В петле

Дрим помнил свою первую смерть. Медленную, полную боли и страха, которая навсегда оставила на душе кровоточащие раны. У него больше никогда не переставали дрожать ладони после неё. Она произошла от руки Квакити. В тюрьме. В одиночестве, в луже собственной крови, слёз и рвоты. Дрим умер всеми брошенным, буквально сгнив заживо. С какой-то стороны, Квакити оказал ему милость, пусть и случайную. Его организм был слишком слабым, чтобы выдержать столько боли, и один неосторожный удар стал последним. А потом новый вдох, новое рождение. Дрим снова проснулся в день создания сервера. Его первый порыв – убежать и спрятаться. Кричать и плакать, пока в душе больше ничего не останется. А потом приходит злость. Она выжигает всё, заставляет хвататься за оружие, несмотря на дрожь рук, и не думать ни о чём, кроме мести. Друзья не понимают его, боятся. Жители падают под его оружием, когда он кричит и пытается избавиться от своего страха и злости. Одиночество давит, и он знает, что, несмотря на новый шанс, он всё ещё один. Всем плевать на него. Его вторая смерть пришла быстрей. И снова в тюрьме. Но на этот раз его убивает Сэм, после того, как он душит Томми. И снова вдох, снова рождение. Дрим замечает, что у него седеют волосы. На этот раз он сомневается, когда берёт оружие. Боится боли. Он больше прислушивается к друзьям, выполняет всё, что они скажут, и отчаянно ждёт их внимание, ждёт, что они докажут ему, что он не одинок. У него всё ещё дрожат руки. Но Сапнап ссорится с Джорджем, и Дрим не знает, за кем ему идти. Он разрывается, а они всё смотрят и требуют выбрать сторону. Он идёт за Сапнапом. Через некоторое время Джордж бросает его в тюрьму. Его убивает Бэд. В следующий раз он выбирает Джорджа и всё равно оказывается в тюрьме, куда его бросает Сапнап. Он же и убивает. Что делает душа, когда чувствует себя напуганной? Дрим открывает глаза. Ему сложно дышать, а зеркало показывает, как он теряет цвета. В этот раз он сбегает, когда ему приходится выбирать. Тюрьма продолжает строиться, а затем угрожающе стоять, откидывая на его существование тёмную всепожирающую тень. Его ловит Томми. Он уже даже не может дать отпор. За что его кидают в Хранилище Пандоры в этот раз, Дрим даже не понимает. Он скован страхом, готов молить о пощаде всех, но никто не хочет слышать его слов. Они говорят, что он виноват, что он причиняет им боль, и за это они ответят ему тем же. Его пытает Ранбу. Убивает Томми. Какой-то частью он знает, что заслужил это. Но его душа так напугана – она мечется встревоженной птицей, пытаясь каждый раз сбежать, и никогда не может выбраться из чужих рук. Холодные пальцы сжимают и медленно обрывают крылья, наслаждаясь её криками. Дрим не хочет снова просыпаться. И всё же он делает новый вдох и рождается заново. У него абсолютно белая голова, и кожа начинает бледнеть. Он боится оружий и трясётся от резких движений. Всем на это плевать. Дрим пытается помешать строительству Пандоры. Никаких планов, чертежей и даже идей об этом, но Сэм начинает всё равно. Он снова пытается сбежать. Его ловят. Требуют отдать панель администратора. Когда он отказывает – его пытают и убивают. Уже даже не за книгу. Просто за иллюзорные возможности контроля над миром. Он плачет и кричит, умоляя не трогать его, говорит, что он никому ничего не сделал в этот раз, но ему никто не верит. Кто его убивает на этот раз? Дрим делает дрожащий вдох, снова открывая глаза. Он сопротивляется ещё несколько раз. Когда страх становиться нестерпимым, а боль просачивается в каждую мысль, он сдаётся и отдаёт им её, обрывая свои нити с сервером. Мир убивает его, как только он это делает, возвращая к началу. Дрим боится чужих касаний. Он помнит, что все руки приносят только боль. Он кричит и плачет, когда Сапнап и Джордж хотят его обнять. В этот раз его убивают, потому что думают, что он сошел с ума. Вдох. Он присоединяется к Уилбуру. После того как Шклатт выиграл выборы, Сут убивает его в приступе ярости, ибо Дрим не смог дать ему то, чего он хотел. Он присоединяется к Шклатту. Тот передаёт его Таббо, а подросток казнит его за «измену» их стране. Дрим боится спрашивать, что он сделал на этот раз. Его бросают в Хранилище Пандоры, морят голодом, рассекают плоть жестокими ударами и снова убивают. Лица сливаются – он больше не различает их. Когда он снимает маску, зеркало показывает бледное лицо, на котором почти не осталось цветных пятен. Его зелёные глаза тоже начинают выцветать. - Что ты хочешь от меня?! – кричит он миру, но тот никогда не отвечает, только продолжает этот больной цикл, полный криков и слёз. У Дрима не сохраняются шрамы. После каждой смерти его тело снова чистое, но оно тоже меняется. Становится тонким и хрупким. На бледной коже легко расцветают чёрные синяки. Он пытается сбежать в первый день после нового вдоха так далеко, как только может, оставляя сервер позади. Его принимают в одной из деревень, терпеливо ждут каждый раз, когда он перестанет кричать и плакать, пытаются его исправить. В какой-то момент ему даже кажется, что они справятся. Но потом они приходят. Грабят его новых друзей, убивают их, сжигают деревню и тащат его обратно, где Хранилище Пандоры торжествующе раскрывает свои двери, ждёт его, как бы любая мать ждала своего ребёнка. Снова боль... И боль... Боль... Новый вдох. Дрим перерезает себе горло. Лучше умереть так, чем снова чувствовать всю боль, снова бояться и срывать голос в бесполезных мольбах. Вдох. Он бросается с обрыва. Вдох. Травит себя. Вдох. Душит. Вдох. Вдох. Вдох. Он кричит, и кричит, и кричит, захлёбывается слезами, но ничего никогда не помогает. Дрим призрак самого себя. Он весь выцвел и сжался. Белое пятно в цветной картине его мира. Зачем он вообще его создал, если всё это - один бесконечный круг нескончаемый боли и слёз? Что делает душа, когда чувствует, что нелюбима? Вода забирается в лёгкие, поднимается выше, смыкается над его головой. Вокруг так тихо... Вдох... Слёзы нередко приводят его к смерти. Их не видно, если он в маске, но все почему-то крайне остро их чувствуют. Животные чувствуют кровь. Жители сервера чувствуют слабость. Пандора ждёт. В ней так тихо... Что делает душа, когда... Его голос становится тише с каждым разом. Остаются только тихие слёзы, и их так много, что Дриму кажется, что они никогда не закончатся. Его шаги почти не издают звуков и не оставляют следов. У его души больше нет крыльев. Они давно оторваны, и обрубки уже даже не кровоточат. Но они есть у остальных. Иногда Дрим вытягивает руки к небу. Иногда к траве. Он никогда не касается никого из жителей, но он смотрит. Они все такие... цветные... Живые. Его белые руки выглядят так, словно никогда и не принадлежали этому миру. Но иногда он думает, как здорово было бы снова впитать в себя все цвета, которые он так давно потерял... Он сбегает дальше. Куда дальше. С каждым разом в другую сторону, но это никогда не помогает. Людьми двигает жадность и жестокость – они всегда что-то хотят от него. И всегда находят. Но сдаться и перестать пробовать, значит добровольно отдаться ещё большей боли. Новый вдох, и дорога становится длиннее. Он уходит всё дальше. И дальше. И дальше. Реки меняются горами, потом океанами, затем пустынями... На снегу почти не видно никаких следов, когда он ходит по нему. Его слёзы замерзают на краю маски и сразу тают от новых. Небо тут серое, затянутое светлыми облаками, из