all i want for christmas (is to spoil these kids)

Подарки и блины

Шота не любил праздновать Рождество. Он и Хизаши часто устраивали романтический ужин в канун Рождества и обменивались подарками, потому что Хизаши увлекался такого рода романтикой, и на этом они останавливались. Но теперь у них трое детей, у которых было не так много радости за их жизнь, и Рождество было блестящим предлогом, чтобы баловать детей, которые, по мнению Шоты, заслуживали больше, чем любые другие дети на планете. Так что в этом году у них было немного больше планов на Рождество, да. Подайте на них в суд. Шота и Хизаши уложили детей спать ровно в 22:00, а затем Хизаши прекрасно провел время, доставая небольшую охапку подарков из все более причудливых укрытий. Им пришлось потрудиться над своими укрытиями, поскольку Изуку - очень хитрый ребенок, и Хитоши не отставал от него по уму. Затем они сложили небольшую кучу подарков в гостиной и поставили будильник, чтобы проснуться достаточно рано, чтобы удивить детей. В 8 утра Рождества Хизаши без труда встал с постели, как он всегда делал — жаворонок, каким он был. Шота встал через пятнадцать минут после того, как его угостили эспрессо из чертовски дорогой кофемашины, которую Хизаши настоял подарить Шоте на день рождения, когда Шота все еще притворялся, что считает это пустой тратой денег, хотя они оба знали, что он ее обожает. Шота смотрел, как его партнер танцует на кухне в свитере с рождественской тематикой, готовит горячий шоколад и блины, распевая рождественские гимны слишком громко, и Шота подумал про себя, что на самом деле его жизнь уже не может стать лучше. Вскоре запах шоколада и бекона в сочетании с веселым пением заставил трех сонных детей выглянуть из своих комнат. Эри первой вошла на кухню, протирая сонно глаза и зевая. «Папа?» — пробормотала она, забравшись на колени Шоты. Шота поцеловал рог на ее голове. – «Доброе утро. Твой папа готовит завтрак, потом нужно открыть рождественские подарки. Ты хочешь притащить сюда своих братьев ради меня?» «Рождественские подарки?» - Эри наклоняет голову. – «Для меня?» «Сегодня каждый найдет что-то для себя.» — отвечает Шота. Он думает, что она, возможно, никогда не праздновала Рождество, даже до того, как ее забрал Доктор, и это еще одно доказательство того, что они сделали правильный выбор, позаботившись о том, чтобы отпраздновать немного — ну, немного больше, чем Шота ожидал. Эри оживляется, проснувшись при мысли о подарках для всех, и быстро убегает. Хизаши пользуется этим моментом, чтобы поставить тарелки с блинами и беконом на их маленький кухонный стол, который был слишком мал для пяти человек и имел один несоответствующий стул, потому что детям все равно нравилось быть слишком близко ко всем, так зачем заменять стол, когда от ударов локтями и коленями крошечные лица светятся от ликования? Эри возвращается с Изуку, держащим ее за руку, и Хитоши, сонно плетущимся позади. Эри плюхается в то, что она назвала специальным стулом, а затем приказывает всем сесть так, чтобы по обе стороны от нее были братья, а ее папа и папа сидели на стульях. Прямо напротив нее. Завтрак вкусный, и они позволяют детям выпить еще одну или две чашки горячего шоколада со слишком большим количеством взбитых сливок — потому что сейчас Рождество, и дети не то чтобы большую часть времени плохо питаются здоровой пищей, а также потому, что Хизаши абсолютно не может сказать «нет», когда Эри и Изуку смотрят на него щенячьими глазками, а Шота не может сказать «нет», когда все трое затем поворачиваются к нему щенячьими глазками, а Хитоши хихикает над ним. Тем не менее, они торопятся — детям не терпится открыть подарки. Достаточно скоро они все собираются в гостиной. Эри и Изуку вытаскивают гигантские подушки, которые они предпочитают использовать в качестве сидений, и складывают их вместе, чтобы они могли обниматься, а Хитоши усаживается между Шотой и Хизаши на диване. Хизаши сначала пытается раздать подарки, но Эри быстро берет на себя раздачу подарков, явно недовольная тем, как Хизаши просто раздает все, что попадается им в руки, не задумываясь об этом. Она очень дотошна во всем этом деле — каждый человек получает по одному подарку за раз, и никто не может открыть еще один подарок, пока все не закончат свою очередь. Подарков не так уж и много — каждый ребенок получает большую мягкую игрушку (у Хитоши слишком пушистый кот, Изуку получает плюшевую игрушку Сущего Мика, которую он заискивал в магазине неделю назад, а Эри получает кролика с самыми гибкими ушами) и каждый из них получает новую толстовку с капюшоном, поскольку Шота заметил, что Хитоши и Изуку особенно нравилось их носить. Изуку плачет над огромной толстовкой Всемогущего (он говорит, что это ограниченный выпуск, что является новостью для Шоты) и сразу же надевает ее, в то время как Эри и Хитоши гораздо меньше восторгаются одеждой, хотя они оба все еще кажутся довольно в восторге от новизны одежды, которая забавна, а не просто утилитарна. Есть несколько книг, фигурок и кукол, а последний подарок — копия какой-нибудь популярной гоночной игры, в которую, как заверил Хизаши Шоту, детям понравится играть («Это все в моде у маленьких слушателей, Шо. Поверь мне!») Ее они отложили на следующий день, потому что — «Хорошо, детишки!» - Веселый голос Хизаши прерывает болтовню детей о своих подарках. - «Пора одеваться в дорогу! Убедитесь, что вы надели шапки, перчатки и шарфы, потому что на улице холодно!» «Куда мы идем?» — с любопытством спрашивает Изуку. «Конечно, посмотреть на рождественские ярмарки. Есть масса рождественских елок, на которые можно посмотреть, и, вероятно, будут герои в костюмах, которых стоит увидеть. Тетя Немури будет там как Полночь.» - Хизаши отвечает, махая руками в сторону спален. — «Так что давайте, собирайтесь!» Дети убегают, Изуку, что неудивительно, берет на себя инициативу. Шота смеется, и Хизаши на мгновение кладет голову ему на плечо, прежде чем они тоже собираются уходить. Рождество, кажется, может расти на Шоте. Не то, чтобы он сказал это вслух, конечно.

