определённую власть над сослуживцами в ряде ситуаций. Далее хотелось бы обратить внимание на заявление Роберта о поддержке администрации в этом деле. Но нужно по какой-то причине разрешение Селены. Да, она – спонсор мероприятия. Но это не частная вечеринка. Этот странный нюанс заставляет обратить внимание на то, что, кроме слов, у Роберта больше нет никаких подтверждений поддержки администрации. По итогу, ваш почтенный автор, находясь в трезвом уме и относительно твёрдой памяти, соглашается с Селеной, которая на очередном витке своих галлюцинаций говорит, что кто-то может пострадать, и отказывает Робу. По итогу мы, в конечном счёте, и выясняем, что кое-кто всё же пострадал. И пусть Селена это мотивирует репутацией. Но, господа, у неё нет полномочий выдавать такие дозволения. Она не становиться градоначальником из-за своего спонсорства. Равно как и не имеет отношения к полиции. Такое дозволение должно быть согласовано с вышестоящим руководством и администрацией. Всё. Никаких частных лиц. Мы так никогда и не узнаем, как на самом деле происходило задержание. Повествование идёт от лица Селены и деятельность полицейских – не её компетенция. Да и, вероятно, все события после выстрела уже происходят в другом мире. Однако стоит отметить, что, несмотря на свой статус в полиции, задержание Роб проводит самостоятельно. Не упоминается, что кто-то помогает Робу задерживать варщика, а только: «Селена увидела Роба, задерживающего какого-то парня». А ведь варщик это так же определённая вершина в иерархии. Это не мальчик-закладчик. Плюс упоминаемый Робом опыт этого самого варщика. В конечном счёте, вот неожиданность, шальная пуля прилетела не из служебного «глока». Вероятно ли, что операция так и не была согласована и Роб принял решение единолично? Думаю, что вполне вероятно. Ибо следующее явление Роба, да, в видениях Селены, происходит в компании полицейских, которые, вероятно, дежурили на дне города. И вновь ситуация, а, вернее, поведение Роба в ней, вызывает вопросы. С одной стороны, да, Селене противостоит пожилая женщина не самой крепкой комплекции. Но, простите, иные бабки страшнее амбала в подворотнях. Факт остаётся фактом: Селена стала жертвой нападения. И Роб, полагаю, зная о её не самом замечательном характере, буквально, выставляет жертву нападения виноватой. И даже когда старуха начинает сыпать проклятиями, всё, что может выдать наш доблестный борец со здравым смыслом: «Уведите женщину. С неё достаточно». Блестяще. Раз Селена не хороший человек – значит, что её можно и не защищать? Блестящая логика, господин Штицхен. Большее опасение убить себя, сделав лоб-хлоб, вызывают лишь события Тотспела. Этот мир открывает все самые тёмные закоулки душ наших героев. И окончательно разлучает нашего детектива со здравым смыслом. Роберт раз за разом действует так, как постыдно не только для профессионала, но и для здравомыслящего человека в принципе. Если неприкрытую настороженность по появлении в гостинице ещё можно списать на напряжение от навязчивого поведения Жозефины, даже несмотря на поведение вроде: «Он выглядел излишне собранным, готовым в любой момент наброситься, защищаться», то далее не заподозрить Роба в смутных намерениях было просто невозможно. Буквально на второй день Лилит находит не спрятанные записи Роба, где взгляд женщины цепляется за её имя. Господин детектив по какой-то причине не удосужился заведомо запретить персоналу входить в его комнату. Но не забыл за свой прокол сорваться на служанке. Видимо, о том, что несправедливо оскорблённая Лилит может пойти к Жозефине или Лиаму, что было бы логично, Роберт не думает. Ему, в принципе, не свойственно думать в этой части. Ибо сразу же после того, как он накидывается на женщину, он пытается провести допрос. Плюс баллы к доверительным отношениям с потенциальным свидетелем. Да и в принципе Роб оказался мастером настраивать людей против себя. Несомненно, Тотспел застрял во времени, когда каждая вещь – уникальная, второй такой нет, ибо каждый мастер шьёт по-своему. Конечно же, у Роба есть повод напасть на миссис Оберли. Это более действенный способ, чем обсыпать комплиментами необыкновенную вещицу, достойную более цветущего края, чем данное захолустье. Видимо, агрессивные расспросы представляются Робу более надёжным способом выяснить судьбу матери. Конечно же, такое джентльменское поведение Роба дало свои плоды. Нечего удивляться, что Жозефина навестила один из своих номеров и нашла записи, которые, как уже единожды случалось, Роб и не думал прятать. Так же Роб совершенно не подумал сгладить ситуацию, козырнув перед Жозефиной её грязным бельём в виде неудачной связи с девушкой. Следующим шагом становиться попытка привлечь на свою сторону