мини-юбка

Юбка. Эта чертова мини-юбка. Где их стилисты ее вообще отрыли, Гониль не имеет ни малейшего понятия, но он в какой-то мере даже благодарен им за найденное сокровище, потому что его мозги буквально плавятся. Стоит отдать должное его профессионализму: на сцене он держался достойно, да и игра на барабанах способна отвлечь от многих вещей, в этом он никогда не сомневался. Но как только они закончили свое выступление... Джисок закрывает за собой дверь одной из комнат гримерки, первой им попавшейся. – Гониль-хен, что случилось? – чуть с издевкой спрашивает младший, пока начинает медленно приближаться. – Знаешь, признаю, я не то что бы всегда подмечаю такое, но то, как ты сверлил меня взглядом последние десять минут, с того времени, как мы закончили, невозможно не заметить. В конце концов Гониль оказывается зажат между столом и Джисоком. Вернее, между столом и этой проклятой мини-юбкой. Она не дает Гонилю покоя. Он не отрывает от нее глаз, как будто надеясь, что сможет испепелить ее и все это непотребство закончится здесь и сейчас, после чего они спокойно могут присоединиться к остальным и отчалить с шоу. Джисок не дожидается ответа. Он продолжает наваливаться на Гониля, заставив того лечь на стол и оторвать ноги от пола. Теперь Гу ощущает себя маленьким и загнанным в угол, хотя, судя по образу Джисока, в этом положении должен быть совсем не он. Поза не оставляет места для фантазии: Джисок пригвоздил Гониля, обхватывающего ногами его стройную талию, к столу, уже залезая руками под его забавный ярко-красный свитер. Потрясающе, стилисты смогли найти эту ужасную мини-юбку для Гаона, но не что-то, что можно было бы надеть под и без того некомфортный от своей колючести свитер и что могло бы хоть немного защитить соски Гониля от чужих ловких пальчиков. – Ну же, расскажи мне, чего ты хочешь? – Джисок грязно играет. Такие прямые вопросы выбивают Гониля из колеи еще больше, если в такой ситуации вообще можно держать себя в руках. О, он хочет много чего, но главное, чтобы Джисок не снимал эту нелепую юбку. – Быть может, я смогу дать тебе это прямо сейчас, если тебе не терпится. Это кому еще здесь не терпится! Уж явно не тому, кто собирался выстоять еще и дорогу до общежития и поговорить в более приватной обстановке, а не быть разложенным прямо сейчас на столе какой-то гримерки, пока остальные мемберы и стафф будут вынуждены их дожидаться. И что, что пялился! Это не первое выступление, на котором стилисты стараются над образом Джисока так, что прямо глаз не оторвать. Но, видимо, в этот раз Джисок не только заметил растерянность Гониля, но и сам разделяет его желания. В придачу, ему, наверное, не хватает приключений на задницу, раз он решил начать действовать, не дотерпев даже до машины! Гониль срывается с тяжелых вздохов на жалобный скулеж, когда чувствует, что Джисок уже внаглую притирается к нему, но не протестует. Он сумасшедший. – Я-я хочу, чтобы ты трахнул меня... в этой юбке, Джисок-а... – Гониль закусывает губу и резко откидывает голову назад, чуть не ударяясь о твердую поверхность стола, когда в ответ на откровения Джисок больно щипает один из его сосков. Он хочет прямо здесь и сейчас. Он даже готов, потому что рассчитывал, что в преддверии праздников они наконец смогут расслабиться сегодня, но все произошло быстрее, чем он ожидал. Хотя после такого признания Джисок наверняка не оставит беднягу в покое даже в общежитии, но с этим они разберутся, когда наконец доберутся до этого самого общежития, а по сложившейся ситуации и дураку понятно, что произойдет это не скоро. – А поконкретней? Блять, он хочет его смерти, раз заставляет снова об этом задуматься. Ему ужасно стыдно, но фантазией Гу обделен не был, а потому мысль о том, как идеально эта юбка сидит на бедрах его парня, как легко ее можно задрать и как легко Джисоку будет без лишней возни взять и отыметь Гониля прямо здесь, прямо на этом столе, как края юбки будут щекотать чувствительную кожу, не дает воспаленному мозгу лидера покоя. В конце концов, он просто так устал сегодня, что не против быть оттраханым красивым парнем в такой же красивой юбке прямо сейчас. Вместо ответа Гониль издает тихий, чуть подрагивающий стон. Джисок выпускает одну руку из-под свитера, любезно занимая рот старшего двумя своими пальцами, которые тот, прикрыв глаза, начинает самозабвенно облизывать. Вторая рука, однако, остается на месте, продолжая ласкать талию и грудь Гониля поочередности. Через где-то минуту молчания старший чуть успокаивается и обхватывает запястье руки Джисока, контролирующей его рот, намекая, чтобы тот вытащил пальцы, чему