Мой Люцифер

После неловких ситуаций этим днем, Лилит не могла собраться с мыслями. В планах было порисовать, но она, даже не помыв руки, легла спать. Мама, увидев, что девочки пришли и Лилит сразу ушла в комнату, хотя время еще не для сна, подумала: — Что с ней? И не помыла руки, не подошла ко мне… — Стучится в дверь. — Я сплю! — Лилит, можно зайти? — Мам? Да, конечно. Мама заходит и садится на кровать. Лилит не может сказать ей, что встретилась с парнем и долго разговаривала с ним, ей приходится соврать. — Что случилось? — Ничего, а что? — Еще только восемь вечера, а ты уже легла спать… — Просто так… — сказала с грубым уставшим вздохом. — Не помыла руки, не зашла ко мне… — Прости, мам, забылась. Сейчас помою. — Ну, ладно, признавайся, что случилось? — Реально ничего. — Какой-то парень оплатил нам еду и качели, — говорит младшая, услышав все из другой комнаты. — Что? Какой парень? Я чего-то не знаю о своей старшей дочке? — начинает злиться. — Не подумай, мам, что это мой парень, он даже не друг мне. Просто новенький в институте, и так совпало, что мы встретились. Он всегда и всем делает такое добро, кого увидит из института. Мама поняла, что Лилит запуталась в словах. — Когда он поступил? — Вчера. — И за один день успел сделать добро для всех? — Нет, конечно, — вспоминает, как ответила ей минуту назад. — Он и прошлым своим друзьям так делал, в другом институте. — Ты интересовалась тем, что делал этот парень до того, как поступил к вам? Ты обо всех парнях института так интересуешься? — Не-е-ет, мам, ты меня путаешь. Он мне никто, мы не дружим и не говорили долго. Просто он оплатил нам еду и качели и ушел. — Разве я вам не дала денег? — Мам, понимаешь, нынче все, что вкусно и интересно, стоит недешево. То, что ты дала, хватило только для мини бургера и сока для Изи. — Значит, вам недостаточно того, что я для вас делаю и… — Не-е-ет, мам, достаточно, конечно. Всё хорошо, все в порядке, пожалуйста не злись. Ничего не было и не будет. — Можно я помою руки и лягу спать, мам? Я слегка устала, — уходит в комнату, где Изабелла. — Изи, ну зачем ты так со мной? — шепчет. — А что такого? — Ты ведь знала, что мама начнет возникать. Разве я не могу ей говорить о каком-то парне и о том, что мы говорили долгое время? Она ведь ругается из-за такого, а ты взяла и рассказала. Ну разве я должна врать? — Ты должна была молчать. Она ведь не с тобой говорила, а со мной. Не встревай, пожалуйста, во взрослые разговоры и дела, хорошо? Изи чувствует вину и обиду, но не просит прощения и продолжает делать уроки. Лилит моет руки, запивает свое лекарство и пытается заснуть. С трудом встав на следующий день, Лилит помогает маме с готовкой, гладит одежду для всех — так как вчера забыла, а очередь была ее после мамы — и уходит на учебу. Там она видит в своей группе Влада, они встречаются взглядами, и Лилит снова нервничает. Учитель назначил поход на крышу высокого здания, чтобы провести урок рисования городского вида. Лилит боится высоты и не может открыть глаза, пока стеклянный лифт поднимает их на самый вверх. Она не может подойти к краю вроде бы огражденной крыши, где все, чтобы рисовать. Учитель ругается. — Отсюда что ты увидишь? Только небо и другие кончики зданий, подойди поближе. — Я… я… я не могу! – тихо отвечает. — В смысле «не можешь?» Ты что, Лилит? Столько учишься с нами, не пропускаешь ни одного урока, и получаешь высокие оценки, и вдруг отказываешься? Что-то не так? —произносит так громко, что все обращают на нее внимание, включая Влада. — Ничего не случилось просто… — «Просто» что? Боишься, что упадешь? Ты и в прошлый раз, когда мы пошли на природу, боялась перейти мост. Там ограда высотой с метр, я ведь не заставляю перелезать ее. Так, девочка моя, сейчас придет завуч для проверки, я не могу унижаться перед ней и находить отговорки из-за тебя, мигом на место и рисуй! Лилит