Metamorphosis

      Меня действительно занесло в бордель, причем, который располагался в той же деревне, где я познакомился со своим первым клиентом из таверны. Он меня и привел в бордель, в котором я стал жить, работать и отдыхать, так как выходные у проституток тоже имеются. Я до последнего не хотел идти туда работать, тем более мои опасения подтвердились, несмотря на некоторые плюсы.       Расскажу о плюсах, ведь свой рассказ о жизни и работе в борделе я хочу начать с положительных моментов. Несмотря на то, что для проституток бордель является местом работы, небольшое количество работников проживало там, у кого была тяжелая жизненная ситуация, прямо как у меня. Я жил там бесплатно в своей комнате со всеми удобствами, где не принимал клиентов, хотя время от времени мне приходилось отрабатывать аренду комнаты, примерно раз в неделю трахаясь с хозяином борделя — мужиком-извращенцем лет пятидесяти. Боже, на что только не пойдешь ради комфортной жизни… В борделе также я познал много внимания со стороны состоятельных, но извращенных мужчин, мне дарили подарки, помимо оплаты за секс, у меня появились постоянные клиенты, которые обычно намного старше меня и даже моего отца. Но самих клиентов у меня было немного, я в отличие от девушек пользовался невысоким спросом, зато мальчикам-проституткам платили в разы больше, чем девушкам, иначе не выживешь на такие деньги вообще. У мальчиков ограниченная клиентура и их [мальчиков], считая со мной, было всего четыре, которые также как и я были женственными, занимались переодеваниями, но это больше для работы, чем для собственных прихотей. На работе я зарабатывал хорошие деньги, которые впоследствии бездумно тратил на одежду, обувь, парфюм и украшения, никак их не откладывая и не помогая отцу. Я не хочу думать об отце, этот человек выгнал меня из дома.       Впрочем, я все плюсы перечислил. Их ничтожно мало. А зато сколько минусов… Жизнь и работа в борделе — тяжела как морально, так и физически. И мне к тому же повезло, что меня не так часто трахают клиенты, как девушек, ведь я предназначен только для ограниченного круга. Бывает, что клиент желает меня заполучить лишь раз в неделю, а то и реже, тут ещё нужно смотреть на мои выходные, а бывает — несколько разных мужчин в день, в том числе я принимал участие в групповом сексе и удовлетворял в раз и двух, и трех мужиков. Не желая идти в бордель ранее, я хотел быть свободным, устанавливать свои ценники, правила и табу, а в борделе так называемая свобода у меня отсутствовала. А за то, что я хоть как-то высказывал свое мнение, желания и показывал характер, меня наказывали — на какое-то время отстраняли с работы, отчего мой заработок приостанавливался и денег у меня оставалось мало, ведь я в тот момент совсем не умел ими распоряжаться. Зато в борделе я был защищен, все проститутки и иные работники охраняются, поэтому тут маловероятно можно кого-то прикончить, скрыться и остаться безнаказанным. Это огромный плюс.       Я также желал сохранять свою конфиденциальность, называя себя слащавыми прозвищами, типа лисенка, сладенького, чертовки. Особенно мне нравилось быть чертовкой, учитывая мои длинные чёрные волосы и в целом нестандартную внешность, готический стиль. Но затем мою родную страну и имя узнали все проститутки и меня начали называть просто Гримой, иногда Гримой из Рохана. Мне стало неприятно… Мне не хотелось, чтобы эта информация дошла до моей родной страны, куда я, возможно, в будущем вернусь, пусть и на время. Вполне вероятно, что я смогу зайти в гости к отцу, попросить прощения, что я настолько блудный сын.       