Не любим Господом Юмено

Холодные руки медленно из стороны в сторону перемещали игрушку, тем самым, играясь с ней. Кьюсаку, будучи заточен в темнице с ранних лет, не видел света много времени. Не видал до тех пор, пока его босс Мори, не выпустил его. Его прогулка по городу в тот день была разрушительно опасной как и для города, так и для самого Юмено. Он испытал неведомую боль виноградной лозы. Боль, несравнимую ни с чем. Как физическую так и моральную от Джона. "Господь не любит тебя, Кью" Это маленькое, но довольно значимое предложение все время крутилось у него в голове. Почему? Почему он меня не любит? Что я такого сделал, чтобы оказаться тут? За что мне эта способность? Много вопросов что сводили с ума Юмено, и мало ответов.. Кьюсаку не знал как воспринять эти слова. Ведь если с ними не согласиться, то голос джона будет мучать его всю оставшуюся жизнь. Но и если согласится, то он примет свое поражение. Поражение в том, что раз нелюбим Богом, значит не достоин и жить. Слезы текли сами по себе. Он пытался остановить эту душевную боль, но никак не выходило. Как остановить кровь, что выливается не из кожи, а из души? Как найти эту душу и вылечить ее? Юмено ментально не справлялся с этим. Умереть? Что если он просто наложит на себя руки и все? И не придется думать больше об этом ведь теперь жить в этом мире он не будет.. Но нет. Кьюсаку не хочет этого. Он любит себя и ждет момента, когда найдет аргументы на слова Джона и тот примет свою неправоту. Но..как? Как он поймет что Джон солгал тогда? Что если Господь и в правду не любит Юмено, а от того и надарил такой способностью, что всегда делает больно ему и другим? Это.. невозмутимо для Юмено. От этого он начинает презирать и ненавидеть себя. Почему он не может быть любим Богом? Потому что Кьюсаку такой, какой он есть. И что же теперь? Как понять, кем для себя является Кью? Понятно лишь то, что он пытается не принять отказ о любви к Юмено. Его душа делит его самого на две части. Кьюсаку одновременно любит и ненавидит себя. Как? Как ему удается жить так, чтобы делить себя?.. Сейчас он заново задается этим вопросом. Задает сам себе. Но..разве будет толк от этого? Толк от разговора самим собой? Так он просто сойдет с ума, буквально. Возможно, ребенку не хватает общения, но как ему общаться, если он желает, чтобы весь мир сгорел до тла? Вопросы... Чуя Накахара, будучи невольным служащим псом Портовой Мафии, по приказу Огая пошел навестить Юмено. А точнее, посмотреть не помер ли тот. Чуя, хладнокровно согласился на это, хотя в глубине души имел сострадание к этому ребенку. Тому всего ль 13, а он уже испытал немало боли. Боли, страха, унижения, всего. Накахара был немного потрясен, как тот и в правду до сих пор не наложил на себя руки... Глухой стук низких каблуков эхом прошелся по всей темнице. От этого, Юмено взял за талию свою Догру Магру и прижал к себе. Также, сидя на стуле, он поднял ноги, и прижал к себе. Посмотрев на человека, что шел к нему, он немного ослабил хватку и опустил взгляд на пол. -Если вы хотите спросить жив ли я, то ответ вам уже известен. Уходите. Чуя был не удивлен словам Юмено, но все же, ему было обидно за того. Накахара открыл дверь в комнату, после чего присел на корточки перед Юмено. - Кьюсаку, как ты себя чувствуешь? Юмено вздрогнул. Им кто-то интересуется? Это правда? Он кому то нужен не как вещь для убийств? Нет. Этот вопрос как раз таки для этого и нужен. Не стоит прививать к себе лишних надежд. -Я живой. Чуя невольно выдохнул, после чего снял свою шляпу. -Кьюсаку, я повторяю, как ты себя чувствуешь? Я спрашиваю не о твоем физическом, а о твоем моральном состоянии. Кьюсаку сжался. Нет. Это ловушка, наверно.. пес портовой мафии фальшивен, если задумывается о менталке. -Приходя на ряды Мафии, мы оставляли свою психику за порогом. И это знают все. -Нет Юмено. Мы ее оставляли на моменты работы, но после рабочего дня мы ее возвращали. И видимо, ее у тебя нет уже долгие годы. -И что с того?! - Юмено внезапно прокричал, все еще опустив голову. - вам разве важно мое здоровье? Кьюсаку, видимо, был в полном отчаянии, что отрицал руку помощи от Накахары. -Важно. Чуя был упертым и в душе понимающим человеком. Кью это прекрасно знал, и решил, что скрывать от него нет смысла. Точнее, это поняла лишь одна его сторона, но какая точно неизвестно. -Чуя..вы выслушаете меня? -Я полностью посвящен тебе. Кьюсаку нервно, но медленно отпустил свои ноги. Дрожащими руками он держал свою игрушку, и все еще держал голову поникшей. --Я..я не любим Господом? Почему я родился с такой способностью? Почему именно я? Что я сделал такого, чтобы быть таким? Юмено начал рыдать, но подставив тельце Догры к лицу, пытался скрыть это. --Я не знаю, Кью, любим ли ты или нет. Я не знаю ответы на твои вопросы, мбо так и не решил свои, чтобы знать. Почему именно ты стал обладателем этой куклы? Может потому что с этой ролью справиться лишь только такой сильный человек как ты, Кью? Кьюсаку весь дрожал. Его слезам не было конца.. -Я сломан. Я...я устал от этого, спасите меня! Он накинулся на Накахару, вцепившись в его шею, и начал громко плакать. -Я не хочу! Не хочу быть обладателем этой всей боли! Спасите, отмените это все, Чуя, прошу! Накахара просто обнял того. Обнял, и попытавшись сесть, начал гладить того по голове. Он осознавал всю опасность находиться с Юмено, но видимо Кью не в силах сейчас убивать, да и кукла не смеется... -Кьюсаку, мальчик мой, прошу успокойся. Я верю в тебя и в твои силы. Я знаю что ты справишься с этим. Это уже не изменить, пойми. Ты можешь только контролировать свою силу и не более. Также как и я, будучи не совсем эспером. Но это неважно. Важно то, что ты сейчас должен взять себя в руки. Я верю в тебя и в твои силы, Кью. Юмено сжал Чую в своих объятиях сильнее. Слезы он пытался остановить, что получилось только спустя семь минут объятий с Накахарой и его поддержкой.. -Спасибо вам, Чуя. - полностью успокоившись, поблагодарил Юмено. Накахара поднялся с пола, отряхнув грязь с брюк. Он поднял и свою шляпу, после чего посмотрел на Кью. --Увидимся, Кьюсаку. У тебя красивая шляпа. - произнес Чуя, приподняв над головой шляпу, и незаметно улыбнувшись. Кьюсаку сделал то же самое, взяв за край головного убора. -До свидания, и спасибо, Чуя. И что теперь? Вы думаете, что Кьюсаку стало лучше с этого разговора? Возможно, но лишь на мелкое количество процентов. А разве это плохо? Теперь то, он смирился и принял свою способность. Прижав к себе игрушку, он впервые почувствовал от нее тепло. Такое же тепло, как у Чуи..