Нет сил признаться в любви

Кто-то стучал в дверь. --Магистр Джинн! Магистр Джинн, вы там?.. Это был кто-то из рыцарей. Его латная перчатка издавала лязг при соприкосновении с деревом. --Бедный друже, сердечно предлагаю вам расслабиться и оставить несчастную дверь в покое. Наверное наша труженница сегодня не на месте. Лиза размеренно повела рыцаря в сторону. --Это на нее не похоже... От шока Джинн и Дилюк переглянулись. Они оба пытались вспомнить то, как здесь оказались, что произошло и как только вспомнила девушка, то по ее щекам повалили горькие слезы. Винный барон на момент растерялся, но после, с пониманием, поцеловал ее горячую щеку: --Тише, тише... К сожалению, он не знал красивых слов и пользоваться ими не умел, однако эмоции крайне вынуждали: --М? Одуванчик, --еще один поцелуй последовал за этими словами, --не рыдай, я все устрою. Мужчина обнял ее, позволяя выплакаться себе в плечо. Его руки заботливо ласкали ее тонкую спину. --За что?.. --Девушка не понимала. --Я думала что мы с ним хорошие друзья и что ему можно верить... --А я думал что он раскаивается за ошибки прошлого и хочет со мной примириться. Мы с тобой сказочные дураки, не так ли? Джинн тяжело дышала, пытаясь себя сдерживать. --Хочешь я его найду и убью? --Мужчина сам был на эмоциях. --Нет! --Кто-то сомневался в том, что она так ответит? --Это слишком радикально... --Побью? --Нет. --А чего ты хочешь? --Понять. На этих словах она легла обратно, с болью касаясь низа живота. --Он вчера сказал что вы... Господин Дилюк, вы правда хотите чтобы я за вас? Или вы на мне?.. --Женился? --Рагнвиндр лег напротив, нежно перебирая ее волосы в своих руках. Он тяжело вздохнул, наслаждаясь ее голубыми глазами. --Что толку теперь оправдываться? Да. Девушка шмыгнула носом, уводя свой неловкий взгляд в сторону. --Когда ваш отец... А потом бой с Кэйей... И вы, господин Дилюк, ушли из Ордо Фавониус, оставив Мондштадт и даже собственный глаз бога... я не могла найти себе места... Эмоции накрыли ее с головой -- она не знала с чего начать. --Вспоминала обо мне все эти годы? Джинн, ты уже давно не обычный рыцарь, а я тебе не господин. Будь проще. *** Некоторое время спустя они поднялись и начали одеваться. Девушка подвязывала галстук на его шее. После душевного разговора обоим стало как-то легче. --Много времени прошло с тех пор, как я покинул Мондштадт. Моя обида и ненависть чуть поугасли и я начал часто вспоминать тебя -- вот, эта дурочка, которая покоя не знает. Наследница клана Гуннхильдр, в которой воспитали великое чувство ответственности, ты работаешь и даже не имеешь понятия о том, что оно тебя убивает. --Это не так. --Поспешила воспротивиться Джинн. --Да? А та ситуация, в которой ты потеряла сознание? На Барбаре долгое время лица не было. --Дилюк... --Я вчера сказал Кэйе, что да, есть одна девушка, о которой мне хотелось бы позаботиться, но, скорее всего, ей эта забота не нужна. Обидно, что я оказался прав... --Нет... --Джинн посильнее обняла его, пряча потерянные глаза за широким плечом. --Я все это время работала, надеясь на то, что вы сможете изменить отношение к ордену... Он вновь погладил ее по спине и сказал: --Если лицо ордена -- ты, то отношение к нему у меня хорошее. Магистр Гуннхильдр делает Мондштадт только лучше, но я хотел бы, чтобы она нашла удовольствие в спокойствии и чаще отдыхала. --Господин Дилюк... *** Поздно вечером Джинн шла по коридору штаба прямиком к жилым комнатам. Она сомневалась в правильности своей идеи, боялась, что все кончится плохо, но всё-таки постучалась в дверь Кэйи. --Да-да? --Послышался оттуда его заигрывающий голос. --Это я. --Сказала девушка чуть несмело. --Рыцарь Львиный Клык пришел со злой местью? Не открою. --Он усмехнулся. --Рыцарь Одуванчик. С добрыми намерениями. Я одна. --Что ж... Тогда подумаю. *** --Что привело тебя ко мне? --Спросил он, когда она переступила порог. В его комнате было неприятно находится: сквозь толстую ткань, которой он завесил окна, почти не проникал свет, а по полу всюду стояли пустые бутылки. --Я... --Джинн не знала, как сказать. --Я не могу поверить в то, что ты способен на такое и хотела бы узнать о том, что вчера действительно произошло. Пока она говорила, он допивал очередную бутылку. --Это?.. Я просто... Люблю тебя, Джинн. Спонтанное заявление. Опасное и весьма неожиданное. --Кэйя... --Да. Очень давно, но ты ведь думаешь только о нем? Я смирился и как только узнал, что у вас совпадают мысли... Решил... Смуглый парень зачесал челку в бок и тяжко выдохнул. --Без той вчерашней глупости, он вряд ли бы осмелился. Как и ты. Так что если оскорбил -- бей, хоть с кулака, я все пойму. Кэйя расправил руки, оставаясь открытым для того, что она только пожелает, но Джинн однозначно ответила: --Я выхожу замуж. И, хоть до сих пор сгораю от стыда, хочу, чтобы вы с Дилюком помирились. Может теперь я тебя боюсь, а Дилюк ненавидит -- все это рано или поздно пройдет. Святой Барбатос свидетель искренности моих слов. Если иначе, то мы можем остыть, а ты уже будешь спать вечным сном. Я не желаю такого. Ни для кого. В частности -- не для тебя. Она обняла Кэйю и поцеловала его в щеку. --У тебя ещё все будет. Ты добрый и отзывчивый человек.