А ещё я не смог слиться и подружиться с коллективом. Точнее, я вполне нашел общий язык с юношами, у нас были общие темы, интересы, в том числе мне приходилось с ними заниматься сексом либо в групповухе с клиентами, либо мы между собой забавлялись, пока нас никто не покупал. Милые мальчики моего возраста и чуть старше. А вот с девушками я конфликтовал, вернее, они со мной конфликтовали, как и со всеми мальчиками. Заметил в этих девках кое-какие поганые черты — чувство конкуренции, соперничества, зависть, самоутверждение за счёт унижения других людей. Девки завидовали мальчикам, потому что нам гораздо больше платили за секс, и мы часто могли отдыхать от клиентов, так как их у нас было немного. Особенно меня поражало, что девки соперничали за мужиков с нами, несмотря на то, что наши клиенты редко пересекались. Это было так забавно! Я никогда не стану бороться за какой-то член! Но иногда мне приходилось драться с девушками, потому что они сами нарывались и первые начинали применять физическую силу по отношению ко мне. Я довольно слабый физически, худощавый, невысокого роста и по комплекции примерно такой же, как и девушки, а то и более «мелкий» по сравнению с ними. Я не всегда одерживал победу в драках, хоть нас быстро оттаскивали, и за меня заступались мальчики. Поэтому я часто ходил в синяках и царапинах — именно со мной чаще всего дрались, потому что я сам по себе человек странный. Я могу запросто раздеться перед своими клиентами, играть роль похотливой шлюшки, которая выполнит почти все плотские желания за деньги. Но в самом деле я парень скрытный, необщительный, подозрительный, немного озлобленный, в том числе на самих людей. Не люблю людей. Люди совершают очень много зла по отношению к себе подобным. Обманывают, предают, изменяют, издеваются, бьют, насилуют, убивают… Я мало что хочу иметь общего с людьми, но я обслуживаю мужиков лишь ради высокого заработка.       Я не получал удовольствия от секса с этими мужиками-извращенцами (только такие меня покупают), а лишь терпеливо ждал, когда всё закончится. Моя работа быстро превратилась в пытку, но я сразу нашел выход из ситуации и стал употреблять массу алкоголя и наркотиков. Для работников нашего борделя в порядке вещей злоупотреблять этим, да я и лишь потом задумался, что, оказывается, употребляю достаточно вредные вещества, которые негативно сказываются на организме, ломают психику, ухудшают здоровье и укорачивают жизнь. Но я спустя три недели после прихода на работу в бордель уже не мог обойтись без употребления наркотиков, особенно перед обслуживанием клиента. Алкоголь же я обычно пил с мальчиками во время отсутствия клиентов. Я не мог обойтись без наркотиков… Я словно погружался в другую реальность, энергия и либидо во мне прибавлялись в разы, отчего мне было гораздо легче спать с клиентами. Только после соития с ними я не особо помнил, что со мной происходило, но, наверное, это является плюсом.       Мне много кто из клиентов говорил, что им меня жаль, что я выбрал не тот путь заработка, и мой распутный образ жизни в сочетании с пристрастием к алкоголю и наркотикам до добра меня не доведет. Предлагали мне обучиться на какую-либо профессию, найти нормальную работу, либо вступить в армию Гондора. Меня так забавляли эти разговоры, причем, от мужиков-извращенцев, которые сами же платили мне за секс. Только мне не нужна жалость и непрошеное мнение от чужих мне людей. Мне не было и двадцати лет, как я начал много зарабатывать, гораздо больше, чем мои ровесники, хоть и не самым приличным путем. Я мог себе многое позволить, не перебивался с копейки на копейку, при этом шибко не утруждаясь. У тех мужиков есть извращенные желания и наклонности, у них есть деньги, а у меня есть что предложить.

***

      Моя работа в борделе прекратилась, когда я впервые влюбился. Мне тогда уже настало двадцать восемь лет, я не утратил свое очарование, но выглядел слегка потасканным, плюс некоторые замечали, что я выгляжу старше. И я семь лет назад съехал с борделя к мужчине старше меня на тридцать лет, за которого я «вышел замуж». Его звали Рауд. Он познакомился со мной в борделе и одно время был частым моим клиентом. С этим дедом меня ничего не связывало, кроме редкого секса с его вялым писюном, но мне на секс с ним было всё равно, так как он мне дал крышу над головой, влюбился и приютил меня. Рауд был добрым дедом, который любил меня, не выносил мозг, ни к чему не принуждал, обеспечивал меня и даже отпускал меня в бордель подзаработать, чтобы у меня были личные накопления. По его рассказам он никогда не был женат и без детей, поэтому никто нам не мешал.       