которых падают снежинки, и Дрим почти сливается с белым пейзажем. Он оборачивается. За спиной никого нет, и тут так тихо... Дрим садится в снег, не чувствуя холода, и позволяет себе закрыть глаза. Он так устал. Он хотел бы остаться тут скрытым целую вечность. Его кожа принимает светло-синие оттенки, но снежинки снова окрашивают в белый, отбирая даже эти цвета. Солнце уже начинает садиться, а снежный лес тяжело скрипеть, когда в тишине появляются лишние звуки. Дрим ждёт шагов, но вместо них слышит хлопки больших крыльев. Что-то тёмное, лишённое всех цветов, кроме чёрного, появляется перед ним на снегу, склоняя голову и позволяя холодному ветру играться с чёрными волосами и подолом платья, будто сотканного из теней. - Бедная, бедная душа, – говорит фигура женским голосом и складывает огромные крылья за спиной. Она кажется величественной. Дрим задирает голову, всё ещё чувствуя, как тают и замерзают его слёзы и дрожит тело, а она только смотрит. - Что ты здесь делаешь? – мягко спрашивает она из-под тёмной вуали и длинных полей шляпы. Он открывает рот, но проходит ещё несколько долгих минут перед тем, как его голос выходит наружу. Это больше шепот, чем нормальные слова, но он не нарушает звуки леса, вплетаясь в его тишину. - Я не знаю. Он впервые осознает, что у него нет с собой никаких вещей, кроме маски, и у него почему-то босые ноги. - Может, ты что-то ищешь? – спрашивает женщина, и Дрим внезапно дёргается, кивая. - Да! – он прижимает бесцветные руки к груди и продолжает дрожать. – Да, я ищу... Слова не идут дальше, вместо них приходит только больше немых слёз. Что делает душа, когда чувствует... Что он ищет? Он снова замолкает и опускает голову. Женщина не двигается, только смотрит. - Я не знаю. – снова повторяется он, и его шепот теряется в звуках ветра. - Тогда ты не мёртв, – внезапно удивляется женщина. Её крылья дёргаются за спиной, и в лесу поднимают шум вороны. Дрим ничего ей на это не говорит, продолжая сидеть в снегу и прижимать руки к груди. Тёмная фигура склоняется, но не касается, за что он очень благодарен. Она двигает головой, словно осматривает его, но он не видит её лица за вуалью и шляпой, чтобы встретить любопытный       взгляд. - Пойдём со мной. Мой муж поможет тебе найти то, что ты ищешь. У него сразу же сжимаются плечи в ожидании пыток и очередной смерти. Женщина, кажется, замечает это. - Или можешь остаться здесь, и я приду за тобой позже, – предлагает она, но Дрим знает, что этого не произойдёт. Она не придёт, когда он сделает новый вдох. Поэтому он встаёт и подходит к ней ближе, дрожа. Тёмная фигура сразу же перестаёт смотреть на него, вместо этого поворачивая голову и перемещая взгляд куда-то вдаль. Одно из её черных крыльев вытягивается над ним, закрывая от снежинок, и Дрим смотрит, как те оседают на длинных перьях. Она ничего больше не говорит, и путь проходит в тишине. А потом на снегу, между деревьями появляется огонёк. Он ощущается тёплым, а через пару мгновений оказывается, что это окно. Дрим смотрит на женщину, но та ничего не объясняет, только ведёт всё ближе и ближе к свету. Монстры, появившиеся с темнотой, почему-то сторонятся их, и теперь, если он сам сливается со снегом, то его спутница становится почти единой с темнотой. Она подводит его совсем близко к дому, и собаки у порога приветственно машут хвостами. Они любопытно обнюхивают Дрима, и он всё же решается провести дрожащими руками по их головам, найдя остатки ласки в своей опустевшей душе. - Кристин? Когда дверь открывается, за ней тоже темнота. Точнее, так показалось сначала. Дрим рассматривает тёмные крылья мужчины, а потом переводит взгляд на его золотистые волосы. В отличии от женщины, он не выглядит ограниченным одним цветом. Он живой. И Дрим дрожит сильнее, помня, что обычно с ним делали такие, как он. В голосе женщины звучит нежность и улыбка, когда она приветствует своего мужа. Но затем её голова поворачивается к нему, и она опускает крыло, раскрывая его миру. У мужчины удивлённо поднимаются брови. - Я нашла его в лесу. Он сильно замёрз. Мужчина кивает и отходит в сторону, приглашая внутрь, но Дрим не идёт. Он поднимает голову на женщину и чувствует, как тихие слёзы начинают течь сильней. - Не бойся. Всё будет хорошо, – Кристин пытается подтолкнуть его чёрным крылом, но от касания он только сжимается сильнее и дрожит. Мужчина и женщина переглядываются. - Я тебя не трону. Обещаю. Кристин одобрительно кивает ему, когда он поднимает на неё голову, и Дрим всё же делает несколько тихих, осторожных шагов внутрь. Но когда он оборачивается, женщина распадается воронами, и дверь закрывается, снова делая его напуганным. Мужчина тепло улыбается ему, но Дрим всё равно отступает на несколько шагов. - Меня зовут Фил. А тебя? Можешь сесть у камина, я сейчас принесу плед и чай, чтобы ты согрелся. Его крылья чёрные, словно любой другой цвет давно стёк с них, но он не ограничен только им. Он одет в зелёные одежды, его яркие голубые глаза напоминают чистое небо. Он уходит на кухню только когда убеждается, что Дрим сел у камина, и администратор сервера тратит это время, чтобы смотреть, как быстро и легко синеватый цвет стекает с его пальцев, не задерживаясь на бледной коже. Слёзы тают и начинают капать на пол, ощущаясь такими же горячими, как и прикосновение к огню. На огонь приятно смотреть, но он также заставляет дрожать. Напоминает об обжигающей жаре в маленькой камере Пандоры и о стене из лавы, куда живые так любили опускать его руки, наслаждаясь воем почти разбитой души. Поэтому Дрим садится подальше. И ещё дальше. И ещё немного. Куда-то в самый угол комнаты, обнимая колени и пытаясь слиться с тенями. Это вряд ли поможет, учитывая, насколько сильно он виден на любом пространстве, кроме снега, поэтому, когда Фил входит, держа целую гору одеял, ему не составляет никакого труда заметить дрожащую белую фигуру. Он подходит осторожно, медленно, словно уже имел дело с такими, как он, и Дрим это очень ценит. Каждое движение уже давно воспринимается, как предупреждение о грядущей боли, и дрожь становится сильнее, никуда не уходя, даже когда никого рядом нет. Фил терпелив. У него тихие и плавные шаги, но его присутствие всегда слышно из-за шелеста перьев, которое со временем начинает успокаивать. Он никогда не торопит с ответами и не просит ничего взамен, просто позволяя остаться в своём доме, становясь единственным белым пятном внутри. - Меня зовут Дрим, – шепчет он спустя пару дней, принимая в дрожащие руки чашку с чаем и смотря на своё отражение через маску. Её приходиться снимать, когда они едят, и администратор нередко чувствует на себе любопытный взгляд. Иногда ему хочется узнать, о чём мужчина думает. Фил удивляется, услышав его имя. Он знает о том, кто он такой, и Дрим ждёт его действий. Он тоже будет пытать, а затем убьёт, не получив желаемое? - На тебе следы смерти. Откуда они? Как ему ответить на этот вопрос? Он собирает раскрошенные мысли в течении нескольких дней, но Фил всё ещё терпелив – он ждёт. - Я расплачиваюсь за свои ошибки. - Так много раз? На этот вопрос ответа Дрим не находит. Фил никогда не повышает на него голос, не поднимает на него руку, действует осторожно и медленно, позволяя ему привыкнуть к более мирному течению жизни. Иногда приходит Кристин, и он удивлённо осознает, что у неё тоже есть цвета, когда она снимает свою шляпу с чёрной вуалью. Она улыбается ему