Джисок не сопротивляется. – Хочу, чтобы ты сделал это прямо сейчас. Умоляю, я- – Гониль делает глубокий вдох, видимо, собираясь с мыслями. – П-пожалуйста, сделай это быстро, я уже готов. Я хочу, чтобы т-ты прижал меня к столу и вытрахал из меня мозги так быстро, как только можешь. А кто Джисок такой, чтобы отказываться, особенно когда его так любезно умоляют и слушаются? Он грубо переворачивает Гониля на живот одним резким движением, так что тому теперь не приходится держать ноги на весу. Пока Джисок возится с ремнем на джинсах старшего, он приближается вплотную к его пылающим ушам, чтобы начать их облизывать, отчего у их хозяина бегут мурашки, а сам он начинает ерзать под Джисоком, чуть попискивая. – Хорошо, милый, но тебе надо быть тихим, помнишь? Мы собрались заниматься этим в немного неположенном месте, – Джисок забалтывает Гониля, пока пальцами проверяет его подготовку, – черт... – Джисок плюет на свои пальцы и возвращает их на место, чтобы наверняка убедиться, что он может действовать. – Джисо-о-ок-а-а, пожалуйста, хватит, – Гониль так сладко тянет его имя, что младшему уже самому сносит крышу. – я готов... у нас мало времени, пожалуйста. Гониль снова ощущает пустоту и слышит звук расстегивающейся ширинки и совсем немного возни с тканью. И больше ничего. Привычного звона пряжки ремня нет – он даже не стянул штаны. Блять. Джисок размазывает естественную смазку по члену и проводит им между ягодицами Гониля, пытаясь оставить немного и ему. Плюнув напоследок для пущего эффекта, Квак наконец начинает заполнять Гониля своей длиной, пока тот от нетерпения не пытается насадиться чуть быстрее, причиняя дискомфорт им обоим. Джисок болезненно стонет и шлепает Гониля по бедру, надеясь отвлечь от болевых ощущений внутри хоть его. Гониль скулит, а его ноги чуть разъезжаются. Кажется, ему плевать на боль, но смазки все еще мало для таких резких движений. Удерживая Гониля на месте, Джисоку все же удается войти до конца, и здесь в дело вступает уже немного позабытая мини-юбка. Младший накидывает передний край юбки сверху, так что она почти полностью прикрывает задницу Гониля и не дает рассмотреть, как хорошо он принимает. – Ты ведь этого хотел, хен? – Джисок начинает двигаться, не выходя до конца и следя за тем, чтобы юбка оставалась на месте. – Тебя заводит тот факт, что на мне мини-юбка? Движения Джисока резкие. Он делает все так, как и просил Гониль: быстро и грубо, частыми и глубокими толчками, пока его пальцы впиваются в чужой таз, подцепляя заодно и юбку, чтобы она точно никуда не съезжала. Гониля ведет. Он хнычет и протяжно постанывает, судорожно кивая на вопросы Джисока, не в силах ответить словами. Гу прикрывает рот рукой и пытается заглушить звуки, но его самоконтролю определенно не позавидуешь, пока его так нагибают на твердом столе. Гониль обожает Джисока, обожает, когда он применяет силу, заставляет слушаться и награждает за игру по его правилам. – Джисок-а, – Гониль говорит шепотом, боясь издать лишний звук. – Джисок-а, я близко... ты так хорошо меня трахаешь, пожалуйста... можно, мне- можно- Гониль резко замолкает, впечатываясь лицом в стол и плотно сжимая губы, когда чувствует руку Джисока на своем члене, ласкающую чувствительную головку. Теперь над ним беспощадно издеваются, синхронизируя движения руки с толчками внутри, прерываясь, чтобы сжать у самого основания. Джисок знает, что Гонилю нравится немного боли, а потому в таком он уж точно не стесняется действовать наверняка. – Ты готов, детка? Кончишь для меня, да? Да? – у Джисока у самого голос уже дрожит, а движения руки перестают отличаться разнообразием. У Гониля ломается голос и дрожат ноги, когда он кончает, успевая только заменить руку Джисока своей, чтобы не запачкать спермой стол. Глаза слезятся от сверхстимуляции сзади, и Джисок бы рад помучить Гониля, как тот любит, но ему приходится резко выйти, изливаясь Гу на ягодицы и спину, в опасной близости от задранного свитера. Салфеток у них нет, так что Джисоку приходится все той же мини-юбкой стереть с Гониля собственную сперму. Как объясняться перед стаффом за эти пятна, он придумает на месте. Будет решать проблемы, так сказать, по мере их поступления. Он собирается предложить Гонилю вытереть и его грязную руку об этот же предмет одежды, но, как только старший принимает сидячее положение и смотрит уставшим и затраханным взглядом, подмечает, что рука уже чистая. – Я боюсь спросить... – Я облизал ее. – Гониль отвечает, ни чуть не смутившись. – Ты гадкий, Гониль-хен! – наиграно возмущается Джисок и быстро чмокает сидящего перед ним Гониля в губы. – Я знаю.