сжимает кулаки, и вот-вот расплачется. Влад замечает и подходит. — Боишься? — Не то, чтобы боюсь, просто… — Боишься всё-таки. Все смотрят, давай я тебе помогу. Рина все время поглядывала на Влада, ну а теперь она стала подозревать что у него есть какие-то чувства или интерес к ней. Она начинает злиться. — Представь, что ты… — Э-э-эй, Лилит, — перебивает и подходит. — Как всегда, наша Лямля чего-то боится, бедная, что же ты так? — Высоты каждый может бояться, что здесь такого? — заступается Влад. — Но наша Лилит не только высоты боится. Треск или звук ветра в окне, так она чуть картину не свалила от испуга. От учебного звонка эвакуации она встала в ступор, мышка пробежала мимо ее ног, так она чуть на потолок не прыгнула. Все учителя мужского пола не подходят к ней ближе, чем на полметра, после того как она случайно ударила одного из-за того, что он просто подошел показать ошибку и потянул через ее плечо руку. Ха-ха-ха! И вместе с ней начали смеяться и остальные, кроме Влада. Учитель разозлился. Заходит завуч. Все замолкли и взялись за свои работы, даже Влад, только рисовал он стоя боком и на самом краю, а Лилит даже и не начала. — Почему эта ученица не работает? — Она трусишка, — отвечает один из учеников. — Боится, хотя тут безопасно? Покажите ее оценки! Ей дали все, что нужно. Она понимает, что Лилит отличная ученица, и дает шанс. — Что ж, тебе простительно на сегодня, но хочу уточнить, девочка моя. Так ты не станешь полноценной художницей. Вдруг ты захочешь описать нечто более шедевральное, чем просто городской вид с высоты. Чтобы твои картины имели смысл и хорошо стоили, у них должна быть история, как ты написала, и что тебя сподвинуло к этому. Сюда все пришли, чтобы описать город своими глазами и мыслями. Посмотри! У этого мальчика более светлые окраски, он так видит, а у этой девочки — более мрачные, а вон у той много блеска, а вон у того видно, как все здания будто поплыли куда-то, или у него тоже кружится голова, видимо. Действительно, среди всех был еще один, кто боялся высоты и из-за страха плохо рисовал, но он не подавал виду и пытался держаться. Лилит не может даже посмотреть в ту сторону, куда показывает учитель. И тогда она присела у двери и наблюдала за всеми. — Смотрите, какая красивая луна вышла за облаками, а вон уже звезда, — замечает девушка и показывает пальцем в сторону Лилит. Влад это заметил и раньше, поэтому он рисовал кое-что другое, а картину с видом города он закончил буквально сразу, и убрал в сторону. Рина, решила подвинуться поближе к Владу. — Можно мне сюда, учитель? Отсюда удобнее! — Хорошо! Она рисовала и пыталась не смотреть на Лилит и Влада, но не сдержалась, а потом разозлилась еще сильнее, когда увидела, что он рисует. — Ты её любишь? — спрашивает тихо, наклонившись в его сторону и обратно… — Кого? — Иначе не рисовал бы вот это. Конечно, я поняла уже все. — Отлично. — Зачем тебе такая слабая трусишка? За себя постоять не может. — А у нее были случаи, чтобы на тебя нападали? — Ну-у-у… — А у тебя? — Отбиваю мгновенно таких мудаков, а ее всем жалко, вот и не начинают драки. — Жалко? Или потому, что она самая красивая в институте, и у нее есть брат боксер? — Её брат не помеха, хоть сейчас могу подойти и врезать ей, никто не помешает, и она не ответит. — Не ответит — это правда, но потом ты сама будешь просить у нее прощения. — Никогда не просила у нее прощения, после какой-нибудь стычки… Она толком и ответить не может. — Обычно слабаков не жалеют, значит в ней что-то есть более сильное, чем то, что есть у тебя точно! — Например? — Ты боишься её. — Нет, с чего это? — Ты только что мне соврала! — Нет! — Она еще как отлично умеет отвечать. Неделю назад ты придиралась к ее сарафану, видишь ли, не модно нынче такое, как она провела морфологический разбор твоей внешности и поведения. — Потому что рядом никого не было, и дурочка поверила