Я еще вернусь?

      Не могу сказать, что весь этот рассказ придуман мной — скорее моим воспаленным сознанием в ночь после боя курантов. Предупреждаю. Все, что вы прочитаете ниже, было реально. Хотя, насколько реальным можно назвать страшный сон? Скорее, я мало что преувеличу, скорее, преуменьшу, но тот ужас, которым я была охвачена, мне никогда не забыть.       Новый год мы с родителями почти не празднуем, так повелось. Так что они уже спали, а я в час ночи досматривала последнюю серию вышедшего сериала. Всплакнула на финале, как обычно, еще недолго полистала ленту новостей, поздравила в ответ всех, кто написал.       Неугомонные соседи прекратили палить на школьном дворе за окном — можно были отходить ко сну, помечтав о чем-нибудь светлом напоследок. По этим фантазиям очень легко понять, когда уснешь: как только мысли начинают сбиваться с один клубок, а ты не можешь продолжить предложение, ведь выходит полная несусветица вроде «Красный поливай на лестница без ловкий банан» — все, друг, ты засыпаешь. И в этот раз так было, и видит Бог, я бы предпочла не видеть этой ночью снов. Никаких! Ни плохих, ни хороших!       Как всегда, по-странному начинался сон: знакомые, но как-то покореженные локации из жизни. Моя деревня, куда я в детстве приезжала каждое лето. Однако сразу в глаза бросились разрушенные дома. Три дома на поляне, на горе, и недалеко от дома, где раньше под навесом стояла врытая в землю ванна для гусей.       Возле соседского трактора весело бегала моя собака, за которой я гонялась, боясь, что та попадет под колеса. Тракторы в моих снах — тоже знак недобрый. Отчего-то еще в раннем детстве я их до жути боялась и пряталась за забором всякий раз, как слышала этот характерный шум.       Немного осмелев, я потащилась к одной из развалин: всегда было интересно погулять по заброшкам, а раз это сон — то по-настоящему ноги себе не переломаю. Так и направилась к тому дому, что оказался почти под землей на нашей поляне. На самом деле никакого дома там никогда не было: простая поляна, где каждый день пасутся коровы и играют соседские ребятишки, вроде меня.       У этого дома не было крыши и, кажется, пола. Я спустилась к нему, не подозревая ни о чем. Но только сейчас, вспоминая подробности сна, я понимаю, что на простой дом он похож не был: есть встать со стороны бывшей двери и посмотреть вниз на пару метров, куда этот дом ушел со временем или под собственным весом, можно было увидеть коридор шириной метра в два. По обе стороны от него даже дверей не было — только коридор и помещение в конце него. Странно, что, находясь под землей, он не был абсолютно темным, каким и должен быть. Вот я и пошла.       Вы скажете: «Это совсем нестрашно!» и будете правы. Я даже не начинала. Этот дом был лишь один из входов в эту кроличью нору, в которую попасть может каждый. Я переступила черту, не зная, что теперь меня ждет Ад. Только так я могла бы назвать это место.       Место, куда я попала, пройдя по коридору, было освещено довольно скудно: какие-то тусклые желтые лампы. Вокруг грязь и сырость, с потолка капает вода. Пожалуй, я не буду описывать в деталях то, чего на самом деле почти не помню: на меня напали. Люди или монстры, уж и не разобрать. Нечто или некто гонялось за мной по помещениям из фильмов ужасов типа «Пилы». Такая же атмосфера всегда царит на квестах в реальности, куда мы с друзьями ходили по праздникам.       Я бежала, куда ноги вели и глядели глаза, оказывалась в совершенно разных комнатах, и меня не отпускала одна мысль: «Со мной играют». Это была веселая игра для них, но ужасное испытание для меня.       Этот бесконечный лабиринт из дверей и коридоров не давал мне надежды на спасение, но, кажется, кошмар меня ждал впереди. Открыв очередную дверь, я поняла, что уже была здесь.       Место, где я оказалась, оторвавшись от преследователя, было наполнено голосами, негромкой музыкой и даже смехом. Больше всего напоминало огромный зал кафе, но почему-то очень мрачный. И нет, на стенах не висели черепа с костями, кишки не обматывали люстры, но было жутко — жутко от мысли, что ты уже был здесь, но вспомнил только сейчас.       