Плюшевый подарок с бантиком цвета сирени

♡~♡~♡

— Если я правильно все соопоставила и мои воспоминания меня не подводят то, тем мальчиком был ты. Ты подарил мне этого медведя, Килгрейв.       Девушка подняла глаза на Килгрейва. Она заметила, что глаза его блестели, но он старательно пытался не выдавать себя. Мужчина прятал взгляд, разглядывая медвежонка. Держа его в одной руке, указательным пальцем второй он обвел место, где должно было быть второе ухо. Потом спустился к зашитым швам. Он усмехнулся. — Не хило ты его потрепала.— Все также усмехаясь произнес он и девушка тоже усмехнулась. — Прости, я пыталась его отбить. — Джонс неловко потёрла затылок, после того, как воспоминания того дня врезались в ее сознание: — На меня чуть не напала соседская собака. Помню я выронила его и собака отвлеклась. Так я успела добежать до двери и позвать отца. — мужчина улыбнулся искренней и доброй улыбкой. Той же самой, как тогда в палате: подетски беззаботно и наивно.        В ней не было пошлости, самоупоения. Сейчас он не улыбался как ебаный маньяк-психопат. Джессика уже не видела в нем монстра. Когда он только показал ей то видео, и она, стоя в холле, смотрела на него ей казалось все происходчщее невозможным. Она смогла разглядеть физические сходства лица Килгрейва и Кевина. Тот же нос, брови. И конечно же те же глаз, однако они больше не светились, а были какими-то уставшим. Вокруг глаз появились морщинки. Ей бы хотелось верить в то, что они образовались из-за чрезмерного смеха, но все мы теперь знаем что это не так. Джессика удивлялась тому, что раньше не замечала их сходства. Ведь черты лица того мальчика она запомнила казалось на нсю жизнь. — Ну вот видишь! — мужчина выпримился в спине и, как-то грустно улыбаясь, посмотрел на Джессику. — Получается он и вправду защитил тебя, как я и говорил!       Она смотрела на него в ответ и не понимала, что ей чувствовать. Прямо сейчас она видела в нем Кевина! Того, кто помог ей, когда самому была нужна помощь! Она была рада узнать, что Кевин жив. Ей хотелось плакать от радости, но ее собственная гордость душила в ней это чувство. "Он же убийца, сумасшедший! Он никогда не думает о других!"— бунтовала в ней одна ее часть, а другая кричала о другом: "Он изначально не был таким! Жизнь и несправедливость сделало его тем, кто он сейчас!" Это противоречивость сдавливало ей горло и заставляла сглатывать все подымающийся ком. — Я..я — начала была девушка, понимая, что заикается от неприятных ей эмоций. — Твой отец сказал мне тогда, что..что ты умер...       Ей с трудом дались эти слова и она не сдержалась. Слеза предательски покатилась по щеке. Килгрейв был в замешательстве: он впервые видел её такой. Такой настоящей рядом с ним и он наверное впервые не знал, что делать. Ему тоже было больно вспоминать прошлое. Он помнил, что в тот день его интуиция подсказывала, что что-то произойдёт. И она не ошиблась. Он тогда чуть не умер на операционном столе, но врачи смогли стабилизировать его состояние.       Больше недели он лежал без сознания. Да что там без сознания, эта была кома! Самая настоящая, мать его, кома! Но если бы не его родители-ученые и не настояния отца о том, чтобы вколоть ему экспериментальный катализатор мозговых процессов, то он бы мог лежать в ней, один Бог знает, сколько времени.       Первое о чем он вспомнил, прийдя в сознание это девочка из больницы. Он просил свою маму узнать, как прошла операция и даже попытался сбежать из дому чтобы найти девочку. Но что он мог сделать? Не зная её имени или хотябы названия больницы, где проводили операцию? Правильно! Ничего. —Я.. хотел тебя найти... — Почти шёпотом сказал он и протянул к ней руку, чтобы вытереть ее слезы. Однако, вспомнив, ее реакцию на его прикосновения остановил себя и опустил её к себе на колено. — Я даже попытался. Но что я мог, не зная что-либо о тебе или о больнице, где мы лежали. Я мог попробовать и не один раз.. Да вот, прости, потом было не до этого. — Я винила себя в том, что ты умер. В том, что забрала этого проклятого Винни и он не смог тебя защитить. — Винни — повторил он за ней и горько улыбнулся. — Ты не виновата в том, что случилось. Я сам отдал его тебе. И никогда не жалели об этом. Хоть и не знал, что с тобой случилось.       