полными губами на вполне цветном человеческом лице и спрашивает нашёл ли он то, что искал. Дрим тоже не может ей ответить. Он привыкает к жизни у Фила, помогает ему на кухне и в лаборатории, когда тому нужны зелья, и ухаживает за животными. Это ему нравится больше всего. Волки привыкают к нему и доверчиво подставляют морды, когда он идёт их кормить; кожа лошадей ощущается тёплой под его пальцами, когда он её гладит, а маленькие цыплята радостно щебечут в его ладонях, когда он тянет к ним дрожащие руки. Дрим никогда не трогает никакого оружия, и его голос так и не вернул себе силу, но Фил не злится на него за это, как делали его когда-то друзья. Наоборот, он готов помочь, почти всегда рядом, и администратор даже не знает, чем отплатить за его доброту. Он берёт на себя все задачи, с которыми чувствует, что сможет справиться, а во всё остальное время ходит за Филом хвостом, отчаянно желая сделать всё, что возможно, чтобы мужчина не избавился от него, когда Дрим надоест, чтобы он позволил остаться около себя ещё немного... Он так не хочет снова оставаться один... У Кристин и её мужа мягкие улыбки. Ласковые. Они не причиняют ему боль через пару дней, не причиняют через пару недель и даже спустя несколько месяцев. Иногда они говорят, что хотят сделать всё, чтобы он перестал ронять вечные слёзы, но Дрим знает, что не сможет перестать плакать. Это след его прошлых жизней, это влияние его вечной боли. Ничто не проходит просто так. Дриму редко когда хочется что-то рассказывать, но однажды вечером у одной из волчиц рождаются щенята, и его распирает впечатлениями, заставляя наполнять кухню восторженным шепотом, пока он месит тесто. - Они были такими маленькими! – удивляется он, и Фил почему-то улыбается. – Совсем крохотными! Он тараторит о том, как они слепо тыкались ему в ладонь, когда сзади открывается дверь, и Дрим замирает. Его дрожь становится сильней, и слёзы непрерывно текут из глаз, когда позади раздаётся чужой монотонный голос. - Фил? Мужчина сразу же замечает его состояние. Поднимает руки и указывает тому, кто сзади, не двигаться. - Дрим, спокойно, это мой друг Техноблэйд. Он тебя не тронет. Он всё равно замирает, помня, что любое изменение в жизни может снова утянуть его в Пандору. Фил выводит своего друга из кухни, но Дрим всё равно слышит тихий вопрос Техноблэйда из коридора. - Что у тебя делает пропавший администратор из Эсэмпи? Дрожь становится слишком сильной. Он пытается спрятать руки под столом, чувствует, как тёплые слёзы падают на них, и не может заставить себя успокоиться. Поэтому он открывает окно и идёт в стойла к животным, прячась в самом углу за стогами с сеном, гладя одного из подошедших к нему волков. Тёплое дыхание питомца Фила почему-то успокаивает и дышать становится немного легче. Ему придётся уйти? Куда? В какую сторону? Это всего лишь вопрос времени, когда его убьют, но он может хотя бы попытаться продлить то время, когда не чувствует боли. Снежный биом лучше всего, на нём он будет не так заметен. Можно попробовать дойти до океана и переплыть через него. Нужно идти дальше. Так далеко, где ни одна душа не сможет его найти. Где не будет никого... Где можно прожить тихую и одинокую жизнь. Зато без страха. Волк удобно ложится рядом, кладя голову ему на колени, и Дрим рассеянно и не спеша гладит его между ушей дрожащими руками. Сначала надо понять, в какую сторону уходить... Он достаточно долго сидит, потерянный в своих мыслях, поэтому не сразу слышит скрип ворот и чужие шаги. Осознание приходит только, когда волк поднимается и начинает радостно махать хвостом, громко лая. И Дрим дёргается, вжимается в угол сильней, чувствует, как слёз становится больше. В его угол никто не заглядывает, но он всё равно слышит шум и звуки седла, которое надевают на лошадь. - Я тебя не трону, – раздаётся монотонный голос. – Это не моё дело, каким образом ты оказался здесь и от чего сбежал. Но если ты навредишь Филу... я убью тебя, несмотря на твоё состояние. Он не выглядывает из-за стога сена. Ничего не говорит, только прижимается ближе к стенам. Техноблэйд выводит одну из лошадей из стойла, и администратор слышит его резкий оклик, когда он седлает её и гонит вперёд. А потом становится тихо. Словно никого и не было. Его выводит оттуда Фил. Извиняется за резкость визита своего друга и помогает Дриму снова привыкнуть к мирному существованию в его доме, приглушая напуганные мысли, которые никак не хотят затихнуть, продолжая шептать: «Беги, беги, беги, Пандора ждёт, они вернут тебя, они только этого и ждут, они все чего-то хотят, они ждут подходящего момента, чтобы ударить...» Техноблэйд снова приходит через несколько недель, и Дрим опять прячется, ожидая, пока Фил поговорит с ним и тот не уйдёт. Никто не заглядывает за стог сена, хотя всем явно понятно, что он там. Это повторяется из раза в раз, как хорошо отрепетированный спектакль, где каждый знает свою роль. Друг Фила немногословен, но иногда что-то говорит перед тем, как уйти. Чаще всего это напоминания о том, что произойдёт, если он посмеет навредить элитриану, но иногда он называет имена животных. Дрим узнаёт, что волка, который всегда находит его, пока он прячется, зовут Аполлон. Лошадь Техноблэйда зовут Карл. Полярного медведя, который иногда подходит к дому, – Стив. Фил не говорил ему этого, и Дрим почему-то ценит эту информацию. И в какой-то день он всё же выглядывает из-за стога сена, смотря на то, как Техноблэйд стоит к нему спиной, ставя седло на лошадь и готовя её к пути. Он осматривает его розовые длинные волосы, собранные в косу, широкие плечи и кроваво-красный плащ. Пиглин имеет множество ярких цветов, и, как и все жители олицетворяет этими цветами саму жизнь. Фил постоянно твердит, что для него Техноблэйд не представляет никакой угрозы, но у Дрима всё равно уходит много времени на то, чтобы однажды тихо и робко выйти из своего укрытия. У пиглина был шанс убить его бессчётное количество раз, и всё же он ни разу не воспользовался им и даже не нарушил мнимую безопасность его «укрытия» за стогом сена. Это убеждает администратора лучше слов. Техноблэйд кажется удивлённым, когда видит его около себя в первый раз. Он позволяет дрожащим рукам прикоснуться к гриве своей лошади, мягко провести по её короткой шерсти и стальным мышцам, и не делает никаких движений, чтобы остановить. - Можешь звать меня Техно. Фил улыбается, смотря на них. Уходит ещё несколько месяцев, чтобы пиглин привык к его присутствию и даже стал появляться в доме у элитриана чаще. Дрим тоже привыкает к его компании. Техноблэйд спокоен, как скала, и спустя какое-то время администратор начинает чувствовать себя в безопасности рядом с ним точно так же, как с Филом. С ним можно не волноваться насчёт тихого голоса, потому что пиглин никогда не перебивает, и он не ударит со спины, всегда прямо и чётко говоря свои намерения. Он медленно завоёвывает его доверие, не даёт повода усомниться в своих словах и действиях, и Дрим потихоньку оттаивает. -Так что произошло с твоим сервером? – спрашивает Техно в один вечер, пока они читают книги в библиотеке. Дрим резко поднимает голову, и неконтролируемая дрожь становится сильнее. - Ничего, – шепчет он, потому что его голос так и не набрал силу. А что ещё он мог сказать? Это ведь правда. Ничего не случилось. Пока. - На тебе следы смерти. Но не чужой. Твоей собственной. Это не похоже на «ничего». - Я сам не