Галлеон нашей любви

      Гермиона уже четвёртый час сидела в библиотеке в поисках способа связи между членами Отряда Дамблдора. Они уже несколько раз собирались в Выручай-комнате для тренировок, связываясь через записки и самолётики, но такой вариант гриффиндорка считала непрактичным. Девушка уже хотела возвращаться в гостиную, как к ней подсел Теодор Нотт.       — Поиски не увенчались успехом? — спросил он.       Гриффиндорка открыла в удивлении рот. Она никогда не общалась с Теодором, помимо тех нескольких раз, когда их ставили в пару на Зельях или ЗОТИ. Прошло не меньше, чем полминуты, когда Гермиона смогла совладать с собой и ответить:       — Можно и так сказать.       — Я могу помочь тебе, — сказал парень.       — Откуда ты знаешь, что я ищу?       — Но взамен мне кое-что нужно, — пропускаю мимо ушей её слова, продолжил Нотт.       — Как это по-слизерински, — ответила Грейнджер.       Тео на это лишь криво усмехнулся и выжидающе посмотрел на свою собеседницу. Гермиона задумалась. Ей стало интересно, что может понадобиться этому слизеринцу, другу Драко Малфоя. А что ей, собственно, терять? Сейчас она узнает.       — И что же тебе нужно от меня?       — Я знаю про ваши тренировки в Выручай-комнате и знаю, что ты ищешь лучший вариант средств связи между вами, чтобы Амбридж не узнала. Насчёт этого у меня есть идея.       Глаза гриффиндорки округлились, а рот снова приоткрылся в удивлении. А Нотт, тем временем продолжил:       — Но я хочу, чтобы ты меня обучала.       — Зачем тебе это? — выйдя из ступора, ответила девушка.       — Скажем так, у меня свои резоны. К тому же без практики невозможно научиться магии.       — И ты пришёл ко мне. Почему ты думаешь, что я соглашусь?       — Потому что, я могу помочь тебе, а ты мне. Взаимная выгода. Так что?       Гермиона задумалась. К её удивлению, Теодор не был ей неприятен. Она чувствовала себя комфортно рядом с ним. Будет ей, чем заняться пока, её друзья заняты. Гарри в этом году увлёкся Чжоу, а Рон стал проводить много времени с близнецами Уизли, придумывая новые пакости для Амбридж. И она решилась. Будь что будет.       — Хорошо, — Тео улыбнулся, — Что ты придумал для связи?       Он достал что-то из кармана и подбросил. Гермиона словила, как ей казалось, обычный галлеон. Она вопросительно приподняла бровь. Нотт уже держал в руках такой же и, приложив большой палец, посередине начал записывать слова. Монета в руках Грейнджер нагрелась, она взглянула на неё и увидела надпись: «Ну как тебе?».       — О Мерлин! — воскликнула девушка, — как?       — Протеевы чары, — просто ответил слизеринец и, достав из своей сумки небольшую книгу с таким же названием, протянул её Гермионе.       — Спасибо.       — Ну что же, я свою часть сделки выполнил, жду в ближайшее время от тебя сообщения, — сказал парень, указывая на галлеон в своих руках, на что его собеседница лишь кивнула. Он кивнул ей в ответ, а затем встал и ушёл.

***

      Первое время Гермиона чувствовала себя странно и, порой, немного неловко на их занятиях с Тео. Они встречались в одном из заброшенных классов на втором этаже. Теодор оказался совсем не таким, как она его представляла. Парень был не только красивым и высоким, а также интересным и умным собеседником с отличным чувством юмора. Он не был чистокровным снобом, но всё же оставался слизеринцем, хитрым и целеустремлённым. Их тренировки становились всё чаще и переросли сначала в активные дискуссии, а потом и в свидания, долгожданные и горячие. А тот самый заброшенный класс стал их укромным местом.       Это продолжалось до конца шестого курса, пока Гермионе с друзьями не пришлось покинуть Хогвартс для поиска крестражей.       Они встретились в Хогсмиде, за несколько минут до их ухода. Он пришёл сюда сразу, как получил её сообщение по галлеону. Девушка побежала ему навстречу и сразу накрыла его губы своими. Поцелуй был нежный, с нотками отчаянья. Оторвавшись от него, она сказала:       — Я люблю тебя, — и исчезла с громким хлопком аппарации.       Тео так и замер, смотря в пустоту, где секунду назад стояла его любимая, так и не успев ответить ей.

