Подарок свыше

      Коридоры в резиденции Не всегда были тихими утром, тем более ранним. Одну из самых дивных время суток, если не считать ночи, когда можно бодрствовать, иногда нарушая запреты и выходя на улицу, сбегать из места, что просто обожает душить своими правилами обитателей. Правила сложились из многовековых традиций, за их соблюдением зрит лично глава ордена Не, что вот уже вторые сутки не покидает своей обители.       Все началось после совета кланов, когда ему пришлось решать все проблемы с неприятной ситуацией. Разгонять народ, получать показушные извинения за сорванный праздник и поучать брата после, что стоял на табуретке и получал сухими розгами удары по икроножным мышцам, что за пару ударов превратились в кровененые полосы. Он всхлипывал, тихо просил прекратить, а Не Минцзюэ, лишь продолжал наказания, поговаривая о проблемах, что он предупреждал и полной беспомощности изящного младшего брата.       Боль прошла, как и следы, на ногах Не Хуайсана, а вот душевные раны главы ордена нет. Посыпались письма с глупыми приглашениями и сожалениями, некоторые предлагали свою помощь. Кто-то в наглую изворачивая слова, писал о его некомпетентности, как организатора, насмехаясь, что приводило в ярость главу Не. После еще, и Не Хуайсан, как бывает после наказаний, заперся на долгих четыре дня в комнате, и не брал в рот не крошки. Ругаясь с ним через дверь, требуя открыть и объясниться в поведении, в один момент, стихая, глухо падая на пол, чем сильно перепугал братца.       Весь вечер он лежал в кровати, не приходя в сознания, сильно осунувшись за последние дни, но все вставая с утра, шел в кабинет и работал, всем отвечал и сильно злился. Второй обморок произошел через 12 часов, тогда он, кашляя, ругался со своим секретарем, что пытался рассказать о подготовке адептов клана с маленькими плохими новостями.       Лекарь установил диагноз: сильное искажение Ци с неизведанной болезнью, той, что охватило все сферы общества. Пожимая руки, оглядывая юношу, что по его меркам скоро лишиться брата, в слезах и рекомендовал не мучать главу Не и дать спокойно умереть сейчас. Удивительно было слышать это от лучшего лекаря тысячелетия, так же, как и понимание того, что традиционная и магическая медицина тут бесполезна.       —Так и сказал, «Убейте и не мучайте»?       Неожиданный вопрос в пустующих коридорах было слишком громким, казалось, что если кто-то выйдет, то обязательно все услышит и разнесет по всей резиденции, а после и на всю Поднебесную, потому что, когда болезнь подкашивает ноги, таких как Не Минцзюэ, это обозначает страшное.       —Именно, но я этому шарлатану не верю. —голос, совсем близко, прозвучал уже тише, будто обладатель уже знал об непрошеном слушателе, но это лишь манера общения и предосторожность. —Вылечил диарею главы ордена Цзинь, и возомнил себя лучшим. Какая несправедливость, расточительство денег и ценных кадров.       Не Хуайсан всегда был дерзок в своих мыслях, и найдя сторонника, стал откровенно их выкладывать, девушка не планировала использовать это как-то против него, все же, готова подписаться за каждым словом и добавить «Дилетант», но прикусила язык вовремя, ей не нужны проблемы.       —Что будет, если и я, не смогу найти решение этой проблемы?       Нужно всегда сверять все риски, в этом она была не одинока, но гневному взгляду юноши, поняла, что данный факт исключается. В её жилах бьётся поток «золотой» жидкости, а с помощью знаний из прошлого, сможет не только вылечить, но и наблюдать за реабилитацией, а также, найдет недостающий фрагмент, что привел ее господина в тупик.       —Это невозможно, ты понимаешь и сама, но…—останавливаясь прямо около двери западного крыла, где находятся покои больного, сухо отметил. —В случае поражения, и моего становления новой главой, я сделаю тебя советником, но справившись получишь награду. Ценность будет рассчитываться в пример с результатами.       