Часть 3
6 января 2023 г., 02:25
В Стамбуле была ночь, все давно уже спали. Ибрагим закрыв книгу, встал из своего стола и пошёл готовиться ко сну. Умывшись и переодевшись хранитель покоев лёг на кровать, как только его голова коснулась подушки он тут же уснул. Ему снилась прекрасная сестра падишаха. Хатидже султан. Во сне она ему ласково улыбалась, её платье было белого цвета, на голове красовалось подвесное украшение, она была словно ангел. Лёгкой походкой она подошла к Ибрагиму и начала гладить его голову, так нежно и аккуратно, перебирая каждый волосок. От этого он во сне улыбался. Но тут он неожиданно проснулся и увидел, что около него стоит Сулейман и гладит его голову.
— Повелитель, что-то случилось?
— Нет Ибрагим. Мне что-то не спится, вот я и решил навестить тебя.
Паргалы встал со своей кроватью и они с султаном вышли на балкон.
— Мы с тобой уже 10 лет дружим Ибрагим. Ты мне не просто друг, ты мой брат, товарищ, соратник. Тебе я могу свою жизнь доверить. Знаешь, сегодня я полюбил одну свою наложницу..... нет....... одну девушку. Её ты отправил в мои покои.
— Вы говорите про Александру хатун?
— Теперь её имя Хюррем. Она для меня всё в этом мире, остальные наложницы так, для рождения наследников.
— Я рад, что она вам понравилась. Повелитель я всегда буду рядом свами и буду преданно служить вам.
Султан улыбнулся и сказал:
— Жениться тебе надо, найди свою возлюбленную и живи с ней счастливо.
Ибрагим ничего не ответил, не мог же он сказать, что в его сердце сестра самого падишаха.
Наступило утро. Сулейман пошёл к валиде, чтобы пожелать ей доброго утро.
— Валиде, — сказал султан целуя её руку и прислония ко лбу.
— Сын мой. Как обстоят твои дела? Всё ли у тебя-то в порядке?
— Благодаря вашим молитвам у меня всё хорошо.
— Я тут у тебя спросить хотела, почему ты перестал звать в покои Махидевран?
— Потому что кроме Хюррем я больше не хочу никого видеть в своих покоях.
— Но так нельзя, ты должен принимать у себя и других наложниц.
— Я ни кому ничего не должен. Я падишах всего мира. Только я вправе решать кого мне видеть в своих покоях, а кого нет.
После этих слов султан покинул покои своей матери.
— Дайе, прикажи подать мне щербета. Что-то у меня голова разболелась.
— Может лучше ромашковый чай? Он успокаивает и лучше помогает от головной боли.
— И его тоже прикажи подать.
— Как скажете госпожа.
Айше присела на тахту и начала есть лукум. Эта сладость всегда поднимала ей настроение.
— После того, как эту рабыню привезли, в гареме начала царить беспорядок, — рассуждала она вслух.
— Она точно ведьма, вскружила голову моему сыну. Надо как-то её устранить.
Хюррем гуляла в саду. Сегодня её настроение было отличное, ведь она сегодня идёт к Сулейману. Тут она заметила сыновей султана, кажется они ссорились.
— Махмуд, Мурад, почему вы никогда не хотите со мной играть? — со слезами на глазах спросил шехзаде.
— Потому что мы тебя не любим, ты всегда мешаешь нам и постоянно ноешь, — ответил Мурад.
— Когда я стану падишахом, то я сразу же прикажу казнить тебя. Чтобы ты мне глаза не мозолил, — сказал Махмуд.
— Прости меня. Я больше не буду вам мешать и плакать.
Мурад: — Нам всё равно, ты нам не брат. Мы тебя никогда не примем.
Махмуд: — А ну не лезь к нам, пока я не казнил тебя.
Они засмеялись и ушли. Сын Махидевран заплакал, ему было обидно, что братья его не любят. Ведь он любит их и всегда старается на них ровняться.
— Мустафа, почему ты позволяешь им так с тобой разговаривать? Почему всё отцу не расскажешь? — спросила Хюррем.
— Потому что они старше, я их уважаю и люблю. Я не хочу, чтобы их отец из-за меня наругал.
Хатун обняла шехзаде и начала его успокаивать.
— А ещё они никогда не хотят играть со мной, они меня ненавидят.
— Не переживай, я подарю тебе много братьев. Они будут с тобой играть, будут любить тебя и уважать.
— Правда?
— Конечно. Пойдём, я отведу тебя к твоей матери.
Она взяла шехзаде за руку, чтобы его увести, но тут к ней подошла Махидевран со служанкой.
— А ну отпусти моего сына! — султанша отдёрнула Мустафу от рыжеволосой и приказала Гюльшах увести его в покои.
— Никогда не смей прикасаться к моему сыну! Наглая змея!
— А ты не смей прикасаться к моему Сулейману.
После своих слов Хюррем повернулась и ушла.
