Судьба их всё же воссоединила)

Вечером — Мам, что случилось? — спросила Виолетта, которая только пришла домой. После занятий она встретилась с Перси и Джеймсом. Они повеселились пару часов, после чего Виолетта и отправилась домой. Гермиона сидела грустная и чем-то обременённая. — Я просто беспокоилась о тебе, милая… — Всё в порядке. Не стоит за меня беспокоиться, — сказала девочка, улыбнувшись, подошла и обняла маму. — Тебе уже 11 лет, но я до сих пор считаю тебя малюткой, — улыбнулась Грейнджер, и слёзы покапали одна за другой. — Ну, мам, ну не плачь. Обещаю, что постараюсь тебя больше не расстраивать. — Ты же моя родная, — улыбнулась та и, смахнув слёзы, крепко обняла дочь. Они ещё немного посидели в гостиной, а потом направились на кухню. — Совместный ужин. Готовить будем вместе, — заявила девочка, надевая фартучек. Грейнджер улыбнулась своей лучезарной улыбкой и тоже надела фартук. Выбор остановился на блинчиках. Всё, что было нужно мама с дочкой перенесли на стол и занялись готовкой. Девочка поставила перед матерью большую миску, а та разбила пару яиц. Затем девочка добавила сахар и начала взбивать это всё вилкой. — Давай-ка, лучше я, — сказала Грейнджер, и взмахнув палочкой, начала взбивать смесь. Затем Виолетта взяла стакан молока и влила в миску. Грейнджер всё так же взбивала смесь. Виолетта хотела пройти за мукой, но случайно задела маму. И тут из миски в разные стороны полетели брызги. — Всё, всё! — смеялась девочка. Гермиона вскоре остановила этот бедлам, после чего Виолетта посыпала на неё муку. — Виолетта, что ты делаешь? — усмехнулась Грейнджер. — Ужин и так уже испорчен, но вот поиграть мы ещё можем, — таинственно улыбнулась та, и в Гермиону полетела новая порция муки. Обе обсыпали друг друга мукой. Смеху было много. Спустя час вся кухня была прибрана, а уставшие мама с дочерью спали на диване. У Малфоев Драко Малфой сидел в своём кабинете. В руках он держал бокал с белым вином. Перед ним, на большом дубовом столе, лежали бумаги, которые ему следовало бы проверить ещё 2 часа назад, но он вместо этого думал о Полумне. Думал о том, что это он виноват в том, что она несчастна. Виноват в том, что случилось 12 лет назад... — Папочка, почему ты сидишь в темноте? — спросила Астрид, входя в кабинет. В Хогвартсе все, точнее большинство, считали её редкостной дрянью и стервой, а вот дома, особенно рядом с отцом, она становилась ангелом, самым прекрасным существом на всём белом свете. — Задумался, яблочко моё, — ответил Драко с улыбкой. Астрид заставляла его улыбаться. Даже когда ему было плохо, как сейчас, то стоило ей только заговорить с ним, как он забывал обо всём, кроме своей ненаглядной дочери. — О чём? — спросила его «яблочко» и села на тёмный диван. — Не забивай этим свою светлую головку, — улыбнулся Драко, поставил бокал на стол и прошёл к дочери. — Ты всё ещё считаешь меня ребёнком, — усмехнулась Астрид. — Годы идут. Я старею, а ты всё ещё моя маленькая принцесска, — щёлкнув дочь по носику, ответил Драко. — Стареешь? Да тебе всего-то 32 года. А возраст всего-то цифры! На вид тебе лет 20, — улыбнулась девочка и чмокнула отца в щёку, а потом обняла. — Ты моя радость, Астрид, — сказал тот и крепко обнял дочь. У Поттеров — Джинни, ты не понимаешь! Если он сейчас так себя повёл, то что будет потом? — бушевал Поттер. — Гарри, не кричи. Разбудишь же, — шёпотом просила миссис Поттер. — Милая, пойми, мы всё равно должны с ним поговорить. — Я всё понимаю, но давай завтра утром. Очень тебя прошу, — промолвила Джинни. — Ладно, пусть будет по-твоему, — сдался Гарри, и обняв жену за талию, повёл её в спальню. Они зашли в достаточно просторную и уютную комнату. Джинни направилась к шкафу, чтобы взять ночнушку. — Может мы сегодня немного задержимся со сном? — с