coffee lover

На все праздники они собираются вместе. Стоял один из последних по-настоящему теплых дней этой осени. Листья уже облетели, стоял запах дождя, который лил всю ночь, природа готовилась к приближающейся зиме. Сегодня Кэтрин исполняется 60 - юбилей. Родственники приехали из самых разных уголков и уже знатно ей надоели. На самом деле, женщина не очень (точнее совсем не) любила эти сборища. План затягивался. Что если его вообще не удастся исполнить? Хотя все уже бессмысленно, она и так стала очень стара морально. Да и физически. Кэтрин со скрипом открыла ящик стола и достала альбом с яркой, изношенной временем обложкой. На ее внутренней стороне сразу же была совместная фотография - две молодые, светящиеся девушки, совершенно разные даже внешне, в лёгкой летней одежде на поле. На заднем плане уже садилось солнце, а на клетчатом покрывале почти не осталось ничего съедобного. – Бабуля! К комнату забежала внучка Кэт - Алиса. Женщина машинально захлопнула альбом и трепетно положила под подушку, совсем как маленький ребенок. Алисе было четырнадцать. Будучи яркая и жизнерадостной, она всегда легко заводила друзей, была душой любой компании и, что немного удивительно для Кэт, любимицей взрослых. Иногда женщина сравнивала ее с Алисой из старой чудес - казалось, что девочка постоянно находит себе приключений. Она красила волосы в яркие цвета и носила одежду, которая бросается в глаза. Но раз в год Кэтрин приезжает в город поблизости и отмечает, что сейчас все подростки пытаются самовыражаться самыми разными способами. – Что случилось, моя милая? – Мама, сказала принести чешский сервиз из твоей комнаты. – Я сама отнесу ей, хорошо? Он очень тяжёлый, отдыхай, догорая. После некоторых поисков, Кэтрин ушла с большой стопкой сияющего сервиза. Алиса осталась в комнате - в доме было полно родственников и одной остаться стало совершенно невозможно. Ее немного тревожило состояние ее друзей, которые стали отдаляться. Алиса со вчерашнего вечера не могла никому дозвониться. Девушка пыталась улечься поудобнее на кровати Кэт с обнимку с телефоном, когда ударилась об что то. Конечно, ирония судьбы, это был альбом ее бабушки. Алисе очень понравился внешний вид найденной вещи, она хотела немного изучить ее до того как кто-нибудь заберёт. Девушка знала, что никому не нравится, когда копаются в их вещах. С бабушкой у них были хорошие отношения, поэтому маленькая надежда, что алису не только не наругают, но и посвятят в историю, оставалась. Ведь если задуматься, бабушка никогда не рассказывал сего то конкретного о своей молодости, только так.. в общих красках. Поразмышляв немного о качестве поступка и продумав несколько небольших планов отхода (от банальной не просвящености и невоспитанности до побега в окно), Алиса заглянула на первую страницу. Немного потрёпанные листы завораживали. Тёмные короткие волосы ее бабушки то колыхал ветер, то трогало солнце, то дождь. Такие же тёмные глаза светились счастьем невиданным алисой ни разу. Несмотря на то, что сейчас кожа стала дряблой, а лицо покрыли морщины, Кэт довольно неплохо сохранилась. Конечно, запечатлены были и другие люди, посто Алиса их не знала и не сильно обращала внимание. Она будто бы видела не простые фотографии, хранившие воспоминания Кэтрин, а настоящие действия. С обратной стороны Алиса обнаружила приятный сюрприз - листы были исписаны маленьким аккуратным подчерком. Кажется, от них ещё пахно чернилами и... апельсинами? Ах, как же сложно удержать свое жалание лезть в чужие дела.

***

– Ты странная. Кэт, по-турецки скрестив ноги, сидела на клетчатом покрывале и внимательно изучала силуэт танцующей босиком в траве собеседницы. Её светлые длинные волосы струились по плечам, и девушка постоянно откидывала их назад. – Нет, дорогая, это просто ты скучно живешь. Давай вставай, это же твоя любимая группа, хочешь все просидеть? – Но это ведь правда странно! — Ладно, будто бы тебе не нравится? - девушка остановилась, широко улыбнулась и сложила руки на груди. Кэт, поднимаясь, улыбнулась ей в ответ. — ...безумно? — Тогда идём. — Куда? — В будущее, конечно. – Как банально.

***

В свое семнадцатое лето Кэтрин познакомилась со своей главной проблемой и отрадой. Девушка поссорилась с родителями, как обычно, и решила немного прогуляться. Она уже несколько часов бродила между уходящими в небо тусклыми многожтажками. Кэт часто думала как прекрасно было бы быть такой же большой и величественной, рядом с ними люди такие крохотные. Хотя, конечно, назвать серые панели величественными ужасно глупо. Скорее, просто огромные и пугающие и оттого смотрящие свысока и насмехающиеся. Она не любила рефлексировать, но отвлекаться у Кэт не очень получалось - мысли то и деле возвращались к родителям, к школе, к комплексам... в общем, все как у всех. Девушка выбрала наиболее на ее взгляд удалённые качели в парке и начала читать. Солнце светило слишком ярко, хотелось домой в успокаивающую прохладу бетонных стен. Она оглянулась - совершенно никого, кроме еле заметных трёх ребят с мешками воды. Кто вообще додуматься идти на открытую местность в такую погоду. – Это мои качели. Это было неожиданно. Из кустов, вся в крови и грязи вылезла девушка и нависла над качелями. Кэтрин отвлеклась от созерцания играющих детей и стала изучать появившуюся. У нее были длинных светлые волосы, нависающие на лицо, концы которых слиплись от грязи. Одежда и открытые участки тела были все в грязи смешанной с кровью. Кэт поежилась. Больше чем "случилось что-то плохое" о внешним виде девушки, Кэтрин сказать не могла. – М... эм... что-то случилось? – Да ты заняла мои качели, прошу, уйди с глаз моих. – Но качели не могут быть вашими... они принадлежат парку, - Кэт перешла совсем на шепот. Она не понимала почему не уходила - в любой другой ситуации, она бы исчезла ещё пять минут назад. Но возможно её собеседнице, если ее можно так назвать, нужна была помощь. – Оруэлл? Банально, - новая знакомая с характерным щелчком зажгла сигарету, села рядом с Кэтрин и ткнула пальцем в книгу, оставив кровавый отпечаток. - Только не говори, что поссорилась с родителями и ушла в закат читать умные книги, думая какие все ничтожные. – Теперь у меня есть твой отпечаток пальца, - Кэт захлопнула книгу и наконец собралась уходить. - И ничтожной я считаю только себя. – Новая девушка моего дяди оказалась по-настоящему криворукой. Она взорвала микроволновку и осколки порезали меня. А потом пришел сам дядя, мне пришлось бежать в окно и вот... неудачно приземлилась. Девушка улыбаясь смотрела на уходящуюю Кэтрин. Налетел лёгкий ветер, покачивая ее локовы. Она машинально царапала и без того не зажившие раны. Густые, бордовые капли аккуратно ложились на сиденье качелии расплывались безобразными пятнами. Конечно, Кэт была ошеломлена, она не думала, что кровь может так сильно течь, да и весь внешний вид девушки заставлял сердце сжиматься. Почему она не пошла домой или больницу, почему пришла именно в парк, зачем? – Ладно, идём. Кэтрин протянула руку. Девушка выдохнула, смахнув рукавом капли с сиденья. Желтый березовый лист поспешно оторвался от нажитого места и пафосно пролетел перед носом Кэт, жаждя показать себя в новом наряде. Неужели уже скоро осень? – Не боишься замараться, милая?