Лилит. Девушку, напомню, находящуюся в полной зависимости от Жозефины и Лиама. Без их поддержки бедняжку даже в дом терпимости не примут. Но вот по мнению Роберта Лилит должна пожертвовать всем только потому, что Роб считает, что ей не должно быть всё равно на исчезновение десятков людей. Забавно это слышать от человека, который заинтересован в поисках исключительно своей матери. Но не забывает упрекнуть Лилит: - Такие, как вы, привыкли, что мир им чем-то обязан, но сами они не способны дать что-то взамен. Говорит взрослый самостоятельный мужчина зависимой женщине, которой даже не предложил альтернативы. Ещё горсточка баллов к обаянию Роба. Особенно если после столь гневливой речи Лилит всё же даёт согласие сотрудничать. Но при этом пытается выяснить некоторые вещи у Роба. Лилит: - В городе творится что-то неладное. В пабе человек замертво упал, а над ним нависла тень. Я видела её и у себя в комнате… Роб: - Ты, вероятно, неправильно меня поняла. Я хочу понять, куда пропала моя мать. А не… Буквально десяток слайдов назад этот самый человек педалировал всеобщим благом и безопасностью. Взывал к совести Лилит. Но вот, почему-то, когда Лилит заводит речи и об общем благе и немного спрашивает интересующее её лично, слышит буквально: «Твои проблемы – твои проблемы, мои проблемы – наши проблемы». Вы чувствуете этот горячий порыв к помощи этому человеку? Вот лично я – нет. Нашего альтруиста волнуют только его цели. Потому на странную болезнь Селены, от которой может вылечить только один человек в городе, Роб умильно выдаёт что-то вроде «Как чудно, что не все люди такие, какими их видишь ты». Может, Селена и не права, однако именно она после проникновенного разговора в саду обнаруживает, что у этой беседы была свидетельница. В итоге, предательница платит за свои проступки. Роб же, который до того не скрывал своих подозрений и не пытался казаться более располагающим, теперь действительно чуть более лоялен к семейству Солсбери. В конечном счёте Лилит вновь всё берёт в свои руки и находит улики о загадочной эпидемии в городе. Но и Роб не терял времени даром. Нашёл кладбище. И, по его мнению, могилу матери. Железные доказательства, с учётом того, что могилы безымянные. А, как позже узнаёт Селена, та же Мэри захоронила на этом кладбище своего супруга. Мало ли мстительных жёнушек или мужей в городке? Или самоубйиц? Особенно на фоне эпидемии. Так же на неосвящённой земле ранее хоронили артистов и шутов. Но, определённо, Роб прав на все сто. Даже эксгумировать свежайшие могилы не надо. Могил и связи с гостиницей нашему детективу оказалось достаточно, чтобы сделать определённые выводы. Отбросив весомую улику в виде «точки невозврата» о которой Роб, человек из внешнего мира, ранее не слышал, он сделал ошеломительный вывод: главгад данной локации – Берт. Видимо, взял во внимание показания Лилит, что Лиам и мухи не обидит, и что Жозефина нервная и аристократичная. Даже не знаю, как обозвать то, что Роберт даже не стал скрывать от Берта то, что рыскал по его дому. Нашёл комнату с портретами одной-единственной девочки. Сразу стал сыпать обвинениями, позабыв, что сам речь вёл о десятках людей, чьи портреты висят в холле гостиницы. Но не преминул поделиться своими убеждениями с Лилит: - А как же эти странные портреты девочки?! Будто маньяк, пытающийся запечатлеть в памяти лицо жертвы. Фиксация. И Роб знает, о чём говорит. Но об этом позже. Сейчас вся обвинительная линия строится вокруг одного-единственного портрета. Против десятков. Среди которых есть точно тот человек, который пропал – драгоценная матушка Роба. И вновь очередные аплодисменты. Вообще, к этому моменту вполне можно прийти к выводу, что удостоверение детектива должны были выдать Селене. Да, есть вещи, которые девушкам сделать проще. Но к Лилит в городе относятся предвзято. И всё же ей удалось разговорить Роузена. Роб рад и подмечает: - Я был у него. Но мне не удалось у него ничего узнать. Странно, что человеку, который ходит с хмурым видом и кидается на женщин из-за шляпки, не доверяют. Плюс, не стоит сбрасывать со счетов менталитет маленьких городов. И вот когда Селена выдала всё, что была способна сделать, Роб пускается в сожаления, что втянул её в это. Хорошо, что Мэри хотела только попугать Лилит. Зачастую подвергшиеся нападениям одинокие женщины из леса так и не выходят. И после этого делопроизводство встало. Робу и Селене их детективное чутьё кричало, что что-то близится. Но, в общем и целом, Роб сидел и ждал смерти. Своей или Лиама. Тут уж всё зависит от решения демиурга. Подытожив, стоит особо отметить, что в первую очередь Роб совершает имиджевые ошибки одна за другой. Он, что мы наблюдаем в событиях первой серии сезона, не в состоянии расположить