Пройдя дальше, уже тихо и настороженно, я осмотрелась. Пусть память понемногу возвращалась ко мне, а привлекать внимание мне ой, как не хотелось. Еще бы! За столиками, которыми был просто утыкан этот зал, сидели все: и люди, и демоны, и прочие монстры. Кто трезвый кто в подпитии. У кого рога, у кого кожа неестественного цвета, а кто-то на человека был похож лишь отдаленно, но, кажется, никто из них не собирался попробовать меня на ужин — радовало лишь это.       Стоило мне подумать, что меня не заметили, как кто-то окликнул меня из-за стола — пригласили присоединиться. Существа за тем столиком играли в карты: какая-то необычная настольная игра, в которую были вовлечены по меньшей мере семеро. Видимо, правила позволяли взять еще одного игрока, но, как вы уже понимаете, я отказалась.       Воспоминания об этом месте все больше заполняли мою голову. Это то самое чувство, когда во мне тебе кажется, что этот сон — продолжение другого сна, хотя мозг лишь внушил тебе это. Однако пока ты спишь — это чувство кажется тебе слишком реальным.       Я еще раз обошла помещение, на этот раз замечая разные двери, по-видимому ведущие в другие залы. Теперь я точно понимала, что двумя огромными комнатами это место не кончается.       Где-то в углу сидела девочка, заметив которую, я тут же поняла — эта бедняжка тут впервые. Забилась и хныкает, надеясь, что придет помощь, и, кажется, в лице меня она пришла. Оказалось, ее зовут Маша. Была она чуть младше меня, а мне 22. Скромная, застенчивая. Явно никогда толком не общалась с парнями — обычно так не скажешь, но тут вот на лице написано: «У меня нет друзей. Я девственница. Я даже никогда не целовалась». Странная формулировка, но чуть позже, я думаю, вы все поймете.       С этой Машей я еще раз обошла зал и даже заглянула в другие комнаты. Сама я уже все понимала, но своей подруге по несчастью пришлось объяснить:       — Это похоже на Ад, правда? — сперва спросила я и прочитала согласие в глазах Маши. — Ну, не сказала бы, что это он. Скорее — это место, где создания из разных миров собираются вместе. Здесь, в кафе они совсем не опасны. Сидят, играют. Карты, кости. Кажется, у них есть команды в Лиге Легенд. Здесь казино, здесь алкоголь — потусторонний Лас-Вегас. Кто-то приходит поиграть, кто-то пообщаться. Видишь, как болтают? Они ведь не люди, а обсуждают тут финансы, политику и сварливых жен, которые остались в их мире. Да, в этом и суть — это место для развлечений. Попроси — они все дадут. Все бесплатно: алкоголь, курево, наркотики. Если не соваться в комнаты с боями или охотой, ничего тебе не будет. Да и умереть здесь нельзя. Напротив — тут ты жить будешь вечно, не нуждаясь по сути ни в питье, ни в пище.       — А ты откуда знаешь? — совсем тихо задала вопрос Маша, и со вздохом мне пришлось ответить.       — Была тут уже. Раза 4 была, если не путаю. Но каждый раз выбиралась. Это не так сложно, сколько неприятно. Видишь ли, раз это игорное заведение, то и чтоб выйти — необходимо сыграть. Ну, или пройти какой-нибудь квест. Это надо спрашивать у вышибалы. Каждый раз задания разные, и пока ты все не выполнишь — выйти будет невозможно.       — Застрянем тут навсегда?       — Застрянем, — кивнула я удрученно.       По правде говоря, в этом баре между мирами не было ничего такого, что приводило бы в ужас: демоны и люди играют, смотрят фильмы, слушают музыку и общаются, как старые друзья, и даже тебя зовут подсесть и поболтать вместе с ними. Однако, когда ты здесь впервые — всегда хочешь выбраться наружу, ведь твоя голова еще ничего не забита. Ты чист, а потому еще не местный. Не испорчен этим праздным времяпрепровождением.       Мы с Машей переглянулись. Нам обеим хотелось поскорее выбраться наружу, и, как водится, я подошла к демону, стоявшему на выходе.       — Мы уходим! — уверенно сказала я. Интуиция давала понять ее давно, что здесь подавать признаки страха и волнения крайне нежелательно. Тебе что-то нужно — иди и проси, даже требуй!       — Наружу сегодня выходим за секс, — совершенно спокойно ответил охранник.       — Секс? — Маша затряслась, как осиновый лист и вжалась в меня со спины.       — Надо же! — подумала я. В прошлый раз выходила за поиск «того, не зная чего», принося какие-то безделушки, спрятанные по всему «пространству». А тут!       — Чтобы выйти, вам нужно переспать с кем-нибудь. Не важно, с кем, не важно, как, — пояснил демон.       Я лишь кивнула, развернулась, взяла Машу за руку и отошла в сторонку. Из-за столика снова нас поманил какой-то мужчина, играющий в карты.       — Ты его слышала, — стараясь не терять самообладание и не обращать внимания на посетителей, сказала я. — Лишь секс, либо мы здесь навсегда.       — А может, подождем до завтра, и условия изменятся? — с надеждой спросила моя спутница.       — «Завтра» здесь нет. А нам задание уже дали. Увы, но выхода у нас нет. И, ради нашего же блага — чем быстрее выберемся, тем лучше для нас будет. Видишь ли, чем дольше ты тут находишься, тем больше втягиваешься. Пробудешь здесь по нашим меркам пару дней и, хочешь, не хочешь, а подсядешь к кому-нибудь за стол. Таков мир. Уйти отсюда сможешь всегда, но захочешь ли ты этого, скажем, через неделю?       — НЕТ! Я уйти хочу! Уйти! — Маша еще крепче цеплялась за мой рукав.       Дороги назад не было, как и иного выхода. Вы скажете: «Ты даже не попробовала!» но, судя по моим воспоминаниям, пробовала я много, даже очень, раз выбиралась из этого места уже не единожды. По словам местных, с которыми я все-таки общалась в прошлые разы, тех, кто приходит и уходит не так много, как тех, кто пришел и остался навечно. Да, есть те, кто залетает сюда на выходные, как с друзьями в бар или баню, а потом, совершив то или иное действие, возвращается домой в свои трудовые будни.       А я вообще не понятно, из кого. Таких уникальных визитеров тут раз, два, и обчелся. Приходят, уходят, знают достаточно, но надолго никогда не оставались. Всегда находили выход, как бы сложно и мерзко не было.       Скажу честно — покадрово свои прошлые визиты не помню. По всей видимости, я уже подсаживалась и играла с кем-то, пусть и недолго, ведь только так можно узнать, что здесь вообще творится.       Так вышло, что, если решаешь забыть это место, то с трудом, но забываешь. Попав сюда снова с трудом вспоминаются правила и некоторые ситуации. Оставить в памяти все — просто нереально. Способ есть, конечно: по возвращении домой сразу записать все. Но тогда и забыть труднее, и вернуться хочется вдвое больше. Но об этом потом.       Я еще раз объяснила Маше, что и как нужно сделать. Правила то о боли просты: походи по комнатам, найди кого-то, кто был бы не прочь переспать, а как все закончишь — возвращайся к выходу. Вдвоем между собой нельзя. Прибегнуть к помощи того, кто не уходит — обязательное условие. Оттого и мерзко вдвойне.       Мы с Машей разделились. Я шла вперед, примерно понимая куда, а в голове нескончаемый поток самых отвратительных мыслей. Переспать с кем-то надо точно. Не обсуждается, не вымаливается. Обмануть охрану никогда не удавалось: все, кто пытался, оставались здесь навечно, причем не в самом лучшем положении или даже виде. Это я тоже Маше объяснила доступно. Грубовато, но действенно: «Не хочешь стать добычей на охоте — пиздуй трахаться». Как бы мне не хотелось реветь тут в три ручья, а я старалась уверенно изображать из себя того, кто собаку съел на таких «приключениях».       Я уверенно распахнула по шире приоткрытую дверь в какой-то барак, больше похожий на тюремную камеру. Окинула взглядом молодежь, заседающую там.       — Хочешь меня? — спросила у первого, с кем пересеклась взглядом.       Разумеется, он меня хотел. Секс в этом мире — не самое распространенное занятие, скажем так. Если кому-то удается, то он ясно везунчик. Вот и этому нарику, кажись, свезло в этот раз.       