верю в то, что это реально, как должен в это поверить ты? - Рискни, – Техноблэйд коротко ухмыляется и садится поудобней, готовясь слушать. И Дрим рассказывает. О том, как медленно выцветает из картины этого мира, о том, как жители всегда чего-то требуют, о том, что новый вдох никогда не сулит ничего хорошего. Он говорит о выборе, который всегда приводит к смерти, о том, что не может понять, почему это происходит, и что каждый раз пытается сбежать. Всё дальше... и дальше... и дальше... Техно молчит первые несколько минут, и Дрим даже думает, что тот всё же ему не поверил. - Я слышал про строительство Пандоры. Но никто не говорил, для кого она была построена. Тихие слёзы продолжают рассекать щеки. Он знает, ничто не остановит постройку тюрьмы, но слышать об этом каждый раз заставляет его замирать. Поэтому его тело сжимается, пытается стать меньше, спрятаться и исчезнуть из этого мира. Техноблэйд всё ещё задумчиво смотрит на него. - Как далеко тебя находили? Дрим заламывает руки. - Не знаю. Далеко. Я шёл несколько... дней? Недели? Я не знаю точно... А они всё равно... – его голос теряется, становится ещё тише, а потом и вовсе затихает. - Отсюда до твоего сервера почти неделю пути на лошади. Как ты сюда добрался? У тебя не было никаких животных, когда Кристин тебя нашла. Дрим поджимает колени к груди и прячет в них лицо. - Я просто шёл. Не следил за временем. Почему Техно так смотрит? Тишина заполняет комнату, пока за окном мягко начинает падать снег. Слышно, как на кухне Фил стучит ложкой по краям чашки, а в лесу где-то далеко воют волки. - Если что-то случится... и твой цикл начнётся заново, найди нас ещё раз. Иди на север от своего сервера, Кристин найдёт тебя в своих лесах. Дрим позволил себе маленькую горькую улыбку. - Вы мне не поверите. Никто не верил, когда я пытался их предупредить. Тогда Техноблэйд протягивает ему ладонь. Дрим доверяет ему, и вложить почти белую дрожащую руку в его широкую смуглую ладонь совсем не сложно. Пиглин ведёт его в лабораторию Фила и достаёт чернила. - Ты знаешь письменность пустоты? Администратор кивает. Он бы не смог создать сервер, если бы не знал её. - Тогда пиши. Дрожащие пальцы принимают металлическое перо, и Дрим непонимающе смотрит на Техно. - Где? И что именно? В ответ пиглин протягивает руку, задирая рукав. - Пиши «Память», «Прошлое» и «Настоящее». И своё имя. Металлический кончик пера зависает над его кожей, но Дрим всё равно не может понять. Техно не дал ему никаких чернил. - Ну же, вырезай, – мягко подталкивает его он, и у администратора снова начинают дрожать руки. - Это плохая идея, – шепчет Дрим и пытается протянуть перо обратно, но пиглин смотрит решительно и мягко ловит его за запястье, не давая уйти. - Я не вспомню тебя в твоей новой жизни, если ты не напишешь эти руны. Давай. Мне не будет больно, обещаю. У нас толстая кожа, – Техно скалится ему, показывая бивни, и снова ведёт его руку к своей. – Пиши. У Дрима слёзы текут сильнее, но он послушно опускает перо, царапая смуглую кожу и выводя на ней линии пустоты. Пиглин не издаёт ни звука, пока он пишет, несмотря на то, что из-за дрожи в руках знаки получаются не слишком ровными, и это явно должно быть болезненным. Когда он заканчивает, Техно медленно снимает его маску и стирает бесконечные слёзы пальцем. - Ну вот, видишь? Не так уж и страшно! И теперь я буду помнить тебя, даже если всё начнётся заново. Царапины на его руке немного кровоточат, а потом затягиваются, оставаясь ярко-зелёными отметками на коже. Они тоже цветные, несмотря на то, что вышли из-под его руки. Дрим поднимает на него взгляд. Техно немного улыбается ему, словно уверенный в том, что это должно его обнадёжить. - Когда ты тоже решишь убить меня, я не смогу попытаться от тебя сбежать. Ты будешь помнить. Это заставляет пиглина нахмуриться и только от этого Дрим сжимается, дрожит сильнее и продолжает ронять беззвучные слёзы. Техноблэйд кажется недовольным и будто едва сдерживает оскал. Желание сбежать и спрятаться приходит резко, но он ничего не успевает сделать. Пиглин жестко хватает его за предплечье и притягивает ближе, непроизвольно вырывая у Дрима тихий всхлип. - Чем я заслужил такое недоверие с твоей стороны? – голос у Техно низкий, полный опасности, словно грядущая гроза в небе. – Я не вредил тебе, не трогал, даже предложил свою помощь и верность, не требуя ничего взамен! У Дрима вырывается ещё один всхлип, и он зажмуривает глаза, вжимая голову в плечи. Рука Техно сжимается сильнее, и ему кажется, что вместо широких ладоней на нём цепкие когти Квакити, который снова хочет сломать его кости. Он не хочет больше боли! Пожалуйста! Его дыхание становится рваным, и у него получается издать ещё один всхлип. Он громче, чем предыдущие, и звучит почти на грани его голосовых возможностей, но именно он заставляет пиглина резко разжать руку. - Дрим, прости, я... – Техноблэйд звучит виновато, но, стоит ему ещё раз потянуть к нему руки, как инстинкт, который всегда кричит бежать, становится невозможно игнорировать. Он воет в голове, звучит сиренами, заглушает все мысли. Дрим срывается на бег. Выбегает в коридор, из него через дверь во двор, а оттуда в лес, игнорируя раздающиеся позади просьбы остановится и звуки шагов. Снег прячет его бесцветную фигуру, и он почти не оставляет следов. Холод цепляется за кожу, но, как и всегда, администратор его не чувствует. Лес темнеет, теряя свои краски, как только солнце садится, и снег падает сильнее, предвещая метель. Те небольшие следы, которые он оставляет, исчезают за несколько секунд, становясь нетронутым белоснежным покрывалом, но Дрим знает, что ему нельзя останавливаться. Его будут находить в любых случаях, как бы далеко он ни уходил. На ветках зловеще шумят птицы, прерывая свист ветра своими резкими криками, и ему вечно кажется, что за деревьями стоит чей-то силуэт, что только заставляет бежать быстрей. Где-то слышится рычание монстров, и мороз окрашивает кончики его пальцев в синий – единственный цвет, который ещё может задержаться. Он бежит, когда мышцы и тело ноют от боли, бежит, когда в лёгких больше не остаётся воздуха, бежит, когда перед глазами всё начинает расплываться. Синий цвет темнеет, ползёт по его коже выше, кажется, пытаясь его поглотить. А лес всё такой же тёмный... В какой-то момент он падает. Снег тут же пытается его накрыть, но Дрим не может лежать. Ему надо двигаться дальше. Но тело отказывается работать, передавая холод ощущением сотни тысяч маленьких иголок, которые впивались в его кожу. Это даже не чувствуется болезненным. Он перестал так сильно реагировать на температуру после нескольких смертей. А ещё... он так устал... Ветер продолжает свистеть, словно укачивая, и снег почти ласково спешит накрыть его собой. Чего ищет душа, когда чувствует, что никому не нужна? Дрим закрывает глаза, надеясь, что этот момент тишины продлится вечность. Не нужно новых вдохов и новой боли. Не нужно выцветать ещё больше. Не нужно. Пожалуйста. Его сознание затихает и темнеет, а он ждёт. Но напрасно. Вместо нового вдоха он получает шелест крыльев над головой и ощущение тепла, которое распространяется по телу, пока его во что-то оборачивают, пытаясь прогнать холод. Когда он открывает глаза, вместо далёкого неба, которое встречает его каждый раз после нового вдоха, он видит деревянный потолок. Руки ощущаются тяжелыми, когда он поднимает их к глазам, и на них