По-другому, если она станет его советницей, то будет отделена от брата, станет его экспериментом и будет крутиться в его руках, как шашлычок, тогда, никакой семьи Цзинь ей не видать. Ей нельзя проиграть, она не хочет смерти возлюбленного, но столь грубого, персонажа, так что открывает двери под строгим взором, но вдруг останавливается.       —Что-то нужно?       —Приставьте меня и самую молчаливую, но прозорливую, служанку к господину Не, пусть мне сразу же сообщают о его состоянии. Мне нужен полный доступ в «зеленому» уголку и спальне больного.       —Просишь много, еще даже ничего не сказала о его состояние, а уже начинаешь говорить. —хмыкнув и постукивая ребром веера по запястью, тем самым, приказывая убрать руку от дверей. —Нужны сроки.       Девушка лишь мотает головой, а после, достав тряпку из рукавов, достаточно плотную, завязывает вокруг рта, плотно закрывая нос. Нужна не только безопасность пациента, но и её.       —Ха, сроки ему подавай, при отеке легкого, псих. —несмотря на шепот, она говорила это слышимо, чтобы этот прохиндей её слышал, а после разворачивается и продолжает. —Пойми уже наконец-то, даже при обычном течении болезни её исход неизвестен. Молись богу, в которого не веришь, чтобы это была не патология. Могу лишь попросить месяц, и чтобы меня не тревожили, там уже посмотрим.       —Служанка будет следить за каждым твоим шагом и сообщать мне, —сказав это между делом, убирая веер, давая волю действий, продолжил. —Так что только посмей навредить. Через неё будет также все необходимое, командуй, как хочешь.       —Ох, какое милосердие, чтобы вам им…—верно сдерживая слова и мысли, решила больше не продолжать, все же, все пожелания сбываться. — Чтобы вы жили долго и счастливо, пока ваш век не закончится.       —А-Лин, да вы сама доброта, может, мне звать вас сестренкой?       "Пошел нахуй."       —Сходите к моему брату и сообщите, что меня в этом месяце не будет.       Не Хуайсан улыбнулся и кивнул на её молчаливое пожелание, а также просьбу, и спустя время, прикрыв веером лицо, продолжил улыбаться, пока девушка не скрылась за дверью.       Закатив глаза, и подзывая к себе девушку, что тут же подошла и кивнула, выглядела она крайне странно, отличительных знаков и принадлежностей не было, будто она «тень» его свиты, тихо проговорил.       —Весь месяц рядом с ней, все докладывай в полночь, слушайся. —девушка стояла в поклоне и ждала позволения уйти. —Переоденься в клановые одежды. Ступай.

***

      В комнате было слишком душно, и дурно пахло. Примерно такое было впечатление, стоило Лин переступить порог комнаты и остаться на один с самой страшной хворью в жизни каждого заклинателя. Оценивая обстановку комнаты, и то, что тут давно не убирались, выдохнула через маску и осторожно, стараясь не скрипеть половицами, добралась до кровати.       В комнате было не только грязно, но и темно, так что, пришлось зажигать свечу и осторожно пройти к окну. Окно было занавешено плотной шторкой, что не давала пробраться внутрь свежему воздуху, и выбраться бациллам. Возможно, это посоветовал тот шарлатан, абсолютно не осознавая, что даже такой случай можно вылечить, если правильно установить диагноз и также лечить.       К сожалению, о некоторых болезнях в Древнем Китае до сих пор не знают, их просто не открыли, так что, о лечении не шло и речи. И это нормально, от чумы тоже лекарство не сразу нашли, что уж тут говорить о респираторных заболеваниях с патологическими процессами? Прошли бы годы, пока люди додумались до антибиотиков и диуретиках на основе трав, а про систему ИВЛ или подачи увлажнённого кислорода при приступе так подавно. Можно попробовать сделать лекарство из крови, но что-то подсказывает, что с искажённой Ци, ей это не особо поможет.       —Извините, глава Не, но я не хочу вашей смерти, ваш брат тоже.       