И вот однажды в мой редкий визит в бордель ради подработки я встретил Маттаиса. Я его никогда ранее не видел, в том числе среди наших клиентов, но я сразу заметил Маттиаса, он мне до безумия понравился. Маттиас на год старше меня и тоже имел опыт с мужчинами, в том числе за деньги. Он чуть выше меня, стройный, в какой-то мере женственный и изящный, с длинными рыже-русыми волосами, веснушками и серыми глазами. В отличие от большинства мальчиков-проституток, этот парень всегда носил мужскую одежду. Вскоре выдался момент после моих небольших наблюдений за парнем, когда я набрался уверенности и первый подошел к Маттиасу, проявил инициативу, невзирая на то, что я состою в отношениях с другим мужчиной. Я не из робкого десятка, поэтому заранее привел себя в порядок: умылся, расчесал волосы, надел женскую сорочку, чулки в сетку и туфли чёрного цвета, чтобы выглядеть более соблазнительно, и отправился в его комнату, где он принимает клиентов. В данное время парень должен быть свободен, так как сегодня он сюда пришел, чтобы прибраться в своей комнате, а не кого-то принимать.       — Привет! Ты не занят? — я мило улыбнулся, слегка прикусив нижнюю тонкую губу. — Меня зовут Грима. Я здесь больше десяти лет как работаю. А тебя почему занесло сюда?       — Привет! Меня зовут Маттиас. Можно просто называть меня Матт. Да так… Нравятся мне не только девушки, но и парни, а здесь я, чувствуя безопасность, смогу заниматься с ними сексом за деньги. У моей семьи, точнее, у родителей появились долги, поэтому я хочу им помочь. Ещё у меня умерла жена, дочь растет, а детям много что надо. Ну и себе не хочу ни в чем отказывать, а здесь в борделе неплохо парням платят, которые спят за деньги с другими парнями, — он улыбнулся мне в ответ и подал жест, чтобы я присаживался рядом с ним. — Я не занят. Я не против побеседовать с тобой. А ты как здесь оказался?       Я довольно присел рядом с Маттом и продолжил разговор:       — Я произошел из неблагополучной семьи. Моя мама… Она тоже занималась сексом за деньги с мужиками, охмурила моего отца, а потом бросила нас. Мой отец стал пить, забил на меня и мое воспитание болт и, скорее всего, я не его сын, так как моя мать ещё во время семейной жизни занималась сексом с разными мужиками. Я не знаю своего настоящего отца. А потом меня один парень изнасиловал, у которого я работал прислугой в поместье. Но у меня впоследствии появилось с ним что-то типа отношений, завязанных на сексе, — говорил я, тяжело вздыхая. — В любом случае, вести такой образ жизни и зарабатывать своим телом я не буду всю жизнь. Я задумываюсь о будущем, но не знаю, куда мне податься. Может, опять в прислуги. Но это неблагодарная работа, где мало платят. Заниматься проституцией, что девушкам, что парням — нужно в молодости. А когда я буду старым и некрасивым, то мне самому нужно платить за секс. Но лучше всего просто иметь свою вторую половинку. Я живу с одним дедом, но желаю иметь личные накопления.       Я подсел к Маттиасу поближе, не отводил от него взор и кокетливо накручивал на палец прядь чёрных волос, словно намекая на то, как он мне понравился. Я не боялся отказа, был уверен в своей привлекательности и не хотел ходить вокруг да около. Даже если он мне откажет, то моя жизнь не крутится вокруг Матта, и я, полагаю, запросто смогу найти себе другого парня своего возраста.       — Ты не против начать встречаться с таким как я? — я вновь улыбнулся, слегка наклонив голову вниз. — Ты мне понравился.       — Можно попробовать, — ответил он без всяких раздумий. — Заранее скажу, что я человек полигамный, здешний заработок мне нравится, поэтому не заставляй меня бросать работу. У меня ещё долги есть.       — А мне тогда как быть? Где мне работать? — удивился я, слегка покраснев.       — Можешь оставаться в борделе. Я тебя не буду ревновать к другим мужикам и к твоему деду, но и ты меня не ревнуй ни к кому. Это просто работа.       После своих слов Матт неожиданно толкнул меня на кровать и, нависая над моим телом, также неожиданно и требовательно поцеловал меня в губы. Но его поцелуй не длился долго, поскольку он внезапно выдал:       — От тебя спермой пахнет. Почему ты не умылся и не почистил зубы после того, как переспал с очередным мужиком?       Эти слова были похожи на некую насмешку, потому что говорил он с ухмылкой на устах. Но я немного растерялся и, ещё больше покраснев, отвел глаза в сторону и промямлил:       — Что ты такое говоришь, Матт?       