Самое противное во снах, по крайней мере, моих: прикосновение, холод, жар. Вкусы и запахи — все это я прекрасно ощущаю. И в этот раз то, что отвечало за эти чувства надо мной не смиловалось.       Ужасно. Мерзко. Отвратительно.       Где-то в том мире меня ждал любимый муж, но, если я не совершила бы то, что пришлось — уже никогда бы не увидела его, а, возможно, даже забыла его глаза, его голос, его улыбку. Только мысли о нем в те несколько минут не давали сойти с ума.       Все кончилось очень быстро, что хоть немного, но принесло мне душевное облегчение. Машу мне пришлось ждать еще около часа: было понятно, что она безумно стеснялась и боялась, но помогать друг другу — тоже против правил. Когда же моя подруга по несчастью вернулась к выходу, рассказала, как все прошло: ради сохранения невинности эта бедолага согласилась на анал. Что ж, это было по правилам.       Мы еще недолго стояли вместе: я старалась объяснить, как все будет дальше, однако главный вопрос Маши был о том, как не попасть сюда снова. Разумеется, и я им задавалась когда-то. Но, оказалась бы я здесь в пятый раз, знай я ответ?       — Попасть сюда можно тысячами разных способов, — начала я. — В каждом городе, в каждой деревне. Даже в каких-то частных домах есть «вход». Нет, и не будет гарантии, что здесь ты больше не окажешься, но в следующий раз уже будешь знать, как выбраться. Полагаю, худшее, что могли, мы уже пережили. Хочешь себя обезопасить — помни такие правила: не заходи в темные углы, не суйся в заброшенные здания, беги назад, если что-то зовет тебя идти дальше вопреки здравому смыслу.       После этого мы, наконец-то, подошли к выходу. Огромный темно-синий туннель, похожий на спуск на водных горках. Нас пропустили без проблем, и какая-то неведомая сила понесла нас вперед. Вокруг что-то искрилось, летало. Мы могли, подняв руки, собирать странные звездочки, пока на табло вверху за это нам насчитывались баллы. Все было похоже на игру, под конец даже довольно веселую.       Но вот наш путь окончился.       Упав с высоты собственного роста в груду коробок, я почувствовала прохладу всем телом. Услышала голоса людей и звуки рекламы, которую постоянно крутят в продуктовых типа «Магнита» и «Пятерочки». Встав на ноги и едва не расплакавшись я поняла, что вернулась, только в совершенно другом месте — случайно магазине моего города. Повезло. Могла оказаться и на другом конце планеты. Маши со мной уже не было: попав из разных мест, в разные места мы и были отправлены. Все, что я могла теперь сделать — помолиться за эту бедную девочку.       Ухватив на кассе пару шоколадок, я буквально вывалилась на улицу в снег. И приятно, и спокойно. Не передать того блаженства, когда вновь оказываешься в своем мире. Однако, как я говорила ранее, есть одно «но». Находясь в том мире, все, что тебе хочется — поскорее его покинуть, но покидая, ты начинаешь думать о том, как было бы неплохо вернуться туда.       Так и втягиваются. Подсаживаются, как на тяжелый наркотик. Сперва люди думают, что попробуют совсем немного, затем приходят туда по своей воле все чаще и чаще, пока не остаются там навсегда. Я заметила, что в том мире время течет совсем иначе, но даже там «вечность» — это «вечность».       Сон наконец-то отступил. За окном щебетали птицы, за стеной лаяла моя собака. Мама собиралась на лыжи, и я едва успела поймать ее. Она, святая женщина, внимательно слушала все, то, что я впопыхах рассказывала ей.       — А на что это похоже? — спросила она, когда я окончила. — В нашем мире на что это похоже?       Я помотала головой, ведь ничего не приходило на ум.       — Разве это не похоже на жизнь? — добавила мама. — Этот бар, как жизнь — там весело, втягиваешься. А выход — это смерть, и потому сложно и страшно. А выходишь ты в духовный мир, где все спокойно, но почему-то хочешь вернуться, зная, что будет плохо.       Странное сравнение, но почему-то оно довольно точное. Аналогия приемлемая, учитывая весь тот сюрреалистичный ужас, кто посетил меня ночью, однако… мне не отпускает мысль… а правда ли я была там раньше? И вернусь ли я туда снова?