Приложив усилия и оторвав ткань, тем самым пуская прохладу внутрь, оставила так, тем более, так стало намного светлее. Со стороны кровати послышалось бормотание и громкий кашель. Осторожно подойдя к той стороне, где он по идее, должен лежать, достав перчатки из рукава, одела на себя, и убрала одеяло. Стоило только раскрыть, как запах стал просачиваться по всей комнате, уходя в окно, благо, задохнуться не позволяло. Было чувство, что его все бросили и он, уже несколько суток валялся так без всякого ухода.       —Господин Не, вы меня слышите?       Ответом послужило тихое мычание, а после, поворот в её сторону. Даже во сне мужчина умудрялся хмуриться и являл собой величие, присущие только истинных наследников голубой крови, только вот, лицо было слишком бледным. Грудная клетка то ходила ходуном, то останавливалась, а хрипы были слышны на всю комнату. Вены на шее сильно набухли, стали почти черными.       Стоило взять руку и прикрыть глаза, как брюнетка ощутила слишком тяжелую степень поражения каналов, что заставляла дрожать всем телом и хотеть выйти отсюда.       —Нужно решить: тело или дух?       Варианта всегда два, как в чертовой игре, где если выбрать неправильно, то можно лишиться любимого персонажа. Взвесив все «За» и «Против», решаясь сначала на первый вариант, а после, искать способ передачи Ци человеку на пороге смерти, вдруг резко вздрогнула, услышав легкий хлопок двери.       —Тащи таз и тряпку, нужно омыть пациента, вода прохладная.       Нужно помнить, что у него еще лихорадка, и если пощупать лоб, что был слишком горячим, то можно принять за вторую стадию, где температура тела постоянна, человеку жарко, нужны холодные компрессы и раскрыть, давая возможность телу дышать. Всему есть аналог, так что мокрая холодная тряпка отлично подойдет.       "Кто, черт возьми, только его укутывал?"       —Ты долго.       Девушка лишь кивнула, одевая такую же тряпку, помогла перевернуть и раздеть мужчину, а после, вместе с Лин, принялась его обтирать. Закончив с омовением, а после, аккуратно сменив нательное и постельное белье под строгими указаниями Лин, принялись убирать грязное белье и немного отдыхать.       —Как унесешь, будь любезна, принеси мне бумагу и что-то, чем можно писать. —немного подумав, оглядывая спокойную девушку, добавила. —И что-нибудь съестное, но жидкое, на подобии бульона. Его нужно покормить.       Помощница ни разу ни сказала и слова поперек, все делала, вопросов не спрашивала, только наблюдала за фокусами девушку и диву дивилась. Лин в это время, ощупывала запястье правой руки, и нащупав лучевую артерию, медленно нажала и стала отсчитывать в уме цифры, отмечая на листе точки. После проверяла примерно также грудную клетку, и снова ставила точки. Цифры записывала на край, явно полагая, что вскоре снова свериться.       —Никаких аппаратов АД, градусников, лекарств и влажного кислорода с питательными трубками.       Заканчивая с измерением, получая крайне скудные данные, чуть ли не плакала. Всего слишком мало, даже очень. Нужно сбить температуру, но на изготовление лекарства уходит много времени, благо тот шарлатан что-то оставил, правда, порошки, но ладно с ним, сделать что-то адекватное было невозможным, она не травник.       —Не Хуайсан, говнюк, чтобы у тебя твой веер сломался. Ладно, бог с ним…       Оглядывая девушку, что все это время сидела рядом и смотрела на неё, вдруг улыбнулась. Лин совсем забыла, что эта дамочка все докладывает, «говнюку», потому, позволила себе ругнуться на него вслух.       После короткого отдыха, пытаясь влить Ци, что медленно просачивалась через кожу, облегченно выдохнула, ведь теперь все было намного проще. Просидев так час, снова измерив, и мотнув самой себе, вдруг заявила.       —Состояние стабилизировалась, но нужно прибраться тут, тебе, —улыбнувшись, выкидывая в корзину перчатки, уже у входа сообщила. —Главное правило: держать все в порядке. Вымой все, даже под кроватью, не смей его тревожить. Я в «зеленый» уголок, нужно кое-что сделать.       Девушка явно была не рада такой работе, но принялась за неё, как только Лин скрылась за дверью. Уголок находился на втором этаже, там росло множество лечебных, а также ядовитых трав, как раз таки вторые, в правильно консистенции, становились лекарством.       В беготнях и погонях за приступами прошло две недели.       Все это время, иногда меняясь, девушки ухаживали за больным. Стоило температуре сойти на нет, как кашель с кровью стал волновать их сердца, но, если больной и не выплюнет все, то ему же хуже будет, все же застои в легких не из лучших. Ночами в уголке, рыская в книгах, что-то похожее на лекарства из прошлой жизни, много слез и крови, что теперь прятались в ящике под ключом, некоторые опыты на подопытных крыс, что предоставила в клетке помощница, и взлеты с падениями из-за неправильной калибровки лекарств или высушивания.       —Мне нужен пустырник.       В конце двух недель, когда глава Не пришел в себя и уже мог нормально двигаться в кровати, самостоятельно есть, и умываться, благо они больше этого не делали, (эту тушу не поднимешь), обе девушки выглядели немного нервозно. У Лин, за эти недели, потратились и не принадлежали восстановлению все нервные клетки, но зато, она отрыла все ингредиенты тех лекарств, что были на памяти, удивительно, но даже сумела смастерить допотопный ртутные тонометр, но Не Минцзюэ вечно отказывался им пользовать, наблюдая за тем, как какая-та трубка была обязана разрезать его кожу на вене, вставится, а после, выпущенная кровь, была обязана остановится на каких-то циферках.       —Нет, мне нужен чай, много чая, с одеялом. —сидя в своем кресле, перемещая потихоньку все лекарства в комнату больного, тихо продолжила. —Нет, мне нужна могилка. Самая чудная, что здесь есть.       —Замолчи уже! Я уснуть не могу!       —Вы второй день отказываетесь есть!       У брюнетки сдавали нервы с таким упрямцем, потому, когда он отказался от еды, то в стену полетела тарелка, а она сама выбежала из комнаты и поколотила ближайшие колонны. Когда она вернулась, оба молчали, боялись даже пискнуть, а после, снова занялись своими делами.       Спустя три недели, после того как она засела с ним, Лин разрешила его навещать, но только брату, иногда советнику, и оба должны были нести только хорошие вести.       —Говорим о хорошем, если настраивать на плохой лад, то может ухудшиться его состояние, —улыбаясь, дрожащими руками, снимая перчатки, ласково продолжила. —Ухудшиться его состояние я проделаю в ваших головах дырки, проведу черепную трепанацию, уберу всю мозговую жидкость, сломаю черепную коробку, поврежу мозг и оставлю вас овощами на всю жизнь. Вы меня поняли?       За всю историю Китая, еще никогда двое взрослых людей, занимавшие высокие посты, не боялись слабую женщину, что говорила непонятные слова и выглядела так, будто готова выполнить каждое свое слово.       Не Минцзюэ, сначала пытался показать свой характер, и кто в ордене главный, когда отказывался, есть или вставать с кровати, и ходить по комнате, но после парочки массажей от Лин и её красноречивых взглядов, понял что не стоит с ней спорить. Это очень удивило его гостей, тем более, полную покорность перед этой женщиной, которой он говорит «Спасибо» за каждый выполненный пустяк и доброе слово.       Спустя месяц, когда лечение стало действенным, а приступов больше не наблюдалось, и не нужно было откачивать, жалоб также больше не приходило, — Лин объявила о ремиссии, что наступила с её помощью. После заперлась в «зеленом» уголке и еще неделю отказывалась общаться с кем-то, кроме больного, который приходил на обследование и замечал все большую нервозность девушки.       —Госпожа Лин, вам может, сходить на улицу?       Не Минцзюэ, что теперь даже старался ласково обращаться со своей спасительницей, был немного встревожен, что столь ценный кадр, слишком сильно сломался психически, и теперь, на каждое нежное слово, чуть ли не материла весь свет и не слала далеко и надолго.       —Глава Не, вы мой пациент, а пациент что делает? —поправляя очки, что были будто сделаны для неё, продолжила, роясь в бумажках. —Молчит, правильно. Где карта болезни?       Когда бумаги оказываются в руках, а цифры вновь записаны, продолжила рыться в книгах и записывать на другой листочек, стараясь что-то подобрать аналогом к адреналину, что замечательно срабатывал в некоторых случаях.       —Я не просто так вас ждала, нужно сделать кое-что.       Каждый раз, когда брюнетка ждала своего единственного и строптивого пациента, что мог уже спокойно тренироваться, но не напрягаясь, иначе на него будет ругаться его личный лекарь, звала помощницу, что одолжила одна крыса, и говорила через неё тащиться к ней. Могла, конечно, и сама прийти, но была слишком занята, а голова взрывалась от идей, так что теперь, главе Не, где бы он не был, нудно было бежать к ней.       —Вы снова со своей идеей остановить эту холеру? —девушка грозно взглянула, и тот исправился. —Вирус, холера это другое, да. Я заклинатель, крайне сильный, потому и вылечился, но другим будет сло-       —Легче, они не владеют Ци и им проще её влить, да и не такой буйный характер.       Мужчина слабо посмеялся, что со стороны девушки вызвало только вздох раздражения, а после, достав из-под стола ящик, представила его взору пробирки с алой жидкостью.       —Это лекарство вы принимали весь месяц, на людях, что ко мне уже приходили с похожей болезнью и стадией, срабатывало сразу же, с одной пробирки. Мне нужно чтобы вы распространили по Цинхе Не, а после, один образец показали на совете кланов, что состоится в Гусу Лань. Многие захотят выкупить рецепт, но вы должны отдать пробирку, рецепт и лист с назначениями Лань Хуаню, что имеет средства и силы разобраться со всем. Одна из ваших задач, ни в коем случае не выдать меня.       Оглядывая ящик на столе и идентичные пробирки, раскрыл рот, а после, спустя некоторое время, думая, что сказать лучше, многозначительно посмотрел на девушку. Он никогда бы не подумал, что девушка, да необразованная, может создать что-то такое, но полностью отказаться от наград и похвалы за оказанный труд.       —Отказывается от почестей за свои труды?       —Помилуйте, я отказываюсь от лишних убитых клеток, что восстанавливаются крайне медленно!       "Я, по-вашему, совсем сумасшедшая? Если выдам себя, меня проглотят и не выплюнут, даже косточек не оставят. Пост, какой бы там не был, заслужить смогу, но мне моя нервная система дороже, а еще я интроверт, мне сложна с людьми."       —Понял, что сказать Первому нефриту? —немного подумав, наблюдая за её выражением лица, что вот-вот расплачется, смягчился. —Может хоть ему? Он все поймет, не будет надоедать, лишь похвалит и по голове погладит.       —Я знаю что он прекрасен, можно мне об этом не говорить, только вот, —улыбаясь, собирая все бумаги, наконец—то заканчивая, облегченно выдохнула. —Я не нуждаюсь в похвале, меня поймут. Хотя, скажите, что все передала фанатка «Сичэней», если даже ничего не поймет, не страшно, просто скажите.       —Вы очень странная, но ладно, —забирая ящик со стола под пристальным взглядом девушки, улыбнулся. — А что делать с больными заклинателями? Многие главы кланов слегли, борясь с болезнью.       —С эти разбирается моя помощница, она уже направилась к главе Цзян, что будет изготовлять лекарство для заклинателей, с пробником, рецептом и рекомендациям. —улыбаясь, явно предаваясь своим мыслям, злобно захихикала, но после, видимо, вспомнила что не одна в комнате. —Не спрашивайте, идите, я скоро освобожу «зеленый» уголок.