нет ни одного лишнего цвета, словно тех всполохов синего никогда и не было. Дрим поворачивает голову. Техно смотрит на него в ответ, его заострённые уши виновато опущены вниз, несмотря на то, что лицо остаётся таким же каменным. Он аккуратно тянется ладонью и стирает дорожку слёз с его лица. - Ты даже во сне не перестаёшь плакать. Дрим закрывает глаза, жалея, что не имеет сил, чтобы отвернуться, и Техноблэйд сдавленно чертыхается. - Это не то, что я хотел сказать. Касания пиглина ощущаются горячими из-за крови Нижнего Мира, и он чувствует, как шершавые пальцы проводят по его предплечью, вырисовывая след своей же ладони, оставшейся ярким пятном на бледной коже после того, как он её сжал. - Извини. Я не хотел делать тебе больно или пугать. Я просто... я не привык, – он замолкает и убирает ладонь. Дрим понимает, что он рядом, только по его дыханию. Через пару минут (или часов, он не может понять) Фил приносит миску с чем-то тёплым. Он оставляет её, одаривает Техно суровым взглядом и снова уходит, шурша чёрными перьями. - Ты должен поесть. Пока не остыло, – когда Дрим не отвечает, пиглин вздыхает. – Я уже понял, что поступил крайне глупо и не сразу догадался, что... твои смерти... они не были случайными и уж точно не быстрыми. Дрим поднимает ладони. - Я помню, когда они были красными от крови, – шепчет он и давится слезами. – Я это заслужил. Техно вздыхает и почему-то невесомо обнимает его. - Мне жаль. Но ты отдавал свой долг уже слишком много раз. После того вечера что-то меняется. Фил рассказывает ему, что они оба чуть не сошли с ума, когда он сбежал и они умудрились потерять его в метели. Кристин нашла его под снегом уже почти замёрзшим насмерть, несмотря на то, что погода влияла на его тело меньше, чем на любой другой организм. Когда Дрим говорит ему, что это потому, что он выцветает из картины мира с каждой своей смертью, Фил бледнеет. Техноблэйд сидел с ним всё время, ощущая себя виноватым за то, что сорвался из-за такой глупости. Пиглин стал приходить чаще. Он сидел с Дримом на кухне, читал книги и помогал ему с животными, монотонно рассказывая, как прошёл его день и какие новости доносятся из его сервера. Жители снова нашли, в чём его обвинить. Тень Пандоры дотягивается даже до дома Фила, и администратору иногда сниться, как она голодно поглощает его, разрывая на кусочки. Тем не менее, с таким защитником как Техно, жить становится немного спокойней. Да, он всё ещё дрожит, и его слёзы никогда не перестают течь, но Фил с удивлением отмечает, что он улыбнулся какой-то шутке пиглина. Сам Дрим этого не чувствовал, и даже забыл, какого это – улыбаться, но вид того, как Техноблэйд и Фил радуются, заставляет его хотеть делать это чаще. Ему удаётся прожить ещё три года перед тем, как он снова умирает. Фил с Техно доверяют Ранбу, Кристин тоже воспринимает его как безвредного ребёнка, и они делают ошибку, приглашая его в дом. Стоит гибриду увидеть администратора, что-то холодное, почти безумное селится в его глазах. Он прячет это от хозяев дома, а Дрим не хочет портить вечер, говоря о том, что в какой-то из жизней Ранбу пытал его вместе с Томми. Эта жизнь пошла по-другому, может, всё закончится не так? Ранбу прирезал его ночью. Медленно, словно растягивая своё удовольствие, а Дрим даже не смог закричать, всего лишь дрожа и шепотом умоляя о пощаде. И снова вдох. Он кашляет, пытаясь избавится от фантомного ощущения крови в горле, и встаёт, не давая себе времени успокоиться. Ему надо уходить. Надо бежать. Надо... Он глотает всхлипы и обнимает себя руками. Без Техно, который всегда находился рядом, всё вокруг кажется неожиданно громким, слишком ярким, почти ужасающим. Он отвык от маски на лице, но даже она не спасает от того, насколько оглушающим кажется его сервер. Дриму нужен снег. Тихие леса, шелест чёрных перьев и монотонный голос. Администратор пытается найти дом, к которому так привык за несколько лет своей прошлой жизни, но вскоре понимает, что не знает дорогу. В прошлый раз он добрался туда почти в состоянии аффекта, не запоминая ориентиров и даже не следуя какой-то одной стороне. Но он должен попытаться. Его душа тянет и болит, требует вернуться домой, где она любима, и Дрим не видит никаких причин ей отказывать. Он старается собрать воспоминания по крупицам, неуверенно выбирает сторону и идёт вперёд. Не останавливается, просто... идёт. Его странствия длятся почти месяц и, когда он уже почти сдаётся... Техно находит его первым. Он едва не падает с лошади в спешке, пытаясь добраться до него, и его измученное, усталое лицо на мгновение светлеет от какой-то отчаянной надежды. - Дрим! Администратор не может крикнуть ему в ответ. Всё что выходит – всего лишь шепот. Пиглин выглядит так, словно не может поверить в то, что происходит. Он резко обнимает его, кутает в свой плащ и держит рядом. Метки на его руке тускло мерцают зеленоватым цветом. - Прости. Прости, прости, прости, я снова не смог тебя защитить... – Техно падает на колени и не поднимает голову, сжимая руки на ткани плаща до белых рук. И Дрим плачет сильнее, тоже опускаясь на траву, прячется в сильных руках пиглина и утыкается ему в плечо. - Ты нашел меня... – шепчет он, и Техно обнимает его крепче. - Я не переставал искать. Как оказалось позже, сервер не сразу перезапустился ко дню своего создания, когда Дрим умер. Он ещё неделю шел своим чередом, заставив Фила поседеть, а Техно почти сойти с ума от ярости и горя, когда на утро они нашли его остывшее тело в кровати. Точнее... то, что от него осталось. Дрим отстранённо думает, что хоть в последние часы своей жизни на его коже были краски. Ранбу настолько изрезал его тело, что на нём почти не было живого места. Только вот на утро подросток совершенно не помнил, что сделал, с ужасом смотря на свои окровавленные руки. - Мне жаль, мне так жаль... – повторял Техно, и администратор только обнимал его, не способный остановить благодарные слёзы. Пиглин уже сделал больше, чем кто-либо из жителей сервера. Они идут домой, и Фил любопытно осматривает его, не помня. Кристин, стоявшая рядом, мягко улыбается, склоняя голову. - Что ты ищешь, душа... – она останавливается на полуслове, начинает растеряно хмуриться. – Ты не мёртв. И... я уже говорила тебе это, не правда ли? Богиня присматривается и распадается воронами, исчезая из дома. Фил не понимает, что происходит, но держится вежливо, недоуменно переводя взгляд на пиглина в ожидании, что тот представит своего нового друга. И это неожиданно больно. Не только для него, но и для Техно тоже. И если Дрим уже привык к такому явлению, то пиглин кажется оглушенным осознанием того, что для элитриана последних нескольких лет словно не бывало. Он не оставляет его у Фила. По-новому знакомит, а потом уводит в свой дом. Его хижина выглядит почти нежилой. В ней всё сделано грубо, некоторые вещи разбросаны по углам, и нет никакого ощущения уюта. Кое-где чувствуются сквозняки, пол местами и вовсе сгнил, проваливаясь вниз. Пиглин извиняется за это, говорит, редко бывает дома и скоро исправит всё это. Дриму все равно. Главное, что Техно рядом, и он снова чувствует себя защищённым. Они вдыхают в дом жизнь вместе. Выкидывают испортившиеся вещи, моют окна, заделывают щели, меняют сгнившие доски. Пока Техно уходил в лес за материалами, Дрим убирал комнаты, собирал грязные покрывала с кроватей и застилал новые. Пиглин топит камин, чтобы