Нет, это нужно сделать прямо сейчас.

—Юми, нам нужно поговорить. —Ой, Армин, а нельзя чуть позже? —Нет, это нужно сделать прямо сейчас. —Ладно, как скажешь. А куда мы идём? —В мою комнату. Т-твой румянец совершенно не уместен!.. Да уж, легко сказать. Попробуй тут не покраснеть. Сам-то на помидор смахивает. О чём же он хочет поговорить, раз это настолько важно, что разговор нельзя отложить... Неужели что-то случилось? Нет, на его лице ни грамма паники. Что-то серьёзное? Определённо. В голубых глазах цвета неба отражается непоколебимая решимость. Хотя... небо? Нет. Море. Спокойное бескрайнее море. —Юми? Ты в порядке? —А? Д-да, всё хорошо. Извини, я просто задумалась. —Ничего. Заходи. Каждый раз прихожу сюда словно в первый. Сама не знаю, почему. С виду обычная, ничем не примечательная комната, но отсюда так не хочется уходить. Всё здесь такое... прекрасное? И этот стол, за которым Армин часто засиживается допоздна, и стул, которому пришлось служить вешалкой, и книги, что были перечитаны сотни раз, и находящееся совсем рядом с кроватью окно, свет из которого всегда так и норовит разбудить спящего. И ещё много-много всего. Да, обычные вещи, но не для меня. Каждую из них я по-своему считаю сокровищем. —Так о чём ты хотел поговорить? — сказала я, присаживаясь на не настолько мягкую, как хотелось бы, кровать. Что ж, в наших условиях постоянной войны с титанами следовало бы радоваться и такому. —О сегодняшнем инциденте, — стараясь смотреть мне прямо в глаза, произнёс Армин. —Зачем ты ринулась на этого титана? Ты же могла погибнуть!! Так и знала. Он не оставит это так просто. —Ну.. я... Я исполняла свой долг!! При необходимости солдаты обязаны отдать свои жизни за других. Я лишь защищала мирных граждан. —Но для этого не нужно было так рисковать собой! А если бы я не успел? А если бы ты погиб-бла?!.. —Армин, прости, пожал... —Если ты не дорожишь своей жизнью, подумай о тех, кому ты дорога. Подумай.. о м-моих чувствах... Одна фраза — и между нами уже царит молчание. Тяжёлое, пожирающее изнутри. Подумать о его чувствах? О каких?.. Неужели... Неет, бред, он не может чувствовать того же, что и я. Армин, милый, только не плачь, пожалуйста. Я не смогу смотреть на слёзы любви всей жизни. —Армин? Я не ослышалась? — спрашиваю, заранее зная ответ. Не послышалось. Парень опустил взгляд. Боится посмотреть в глаза? Тяжёлый вздох. Пытается собраться с мыслями. —Т-тебе не послышалось. На самом деле, я давно хотел сказать... — ещё один тяжёлый вздох, — сказать, что... Что я очень тебя люблю. С самой первой встречи. Правда, каждый раз, когда ты смотришь на меня, внутри будто всё переворачивается. Тебе необ-бязательно принимать мои чувства, я всё понимаю... Моё сердце замерло. Наконец, парень осмелился поднять взгляд. Ах, эти небесно-голубые глаза... Они завораживают, притягивают к себе и не отпускают. В них запросто можно утонуть. Арлерт смотрит пронзительно, с надеждой, и в то же время будто извиняется за что-то. Боится, что отвергну его чувства?... —Армин, солнышко, я... Поражена до глубины души... И хочу сказать тебе то, что давно следовало бы, — вздох. Юми, соберись! — Я тоже тебя люблю. Безумно сильно. Молчание. Каждый пытается осмыслить сказанное и услышанное. —Юми... Ты... Ты серьёзно? Я... Я очень счастлив! Я безмерно счастлив!! Юми!! Мы обнялись. Никто ничего не говорил — слова были бы лишними. Мы наслаждались моментом, которого так ждали, и пытались продлить его как можно больше.