***

      Гермиона с мальчиками вернулась в Хогвартс, в поисках диадемы Кандиды Когтевран. Когда вся школа была в Большом зале, а Гарри выступал против Снейпа, девушка искала глазами Тео, но так и не нашла. «Оно и к лучшему, пусть будет подальше от этого», — подумала она.       Битва продолжалась, как ей казалось, уже вторые сутки, а не пару часов. Отчаянье полностью заняло место надежды, когда она увидела, как Хагрид несёт тело Гарри. Она не слышала, что говорил Волдеморт, она пыталась остановить бесконечный поток слёз, что, не переставая, текли по её лицу. Но вдруг Гарри зашевелился и слез с рук полувеликана. Она увидела, как младший Малфой бросил свою палочку её лучшему другу, и битва тут же продолжилась.       Гермиона не могла сказать точно, как со двора она снова переместилась в замок. Пожирателей стало меньше, ведь часть из них сбежала после очередного воскрешения Мальчика-который-выжил, но легче от этого не стало.       Сражаясь, она и не заметила, как осталась одна против двоих Пожирателей в коридоре. В неё летело множество проклятий. Девушка из последних сил удерживала Протего, как вдруг увидела, что один из Пожирателей упал. Увидеть, кто пустил заклинание, ей мешал второй Пожиратель. Пока он пытался понять, откуда напали на его сторонника, Гермиона пустила в него Оглушающее заклинание. Мужчина отлетел дальше по коридору и отключился прямо у ног Теодора.       — Тео, — только и смогла вымолвить Грейнджер и бросилась ему навстречу. Парень поспешил ей навстречу и, подхватив девушку, закружил её в объятьях. Поставив Гермиону на землю, слизеринец поцеловал её, отчаянно и жадно. Он прикусил её нижнюю губу, как бы наказывая девушку за столь долгую разлуку.       Когда воздуха стало не хватать, они оторвались друг от друга, и Тео прошептал:       — Больше я тебя не отпущу.       В следующий момент Тео резко дёрнул её, развернув вместе с собой, меняя их местами. Гермиона поняла, что случилось, только когда зелёная вспышка попала в спину Тео, и его тело обмякло в её руках.       — Нет! — прокричала Грейнджер.       Пожиратель Смерти, которого она оглушила, очнулся и продолжил борьбу. Гермиона вскинула палочку и впервые в жизни произнесла:       — Авада Кедавра! — вспышка заклинания попала в грудь мужчины, но от этого не стало легче. Девушка не смогла сдержать рыдания, рвущиеся наружу, пока обнимала бездыханное тело своего любимого.       Когда Гермиона услышала недалеко от себя шум, то вспомнила, что битва ещё продолжается. Она отнесла тело Тео в их кабинет, наполненный столькими приятными воспоминаниями. Теперь у неё остались только воспоминания. Новых они уже не создадут вместе.

