Invasion of privacy

Многое изменилось. Это нельзя сравнить с приятными изменениями, когда радуешься приходу весенних тёплых деньков после долгой зимы или вечеру пятницы после тяжелой рабочей недели. Может, для большинства сторибрукцев события, произошедшие накануне, были долгожданной оттепелью. Для бывшего мэра - это был застой. Застой во всех его значениях: она больше не двигалась вперёд, да и, по правде говоря, назад - тоже не особо получалось. Для неё шаг назад - это возвращение власти и людского уважения, плотно граничащего со страхом. Но больше ее не боялись, а, значит, и не уважали. На неё, в принципе, перестали обращать внимание, а словосочетания Реджина Миллс или Злая королева больше не вызывали наплыва мурашек. Всего за несколько секунд, за время которых разрушилось проклятье, Реджина потеряла всё: ее жизнь разделилась на до и после. Для того, чтобы двигаться вперёд, нужно иметь каркас в виде близких, на который можно опереться. Но у Реджины не было даже намёка на потенциальное спасение в виде любящих ее людей. Кора, небезызвестная мать брюнетки, встала на путь истинный ещё задолго до падения заклятия, тем самым завоевав доверие людей. Даже здесь она была на шаг впереди. Кора помогала лечебными свойствами нуждающимся абсолютно безвозмездно, стала главным волонтером, открывшим движение во спасение бездомных животных, проходила психологический курс у Арчи для восстановления некоторых моментов в своей голове. Это всё - поспособствовало тому, что мы имеем сейчас: Старшая Миллс имела бОльший вес для общества, нежели Реджина. Последняя лишь усугубляла жизнь всех в округе, никто после всего произошедшего, как ей казалось, не верил в нее. Но один человек, как минимум, всё же был. У этого человека были белокурые волосы, красная кожаная куртка и язык, не имеющий границ. Это была Эмма Свон, ее соперник, ее полная противоположность и биологическая мать Генри. ___________________ - Хей, если что, этот салат не хочет тебя убить, вместо яда там всего лишь кунжутное масло. - улыбаясь, пролепетала Эмма, одновременно с этим садившись рядом с Миллс за барную стойку с намерениями плотно позавтракать. - Ценю вашу заботу, Мисс Свон, но с чего вы взяли, что в моей компетенции бояться наличия яда в салате? Я достойна, как минимум, публичной экзекуции. - усмехнулась Реджина, не отрываясь от копошения вилкой среди листвы и овощей с курицей. - Ну, не стоит смеяться, просто таким взглядом, каким ты одариваешь этот бедный салат, обычно буравят того, кто тебе очень много задолжал. Сомневаюсь, что эти помидорки как-либо насолили тебе в жизни. - отвечает Свон, после чего делает заказ, состоящий из бургера и картошки фри. Мэр на это непроизвольно фыркает, мол, а как иначе. - Это мой среднестатистический взгляд по жизни. Не стоит приписывать ему тайный смысл. Я просто без настроения и аппетита. - призналась брюнетка, сама того не ожидая. Теперь в ее глазах читалось удивление и отсутсвие терпения в ожидании реакции собеседницы. Реджина редко делилась своими переживаниями, даже так поверхностно. Для неё это было в новинку. Ее пульс отбивал словно секунды на часах: тик-так, тик-так. - Получается, в Зачарованном лесу тебе нужно было поднести в качестве подарка бургер, который поднимает и аппетит, и настроение? Ну, для того, чтобы тебя задобрить. - похихикала Свон, как раз тогда, когда ей принесли ее заказ. - Если бы какой-то бургер играл настолько большую роль в моей жизни, тогда я была бы Белоснежкой. - улыбаясь, довольная реакцией блондинки, которая не стала заострять внимание на ее маленьком секрете, проворонила Миллс. - Спасибо за компанию, приятного аппетита. Салат брюнетки остался нетронутым. Зато тронута оказалась Эмма, которая впервые за долгое время услышала что-то вроде шутки из уст Злой королевы. Но тронута она была нисколько колкостью, сколько чуть приподнятыми уголками губ Реджины во время их доброй словесной перепалки. Чувство сметения посетило Свон на секунд десять, затем она продолжила завтракать и искать что-то в телефоне. ___________________ «Иду туда, не знаю куда, искать то, не знаю что», - прозвучало в мыслях у Реджины, чему она невольно и с толикой грусти улыбнулась. Поиск работы - это очень утомительный процесс, поскольку ты всё время напряжен и находишься в подвешенном состоянии. Твою судьбу решают те, кто не может решить, что посмотреть по ТВ сегодня вечером. Те, кто, будто бы, специально хочет поиздеваться над тобой, всё больше и больше изощряясь в различного толка собеседованиях. Те, кто не понимает, что их вакансия, к примеру, продавца, несравнима с должностью главы департамента. Но у Миллс, опять же, не было выбора. Приходилось терпеть упрёки и смешки со стороны потенциальных работодателей, в ответ на терпение получая «Мы с вами свяжемся». Не сдержав отчаянный вздох, на Реджину вдруг нахлынула волна воспоминаний. Когда Эмма только приехала в город, она также находилась в поисках рабочего места, наличие которого послужило бы ее личной «подушкой безопасности» для длительного нахождения в Сторибруке. Мэр Миллс всячески пыталась оставлять попытки Эммы найти работу тщетными, но все же у спасителя получилось завоевать любовь горожан и она быстро основалась в участке шерифа. Конечно же, не за решеткой, а на стуле помощника. А через некоторое время вообще полностью взяла на себя полномочия главного защитника города. Она была двумя сторонами одной медали одновременно. Реджина сразу же возжелала укусить ее, снять обертку и вкусить закрытый ото всех шоколад. Но что если все это время за оберткой скрывается никель, об который запросто можно сломать зубы? Эмма вызывала разные чувства, абсолютно не связанные друг с другом. Это очень сильно раздражало Миллс, поскольку она не могла разобраться, что конкретно она испытывает к блондинке. Зависть. Почему Свон даже не прилагает усилий, а ей всё приносят на блюдечке? Почему Генри любит ее больше, несмотря на то, что Эмма фактически отказалась от него при рождении? Почему Эмму благодарят за ее существование, а Реджине приходится пробиваться сквозь тернии, чтобы услышать хотя бы одно доброе упоминание о ней? Несправедливость, карма или что-то иное? Сочувствие. С другой стороны, Эмма тоже многое пережила. Их пути с Реджиной отнюдь не идентичны, но их бесконечная боль равносильна друг другу. Потери, как близких, так и смыслов к существованию. Может, их боль в совокупности могла бы привнести что-то хорошее в жизнь каждой…? Страх. Она заберёт Генри, город, всё то немногое, что есть у Реджины. И оставит последнюю в полном одиночестве, коего та достойна. Ее прошлые деяния навсегда оставят отпечаток для каждого: душегубица. Это ее истинный облик. Никакие добрые помыслы не перекроют черноты внутренней и внешней. Эмма - спаситель. Она спасёт любого, кроме, естественно, самой Миллс. Интерес. Непонятно только одно, у Эммы к Реджине или наоборот. А может у обеих одновременно? У Свон каждая частичка тела намеревалась лезть на рожон по воле случая. Она, будто, целенаправленно убивала себя медленным, но верным образом, пытаясь кому-то что-то доказать. Свою важность? Но она уже была важна без какого-либо геройства своим новоиспеченным родителям и Генри. Тогда, может, доказать себе самой свою значимость?… Находясь в своих мыслях, Реджина не заметила, как оказалась около места назначения: лавки с мороженым. Это был последний пункт в ее списке. Последний шанс. Она немало обошла: начиная с лавки Голда, заканчивая госпиталем. «Ожидайте звонка!» - твердили тут и там. Но Реджине, как всегда, нужен был четкий и ясный ответ. - Вы мне подходите. Ваша смена начинается завтра в 10. Насчёт обязанностей и зарплаты обсудим в четверг. Реджина еле сдержалась от того, чтобы взять и обнять эту женщину лет пятидесяти. Наконец-то Миллс нашла способ к существованию. Можно было перестать беспокоиться хотя бы об этом. Замотанная, но довольная брюнетка возвращалась в свой особняк пешком, вслушиваясь в звуки природы и города, вдыхая ароматы яблонь, будто, с ее земельного участка. Ведомая фруктовым запахом она шагала домой. ___________________ - Нет, Крюк, я не ясно выразилась? Мне больше не нужна твоя помощь с Генри! - раздраженно и на повышенных тонах Эмма разговаривала по телефону. - Ты ещё спрашиваешь почему? То есть для тебя давать семилетнему ребёнку пробовать ром - это в порядке вещей? Не дослушав до конца, блондинка сбросила трубку, заранее зная, что никаких обид за этим не последует. Киллиан уже был пьян, поэтому даже не вспомнит об их диалоге. Поставив локти на стол и мягко потирая виски, девушка стала думать о потенциальной няне для своего сына. Дэвид с Мэри-Маргарет сразу отпадают, поскольку им самим требуется много времени на своего карапуза, Нила. Голубая фея тоже мимо, последний раз, когда Эмма попросила ее посидеть с Генри, она привела его в лес на какие-то «фейские» учения, после которых он замучил маму просьбами превратить его в фею. Однажды, пацан сидел с очаровательной Руби, но кто же знал, что эту особу не только полнолуние заставляет превращаться в волка. Все имена на вырванном из блокнота листе были зачеркнуты. Кажется, не осталось ни одной потенциально хорошей няни для Генри. Эмма очень устала. Надоедливая мелодия с телефона заиграла слишком громко для сладко задремавшей Свон, которая нажала на зелёную кнопку, даже не открыв глаза. - Шериф Свон на проводе. - с зевком проговорила Эмма, стараясь звучать невозмутимо. - Эмма, ты опять уснула на рабочем месте? - беспокойный голос Мэри-Маргарет