Время рождественской ярмарки!

Шота уткнулся головой в шарф и ухмыльнулся, когда Хизаши сделал бесконечное количество фотографий детей с Немури. Изуку, в частности, кажется, очень увлечен всем этим, и он и Немури драматически позируют, подстрекаемые изобилием Хизаши. Хитоши довольно быстро устает от всего этого, Эри не слишком отстает от него — вероятно, потому, что Немури может быть навязчивой, особенно когда в дело вовлечены ее любимые племянники и племянница. Эри подтягивает Хитоши к Шоте и держит их за руки, на ее лице широкая улыбка. — «Посмотрите, как счастлив Изу-чан. Когда-то мысли о героях делали его таким счастливым. Теперь он знакомится с героями, и мы все вместе счастливы». «Я тоже рад, что вы, дети, с нами.» — говорит Шота. По его мнению, он может быть немного сентиментален из-за своих детей. Наконец, даже Хизаши насытился фотографиями Немури и Изуку, и они осторожно убеждают Изуку отпустить их за карамельными яблоками, как ранее было обещано Эри. Изуку, кажется, так же взволнован походом в киоски с едой, как и фотографированием с героями, так что все они остаются в хорошем настроении. Есть много вариантов еды, и дети, кажется, в восторге от них всех. Сначала они находят яблоки, как и обещали, хотя Шота считает, что ему, возможно, следовало настоять, чтобы они сначала нашли настоящую еду. Когда они едят свои яблоки, они ходят, обсуждая, что бы хотели съесть. Хитоши и Изуку хотят попробовать такояки, а Эри хотела якитори — Шота подозревает, что она на палочке, и он сказал ей, что ей нужно выбрать что-нибудь несладкое, чтобы поесть. Он должен отговорить Хизаши от карааге, шепотом напомнив им, что сегодня вечером они готовят его всей семьей. В конце концов, они обнаруживают, что у каждого из них есть какая-то еда на палочке, так что они могут пойти прогуляться и посмотреть на огни. Шота тайком делает несколько фотографий Хизаши с детьми, когда никто не смотрит. Он улыбается в свой шарф. Он действительно думает, что его жизнь не может стать лучше.

