a thousand touches

— без десяти восемь, хени, ты чего не спишь? — хоби, услышав тихие шаги, повернул голову на все сто восемьдесят, и увидел в проходе кима, похожего на маленького котёнка. мегаполис спрятался под мокрыми и прохладными объятиями дождя, а улицы сияли от маленьких и бодрящих капель. в воздухе витает атмосфера предстоящего знойного дня, городского беспорядка и приятный, черезчур приторный аромат духов, видимо, ванильных. в квартире витает сладкий запах свежесваренного кофе, а этажом выше слышен нудный и недовольный разговор соседей о сегодняшнем дождливом дне. — почувствовал, что тебя рядом нет. вот и проснулся. — прямо сейчас тэхен был совсем другим. не таким, каким он бывает обычно. в этот момент он выглядел уютно и мягко. его глубокие карие глаза, в которых душа хосока давным давно утонула, были сонными. уголки губ были слегка вздернуты, а взъерошенная челка брюнета плавно и удобно расположилась на лбу. — а ты чего так рано? сегодня же воскресенье, если я не ошибаюсь, и, между прочим, твой единственный выходной за последние три недели, хо. — сначала мне позвонили и сказали, чтобы я написал об итогах прошлого месяца, — встав со стула и медленно подходя к возлюбленному, начал бубнить хосок, сведя брови к переносице и уткнувшись в шею тэхена, аккуратно разместив руки на его талии. — ну а потом мне позвонил отец и сказал, что ему нужна срочная помощь. ему потребовалось прямо сейчас, в эту же минуту, перевезти мебель. — значит ты опять уедешь и я целый день буду в одиночестве смотреть фильм, который мы так долго откладываем к совместному просмотру? — я всего лишь на полчасика. — мгновенно поцеловав тэхена в его торчащий носик и лоб, протараторил чон, и захватив свой рюкзак, висящий на дверной ручке, выскочил из квартиры. тридцать минут для бедного тэ казались сущим адом. он сделал все, что было в его силах — выпил кофе с двумя ложками сахара, который был приготовлен его любимым, поговорил о погоде с котом, смотря на крыши домов с балкона, обзвонил всех знакомых и пожелал хорошего дня, послушал песни, которые ему советовала соседка напротив, хотя такой жанр музыки ему никогда не нравился, и даже сделал маску для лица. — одиночество меня погубит, это однозначно. — разговаривая с котом, параллельно гладя его, ведя своей большой ладонью от головы до хвоста, ворчал ким, в ответ получая громкое мяуканье. — ладно, нам пора перекусить. одним кофе особо не наешься, знаешь ли. пройдя на кухню, тэхен задумался, и на пару секунд завис. бутербродов ему не хотелось, хлопьев с молоком тоже. одним из вариантов был по-быстрому приготовить рамен со вкусом курицы, а другой — дождаться хосока и вместе с ним отправиться в какую-нибудь забегаловку и до тошноты заполнить желудок чем-то сладким, например, пирожными и коктейлем. — готовьтесь, куриные яички, сейчас вы будете заживо сжарены и съедены голодным мной! — потянувшись к верхней полке холодильника, на которой находились те самые яйца, говорил парень, тихо хихикая. первым делом тэхену бы следовало помыть руки, но посчитав эту процедуру совершенно не нужной, юноша сразу приступил к приготовлению яичницы. сковорода послушно стояла на плите, по ней медленно текло подсолнечное масло. желтки и белки яиц, которые потерпели крушение скорлупы, отправились в свободное плавание по всей поверхности сковороды. — соль! нам нужна соль, — беря щепотку соли, разговаривал ким сам с собой. — и перчик, желательно. совсем позабыв о скуке и печали, парень очень увлекся готовкой. плаксивые и серые улицы не казались такими грустными, как ранее, настроение было выше крыше, а в голове играли веселые мелодии. в общем и целом, и в квартире, и на душе у парня царили покой и умиротворение. внезапно раздался громкий скрежет ключа в замочной скважине. представитель семейства кошачьих быстро, сметая все на пути, несся к входной двери, а другой представитель этого же семейства, только чуть постарше,от неожиданности, чуть прикрикнул и выронил крышку от сковороды, но та удачно приземлилась на пол. присоединившись к коту, который уже изо всех сил что-то кричал на своем родном кошачьем, тэхен направил свой короткий путь к той же двери. наконец-таки выйдя в коридор, брюнет начал наблюдать за очень милой картиной, которая очень грела сердце — хосок, не успевший толком раздеться и снять полностью промокшие ботинки, держал на руках кота, который был похож на большую подушку. клочки шерсти небольшими кучками остались на тёмном пиджаке. — скучали по мне, мои хорошие? — сложив губы в трубочку, начал говорить парень, все еще не сняв верхнюю одежду и все так же стоя у двери, покачиваясь из стороны в сторону. — я тоже скучал, сильно-сильно. засмотревшись, ким не заметил, как пушистое существо давным давно проскочило в гостиную, а хосок, избавившись от пиджака, который был весь в серой шерсти, поставил обувь на батарею и прошел на кухню, слегка задев тэхена локтем. — ну и чем ты тут занимался, хени? — расставив руки по бокам, спросил чон, приподняв правую бровь. — неужто смотрел фильм и жевал попкорн с карамелью? — нет! совсем нет! — как будто оправдываясь, ответил ким, со всей любовью заглянув в глаза напротив. — сначала я умылся, съел вчерашний бутерброд, поговорил с котом, а потом уж... договорив, парень перевел взгляд своих темных шоколадных глаз в сторону яичницы, которая чуть подгорела. тэхен тут же подбежал к плите, и в спешке выключив её, вытер тыльной стороной ладони пот со лба. — получается, ты теперь мой личный шеф-повар? — смеясь, спросил хосок, в упор подойдя к брюнету, чьи щеки тут же залились алой краской. — ну... — теперь ты будешь по утрам радовать меня своей яичницой, а я буду варить тебе кофе. — положив руки на плечи тэхена, прошептал хоби и тут же приобняв возлюбленного. — кровать заправил, яичницу приготовил, — с нежностью говорил тэхен, опыляя ушко чона своим мягким голосом. — осталось только прикоснуться к твоим губам. и в этот же миг тэхен прислонился своими сухими губами к чужим, пытаясь передать через обычный поцелуй всю ту любовь и ласку, которую испытывает к его самому любимому, к его самому потрясающему чон хосоку.