в себя, и вообще… — И видимо после этого ты только сегодня снова решила придраться к ней, — случайно повысил голос, перебив ее. — Вы можете тише быть? Пожалуйста! Учитель заметит. — Ты здесь всего два дня, откуда ты… — Прикуси язык, — снова перебил. Он напрягся и посмотрел ей прямо в глаза, она мгновенно это сделала. У нее пошла кровь изо рта, и подумала только после того, как все это заметили, через минуту. Лилит грустила и не знала, как быть. Вдруг ей в голову приходит новая идея. Она нарисовала то, что видела перед собой — это все молодые художники и художницы, рисующие пейзаж. Рисовать она стала в конце, поэтому сделала все обычным белым, серым и черным карандашом. А выглядело все так прекрасно. Даже небо темное и звезды со светлыми облаками. Учитель наблюдал и гордился, но он удивлялся тому, как Влад быстро нарисовал картину, поменял местоположение и начал другую. — Как так?.. Я не видел в нем спешку во время рисования. Вот над второй работой он довольно медленно работает. Рина, что это за пятно в углу? — отвлекается и затем замечает кровь. — Что это? Рина, у тебя… — Я случайно прикусила язык, не помню, как. Простите, я исправлю это пятно, — придерживает язык своим носовым платком и ждет прихода доктора. — Оставь! Пусть так будет... А вот и доктор. — Что? Лифт сломался, пришлось подниматься, простите! Покажите. — Я не помню, как получилось. — Почему сразу в больницу не отвезли ее? Крови немного, но швы наложить придется, поехали со мной... Так называемая красотка института уехала зашивать язык. — Меньше болтать лишнего будет, — отвечает ее же подруга. Все молчат. Влад показывает учителю свою вторую работу и всем стало интересно. — Ва-ау, как красиво! — Это Лилит? — Ва-а-ау! Пока все разглядывают, забывают о самой Лилит. У нее зазвенел телефон. Влад услышал звук телефона и обернулся. Она упала в обморок, увидев кровь Рины. — Лилит! — подбегает к ней. В кармашке рюкзака Лилит лежала бутылка с водой. Он открыл и слегка намочил Лилит, отчего она спокойно пришла в себя. — Простите! — С тобой всё в порядке? — Да... Вы уже закончили? — Одна проблема за другой. Ты еще и крови боишься, милочка, — снова возмущается учитель. Его поведение смахивало на жирный воспаленый прыщик, время от времени дающий о себе знать. Вроде бы только что он был добрым и поставил хорошую оценку Лилит, а теперь снова за придирки. Лилит нашла пропущенный от мамы. Она вспомнила, что не говорила маме о том, что будет задержка и поездка. — Алло? — Где тебя носит? — Мам, прости! Я забыла сказать, что поздно приду. — Ты где? Говори, приду за тобой! — Мы приедем на автобусе. Ой, точнее я приеду, мам, уже заканчиваем. — Какие еще «мы?» Ты с кем? Телефон отбирает Влад. — Здравствуйте, я друг вашей дочери, и мы... — Какой еще друг, твою мать... Прости боже, — перебивает и затем кается за сказанную грубость. — И мы со всеми группами, приехали на крышу здания, чтобы рисовать... — На крышу? — испугавшись за дочь, зная, чего она боится, поперхнулась слюнями. — Не волнуйтесь, все прошло отлично... — Что с ней? Почему голос такой слабый? — перебивает. — Она просто... — Мама, все в порядке, мы уже едем домой, подожди! — перебивает и отбирает телефон. Влад раздражен. Ему не дают договорить. Он не показывает картину ей и собирает вещи. Автобус высаживает всех по домам, картины все сдали, а вторую Влад взял домой. Лилит высадили почти в самую последнюю очередь, так как живет почти на окраине города. Она удивлялась, почему Влад такой богатик и красавчик еще слез домой, но эти мысли быстро вылетели у нее из головы, и она слезла. — Ты здесь живешь? — спрашивает, пока машина не тронулась. — Ну да, а что? — Можно к тебе? — Нет, пока! — машет рукой, и машина уезжает. Влад пытался разглядеть адрес ее дома, но не успел, спрашивать почему-то не стал он решил слезть на месте и видимо пройтись до своего дома пешком.