о новом году, чувствах и тому, к чему приводит скука

антон, пусть и сплавившись на пару дней к родителям, чтобы встретить праздник, но как только приехал, то заметил, что без арсения уже совсем не то. тяжело даются часы без любимых глупых подколов, без нужных объятий, и от вдруг собравшейся на сердце печали не спасает даже компания из родственников. сидя за столом, наполненным разными блюдами да закусками, шастун сидит себе тихо, спрятав руки в карманы, и даже к любимому оливье не прикасается, аппетит совсем пропал, а настроение и подавно. родственники болтают о своём, кажется, даже спорят о чём-то, и шастуна самого переодически спрашивают, в разговор втянуть пытаются, а он ни в какую, только кивает и изредка может улыбнуться. мысли забиты только одним — позвонить попову. тот, конечно, вряд ли возьмёт трубку, празднует себе с друзьями и веселится, но надежда есть, пусть и совсем крохотная. мама смотрит на сынишку обеспокоенно — антон этот взгляд замечает, и от того в горле только ком встаёт, сказать нечего, и чувство вины прямо расцветает. парень смотрит в ответ на родительницу жалобно до безумия, и глаза зелëные полны мольбы, просьбы. майя в ответ только кивает, и шатен улыбается благодарно. он тут же с места подрывается, но аккуратно, чтобы не сбить дорогих близких, просит подвинуться, с силой протискивается сквозь стулья и из-за стола выходит. извиняется быстро и сбивчиво, ведь не жалеет совсем, не для него это торжество. мать ласково улыбается, понимает, что у сына есть кое-кто поважнее, и ведь он счастлив, а значит, что счастлива и она. убегая в другую комнату, антон нащупывает в кармане телефон, судорожно вводя пароль и заходя в контакты. арсений у него значится первым номером, избранным и любимым, совсем таким же, как в жизни. — возьми же трубку, — антон запирается в своей детской комнате и тут же садится на кровать, не выпуская из рук гаджет. на экране только мигает фотография попова, а из динамика доносятся тягучие ленивые гудки, такие долгие, что отчаяние совсем берёт верх, и кажется, что новый год пройдёт дома, но с желанием уехать домой, чтобы не оказываться в одиночестве в, казалось бы, самую долгожданную ночь. — сука! — сквозь зубы вырывается сдавленный крик, и шатен, уже полностью расстроенный, падает на кровать и отворачивается к стене, как делал, когда был маленьким. телефон всё так же трещит, но последняя доля терпения, оставшаяся внутри, не даёт отключиться. навязчивая трель бьёт по ушам так долго, что шатен даже не замечает, как на экране высвечивается голова брюнета, а звук преображается в тихое шуршание. — эй, шаст, ты здесь вообще? — вместо приветствия от любимого абонента доносится негромкое, взволнованное бормотание, и тут же шатен вскакивает с места, дрожащими от распирающих чувств хватает телефон и наконец видит попова, такого нужного и любимого. тот сидит за столом на такой родной светлой кухне, рядом бутылка игристого, которое арсений, кажется, пьёт прямо из горла, на шкафах гирлянда, а сам он сидит, обмотанный блестящей серебристой мишурой, с рогами оленя на голове и в привычных очках. на фоне у него играет ненавязчивая песня, что-то о рождестве, и при виде любимого, по которому он так скучал, антон расплывается в улыбке. щëки мягко розовеют, у глаз собираются мелкие морщинки, а сам парень думает, что чуть что расплачется, как девчонка-школьница. — ты почему не за столом? — тут я, тут, — шастун подтирает глаза рукавом кофты, будто-бы собирая невидимые слëзки и облегчëнно шмыгает носом. он смотрит на брюнета, а тот на него, и оба улыбаются, светят ярче любого бенгальского огонька, и горят ярче любой искры, не в силах что-то сказать. игра в гляделки затягивается аж на несколько минут, пока антон, набравшись смелости, смеет нарушить молчание. уголки губ чуть дрожат, но его это совсем не тревожит. — и ты тут. со мной. правда только в телефоне, но ты бы знал, как сильно я хочу, чтобы ты был рядом, — про родственников и говорить нечего, шатен ведь толком их и не разглядывал, только посидел немного, и нагло смылся. — я соскучился, арс. — дурак ты, — арсений клянëтся, его имя из уст шастуна звучит слаще всякого мëда. так приятно слушать это нежный, приглушëнный голос, прямо сейчас в трубку нашëптывающий такие простые и обыденные слова, от которых сердце греется само собой, а в душе прямо таки буря из эмоций поднимается. брюнет аккуратно потирает затылок, но не может взгляда отвести от парня. у того глаза совсем красные, немного припухшие, и пусть на камере не видно, арсений знает – его мальчик явно расчувствовался, и сейчас как никогда хочется обнять его за плечи, сжать в сильных руках и поцеловать в макушку, только расстояние разделяет их. — мы ведь совсем скоро встретимся. всего пару дней, и снова вместе, верно же? — брюнет ободряюще улыбается, стараясь хоть как-то растормошить это насупившееся, хмурое чудо. — это долго. особенно для меня. я заскучал сразу же, как только сел за стол. наверное, я какой-то неправильный, но я не хочу встречать новый год с родными. это пусть и семейный праздник, но у меня своя семья, другая, и это ты, — шатен ставит телефон на тумбочку и опускает взгляд на трясущиеся запястья, по привычке тут же начиная перебирать кольца, снимая и надевая их обратно на пальцы. арсений на другом конце нервно цокает, постукивая ногтями по столу, и тут же отвечает, заставляя обратить внимание на себя. — антош, послушай, ты ведь тоже моя семья, мой самый дорогой и любимый парень, — тяжело и глубоко вздыхая, попов закрывает глаза, на секунду замолкая, но тут же продолжая, улыбнувшись уже более солнечно. шатен, наконец, поднимает глаза от пола и всматривается в такого уютного мужчину. — отвлекись от меня. я тебя очень сильно люблю, и ты это прекрасно знаешь. но сейчас ты нужен своим близким, они ждут тебя, хотят поговорить, обняться, просто хоть взглянуть на тебя. ты ведь им тоже дорог и близок, поэтому давай, отпускай меня и спокойно иди праздновать. а с тобой мы ещё обязательно понежимся. утром позвоню, обещаю, — арсений подмигивает, улыбаясь, и тут же смотрит на часы, которые именно в этот миг пробивают ровно двенадцать. на улице запускают фейерверки, на кухне звонко открывают бутылки с шипучим шампанским, и наконец пробивают долгожданные куранты. — с новым годом, кот. — я тебя просто обожаю, арс! с новым годом, милый. клянусь, увидимся, и я тебя заобнимаю, — антон подносит гаджет к губам и тихо причмокивает, будто бы целуя, и тут же звонко смеётся вместе с арсением, тихо хихикающим и как нельзя довольным, ведь смог поднять настроение любимому и наконец растормошить его. арсений говорит что-то ещё и махает рукой на прощанье, да отключается. шастун, заряженный радостью и энергией, кажется, на всю жизнь, только убирает телефон в карман и весело шагает к столу — совсем неожиданно просыпается аппетит и желание попробовать мамины салаты. любите.