В глубине души Килгрейв понимал, что в тот день его жизнь изменилась. Этот хоть и игрушечный медведь был для него единственным другом, которому он мог рассказать все. Поделится с ним своими страхами, переживаниями и иногда поплакать вместе с ним ночью, крепко его сжимая в своих детских ладонях. Когда Кевин отдал Винни – А точнее после того, как он понял, что никогда больше не увидит его и ту девчонку – вместе с этим ушла его хорошая и добрая часть. Все это время эта игрушка хранила того маленького великодушного мальчика по имени Кевин в себе. Можно ли теперь что-то вернуть назад или уже поздно что-то менять и от того Кевина уже ничего не осталось? Стоит ли вообще ворошить старые раны и расспрашивать про нанесённые родителями физические и психологические шрамы? — Я был ребёнком. У меня не было друзей, но мне хотелось узнать каково это. И ты дала мне такую возможность тогда, хоть и ненадолго. — девушка внимательно слушала его, а он самодовольно улыбнулся, произнося следующие слова: — Однако мы всетаки встретились. Что это, если не судьба?!       Килгрейв перескакивал с эмоции на эмоцию. Он не привык показывать свои слабости или старые травмы, а когда это происходило он пытался скрыться за стеной, которая похоже начала шатася. Он устал от этих пряток. Ему хотелось быть настоящим с Джессикой, но он сам боялся ей доверять. Слишком много боли причинили ему те, кого он когда-либо любил. И это оставило большой след на нем.       У него все это происходило впервые. Впервые такой откровенный разговор. Впервые в жизни он чувствовал душевную боль и обиду, но не хотел кого-то убить. Он ощущал, что с каждым выговоренным словом ему становилось легче, с его груди словно падали много тонные булыжники. И мужчине было приятно осознавать: он мог говорить, не прибегая к своей силе чтобы его выслушали. И от этого он ещё больше чувствовал себя живым. Чувствовал себя человеком, а не психом. Он в очередной раз влюбился в Джессику, но в этот раз от того, что она сейчас просто рядом и не хочет сбежать.       Для него она тоже открывалась с другой стороны. С той, которую можно увидеть, лишь тогда, когда человек сам откроется тебе. А не тогда, когда ты задаёшь вопросы и тебе отвечают то, что ты хочешь услышать. — Я не мог рассказать никому о том, что мои родители делали со мной. Я думал, что это...нормально..— он пожал плечами, не задерживая взгляд на вещах. Он был погружен в несамые радужные воспоминания. — Для меня это было что-то вроде стадии взросления. Но она все не прекращалась... Это видео – единственное доказательство того, как я был сознания.       В комнате воцарилась тишина и между ними возникло непривычное для них обоих умиротворение. Им было комфортно молчать и сидеть рядом друг с другом. Это их не отталкивало, а наоборот привлекало своей необычностью. Джессика было неловко показывать себя сентиментальной и сожалеющей, но она чувствовала, что все так и должно быть. Она должна помочь ему не бояться, как когда-то он помог ей. Она должна попытаться найти зашитого – где-то на задворках темной души Килгрейва – мальчика, который показал ей что даже, когда очень страшно не стоит бояться.       Они оба все еще молчали. Если бы нерабртающий телевизор с какими-то новостями, то комнату разрезала бы звенящая тишина. Оба переваривания слова друг друга. Каждый из них был рад этому внезапно открывшемуся воспоминанию, но исход их "старого знакомства" вышел не самым лучшим. Прошло слишком много времени с той их встречи. Они успели познакомиться по новой. К сожалению, это их знакомство стало не самых лучшим и привело их к непростым обстоятельствам. Они успели узнать друг друга. Он возненовидел мир и помешался на ней, она же возненавидела его и помешалась на алкоголе.       Конечно, никто из них не знал, как на на это все реагировать. Их представление друг о друге рухнуло в одно утро, и никто не мог предвидеть во что это выльется. Им казалось они оголили свою спину для врага, чтобы тому было сподручней вонзать нож по самую рукоять, однако им обоим хотелось верить в лучший исход. — Прости меня.— тихо сказала Джонс, виновато посмотрев на Килгрейва. — За что? — Спокойно спросил он, повернув в её сторону голову. — За те слова про насилие. Ты был прав.. Мне жаль, что тебе пришлось пройти через все это.       Джессика заговорила об этом и мужчина опустил глаза, не желая показывать и так очевидную вещь —ему тоже жаль, но ничего уже не изменить. Заметив его поникший взгляд, она взяла его за руку, вынуждая посмотреть на неё. Он почувствовал её холодную от волнения руку и слегка сжал её в ответ. Тепло и благодарность, за сделанный шаг навстречу, разлилось у него в душе. "Она сама взяла тебя за руку! Сама! По своей воле!"