***

      После Битвы за Хогвартс прошло несколько недель. Всё это время Гермиона провела на площади Гриммо. Гарри предложил ей пожить у него, а она и не сопротивлялась. Идти ей больше некуда и не к кому.       Из своей комнаты она не выходила, и не реагировала ни на кого, кто пытался к ней войти. То, что она жива, подтверждали лишь эльфы, которые несколько раз в день приносили девушке еду и почти всегда забирали нетронутые тарелки.       В один из таких дней Джинни не выдержала и ворвалась в комнату Грейнджер.       — Гермиона, так больше не может продолжаться. Я понимаю тебя, мы все кого-то потеряли.       — Нет, не понимаешь, — отозвалась девушка. Голос её охрип, а горло засаднило, от того, как долго она не разговаривала.       — Почему это?       — Гарри ведь жив, — Джинни нахмурилась.       — Я не совсем понимаю… — начала было младшая Уизли. И Гермиона рассказала. Рассказала всё. И про договор с Тео, и про их встречи, которые переросли в отношения, и про то, как он спас её.       Джинни внимательно всё слушала. Когда Гермиона закончила, в комнате повисла тишина. Спустя несколько минут, которые показались вечностью для Грейнджер, её подруга заговорила.       — Гермиона, ты думаешь, он спас тебя ради такой жизни? Чтобы ты сидела в четырёх стенах и не выходила неделями? Чтобы ты почти ничего не ела? Нет. Он спас тебя, чтобы ты жила полную жизнь. Не делай его жертву напрасной, — это были последние слова Джинни, перед тем как она покинула комнату.

***

      Слова Джинни заставили Гермиону задуматься. Она права, нельзя больше страдать и заниматься самобичеванием. Грейнджер начала спускаться на завтраки с Гарри и Джинни, снова вернулась к чтению книг, которые нашла в библиотеке Блэков. Но всё так же продолжала плакать по ночам и просыпаться в холодном поту от кошмаров, в которых зелёная вспышка попадает в спину Тео.       Гермиона приняла приглашение профессора Макгонагалл вернуться в Хогвартс на последний курс и начала исследование книг в поисках способа вернуть родителям память.       Она как раз сидела за книгой «Забвение и другие способы изменения памяти», когда в окно постучала сова. Она не узнала птицу, но, нахмурившись, всё же впустила её. Отвязав от лапки совы письмо и угостив её, Гермиона села на стул и открыла неподписанный конверт. Внутри был ещё один конверт и небольшая записка:       «Добрый день, мисс Грейнджер!       Меня зовут мистер Дерек Джонс, я адвокат семьи Ноттов. В связи со смертью мистера Теодора Нотта, мне поручено передать Вам письмо. Оно вложено в конверт с этой запиской. Мои соболезнования, мисс Грейнджер.       Мистер Джонс».       Чудом сдерживая горькие слёзы, Гермиона дрожащими руками открыла конверт с письмом Тео. Раскрыв пергамент, она увидела до боли знакомый почерк, и первая горячая капля упала прямо на начало послания.       «Моя Гермиона!       Не знаю, прочитаешь ли ты когда-нибудь это письмо. Я даже не знаю, жива ли ты ещё. Уже прошёл почти год, как ты ушла. Время без тебя идёт бесконечно долго, а обстановка в Хогвартсе только ухудшает положение. Эти чокнутые Керроу не дают проходу никому. Они заставляют нас пытать друг друга Круциатусом. К счастью, мы научились лишь симулировать боль. Вот такой вот у меня новый навык. Но я не об этом.       Близится финальная битва, я чувствую это. Если ты читаешь это, значит, я не смог её пережить. Но смогла ты, а это для меня самое важное. Я хочу, чтобы ты продолжала жить, продолжала бороться. В тебе столько света, Гермиона. Ты должна поделиться им с миром. Ты уже изменила это мир к лучшему и должна продолжать менять его. Ты изменила и меня.       Ты заставила меня видеть мир во всех его красках, а не просто в оттенках серого. Ты показала мне, что на самом деле важно. Ты, Гермиона Грейнджер, — самое лучшее, что было у меня. Лучшее во мне.       Твой Тео».       К концу письма Гермиона уже не сдерживала рыдания. Она перечитала послание ещё несколько раз, а когда хотела сложить его обратно в конверт, тот упал со звонким звуком на пол. Девушка нахмурилась и, подняв его, достала оттуда галлеон, на котором было написано:       «Я тебя люблю».