Рождественская сказка.

      Снег валит огромными хлопьями, что действительно напоминает сказку: такое в Париже не каждый год.       В честь великого праздника — Рождества — директор замутил организовал вечеринку, но с одним условием: каждый должен прийти со своей парой. Некоторые негодовали, а кто-то радовался, ведь давно нашёл свою вторую половинку, и им не составит труда пригласить именно её.       Феликс стоял на ступенях у школы Франсуа Дюпон и ждал свою спутницу. Не то, что бы он так горел желанием туда попасть, но, собственно, почему нет?       Погода и вправду… завораживала. Снежинки падали на землю, склеиваясь и образовывая небольшие сугробы. Парижане ликовали: обычно они встречали Рождество вместе со слякотью и лужами. Фиолетовое небо притягивало взгляд, заставляя рассматривать чистое полотно без каких-либо видимых звёзд, что немного, всё-таки, огорчало.       Фатом думал, что она не придет. Ну конечно, вдруг она восприняла его приглашение как намёк на что-то, а ведь он совсем не такой! Она ведь просто его подруга, с которой они познакомились совершенно случайно. Когда девочка налетела на него в коридоре, попутно извиняясь и роняя учебники, он хотел вспылить, но неожиданно для самого себя мягко выдавил: "всё нормально". Как потом оказалось, она училась в параллельном классе. Они стали общаться, чаще переписываться в соцсетях. И совсем недавно ему пришла эта, возможно, безумная мысль — пригласить её на вечеринку в качестве своего партнёра. На удивление, она сразу же согласилась.       — Опаздываешь, — оживился Феликс, завидев свою подругу.       — Нет, это ты рано пришёл, — отшутилась она. — Ну что, пойдём?       В школе было душновато. Играла громкая музыка, вдоль стен располагались столы с кучей угощений и напитков. Яркие огоньки от диско-шара летали по помещению и своим попаданием в глаза заставляли жмуриться. Некоторые были удивлены этой парочкой: сам Феликс Фатом, кузен популярной модели — Адриана Агреста, — пришёл с какой-то неизвестной девчонкой. Многие влюблённые либо в его внешность, либо в характер "плохого мальчика" были очень огорчены (Один вопрос: как они сюда попали? Ну, конечно, что после отказа Феликса им пришлось принять приглашение других парней, потому что на вечеринку попасть всё-таки хочется, ведь это первое такое празднование в истории школы).       Феликс немного удивился фигуре своей спутницы: в школе она обычно носила свободную одежду, можно сказать, мешковатую, а сегодня она надела элегантное облегающее платье чёрного цвета, что больше не скрывало её хрупкую и тонкую талию.       Она обменялась многозначительными взглядами со своими одноклассницами; они подняли пальцы вверх, широко улыбаясь.       — Ээ... Может, потанцуем? — смутился он. Его никогда не учили, как ухаживать за девушками, а, тем более, как грамотно пригласить её на танец; ему это и не нужно было... до этого момента.       Она тепло улыбнулась, из-за чего его сердце ухнуло вниз, пропустив один удар.       Кружась по залу, украшенному венками, шариками, омелой и гирляндами, они смотрели лишь друг на друга. Его, казалось бы, холодные зелёные, но такие глубокие глаза, будто бы таили внутри себя какую-то загадку. А её глаза напоминали горячий шоколад, ассоциировались с интересной книгой, читаемой в дороге, тёплым свитером и сладким круассаном, что заставляло поёжиться от накативших ощущений тепла.       Ученики завороженно наблюдали за парочкой. Кто-кто спрашивал: "Не кузен ли Адриана сейчас танцует?", а кто-то молча разглядывал такие плавные и нежные движения.       По окончании танца они какое-то время смотрели друга на друга, не отрывая взгляда.       Феликс мягко поцеловал тыльную сторону её ладони.       — Я хочу пить. Тебе принести чего-нибудь? — спросила девушка.       — Нет, я, пожалуй, выйду на улицу. Тут жарковато.       Прохладный воздух умиротворял, проявляя контраст душному помещению.       — Хорошо, наверное, странам, находящимся на севере. У них снег каждый год, — в тишине произнёс он, глядя на едва заметные звёзды.       — Я бы хотела там побывать. Ну, и встретить Новый год, — услышал он голос так быстро пришедшей к нему подруги. — Говорят, что в некоторых государствах празднуют сначала его, а потом уже Рождество. Странно, да?       — Я тоже.       — Что тоже?       — Тоже хотел бы побывать там, где не ждёшь и не зовёшь снега, потому что он приходит сам.       Он рассматривал потемневшее небо, выискивая любимые созвездия. Она разглядывала его лицо, пытаясь запомнить каждую его черту, каждую деталь.       «А ведь он красивый», — подумалось ей.       — Спасибо, — рассмеялся он.       — Я что… Сказала это вслух? — её щеки заалели, а мысли стали путаными.       Фатом, ухмыльнувшись, кивнул.       Включился фонарь, отвлекая каждого от своих мыслей.       — О чём ты думаешь? — поинтересовалась подруга.       — О звёздах, — тихо произнёс блондин. — А ты?       — Странно, я и не думала, что вечер будет таким... насыщенным, — проигнорировала она его вопрос. — Хоть мы и станцевали всего один танец.       На улице с момента их последнего пребывания почти ничего и не изменилось, разве что оттенок неба и проступившие на нём белые капельки – звёзды. Снег продолжал валить крупными хлопьями, падая на шелковистые волосы и плечи подростков.       И в тишине, прерываемой лишь монотонным гудением фонаря, раздалась одна фраза, перевернувшая мир обоих:       — Давай встречаться?..