Бывало и по-лучше

Вдох. Выдох. Счет уже 1:1.Еще один гол и мы – победители. Силы уже иссякли. Вся последняя надежда на Кострова. Давай же, ну! Мысленно я уже представляю, как начинаю психовать от того, что мы опять проиграли. Ведь за последние 7 игр у нас ни одной победы. Макеев начинать опускать руки и понимать, что из нас нельзя сделать одну команду. Я его понимаю. Коньки режут лед, твердая точка перед собой, шайба легко катится по льду. Один удар и… Мы снова в проигрыше. Нет, не так. Ничья. Хоть что-то. Как так? Даже бы я мог с легкостью забить в их ворота. И мы бы победили. С большим трудом я ухожу в раздевалку. Все тело ноет, гудит. Я вхожу в раздевалку, сажусь на скамейку и открываю бутылку воды. Я выпиваю всю за раз. Все начинают кричать друг на друга. Как же мы могли так просто не забить им. - Я вас поздравляю, - с большой внезапностью входит Макеев в раздевалку. По его лицу видно, что он был не в лучшем настроении. - С чем? Мы же не выиграли, - отвечает ему Егор. - А с тем, что за все старания, за весь труд вы так и не смогли стать настоящей командой. Кисляк, почему ты не мог подстраховать Кострова? Ты же мог увернуться и забить. А ты просто стоял. - Ну, извините, не догадался. В следующий раз мне знак дайте, когда мне нужно будет забить, - с некой усмешкой ответил Кисляк. А ведь Макеев прав. Он стоял позади ворот. Он бы мог, резко свернув забить. Но он не захотел. - Позовете меня тогда, когда решитесь стать командой. У меня все. Парни опустили головы. Все, кроме Кисляка. Этот выпендрежный индюк меня подбешивает. Если бы у меня были силы, то я бы встал и врезал ему, убрав тем самым ухмылочку с его лица. Но вместо этого я встаю и иду в душ. - Пока, парни! – крикнув в след, ушел Костров. После душа я быстро оделся и вышел из раздевалки. Я шел по длинному безлюдному коридору. В итоге выйдя из ледового дворца, я вдохнул полной грудью. На часах только пять, а уже темно. Вот она – зима. Снег так хрустит у меня под ногами. Я это так люблю. Кто-то кричит мне в след. Поначалу я не слышал. Затем я обернулся и увидел Алину. Она бежала и скользила одновременно. На ее лице была милая улыбка. Вот что меня радует после тяжелого дня. - Привет, куда так спешишь? – спросила она. - Да никуда, домой. - Может, прогуляемся? - Давай. Она дала мне свою сумку. Она была очень тяжелой. Не понимаю, как она носит ее каждый день. Ведь это очень тяжело. *** Эти два часа пролетели так быстро. Так не хочется расставаться с ней и возвращаться домой. Но дома меня ждет бабушка. Мы живем только на одну ее пенсию. Это очень нелегко. Я хочу сделать все, чтобы моя бабушка была счастлива. Я работал, чтобы обеспечить ее всем нужным. Но, меня уволили. Практически ни за что. Что ж, кому-то в жизни крупно повезло. У того родители живы здоровы, рядом друзья, любимая девушка. А у меня ничего. Единственный человек, ради которого стоит жить – моя бабуля. *** - Ну, пока, - сказала Алина, забрав свою сумку. - Пока, - улыбнулся я ей. Она встала на носочки и поцеловала меня в щеку. Ее теплые губы коснулись моей щеки. Затем она быстро направилась к подъезду. Это было так приятно. У меня образовывалось теплое чувство. Радость, настоящее счастье. С отличным настроением я пошел домой.