лукавой улыбкой спросил Гарри. — Милый, — начала возражать та, но Поттер стоял рядом, обнимая за талию Джинни. — Ты моё успокоение, — сказал он и поцеловал жену. Миссис Поттер обняла его и прижалась к его тёплому телу. Он аккуратно стянул с неё розовое платье, оставив в нижнем белье. — Моё любимое, — прошептал Гарри, отвлекаясь от поцелуя и рассматривая красный кружевной бюстгальтер жены. Джинни улыбнулась и потянулась к его белой рубашке. Через минуту та валялась на полу. Руки женщины гуляли по торсу мужа. Поттер расстегнул бюстгальтер жены, и тот уже валялся рядом с его рубашкой. Поцелуи опустились на шею Джинни. — Поттер… — Ты или я? — усмехнулся Гарри и поцелуи переместились на грудь. — Т… ты… — Шшшш, — перебил он жену. Поцелуи были нежными и приятными. Поттер поцеловал груди Джинни и, поднявшись, впился ей в губы. Руки миссис Поттер опустились на выступивший бугорок под штанами. Целуясь, они дошли до кровати. Джинни расстегнула ширинку тёмных брюк и те так же полетели на пол. Вслед за ними полетело и всё остальное. Джинни лежала на кровати, а Гарри надвисал над ней. И вновь его поцелуи становились всё ниже и ниже, пока не достигли чуть округленного живота. — Люблю вас, — прошептал Поттер, целуя живот жены. Джинни была уже на 23-ой неделе беременности. Поцелуи... Поцелуи... Движения рук... Поцелуи... Вот уже Джинни опирается об стенку руками, а Поттер медленно входит в неё... Дома у Уизли Перси Уизли сидел в своей комнате и думал о Виолетте. «Какая же она необычная!» — думал он. Ему всего-то 12, но он уже нашёл свою первую любовь, точнее она сама его нашла, в буквальном смысле. Это было 6 лет назад. Перси был зол на Джеймса за то, что тот сломал его игрушку. Будучи злым, он убежал в лес. Мальчик никогда не заходил так глубоко в лес, как в тот день. Он брёл по лесу, осознавая, что заблудился. Деваться было некуда. Он шёл вперёд. В лесу было тихо. Никаких звуков. Даже птиц не было слышно. Мальчик увидел реку. Вокруг летали бабочки всех цветов радуги. «Какое чудесное место!» — подумал Перси и подошёл к реке. Он сел на берегу и стал наблюдать. — А-ай, — послышались крики. Мальчик быстро поднялся на ноги, стряхнул с брюк травинки и стал осматриваться. Никого. Он посмотрел на противоположный берег, и тут кто-то на него наткнулся, и они упали в реку. Повезло, что течение было слабым, да и река не глубокая. Парень встал. — А ты кто? — спросила девочка, стоявшая перед ним. — Я… я… — Перси потерял дар речи. Он с любопытством смотрел на черноглазую, бледнолицую брюнетку. — Почему ты так смотришь? — спросила девочка, и её щёчки покрыл румянец. — Меня зовут Перси, а тебя? — Я Виолетта. Как ты сюда попал? — спросила новая знакомая Перси. — Заблудился… — признался мальчик и тоже покраснел. — Скажи мне, где ты живёшь и я тебя провожу, — предложила Виолетта и вышла из реки. — Твоя нога… — Всё в порядке. Просто упала. Мама всё вылечит. Она самая настоящая фея! — заявила Виолетта и гордо подняла голову. «Так вот, кто кричал» — понял Перси. — Ты тоже фея… — сказал он и ещё сильнее покраснел. Девочка мило улыбнулась, и они вместе направились к выходу из леса. Она привела Перси домой. Так они и познакомились. С Джеймсом она познакомилась тогда же. — Ну, что, племяш, о чём грустишь? — спросил Фред, прервав его воспоминания. — Дядя Фред! — радостно произнёс Перси и подошёл к дяде, чтобы обнять его. Тот растрепал племяннику волосы и крепко сжал в объятиях. Джордж и Фред за последние годы очень изменились. Изменения были колоссальны настолько, что теперь каждый мог различать близнецов. Причёски, стиль одежды и некоторые черты лица тоже подверглись этим изменениям. — Джордж тоже приехал! — сказал Фред, и Перси побежал к другому дяде. Семейка Уизли самая большая и самая добрая.