***

      Мир увидел первые образцы противоядия в Цинхэ Не, что был роздан по приказу вылечившегося главы Не, что имели сильный эффект. Первые сорок человек после употребления «Цветка бессмертия», так обозвал его Не Минцзюэ, пару дней проводили в жару, а после, вставали и чуть ли не плясали. Лекарство спасало даже в запущенных случаях, лишь парочки не выдерживали и умирали в бреду, от лихорадки, так что риски всегда имелись, об этом было предупреждение, так что вопросов не возникало.       Представив на совете кланов, что были взбудоражены происходящим в ордене Не, были очень огорчены, когда некоторые, особенно глава клана Вэнь, предлагали бешенные деньги и земли, задаром остался пробник и рецепт клану Лань, что даже и не смели мечтать о такой возможности.       —Кто это придумал? Может, выдадите нам этого гения?       Глава Цзян,и не только, очень сильно настаивали на этом, ведь к ним пришла девушка с примерно таким же составом, пробирке и рекомендациями, так что, им было интересно от кого. К сожалению, они услышали то же самое, что и от служанки, пришедшая от «золотого лекаря».       —Гений решил остаться инкогнито, ему ничего не нужно, а я за свою жизнь, уже отблагодарил своего спасителя. —улыбаясь Сичэню, продолжил. —Фанат «Сичэней», так он себя прозвал, просил передать лекарство Первому нефриту. Я не смею отказать.       —Так почему, мой братец, должен был отдать пробник с лекарством, именно клану Лань? —веер легко колыхнулся в руке, наблюдая за девушкой, что давила лыбу и стояла рядом со своим господином. —Ну?       —Ингредиенты. —девушка разминает шею, а после с позволения, садится. —Для людей без Ци, нужен один минерал, что находится только в холодных источниках Гусу, от делает лекарство эффективнее, а с Ци, нужна кровь речных гулей, которые обитают, в больших количествах, именно в Юньмэне.       —Я думал, тут какой-то скрытый смысл, —мотая головой и наблюдая за тренировкой адептов клана Не, пока нет брата, продолжил. —Даже немного расстраивает.       На совете кланов было много пересудов, многие скептически отнеслись к сокрытию настоящего гения тысячелетия, но Минцзюэ молчал, а подойти один на один, не поддаваясь стаду, никто не решался, -боялись стать врагами клана Не. Хотя, было двое, что крайне сильно хотели узнать правду, а именно, —Первый нефрит, что замещал главу ордена Лань, и Цзян Чэн, что по воле отца, поехал вместо него. Стоило им подойти вместе к нему после торжественной части, то Не Минцзюэ взорвался хохотом, чем напугал оставшихся.       Вытирая слезы, поспешно прощаясь, с таким же смехом вышел из зала, про себя, называя свою спасительницу, свахой столетия. Удивительно, что до главы Не дошло только сейчас, какой тонкий, но прямой намек.       —Да-да, никакого скрытого намека, —девушка старалась не поддавать виду, промычав, продолжая себя корить. —Боже, как же я могла! Какая я ужасная…       Кланам Лань и Цзян пришлось заключить сотрудничество, и периодически, вспоминая того гения, продолжать над разработкой лекарства. С помощью записей и подсказок, что оставил им этот заклинатель, они доработали формулу, и уже через пару месяцев, смогли подавить заразу на корню.       Было еще одно требование гения, которые они обязались выполнить, принимая бумаги с ценными писаниями, -наблюдать за каждым больным вплоть до полного восстановления, сделать цену на лекарство приемлемой и разработать в виде пластинок для рассасывания. Каждое из требований было удовлетворенно.

***

      Лин в свою очередь продолжила работать и отдыхать, даже не думая о том, что творила почти месяц назад, тем более, Не Хуайсан, выполнил свое обещание. Какое же было его удивление, когда девушка попросила вместо денег, книг или титулов, принимать каждое утро и вечер водные процедуры в лепестках лотосов, спать до 11 утра, и наедине, обращаться к нему на «ты».       —Серьезно? —оглядывая её требование изложенные на бумаге, скептически смотрел на неё. —Ты спасла тысячи людей от смерти, кланы от падений, а просишь бочки с лепестками лотосов?       —Да, ты прав, нужно еще благовония зажечь.       Девушка закатывала глаза от представленного блаженства и продолжила глупо улыбаться под скептический взгляд юноши, что так и говорил о том, какая она дура. Как хорошо, что Лин было откровенно плевать на чужое мнение, а тем более такого подлеца, что оставил один на один с его невыносимым братцем, и потратил много нервов.       —Может еще массаж добавить? — девушка расплывается на столе, попивая чай со своим господином, улыбаясь. — Да, чтобы пришел красивый мужчина или девушка, положили свои крепкие или нежные руки на плечи, и…       —Поди, вон, извращенка.       Девушка лишь улыбнулась, низко поклонилась и ушла под уставший взгляд мужчины, что держа листок с чистыми китайскими иероглифами, хотел его сжечь, но лишь усмехнулся и пошел заниматься своими делами.