администратор отогрелся и отдохнул, а сам открывает двери в другие комнаты, пытаясь заставить холод исчезнуть из дома. Дрим моет пол, собирает паутину и вытирает пыль. Техно заделывает с улицы одну из самых больших щелей и чинит крышу. Когда наступает вечер, Техно отдаёт ему свою спальню, но и сам не покидает её, говоря, что больше не может допустить ситуации как с Ранбу. Через неделю они уже оба спят в одной кровати, и руки Техно всегда оборачиваются вокруг него в защищающей манере, полностью пряча его от всего окружающего мира. На полное восстановление дома у них уходит чуть больше месяца, и пиглин шепотом говорит ему одним вечером, что Дрим принёс уют, которого тут никогда не было. Теперь Техно хочет чаще возвращаться домой, а не проводить все свои дни в путешествиях и редких посещениях Фила. Администратору нравится такая жизнь. Он всё ещё с опаской смотрит на оружие и не может заставить себя перестать плакать, но понемногу привыкает, забывает свои страхи, полностью доверяя пиглину. Ему нравится, как они ухаживают за животными, нравится, как они тихо смеются по вечерам из-за каких-то глупостей, нравится готовить и видеть, как меняется реакция Техно с каждым новым блюдом. Это ощущается как дом, и Дрим бы ни на что не променял такую жизнь. Но временами он видит в напряженных плечах пиглина необходимость куда-то спустить всю злость и кровожадность, которая приходит вместе с кровью Нижнего мира. Он не совсем знает, как ему с этим помочь. Техно осматривает границы их территорий, точит оружие, но не имеет никого, на ком можно было бы его использовать. Ему нужен противник, кто-то равный, и Дрим каждый раз расстраивается, когда видит своё собственное хрупкое отражение в зеркале. Оно бледное, слабое, дрожащее. Он уже и не помнит как выглядел, когда ещё был полон цветов. Техно ничего не говорит ему по этому поводу, и временами Дрим просто сводит себя с ума мыслями о том, что в этом доме должен жить кто-то другой, яркий, а он просто занимает чужое место. Но Дрим так не хочет его отдавать... Значит нужно стать сильнее. Храбрее. Забыть про свою слабость и стать кем-то, кто достоин быть рядом с Техно. У него дрожат руки, но он всё равно берётся за топор, пытаясь заново привыкнуть к его весу в руках. Техно выглядит удивлённым, но помогает ему, тренирует и помогает подняться каждый раз, когда он падает. В день, когда у него, спустя очень долгое время, наполненное изнуряющими тренировками, наконец получается сбить пиглина с ног и оседлать, тяжело дыша и прижимая лезвие топора к шее, Техно смотрит на него так голодно, словно в жизни не видел ничего более возбуждающего. Они впервые целуются. У Дрима до сих пор начинают гореть щеки, когда он вспоминает с какой жадностью у него выпивали дыхание и какими горячими были чужие ладони, удерживающие его лицо. Техно целует его везде. Прижимает его к стенам, запуская горячие пальцы под одежду и по-собственнически проводя ими по талии, обнимает его на кухне, когда Дрим готовит, прижимая губы к его шее, быстро крадет маленькие поцелуи, когда уходит утром на охоту... Пиглин выглядит довольным, почти сытым. Он облизывается, хищно сверкает глазами, и администратор чувствует, как на его щеках расцветают краски. Техно невозможно противостоять. Он притягивает как магнит, опутывает сетями и делает это так ловко, что жертва добровольно путается в них только сильней. Фил улыбается, когда они приходят его навестить, радуется за своего друга, но иногда Дрим чувствует на себе его внимательный взгляд. Элитриан не помнит его и даже отводит в сторону, угрожая расправой, если он посмеет как-то навредить Техно. В тот момент Дрим так рад, что у него на лице маска... Его слёзы постоянно текут – это след его прошлых жизней, но такое недоверие со стороны того, кого он считал другом, больно царапается где-то внутри, заставляя их течь сильнее. Кристин тоже смотрит, но молчит. Словно не понимает чего-то... Техно будто чувствует его состояние и уводит домой, снова одаривая поцелуями, скользя широкими ладонями по его телу, успокаивающе урча и потираясь всем телом. А через некоторое время их находят. Паффи с Сапнапом может и не были враждебными, но Техно словно сносит крышу. Он прячет Дрима за собой и убивает их быстро, но жестоко, опомнившись только когда их тела валялись на земле, а его руки были покрыты кровью. У него виновато опускаются уши, и он смотрит на администратора так, будто ожидает, что тот испугается его кровожадности, убежит и больше никогда не вернётся. У него капли крови на лице и даже его волосы измазаны в ней, делая его похожим на какое-то жестокое божество. Дрим никогда ещё не чувствовал себя более защищённым. Он подходит, стирает кровь и целует его, пытаясь вжаться в его тело и заставить понять, насколько сильно он от него зависим. Он уже не сможет без Техно. Его ведёт от его сильных рук, ведёт от монотонного голоса и даже от каплей крови на подбородке. У него заканчивается дыхание, но ему хочется большего. Он весь дрожит, его зрачки расширяются, когда он смотрит на Техно, готовый бросить весь мир к его ногам, если он попросит, отдать ему всего себя, сделать всё, что он только захочет. У пиглина меняется выражение лица. Оно светлеет, становится радостным, и Техно прижимает его крепче, набрасываясь с горячими поцелуями в ответ. Он подхватывает его за бёдра, заставляя обернуть ноги вокруг его талии, и заглядывает в лицо. - Выходи за меня. Возможно, кто-то посчитал бы предложение руки и сердца в присутствии трупов и крови ужасающим, но для Дрима не было ничего более идеального и романтичного, чем этот момент. - Да, – прошептал он ему в губы, сцеловывая каждый вдох. – Да, выйду. Техно даже не донёс его до спальни в тот день. Взял прямо у стены, как только закрыл дверь их дома, рыча и прижимаясь своим телом. Его горячие руки уже привычно нырнули под одежду, оглаживая бледную кожу, но не остановились как обычно на талии, а пошли ниже, оттягивая край штанов и замирая, словно спрашивая разрешения. Дрим даже не может выдавить из себя слов. Он только кивает и притягивает ладонями лицо своего... жениха? Он целует его до помутнения рассудка, до того момента, как они оба будут тяжело дышать, пытаясь вжаться друг в друга. Техно разводит его ноги в стороны коленом, переходит губами на шею, кусаясь и урча, зализывает свои метки. Он нетерпеливо дёргает его одежду, пока сам Дрим скидывает с него плащ и пытается открыть больше его кожи, чувствуя, как дрожат пальцы. Первым со своей задачей справляется Техно. Он стаскивает с администратора штаны и нижнее бельё, хищно осматривая влажные половые губы, и с утробным рычанием приподнимает его выше. Дрим только и может цепляться ладонями за широкие плечи, когда он ощутимо проводит пальцами по влагалищу. - Ты меня с ума сводишь, – почти рычит пиглин, закидывая его ноги себе на плечи и утыкаясь носом между бёдер. У Дрима больше нет способности повышать голос, у него вырываются только тихие мягкие стоны, но они, кажется, заводят Техно лучше, чем любые крики. Он рычит, жадно впиваясь пальцами в бёдра администратора, влажно проводит языком по истекающему влагалищу и постоянно прикусывает мягкую плоть, словно пытаясь доказать всему миру, что это теперь его территория, его собственность. Техно в несколько раз больше Дрима. Он легко удерживает его одной рукой и даже не чувствует его веса. Это часто было проблемой во время тренировок, когда