— промелькнула радостная мысль в голове мужчины. Этот жест засеял в нем семечку надежды. — Мы оба были не правы.— произнес он, смотря в ее глаза, и понимал, что ей действительно жаль. — Ты сильный человек, Килгрейв. С моральной точки зрения. И смелый, но эту смелость слишком часто перечеркивает твоё самолюбие.       Мужчина усмехнулся на её слова, но не стал спорить. Ведь он и сам прекрасно знал, что это правда. — Спасибо, что показал мне видео. Теперь я хотябы знаю, что ты не был таким всю свою жизнь. — Мне пришлось стать таким, Джессика. Сейчас я не тот мальчик, который подарил тебе свою игрушку. Я изменился. И в дальнейшем не сравнивай меня с ним. Кевин и вправду умер, может не в тот день, а чуть позже, но это не имеет значения.       Мужчина встал, разорвав их ладони. Джессику его действие в какой-то степени расстроило. По сравнению с ней его ладонь была теплой, а отпустив её, кожа снова словно покрылась холодной коркой. — Я и Кевин это разные люди. — Нет, не говори так! — Запротистовала Джонс, тоже вставая. — Ты все ещё он! Это видео будто открыло мне глаза на то, почему ты творишь всю эту хрень!       Комфортная обстановка тут же улетучилась и на смену пришло неприятное напряжение. — То, кем я был – моё прошлое, Джессика! Я изменился! — Килгрейв пытался сдерживать наступающее раздражение. — И уж прошу прощения, что не в самую лучшую сторону! — Я в это не верю! Ты так долго носил маску злодея, что тебя кажется вы срослись с ней. Ты просто боишься попробовать ее поменять! — Твоя надежда меня изменить, кажется мне глупой и бессмысленной. Ты видимо забыла, мне не все равно только на тебя, а остальные меня не волнуют. — Хорошо. Раз ты говоришь, что тебе на меня не все равно, ты попробуешь измениться. — Джонс с вызовом посмотрела на Килгрейва, который в свою очередь нагло усмехался на ее слова. — Иначе наши отношения и на миллиметр не сдвинутся. — То есть ты уже расматриваешь вариант "наших отношений "— Специально через чур радостно спросил её мужчина, меняя тему на более привычный ему тон общения.— Неужели у меня начало получаться? — Ничего у тебя там не начало.— Джонс снова села и опракинулась на спинку дивана.       Девушка задумалась: она не знала с чего можно начать. В голове у неё проскакивали мысли, но все они были не те. Но вот одна мысль зацепилась за её сознание. — А твои родители?...они Э-м-м...живы? — спросила девушка, слегка замявшись, не зная как он отреагирует на эту тему.       Эта тема и правда не вызывала в Килгрейве тёплых чувств, но он все таки ответил. —Вероятно. — пожал плечами мужчина — Они были молоды. — Тоесть они живы? Ты догадываешся, где они могут быть? — Джессика начала заваливать мужчину вопросами, словно он был на допросе. — Ты раньше пытался их найти? Спросить почему они... — Хватит! — грубо перебивает он ее, а она чуть не подсказывает от неожиданности.       "Видимо слишком рано обсуждать такие темы" — подумала она про себя, чувствуя как он выдыхает, пытаясь охладить свой вспыхнувший гнев. Оба молчат. Джессике неловко из-за её слов, но она не осмеливается попросить у него прощение. Даже побаивается взглянуть на него, предпочитая разглядывать свои руки.       Ее внимание привлекает движение с его стороны. Килгрейв протянул ей плюшевого медвежонка, которого так и держал в руках. — Это твой подарок. Я не вправе забирать его. Пусть лучше и дальше будет у тебя. — Поразительно спокойным голосом говорит он ей.       Девушка молча забрал игрушку из его рук, разглядывая ее. Этот медвежонок действительно ей дорог. Он как ее талисман надежды на лучшее. — Что? Уже не переспрашиваешь дважды? — Насмешлево поинтересовался Килгрейв. — Ой да иди ты, знаешь куда, Ке-вин?! — передразнила его Джонс, уже не чувствуя себя такой виноватой, однако осадок от затронуть темы все ещё остался.       И снова молчание воцарилось между ними и лишь голос репортерши из телевизора окутал помещение. Шли новости. Прямой эфир с места, где мужчина взял свою семью в заложники и удерживает у себя дома. Патрульные машины и несколько автомобилей скорой помощи окружили здание. И тут же новая идея посещает голову нашей Джесс. — Пойдём.— обращается к нему и поспешно встаёт.

~♡~