Двойное несчастье комиссара Дейва

Кавински довольно прищурил глаза, пропуская в каморку новоприбывших друзей. Рома предполагал, что с ним могут сделать эти двое, но предпочёл держать язык за зубами и не подкидывать новых идей. Остановившись посередине комнаты, парень судорожно вздохнул, провожая взглядом Калеба, устроившегося на чёрном диванчике. В помещении неприятно заскрежетало, мурашки пробежали по спине шатена, словно пытаясь его затоптать. Дейв никогда не любил эту каморку, во-первых это чёртова дверь скрипела и взывала о помощи каждый раз, чем удивляла парня, так как Винс автомеханик и у него точно найдётся масло, которым можно будет её смазать. Во-вторых здесь всегда присутствовал навязчивый сладкий запах, словно облепляющий лёгкие чем-то склизким. В-третьих в этом месте холодный и твёрдый пол, что как никогда играет важную роль в сегодняшней встрече. Парень глухо замычал, понимая, что к концу этого торжества у него всё-таки будут синяки. С дивана послышался короткий смех, шатен перевёл взгляд на секретаря, который всецело был готов к представлению, вытащив из кармана мобильник и запустив руку в трусы, возбуждая себя. Лололошка прикусил губу и вновь тугая боль потянула, подбрасывая жару. Как же давно его не имели в жопу, но эту «роскошь» ему не давали. — Малышка, готова повеселиться? — Механик прижался к спине шатена, пробираясь руками под толстовку, царапая нежную кожу живота. Комиссар вздрогнул, прикрывая глаза, ему не надо было ничего говорить, его мнение не учитывалось, ну, бывали редкие исключения, но это не одно из них. Блондин продолжил, сжимая через ткань каменный член шатена. — Я видел, что ты сегодня вытворял своим ротиком, одолжишь его мне? Рома развернулся и осел на колени, стягивая с блондина штаны вместе с трусами, из которых выпрыгнул член, словно ожидая скорых оральных ласк. Ствол наблюдателя был более толстым и почти касался зубов из-за чего приходилось открывать рот шире, что доставляло терпимый дискомфорт. По сравнению с Калебом, Кавински был более терпеливым и нежным, но не менее напористым. Размашистые толчки немного утомляли, но Винс крепко держал голову парня, не позволяя ему двигаться самостоятельно. Наблюдатель тихо постанывал, запрокинув голову назад. Что-то заклинило в голове блондина, из-за чего тот начал резко толкаться в рот парня. Каждое новое проникновение отдавалось глухой болью в горле, вызывая короткие стоны, пускающие вибрацию по члену. Кавински опустил голову, ненароком облизнув губы от привлекательного зрелища сосущего парня. Дейв выглядел в любом виде очень мило, но так он притягивал ещё сильнее. Блестящие глаза от слёз, лёгкий румянец на щеках и отчётливо видный стояк, с которым он ничего не делает. Винс ухмыльнулся. Прижав голову к паху, наблюдатель надавил на член шатена, который вцепился в его ногу, гортанно постанывая и пачкая свои штаны. — Хах... Как же хорошо, малышка — Кавински не отпускал голову, с силой сжимая волосы. Винс сделал ещё пару толчков, прежде чем выйти из Ромы. Горло саднило, в глазах слегка потемнело, но это не помешало насладиться приятной болью и усталостью, которая наступила после оргазма. По щеке легонько били, приводя Дейва в чувства, после чего притянули к всё ещё стоящему толстому члену. Рома поцеловал головку, собирая с неё капли семени, после чего прошёлся по всему стволу быстрыми движениями руки. — Хей, Калеб, не хочешь присоединиться? — Винс тихо захихикал, бросая взгляд сначала на секретаря, который надрачивал свой аппарат, параллельно снимая их, а потом на комиссара, возобновившего свои движения ртом и заглотившего член. Рыжий фыркнул поднимаясь с диванчика и подходя к парочке. Калеб взъерошил волосы Лололошки, мягко надавливая на голову, чтобы тот остановился у основания. Шатен искоса взглянул на него и обхватил чужой член. Винс ухмыльнулся и притянул к себе Калеба, нежно целуя и с напором насаживая Рому на его фаллос. — Не хмурься так часто, а то морщины появится, красотка. — Наблюдатель задорно засмеялся, возвращая Рому к себе, небрежно толкаясь внутрь. Они обращались с комиссаром, как с секс-игрушкой, но тому было плевать он получал удовольствие, долгожданное облегчение от всех проблем, которые мучали его, и завтра навалятся с новой силой. Но перед этим будет приятная усталость и глухая боль во всём теле, напоминающая о приятных моментах лёгкости. — Попей молочка, малышка! — Кавински резко вошёл на всё длину, зажав нос парня, обильно кончая в сжимающееся горло. Рома дёрнулся, пытаясь отстраниться, но механик крепко обхватил его голову. Расслабившись он принял брызнувшую порцию горячей спермы себе в рот, сразу глотая, чтобы не задохнуться. Рома отодвинулся, тяжело дыша, но всё-таки остался Калеб, которого слегка обделили вниманием. — Я на лицо. — Словно почувствовав, ответил секретарь на немой вопрос. Комиссар кивнул, ритмично двигая рукой вдоль члена, изредка останавливаясь и размазывая по красной головке капли семени. Оргазм не стал долго себя ждать и на лицо брызнули белёсые струйки спермы, некоторые попали на волосы. Дверь заскрипела и в комнату, оповещения о новом госте на их маленькой оргии. Радан чуть ли не задыхаясь забежал в комнату, с шоком уставясь на своих друзей. — Радан, закрой дверь, — Кавински успевший привести себя в порядок, медленно подходил к парня, который выполнил просьбу и молча стоял, осмысляя увиденное. — Тебя учили стучаться? — Калеб встал рядом с Винсом, закрывая собой красного Рому. Радан будто бы не до конца, осознавая сказанное, медленно кивнул. — Значит, ты просто пренебрёг этим, маленький проказник?