администратору нужно было прилагать колоссальные усилия, чтобы сбить напарника с ног, но сейчас... Ему кажется, что пиглин везде. Его руки горячими касаниями проходятся по телу, вызывают дрожь ещё больше, чем обычно, и заставляют захлёбываться ощущениями. Дрим тихо скулит, и Техно поднимает на него взгляд. Он облизывает влажные губы и смотрит на него голодным взглядом. Дрим снова краснеет от того, насколько пошло это смотрится. Он тянется пальцами к длинным волосам, путается в них и не может успокоить дыхание. Техно улыбается ему, и Дрим не выдерживает. Хватает его лицо в ладони и наклоняется для поцелуев, чувствуя, как его ладони скользят по ягодицам вверх по спине, задирают одежду и опускают его тело чуть ниже, чтобы иметь доступ к губам. Пиглин прижимает его к стене бёдрами, позволяя своим рукам творить всё, что вздумается, пока сам целует его так, словно завтра не наступит. Дрим тихо выстанывает ему в рот и проводит пальцами по его одежде, чувствуя, что ему просто жизненно необходимо дотронутся до его голой кожи, почувствовать её жар, оставить на ней следы своих зубов. Эти чувства оглушают, сбивают с толку, но Дрим соврет, если скажет, что хочет от них избавиться. Наоборот, ему хочется идти дальше, распалять их больше, проверить свои собственные лимиты. Техно проводит языком по его губам, дразнит и заставляет его поднять руки, стягивая с него оставшуюся одежду. Он остаётся перед пиглином совершенно нагим и тихо скулит, снова пытаясь дотянутся до его губ. - Это не честно, – шепчет он ему на ухо, когда Техно наклоняет голову и припадает ртом к его шее. – Ты снял с меня всё, а сам ещё полностью одет. Лишняя ткань на чужом теле почти раздражает, шершаво и неприятно ощущается под подушечками пальцев, когда там должна быть разгоряченная кожа... Техно ведёт от его шепота. Он снова рычит и подхватывает его одной рукой, второй пытаясь стянуть с себя штаны. Он ни разу не отрывается от его губ, продолжая целовать, и целовать, и целовать... Он только издаёт раздраженные фырчащие звуки, когда одежда не поддаётся, и в какой-то момент просто сдаётся и разрывает её. У Дрима перехватывает дыхание от самого возбуждающего зрелища, что он когда-либо видел. От поцелуев и касаний кружится голова, у него снова вырываются тихие стоны. Широкие ладони крепко хватают его за талию, прижимают ближе, и Техно шумно выдыхает, когда трется об него, позволяя почувствовать, насколько он возбуждён. Дрим чувствует, как между его ног становится ещё более влажно. Пиглин улыбается этому и снова просовывает колено между его бёдер. Дрим даже не может ничего на это ответить, опьяненный ощущением горячей кожи под пальцами и той массой мышц, что так легко прижимает его к стене. Он сильно проводит по его спине пальцами, немного царапая ногтями, и получает в награду низкий стон пиглина, который всё ещё ритмично трется об него и крадет дыхание, позволяя почувствовать свои бивни на бледном теле. - Ты идеальный, – рычит ему Техно, опуская ладонь и начиная играться с его влагалищем, понемногу просовывая кончики пальцев. – Такой хрупкий и такой сильный... Мне хочется никогда не выпускать тебя из рук. Дрим тихо всхлипывает, смотря, как его вечные слёзы маленькими каплями падают на сильное тело пиглина и стекают куда-то вниз. Он выпускает стон, перемешанный с почти неслышным урчанием, и припадает губами к его груди, готовый просто облизать его всего. У Техно смешно дёргаются уши, он проталкивает в него пальцы чуть сильней. - Мой. Мой. Мой, – низко рычит он, сжимая зубы на бледной коже и любуясь расцветающими отметками. Дрим чувствует, что готов просто потерять сознание от стольких ощущений, отзывчиво выгибаясь на каждое прикосновение. Пиглин вытаскивает пальцы и приставляет к его влагалищу член, шумно выдыхая и поднимая на администратора абсолютно дикие кроваво-красные глаза, в которых зрачок был настолько большим, что почти затопил всю радужку. - Ты готов? Дрим быстро смотрит вниз, сглатывая слюну, и чувствует себя таким же опьяненным, как и Техно. - Да, Эндер, пожалуйста, да! – сбивчиво шепчет он, и пиглин двигает бёдрами вперёд. Они оба давятся стонами, и Техно сразу же накрывает его губы своими, запуская внутрь язык и жадно вылизывая каждый доступный ему сантиметр. Пиглин делает несколько резких движений на пробу и, не видя никакой негативной реакции, сразу же прижимает его к стене всем телом, упираясь руками в дерево, и срывается на быстрый ритм, продолжая исследовать языком всё, до чего может дотянуться. Его дыхание щекочет шею, и Дрим улыбается этому ощущению, продолжая тихо стонать в вытянутое ухо. У него продолжают течь слёзы, и он даже не уверен, от чего именно. Ему кажется, что, даже если бы они не текли постоянно, он бы всё равно их чувствовал в этот момент. Техно двигается резко, выбивает из него оставшиеся крупицы воздуха, что-то рычит, и всё его тело гибко двигается, принимая форму каждого изгиба Дрима, когда он выгибается дугой, пытаясь стать ещё ближе. Он оборачивает талию пиглина ногами, пытается притянуть его к себе сильнее и тянется руками к розовым волосам. Его тихие стоны перемешиваются с именем Техно и сбивчатыми признаниями в любви, на каждое из который его будущий муж довольно урчит, толкается сильнее и снова целует. Дрим отстранённо думает, что он приобретёт зависимость от этого. Техно целует его слёзы, проводит по щекам пальцами, и от его нежности хочется просто растаять. Дрим подмахивает бёдрами и притягивает лицо пиглина для поцелуев, уже даже не обращая внимания на бивни, которые иногда царапают губы, придавая поцелуям металлический привкус. Техно продолжает толкаться, когда у них не остаётся дыхания, когда бёдра Дрима дрожат сильнее, чем обычно, когда у них обоих губы кажутся почти истёртыми и полностью покрытыми маленькими царапинками. И Дрим не может представить себе ничего более горячего, чем это. Когда Техно приближается к своей разрядке, он уже даже не прижимает его к стене. Берёт за талию и продолжает вбиваться на весу, прижимая к себе так близко, что между ними не остаётся никакого места. Он кончает внутрь, делая ещё несколько толчков после, и довольно урчит, опуская голову на плечо Дрима и поглаживая пальцами его бёдра. - Мне нужна будет твоя помощь с кольцами. Я знаю язык пустоты только поверхностно, и мне нужен тот, кто подскажет правильное значение символов. Дрим изнеможённо кивает, чувствуя себя абсолютно счастливым в сильных руках своего будущего мужа. Техно заканчивает кольца через два дня. Это золотые полоски металла, но внутри у них целая цепочка слов пустоты, которые делают из них ещё и что-то вроде компаса. - Так я найду тебя, где бы ты ни оказался, и ты тоже сможешь вернуться ко мне, – он урчит, снова покрывая его поцелуями, и Дрим улыбается, уютно устраиваясь на коленях. Иногда ему кажется, что вселенная, наконец, смилостивилась над ним, подарив дом и мужа, и его счастье только растёт, когда через несколько месяцев они узнают, что внутри него растёт их маленький ребёнок. Техно так вообще готов носить его на руках, когда услышал новость, и Фил с Кристин тоже искренне радуются, несмотря на то, что в их взглядах до сих пор некоторая растерянность и подозрение. Всё идёт просто прекрасно... пока вселенная не напоминает ему, что он не заслуживает счастья и всё ещё должен расплачиваться за свои ошибки. На шестом месяце беременности он чувствует, как натягивается