От меня не должно пахнуть спермой, потому что в последний раз я занимался сексом три дня назад и, разумеется, за это время я умывался, мылся и чистил зубы. Зачем так шутить надо мной? Но я всё же принял это как должное… У меня было много мужчин в постели, но в любви, в отношениях я ничего не смыслю. И не знаю, как здоровые отношения должны выглядеть на самом деле.       — Не принимай это всерьез, Грима. Хотя учитывая, что ты длительное время трахаешься с мужиками, то ты настолько пропах их спермой, что никакое мытье не поможет.       Мне не понравились его слова, мне стало обидно, отчего я молча покинул комнату Матта. Стало обидно по той причине, что окружающие (не только Матт) воспринимают меня как давалку за деньги, не видя во мне личность, не видя во мне никого, кроме как проститутки, наркомана и алкоголика, но из-за появившихся проблем со здоровьем наркотики и алкоголь я стал принимать гораздо реже, чем ранее. Несмотря на мой развратный образ жизни, меня интересует тема магии, мистики, оккультизма в целом. Мне хотелось бы научиться основам магии. Но мне не с кем обсудить мои интересы, даже с Раудом. Мне так хочется иметь друзей, а особенно иметь близкого и любимого мне человека. Я действительно одинок. Хоть я часто провожу время в компании Рауда, клиентов и мальчиков, я — одинокий человек. И надеюсь, что вступив в отношения с Маттом, я почувствую его любовь, заботу, уважение ко мне. Но его шуточки… начинают меня настораживать.       Придя к себе в комнату, я тут же умылся и прополоскал водой рот, но почти следом ко мне зашел Маттаис с широкой улыбкой на лице, сказав:       — Удивился моим словам, Грима? Судя по всему, у тебя нет опыта в отношениях, что ты так близко к сердцу всё принимаешь. Ну и где же ты ищешь себе парня? В борделе? Хах. Ты никогда здесь не найдешь порядочного парня.       — Я не требую себе порядочного парня… — проговорил я, тяжело вздыхая и вытирая бледное лицо полотенцем. — Мне просто хочется нормальных отношений. Не за деньги. И да, ты прав. У меня нет опыта в отношениях.       — Вскоре он у тебя будет…       Маттаис с неким рвением подошел ко мне ближе и без разговоров усадил меня перед собой на колени.       — Ты трахался с кем-нибудь не за деньги, а просто так, когда сам хотел человека? — задал вопрос Матт, отчего я сделал вывод, что он не так мил, как кажется. Ну разве милый и приличный парень пойдет работать в бордель, обслуживая разных незнакомых мужиков?       — Ну да… С Финном, у которого я работал, но только он мне платил за секс. Не после каждой близости, конечно, но платил и дарил мне подарки. Только через небольшое время после моего ухода от Финна он женился и вскоре убил свою жену и повесился. Прости, я не хочу о нем вспоминать и говорить, — я грустно вздохнул и прикусил нижнюю губу.       — Мне тебя жаль… Но тебе я платить за секс не стану, ведь я такой же как и ты.       Парень припустил штаны и обнажил свой эрегированный член, который оказался прямо перед моим лицом. Я слегка покраснел от такой приятной неожиданности, сглотнул слюну и погрузил орган себе в рот. Судя по настрою и личности Матта, кажется, в сексе со мной он будет активом. Впрочем, мне так даже самому нравится. Я рьяно сосал член моего нового любовника, особое внимание уделяя нежной головке и уздечке органа, дрочил его ствол, лизал и запускал в рот яички. Я давно таких ярких чувств и эмоций не испытывал, когда сам желаю парня. Действительно, секс с клиентом или Раудом явно отличается от секса с тем, в кого я влюблен.       — Ты так хорошо сосешь. Ты много членов полировал своим ртом? — вдруг спросил Маттаис пошлым тоном.       — Да… Много членов… Но я не могу сказать точное количество, — оторвался я от оральных ласок.       Матт усмехнулся и решил продолжить, но уже толкнув меня на кровать и раздвинув мне ноги. На мне не было нижнего белья, поэтому он встал на колени и начал ласкать губами и языком мой анус, отчего я стал вздрагивать и постанывать. Ох… Это такое редкое явление, когда меня ласкают. Редкий клиент может дарить мне оральные ласки, даже Рауд часто противится, хоть ему нравится мое тело, нравится, что я парень. Матт круговыми движениями ласкал меня, а после кончик языка запускал вглубь.       — Ты такой раздолбанный. Знаешь, Грима, меня заводит, что ты шлюха. Я согласен временами трахаться со шлюхой, которая вдобавок спит за деньги с мужиками и живет со старым дедом.       После этих слов Маттаис шире раздвинул мне ноги и резко запустил член в мой анус и начал нещадно трахать меня, одновременно надрачивая мой колом стоячий член. Он запускал член по самое основание, с каждой фрикцией пытаясь двигаться во мне быстрее и грубее, отчего доводил меня до более громких, протяжных стонов и моего оргазма с окончанием себе на живот. Кажется, парень явно голоден до секса, в котором он принимает активную роль. Матт сам почти сразу после меня кончил, я хорошо прочувствовал, как его теплое семя разлилось в моей заднице. Он вынул обмякший член и лег рядом со мной, положив мою голову к себе на грудь.       — Я так быстро кончил… Прости. Для меня уже непривычно быть активом в сексе, но мне понравилось.       Я убрал голову с его груди и отвернулся в сторону, прикрыв глаза. Впоследствии я, тяжело вздохнув, сказал:       — Меня больше насторожило не то, что ты быстро кончил, а что меня шлюхой назвал и вел себя грубо. Я хочу нормальных отношений, любви, хочу жить вместе с моим возлюбленным, прямо как семья.       — У тебя ведь есть мужчина, с которым ты живешь, — отметил Матт, после чего встал с кровати и принялся одеваться.       — Я с ним живу ради крыши над головой.       — Моей дочери пять лет, с которой я живу, и я не готов приводить в свой дом мужика. Дочь не должна знать о моем заработке и увлечениях. Я готов встречаться с тобой на нейтральной территории, Грима. И ты действительно шлюха, ещё и наркоман, так как наслышан заранее о тебе, как ты перед каждым клиентом нажирался наркотиков и трахался чуть ли не до потери пульса. Ты думаешь, что я с таким как ты буду строить серьезные отношения? Если ты хочешь серьезных отношений, то завязывай со своим образом жизни, найди себе достойного мужика и не трепись ему о своем прошлом. А лучше люби и цени своего деда, с которым живешь. Да и какие серьезные отношения могут быть между двумя мужчинами?       — Как ты смеешь мне такое говорить? — закричал я, и мои глаза налились злостью и слезами.       Я резко вскочил с кровати, подбежал к Матту и плюнул ему в лицо, после чего убежал к себе в комнату, дабы собраться и уйти домой. Кажется, мы расстались до того, как начали встречаться. Маттаис прав. Я действительно и шлюха, и наркоман, и маловероятны серьезные отношения между двумя мужчинами, но меня выбесило, что мне это в лицо сказали, да ещё таким мерзким голосом, словно меня облили помоями. Я не хочу больше видеть Маттаиса…

***

      Но я отчасти прислушался к словам Маттаиса. Я завязал с проституцией, наркотиками, хоть и было сложно бросить, особенно наркотики, а также я стал ценить свои отношения с Раудом. Я не могу его любить, этого стареющего, полного, некрасивого мужика, от которого неприятно пахнет, но я создавал лишь видимость любви, стал чаще говорить ему о своих «чувствах», приятные слова и удовлетворять его. И всё ради крыши над головой. У меня пропал заработок, отчего мне пришлось откладывать накопления из денег Рауда, что он мне дает на личные расходы. Я знал, что мои отношения с «мужем» вскоре могут закончиться, возможно, по причине его кончины, а накопления послужат мне хорошим обеспечением самого себя на первое время, пока не найду себе работу, нормальную работу.       Маттаис… Я не думал, что он сыграет какую-то роль в моей жизни. После того дня, когда мы впервые познакомились и переспали, прошло два месяца, и на мой день рождения он вдруг объявился, придя ко мне во двор с подарком в виде мехового жилета чёрного цвета. О да, кажется, он прознал мою страсть к чёрному цвету… У меня в тот день было плохое настроение. Несмотря на то, что настал мой день рождения, я поссорился с Раудом. И даже он, этот гребанный старик, оказывается, не любит меня по-настоящему. Ему нужно было только моё тело, именно молодое тело, а я, дурак, верил ему, что он со мной по любви. Никакого поздравления с днем рождения от Рауда я не получил, кроме того, как он сказал, что я выгляжу далеко не так, как в двадцать лет, и я в свои двадцать девять выгляжу намного старше, на все сорок, что я его всё меньше привлекаю. А потом он ушел в неизвестном направлении, возможно, отправился в бордель, платить за секс мальчикам моложе меня.       