Если бы я...

             Эмити открыла глаза, лежа на больничной койке, накрытая белым пододеяльником с кислородной маской на голове. Глаза девушки слипались, а все вокруг раздваивалось и кружилось в вальсе. Посмотрел на свои руки, Эмити увидела торчащие из вен иглы, к которым была присоединена капельница. На ногах было все точно также.       В палате Эмити была одна, рядом с ее тумбочкой лежали цветы, коробка конфет и открытка.       «Поправляйся»       Эмити прочитала надпись от руки, а вокруг были подписи. Брата и сестры, Уиллоу, Гаса, Хантера, родителей. Девушка еще раз посмотрела на надпись с пожеланием и заметила, что она написана почерком, отличающимся от остальных. Это значило, что...       Дверь в палату открылась и в комнату вошла медсестра. Увидев, что Эмити в сознание она высунулась в коридор.       – Она очнулась.       Тут же в палату вбежали близнецы и родители Эмити, брат с сестрой начали обнимать сестру, а родители, особенно Одалия расспрашивать о происходящем. Причем, если Аладор спрашивал, делая акцент на состоянии дочери, то Одалия буквально предъявляла ей за то, как она могла подобное допустить.       Через пару минут допроса в ним зашел Хантер, лицо которого скрывала маска, а низ плаща был слегка изорвал.       – Золотой страж? – Аладор был удивлен увидеть его здесь.       – Добрый день, могу ли я поговорить с Эмити?       – Да, конечно.       Семья Эмити не спеша покинула палату, между тем Эдрик с Эмирой бросили на Хантера сердитый взгляд, виня его в состоянии своей младшей сестры. Хантер лишь проводил их взглядом, не издав ни звука. Как только дверь закрылась, золотой страж повернулся к Эмити.       – Привет Эмити, как ты себя чувствуешь?       – Нормально, только голова кружится.       – Врачи сказали, у тебя сотрясение мозга, это человек так тебя?       Эмити отвела взгляд, пытаясь вспомнить последние события. После произошедшего, память будто отключилась. Все было как в тумане.       – Кажется да?       – Можешь рассказать, что произошло?       – Мне жаль, но я ничего не помню... м-может потом, память вернется.       Хантер подошел к Эмити и сел на колени перед ее койкой, после чего снял перед ней маску и показал ожоги, оставшиеся после вчерашнего кипящего ливня.       – Постарайся вспомнить...       С этими словами Хантер нацепил свою маску обратно и вышел из палаты, слегка прихрамывая на обе ноги. Сразу в палату вернулись члены семьи и еще долго были рядом с ней. Уже ближе к вечеру, медсестра попросила их покинуть помещение. Когда Блайты вышли, медсестра заменила девушке ее капельницы и тоже покинула.       Вскоре Эмити уснула.             ***       Эмити лежала на кровати в своей комнате с загипсованной ногой и смотрела новости по хрустальному шару. Когда в клетку завели Лилит и Кинга, Эмити высвободила ногу из фиксатора и приняла сидячее положение.       Толпа начала бунтовать, требуя освободить Совиную королеву, на площади начали появляться стражники, пытающиеся подавить бунт. Глаза статуи окаменения загорелись зеленым и смертельный луч направился в клетку. Раздались вопли и камеры направились на Иду, закрывавшую своим телом Кинга и сестру. Кинг стоял обернув руки вокруг липы Иды и крепко зажмурив глаза. Лилит вытянула руку с сестре и закричала от боли.       Эмити закрыла уши, не в силах слышать эти крики. Когда все стихло, Эмити почувствовала, как по ее щекам потекли слезы жалости. К толпе вышел Белос и объявил всем о предстоящей казни Луз, Эмити вскочила с кровати и тут же упала на пол. Костыли были с другой стороны кровати, и девушка попыталась подняться за ними. Встав на здоровую ногу, Эмити прыжками добралась до них и попыталась выйти из комнаты. Но с той стороны стоял дворецкий, которому был отдан приказ следить за Эмити. Тут же он завел Эмити обратно в комнату и вышел.       «Я... не смогла»             ***       Эмити проснулась где-то в полночь, в голову вернулись все воспоминания, и она раздраженно выдохнула.       «Лучше бы я это не вспоминала»       Посмотрев в окно, девушка заострила взгляд на прозрачных шторах раскачивающихся от ветра. Эмити присела и начала теперь глаза одной рукой, в этот момент на улице загорелся яркий свет и тут же потух. Сверху показались лианы по которым к Эмити спустилась Луз и Уиллоу.       – Привет Эмити, – сказала Уиллоу подходя к подруге.       – Привет.       Уиллоу обняла Эмити, а та посмотрела на Луз, севшую на подоконник и печально смотря в пол.       – И ты тоже иди сюда.       Луз посмотрела за спину, а после указала на себя, когда Эмити кивнула, девушка подошла, сняла с головы шапку и обняла Блайт, прислонив свою щеку с щеке подруги.       – Эмити, насчет того разговора... я.       – Успокойся, все в порядке.       – Но...       – Луз, что было, того не вернуть. Мы просто рады, что ты жива, – сказала Уиллоу.       – Но все же, нужно что-то сделать, ибо на тебя теперь могут объявить охоту.       – Да, – Луз посмотрела на пол, – и... кажется я знаю, что нужно делать.