связь с сервером, и случайно разбивает тарелку, которую держал в руках. Техно сразу же рядом, обеспокоенно обнимает и хмурит брови, когда видит его напуганное лицо. - Сервер. Он... он... Такое уже было. Каждый раз, когда я собирался передать панель администратора, он натягивал связь, словно... предупреждая о том, что убьёт меня, если я это сделаю, – он дрожит сильнее, и слёзы текут водопадом, пока он шепотом рассказывает это всё пиглину. – Он делает это. Опять. Лицо Техно отражает его собственный страх, когда они прижимают руки к животу, где растёт и толкается их малыш. - Что... что нам надо сделать? Чтобы он перестал, – его муж закрывает его в своих объятиях, и Дрим чувствует, что ему не хватает воздуха. - Я не знаю, – слова выходят сиплыми, почти истеричными, и Техно сразу же поглаживает его по плечам, пытаясь успокоить. – Я не знаю, что он хочет! А если... Эндер, наш малыш... если я умру... Пиглин хмурится, продумывает тысячи способов решений, но... - Нам надо вернутся на твой сервер, – Дрим вздрагивает, и Техно поспешно добавляет. - Мы должны узнать, что он хочет, и предотвратить твою смерть. Не бойся, я никому не позволю тронуть вас даже пальцем. В его взгляде только честность, и администратор ему верит. Не может иначе. Техно переделывает для него самые сильные доспехи, кутает в плащ и сажает на лошадь себе за спину, вручая топор на случай, если что-то произойдёт. - Защищай ребёнка, не отвлекайся ни на что другое, хорошо? Дрим обнимает его со спины и утыкается в лопатки, кивая. У них долгая дорога, несколько дней почти без отдыха, но, чем ближе сервер, тем сильнее его дрожь, которую он не в силах сдержать. Ему снова кажется, что он видит огромную тень Хранилища Пандоры, всё ещё ждущую его. Техно постоянно убеждает, что всё будет хорошо, говорит, что он защитит их, и Дрим пытается заставить себя найти свою храбрость. Он тоже должен защитить свою семью. Он не даст серверу убить их ребёнка или Техно. Связь звенит, когда они переходят черту Эсэмпи, и успокаивается. Но в воздухе появляется что-то другое, тяжелое, давящее, и Дрим напрягает плечи. - Администратор, – ядовито и звеняще раздаётся вокруг ,и Техно останавливает лошадь. – Ты, наконец, вернулся. - XD, – шепчет Дрим, молчаливо прося у Техно поддержки, чтобы спуститься с лошади. - Ты готов? Я дал тебе достаточно времени для передышки. Дрим смотрит на воплощение своего сервера. Он сильно вырос с первого дня его создания, возвышаясь над ними, как и любое божество, угрожающе давя своей аурой. У него громкий оглушающий голос и на его фоне слова администратора почти не слышны. Техно сразу же встаёт перед ним, закрывая за своей спиной и скалясь в сторону четырёхрукой фигуры. Он выглядит так, будто готов заставить замолчать весь мир, чтобы иметь возможность слышать своего мужа. - Ты не тронешь мою семью. XD почти любопытно склоняет голову, смотря на него, как на насекомое через лупу. - И кто же мне помешает? Такой смертный как ты? Или это вечно напуганное существо, которое мне нужно называть администратором? Угроза виснет в воздухе, но не успевает по-настоящему перерасти во что-то опасное. Смерть разливается вокруг, и в небе появляются вороны, собираясь на земле и вырисовывая высокую фигуру с огромными крыльями. - Это сделаю я. Лицо Кристин скрыто чёрной вуалью, но Дрим всё равно видит её недовольно искривлённую линию рта. XD молчит. - Ты неплохо разобрался в том, как действует язык пустоты, который ты связал с собой. Но моя власть распространяется на все планы реальности. Я вспомнила его. И ты уже достаточно истязал своего администратора. Воплощение сервера сжимает руки в кулаки, как будто становится больше. - Он заслужил это. Техно скалится на него, когда замечает сжавшиеся плечи мужа. Дрим не знает, за что именно ему просить прощение. Кристин раздражительно отмахивается рукой. - Ах, да... Я слышала о тебе. Сервер, который влюбился в смертного. Как его там зовут? Джордж? На этот раз поза XD становится по-настоящему агрессивной. Он весь выгибается, искажается, скалит пасть, полную клыков, из-под маски. - Жалкое зрелище, правда, – Кристин пренебрежительно встряхивает рукой и дёргает крыльями. – Поставить смертного выше своего собственного администратора... Это как прямой билет в небытие. Даже твоя хитрая уловка с его смертями и временем не помогла бы тебе сохранить себя через несколько тысяч повторов. - Он сделал Джорджу больно, – почти шипит потусторонний голос XD. - А Джордж убил его в ответ. Или ты пропустил это? Ты давал Джорджу слишком много шансов показать себя и всё равно остался на его стороне? Ты всего лишь дитя, не понимающее, что творишь. Дрим не особо понимает, что именно происходит, так же как и Техно, всё ещё закрывающий его собой, но они все пока ещё живы, и он осмеливается принять это за хороший знак. XD злится, и его оболочка идёт помехами, сопровождаясь статическим шумом, что говорит о его бешенстве. - Я прекрасно понимаю, что делаю! – дребезжит он, и это похоже на звук разбитого стекла. – И я не прощу то, что он сделал с Джорджем. Администратор должен заплатить. Дрим не понимает. В его первой жизни... он всего лишь хотел уберечь Джорджа от опасностей и угроз. Неужели он должен был просто оставить всё это и смотреть как его убьют? - Ты не тронешь никого из них. Они стали моими с тех пор, как вошли в мой лес. У тебя нет прав вредить тому, что принадлежит мне. - У него всё ещё панель. Забирай пиглина, но администратор и его ребёнок мои. Техно обнажает меч и низко рычит, пока Кристин яростно раскрывает крылья. - Он отплатил тебе сотнями своих жизней. Забирай панель и отдай её своему драгоценному Джорджу. Оставь моих подопечных в покое. Это почему-то заставляет XD помедлить. Кристин чувствует слабость и давит на неё. - Ты сохранишь его жизнь на всю свою вечность, если сделаешь это. Воплощение сервера поднимает голову, но думает недолго. - Хорошо. Но никто из них больше не вернется на мою территорию, – он бросается к Дриму, вытягивая когтистую руку, и Богиня Смерти едва успевает его остановить. - Стой. Я сама передам тебе панель. Своей детской нетерпеливостью ты только навредишь ему и ребёнку. XD кажется недовольным, но послушно отступает на два шага, внимательно наблюдая за тонкими пальцами Кристин, которые она приложила к груди Дрима. - Знаешь... Нелюбимые души... Нежеланные души... они обычно ищут смерти. Окончательной. Я рада, что ты своей не нашёл. Она аккуратно рвёт все ниточки, которые связывали его с сервером и вытягивает их из его души одну за другой, сматывая в яркий сгусток энергии. Потом передаёт его XD, и тот почти жадно выхватывает его, сразу же исчезая. - Всё хорошо, – Кристин улыбается и складывает крылья. – Можете возвращаться домой. И я жду, что вы оставите мне место крестной матери для ребёнка! С этими словами она распадается воронами, и Техно медленно оборачивается к нему, закрывая в своих объятиях. И Дрим снова плачет, чувствуя, что стало свободней дышать. И когда они добираются обратно домой, из зеркала на него смотрят ярко-зелёные глаза, а не та блеклая и выцветшая пародия, к которой он уже успел привыкнуть. Техно подходит сзади, кладет голову на плечо и руки на живот, словно защищая. Он оставляет быстрый поцелуй на его шее, улыбается и говорит, что хочет большую семью. И Дрим обещает ему, что так и будет, наконец, счастливо выдыхая после череды долгих и болезненных вдохов.