Позже я вышел во двор нашего частного двухэтажного дома подышать свежим воздухом и оглядеться, не идет ли мой старик. Вдруг он отправился за подарком для меня? Но вместо Рауда с подарком, я увидел Маттаиса с подарком, который, мило улыбаясь, подходил ко мне ближе.       — Привет, Грима! Я знаю, что у тебя сегодня день рождения. Я пришел тебя поздравить! Мы так давно не виделись. Ты пропал из борделя. Но я скучал по тебе, — сказал Матт дружелюбным голосом. — Прости, что был груб с тобой в прошлый раз. Я тогда отходил от наркотиков… Решил их попробовать. Но больше я такую дрянь не стал принимать.       — Привет! Это так неожиданно… Я думал, что больше не увижу тебя, — я слегка покраснел и кинулся к нему в объятья. — Я тоже скучал… Но, Матт, я больше не вернусь в бордель и в целом не буду торговать своим телом. Сегодня я поссорился со своим стариком. Он мне сказал, что я старею, что я выгляжу намного старше.       — Это неправда! — Матт впустил меня в свои объятья, а после накинул на меня меховую жилетку, которую он решил мне подарить. — Этот старик-извращенец просто зажрался. Сколько ему? Около шестидесяти? Да он должен тебе поклоняться лишь за то, что ты, молодой и красивый парень, согласился с ним жить. Двадцать девять лет — это не старость, а самый расцвет молодости.       Я принял подарок от Матта, после чего впустил его к себе в дом. Мне было плевать, если нас застанет старик, тем более он не должен меня ревновать, раз сам ранее отпускал меня на заработки в бордель и сам же меня там «подобрал». С Маттаисом я выпил травяной чай с ягодным пирогом, приготовленным мной сегодня утром, ещё до ссоры с Раудом. Мне было приятно общество моего ровесника, нравится его голос, улыбка, прикосновения ко мне. Боже, кажется, я вновь влюбляюсь в него…       — Ты отлично готовишь, Грима. И в доме у тебя царит порядок. Был бы ты девушкой, то от поклонников отбоя не было, — отметил Матт и помог мне убрать посуду со стола.       — Я хотел бы быть девушкой, а не просто женственным парнем, носящим время от времени женскую одежду.       — Но сегодня я бы хотел, чтобы ты со мной почувствовал себя мужчиной. Трахни меня, Грима. Прямо в задницу трахни, — вдруг выдал свои желания мой возлюбленный, широко улыбаясь.       Я громко засмеялся над хотелками Матта, особенно над тем, что я в данный момент одет в женскую рубашку и длинную юбку с чулками, а он мне говорит, чтобы я почувствовал себя мужчиной… находясь в женской одежде, ага. У меня мало мужской одежды, и то я её ношу, когда куда-то выбираюсь из дома. Моему старику нравится, когда я ношу женские шмотки.       — Почему ты смеешься? — недоуменно спросил парень, прекратив улыбаться.       — Это плохая идея! Я довольно быстро кончаю. Может, у меня что-то не так с гормонами. Я мужского пола, но выгляжу женственно и миниатюрно, у меня мышцы отсутствуют, волосы на теле не растут, даже бровей нет, — вздохнул я. — Я давно не трахал кого-то в зад, у меня в этом совсем маленький опыт. Но если ты хочешь, Матт, я могу попробовать. Только потом не обижайся, если у нас ничего не получится.       — А девушки у тебя были? — поинтересовался он и прикоснулся к моей талии. — Какой же ты маленький и хрупкий… Ты сам как девушка.       — Нет, не было девушек. Мне не нравятся девушки. Когда я работал в борделе, то они презирали, издевались и дрались со мной. Они пытались со мной соперничать за мужиков, а также их бесило, что мне больше платили за секс, чем им.       — У меня такой проблемы нет. Конечно, не скажу, что девушки-проститутки мною восхищаются в борделе, но конфликтов у нас не возникало. Возможно, потому что я с ними редко пересекаюсь.       — Я не хочу обсуждать всяких шлюх, — я громко цокнул, закатив глаза. — Давай уже, подставляй свой зад, Маттаис!       — Не так быстро…       Маттаис притянул моё лицо за подбородок и чувственно поцеловал меня в губы, а пальцы рук запускал в мои длинные чёрные волосы. Этот поцелуй явно отличался от того, что был у нас в борделе… Наш нынешний поцелуй казался более сладострастным, глубоким, словно Матт ко мне и вправду неравнодушен, что он за эти два месяца истосковался по мне. Его язык сплетался с моим, отчего я тяжело задышал, несмотря на такие приятные ощущения. Матт с судорожным вздохом отпустил поцелуй и признался:       — Грима, ты такой красивый. У тебя необычная внешность, готический стиль. Ты лучше любой девушки. Для меня будет лучшим решением встречаться с парнем. У него нет месячных, а также он точно никогда не забеременеет, — Матт с улыбкой на лице коснулся лбом моего лба. — Я скучал по тебе всё это время. Прости, что был на тот момент груб с тобой.       — Я тоже по тебе скучал, Матт. Я не думал, что вновь увижу тебя. И не только увижу…       Парень начал расстегивать мою рубашку, а после, когда снял её, то прильнул губами к моим соскам, лаская их и возбуждая меня всё сильнее.       — Я только сейчас заметил, что твои соски проколоты, — усмехнулся он. — Ты любитель пирсинга?       — Я сам не помню, как всё это у меня появилось. Знаю, что в борделе прокололи ради большей сексуальности. У меня ещё мочки ушей и язык проколоты, а на бедре есть татуировка со змеей. Мне говорят, что я похож на змею! — я засмеялся и принялся сам раздеваться, дабы показать свою татуировку.       — Это выглядит соблазнительно… — отметил Маттаис.       Когда мы разделись полностью, поочередно сняв друг с друга одежду, то парень сел передо мной на колени и стремительно вобрал мой член к себе в рот по самое основание. Но я отпрянул, несмотря на то, что я безумно хотел оральных ласок с его стороны.       — Нет, Матт, не надо… Я быстро кончу от минета. А если я кончу, то потом долго буду восстанавливаться.       — Тогда позволь мне лечь перед тобой с раздвинутыми ногами.       Я положительно кивнул головой, после чего мой возлюбленный полностью обнаженным лег спиной на мою общую с Раудом кровать, раздвинул ноги в стороны и приподнял ягодицы. Я же немедля смазал его анус и свой член маслом, после чего устремил член в Матта и стал двигаться в нем поначалу медленно, осторожно, а затем постепенно ускорялся. У меня появились такие непривычные ощущения, и я не знал, как правильно себя вести при этом раскладе, как двигаться, чтобы моему партнеру стало наиболее приятно. Но я так хорошо чувствовал Матта, чувствовал, как внутри него так тепло и приятно, особенно когда касался его простаты, не прекращая движения и свои приглушенные стоны от удовольствия.       — Тебе нравится? — задал вопрос я, придерживая его ноги руками.       — Да, Грима… — простонал Матт, одновременно лаская свой член рукой.       Я, пытаясь хоть как-то сдерживать свой приближающийся оргазм, решил замедлиться, прикрыть глаза, но в итоге с протяжным, более грубым стоном излил свое семя в партнера. Матт кончил вслед за мной от своей руки себе на живот, затем по странной для меня причине собрал стекающую из ануса мою сперму, а другой рукой собрал свою и соединил обе ладони друг с другом.       — Мы прям как одно целое, Грима…       Матт слизал с ладоней наши с ним жидкости, тем самым вогнав меня в жуткую краску и смущение.       — Ты такой пошлый… — тихо проговорил я, а потом усмехнулся: — Хотя. Ну кому я удивляюсь? Ты же спишь с мужиками за деньги!       — А ты живешь со стариком ради денег и изменяешь ему со своим ровесником, — отметил Маттаис и игриво показал мне язык.       — Думаю, что тебе стоит уйти. Как раз я не хочу, чтобы мой старик узнал, что я ему изменяю и вожу своего парня в его же дом, — в этот момент мой голос поменялся на более серьезный и строгий.       Маттаис без лишних слов оделся и ушел восвояси, оставив меня наедине с самим собой — одновременно и счастливым, и настороженным из-за моего конфликта с Раудом. Но переживал я недолго из-за ссоры с «мужем», так как он, оказывается, отправился не развлекаться, а за подарком в виде золотой цепочки и подвески со змеей. Ох, опять змея? Это какой-то намек на мой внутренний мир? Но в любом случае мне понравилось!       — Спасибо, — произнес я нежным тоном и поцеловал Рауда в щеку.