Как приготовить ужин: семейное издание

В радиоприемнике играет музыка, тихо-тихо. Они вместе готовят ужин — точнее, Шота наблюдает, как Хизаши и дети готовят ужин. Кулинария никогда не была одним из талантов Шоты. Изуку помогает Эри отмерить ингредиенты для заправки для морковного намуля. Они оба улыбаются друг другу, Изуку шепчет ей на ухо указания, пока она наливает рисовый уксус в мерную чашку. Хитоши аккуратно нарезает куриные бедра для карааге под бдительным присмотром Хизаши. Хизаши подпевает музыке, пока они режут лук, и иногда Изуку вмешивается, когда он не сосредоточен на том, чтобы убедиться, что Эри отмеряет правильное количество других ингредиентов. Эри наливает свою смесь для заправки в миску с нарезанной соломкой морковью (которую Хизаши приготовил ранее с помощью мандолины, к которой детям запрещено прикасаться), а затем Изуку дает ей несколько палочек для еды и говорит перемешать. Она достаточно довольна, чтобы просто перемешивать, перемешивать и перемешивать, поэтому Изуку гладит ее по голове и скользит к Хизаши. «Пап? Что мне теперь делать?» «Хм…» — Хизаши щелкает пальцами, наклонив голову, пока он думает. - «Хочешь положить рис на плиту?» Изуку кивает и идет прямо к шкафу, где хранится рис. – «Ага! Я могу это сделать!» «Сделайте побольше,» — кричит Шота. — «Остатки подойдут на завтрак.» Хизаши поперхнулся, и Шота быстро активирует свою причуду, прежде чем он успевает активировать свою. - «Остатки риса годятся только для жареного риса, вы полные язычники!» «Приготовь на завтрак жареный рис тогда уж, Заши.» - Мягко отвечает Шота. «Ага, Па, приготовь на завтрак жареный рис.» — присоединяется Хитоши, откладывая нож, беря нарезанную курицу и кладя ее в миску с маринадом. «Да, Пап! Приготовь жареный рис на завтрак!» - Эри радуется, следуя примеру своего брата. «Ладно, ладно — боже, вы иногда требовательны.» — машет рукой Хизаши. Хитоши в нетерпении берет разделочную доску Хизаши и разрезает последний кусок мяса пополам, прежде чем положить курицу в миску. Затем они двое ссорятся из-за раковины, пока Изуку, закончив класть рис и воду в рисоварку, переходит к тому, чтобы обмотать пищевой пленкой миску с курицей и поставить ее в холодильник. В конце концов, Хитоши и Хизаши удается вымыть руки после того, как Шота берет на себя ответственность и говорит Хитоши, чтобы он первым шел своим чередом. Эри несет миску с морковным намулем Шоте и протягивает палочки для еды. «Вкусно?» — спрашивает она, улыбаясь ему. Он ерошит ей волосы и улыбается. - «Хорошая работа, малыш. У тебя есть задатки шеф-повара.» Она улыбается еще шире, возвращаясь на кухню, и Шота чувствует, как что-то теплое набухает в его груди. Его маленькая семья идеальна.