к себе потенциальных союзников и не заставлять нервничать потенциальных врагов. Или же попросту не пытается. Также он грешит тем, в чём обвиняет Селену из раза в раз. Ему должны. Это прослеживается в деле варщика, как и в деле матери Роба. Он не должен думать о безопасности окружающих или о том, как будет выживать Лилит, если с Солсбери что-то случится. Плюс странная и, к счастью, более нигде не повторяющаяся беспечность, в виде оставленных без присмотра записей. А вот предвзятость, увы, повторяется из мира в мир. Роб лучше будет лоялен агрессивной и неадекватной старухе, чем нагрубившей лично ему Селене. Роб будет предвзят к не лезущему в глаза загадочному Берту, чем несколько раз мило, но подозрительно проявившим себя Жозефине и Лиаму. Эту предвзятость он перенесёт в Долину наваждений.Некоторое время меня изумляло то, что, встретив притеснения в Альтергроу из-за ушей, Роб невероятно предан своей стране. Но недолго этот вопрос был актуальным. Внимательно посмотрев на отношения людей с драядами, прекрасно понимаешь, что вся внешняя политика Альтергроу строится на простом «дай». Это касается как и воцарившегося Деймона, которого мы имеем возможность довольно хорошо разглядеть в реальном мире через воспоминания Селены, где он строит отношения с юной героиней через призму своего «дай». Так и все отношения с Селеной первосезонного Роба строились на том же самом «дай». Без оглядки на нужды самой Селены. Завязка конфликта второго сезона связана с этим же «дай» со стороны Реймунда. Драяды не поступились своим мироустройством ради чужого блага. Закостеневшие в традициях драяды не рискнули, буквально, своим существованием, ради людей, которые на протяжении долгих лет только требовали. Не зря политические отношения сдвигаются с мёртвой точки, когда у людей появляется то - то есть армия, - что нужно драядам. Когда появляется необходимость выстроить не столь донорские отношения. Думаю, что на этом мы теперь имеем представление, что представляют собой отделённые от остальной команды представители Альтергроу. Поначалу мне казалось, что по второму сезону сказать про Роба нечего. Он всё такой же непривлекательный человек. Но, благо, теперь смещён на второй план и поменьше докучает в центре сюжета. Однако, нашёлся один момент, который не может не вызывать вопросы. И я говорю о вылазке в разведку Берта и Роба. Изначально кажется, что вот оно, Роб на своём месте. Он уютно себя чувствует с оружием в руках. Он не полицейский, а вояка, где его прямолинейность и грубость более уместна. А его высокое положение позволяет не беспокоиться о том, каким он предстаёт в глазах посторонних. И вот он момент, когда герой и прекрасный принц могут проявить себя. Вылазка в стан врага, где герой, к тому же, козыряет своими знаниями перед комнатным принцем. И вот тут мне безумно хотелось крикнуть: «Стоп»! Неужели ни со стороны Альтергроу, ни со стороны Долины не нашлось кого-то не менее компетентного, но менее ценного? Не смотря ни на какой матриархат, Берт имеет, на самом деле, куда как больше прав на трон, чем Селена. Он – кровный представитель династии, который, в отличии от меланхоличного Лиама, пользуется безоговорочным уважением. Ситуация с Робом не менее интересна. Он не рядовой солдат в окопах. Он – мозговой, духовный и моральный центр армии. Вспомните поведение Селены во время битвы в Долине. Даже с учётом её непонимания в военном деле, её присутствие считалось важным. Как минимум, для поднятия морального духа. А тут наш господин главнокомандующий отправляется в стан врага. С принцем не дружественной страны. Не будь у Роба сюжетной брони, то всё могло закончиться очень плохо. И что дальше? При сложении полномочий проходит приличное количество времени. Завершить дела, написать отчёты. Да банально передать все дела преемнику. Это при том, что у Роберта явно есть своя сеть соглядатаев, независимая от сети Реймунда. И эти данные постоянно обновляются. Как данные о состоянии войск и поступающих на вооружение технологиях. Так просто с поста не уйти. Было бы забавно посмотреть на то, как война с драядами затянулась бы хоть на пару дней, с учётом того, что Роба и Реймунда, как было в истории, убили бы в первом же сражении. Кому отчитываться о потерях, о запасах, о состоянии раненных? Местному Ленину с именем Деймон? Может, и так, а с чем ему сравнить? Что-то в этом сезоне я Роба, в отличии от первого, с записями не увидела. Но наш сюжет движется вперёд и вот перед нами мир сказок. Наконец-то, когда сюжет отодвинул Роба на третью роль, я начала проникаться к нему симпатией. Работая на подхвате, Роб проявляет себя отличным парнем. Коротко, чётко и по делу. И именно в третьем сезоне мы узнаём о тех событиях жизни, которые больше всего повлияли на личность Роба. Речь идёт о прискорбных событиях, что свели его мать в могилу. И вот тут приходиться задаться одним вопросом: а что Роб вообще делает в полиции? Так и не нашла информации о том, могут ли в полиции США служить те, чьи родственник совершали противоправные действия, если кто в курсе – буду рада узнать. Но, как и везде, требуется медицинский осмотр и заключение психолога. Америка, в свою очередь, пример довольно блестящей школы психотерапии. И уж никак Роб не мог избежать внимания психологов или вообще профайлеров во время следствия из-за своего прошлого. И дело не в имидже полиции. Это прослеживаемый факт, который особенно виден на первосезонном обвинении Робом Берта из-за фиксации того на своём чувстве вины. Роб не может адекватно выполнять свою работу. Роб лишился матери в очень юном возрасте. Он не прошёл стадию сепарации от неё. Ни финансовой, ни эмоциональной. В его подсознании мать так и осталась идеальным человеком. Даже когда он узнал, что никто её на самом деле не убивал. Потому что узнать и осознать – две совершенно разные вещи. Подсознательно он всё ещё ищет виновных в своей детской трагедии, которых он нашёл в первом сезоне, когда его фиксация столкнулась с болезненным чувством вины Лиама и бесконечной преданностью ему Жозефины. На первый взгляд кажется, что Роб сумел свою внутреннюю травму направить в продуктивное русло. Но это не так. На пути к своей мести он не гнушается рисковать другими, при этом кичась, что может решить проблему в соло. Будь то задержание варщика или вылазка к дикарям. Он не задумывается, что начнётся в армии, когда она лишится главнокомандующего - пусть кратковременный, но хаос, нам обеспечен. Это при том, что, по оговоркам Деймона мы понимаем, что Альтергроу только-только пережила переворот и гражданскую войну. Как и с варщиком. Не добившись одобрения руководства, он ищет лазейки, в том числе и в лице не имеющей права принимать подобные решения Селены. По иронии судьбы, за ошибку Роба платит именно Селена. В конце истории мы узнаём, что Роберт остаётся в полиции. Может показаться, что на основе вышесказанного это странно. Но, пожалуй, стоит учитывать положение самой полиции в стране и конкретно данную ситуацию. Несмотря на положение Селены, эта преступная халатность не вызвала никакого резонанса. О силе резонанса мы можем судить по самому громкому случаю последних лет – деле Джорджа Флойда. Об убийстве безоружного афроамериканца. Как-то незаметно отходят на второй план его восемь тюремных сроков за хранение наркотиков, кражи, незаконные проникновения на территории, вооружённое ограбление. Святой человек, не иначе. Селена, в зависимости от прохождения, выживает или умирает из-за опосредованных действий полицейского. Конечно же речь не пойдёт, как в случае Дерека Шовена, о двадцати двух годах заключения. Но его сообщники позже тоже получили срок. Однако, роль так же может играть и то, что Селена, в случае выживания, не подаёт жалобу на Роба. Что вероятно лишь в теории. История опускает эти бюрократические моменты. И ситуация попросту сводится к тому, что Селена – случайная жертва правосудия. Не будет же Роб светить в такой ситуации «разрешением» Селены. Вообще, критерии для снятия офицера с должности довольно узки. Возможно, это правильно, иначе стражей порядка не осталось бы вовсе. Офицер может лишиться аттестации в случае осуждения за тяжкое преступление или увольнение за лжесвидетельство или нечеловечность, употребление или хранение наркотиков, или неправомерное поведение. Что, пожалуй, и является нашим случаем. Но, увы, без показаний Селены ситуация на празднике может быть обставлена как случайность. По итогу получается очень опасный портрет стража порядка с психологической травмой и анархичной моделью поведения. Но при этом его визит к Селене должен был прикрыть тыл в столь щекотливой ситуации, как бы она ни сложилась. В случае сопутствующих жертв при задержании Роб может козырнуть разрешением Селены, если она его даёт. Администрация спускает собак на Селену, так как это не её компетенция. В случае отсутствия жертв – у нас новый герой города, который бдит даже на отдыхе. Но тут случилась такая удача. Подстреленной оказывается именно Селена, которая, в случае смерти не сможет свидетельствовать против него. А в случае выживания это, опять же, можно обставить как случайность, уничтожив разрешение. Вон, Роб даже цветы прислал в знак поддержки. Но мы же знаем, какой нрав у главы компании. Наверняка Алиса не вкладывала столь сложные личностные механизмы в основного фаворита истории. Однако образ Роберта вышел таким, что поневоле вспоминаешь, что большинство серийных преступников, согласно статистике, люди провластные.