заставил Свон улыбнуться. - Даже не знаю, что сказать в своё оправдание. - сладко потянувшись, промурчала девушка. - Ты очень устаёшь, я беспокоюсь о тебе! Эмма представила как выглядит в данный момент лицо ее мамы, это заставило ее выпустить небольшой смешок: скорее всего, рот чуть приоткрыт в немой букве «о», глаза распахнуты и волосы немного дыбом. - Ну а что поделать, я же спаситель, а зло не дремлет. - усмехнулась Эмма. - Ты уже нашла няню для Генри? - Ммм… Я уже присматриваюсь… - Ты это делаешь уже не неделю и даже не две, по-моему, ты плохо стараешься! - Мам, ну хватит, а? Скоро найду. - Ты связывалась с Реджиной? Я думаю, она была бы очень рада посидеть с Генри, ведь это ее сын тоже. Эмма чуть было не хлопнула себя рукой по лбу. Это ведь гениально! Будут счастливы все: и Генри, и Реджина, и Эмма! Почему эта идея не пришла в ее голову раньше? -… Эмма? - Я потом позвоню, до скорого! Блондинке уже не терпелось обрадовать Реджину такой светлой идеей! До того момента, пока в голову не закралась мысль о возможном отказе брюнетки. ___________________ В перспективе, данная должность была спасательным кругом, который бы спас Реджину с тонущего корабля под названием «падение проклятия». На деле, это место не совсем оправдало все ожидания. Немного замечтавшись, Реджина на долю секунды сравнила себя с советской Региной Збарской, которая не только именем и цветом волос напоминала Миллс свой облик, но и жизненными обстоятельствами, когда той приходилось «капать картошку» при факте того, что незадолго до этого «Париж аплодировал ей стоя». Вернувшись мыслями в лавку с мороженым, брюнетка устало вздохнула. Если раньше она могла винить в своих бедах всех кроме себя самой, то теперь всё абсолютно наоборот. Она осталась без сына, без магии, без поддержки. Она осталась в городе, где все поголовно её ненавидели, презирали, в некоторых случаях, равнодушно пытались забыть и не замечать. И, Реджина свыклась с тем, что ответственность за это несёт лишь она одна. Заслуженно. Беспрекословно. Иначе быть не может. В 14:00 по договорённости с работодателем Миллс могла выделить двадцать минут на обеденный перерыв. Какой-либо комнаты или каморки для такого случая не было. Приходилось ютиться прямо за рабочим столом, аккуратно принимаясь за свой салат, состоящий на 80% из зелени, а остальной процент принадлежал овощам. Неожиданно входная дверь в лавку начала дергаться. Реджина, испугавшись, выронила вилку с некоторыми кусочками содержимого контейнера на пол. Шепотом выругавшись, Миллс встала, мысленно отметив, что оставшееся время обеденного перерыва ей придётся мыть полы, и пошла открывать дверь. «Видимо, забыла повесить табличку «Закрыто», введя людей в заблуждение.» - подумала она. Повернув ручку двери, Реджина уже начала извиняться с опущенным взглядом. Пока не заметила копну светлых волос и красную кожаную куртку, которая принадлежала только одной девушке в Сторибруке, стоявшей перед ней с улыбкой во все тридцать два. - Эмма? - Миллс находилась, мягко говоря, в недоумении. Она ожидала увидеть кого угодно, но точно не спасительницу. - Так, теперь ты снежная королева? - протискиваясь вовнутрь, шутит Эмма. - Скорее, отмороженная королева, раз работаю здесь. - невесело подхватила Реджина, вкладывая во фразу двойной смысл. - А ты быстро учишься, каламбур за каламбуром. - улыбнулась Свон, прямиком подходя к уроненному накануне Реджиной остатку обеда. Естественно, Эмма поскользнулась. Всегда вперёд, всегда с поднятой головой. Рискованно, зато уверенно. Реджина успела за секунду оказаться рядом. Подхватить то подхватила, только вот без магии не смогла удержаться с утяжелением в вертикальном положении. Весь удар о кафель пришёлся на костяшки Миллс, зато голова Эммы осталась целой. Несмотря на боль в руках, Реджина подставила свои колени и мягко уложила блондинку на них. Убрав несколько светлых прядей с ее лица, Миллс обеспокоено оглядывала Эмму на наличие каких-либо повреждений. - Если бы мне кто-то пару месяцев назад сказал, что Реджина Миллс будет смотреть на меня таким взглядом, то я бы врезала ему за наглую ложь. - казалось, блондинку совершенно не беспокоил факт возможной неуклюжей смерти от удара о кафель. Ее беспокоили взгляд карих глаз и приятный запах шоколада с мускатным орехом, тянущийся шлейфом от шеи. - Я просто устанавливаю, понадобится ли мне ещё и кровь с кафеля отмывать. - беспристрастно ответила Реджина, стараясь унять бешеное сердцебиение от нахлынувших резко эмоций. Взяв брюнетку за руку, от чего их обеих ударило током, Эмма прошептала: «Спасибо». И эта благодарность стала лучшим подарком за последнее время. Для каждой из них. ___________________ После всего случившегося Эмма некоторое время пребывала в тумане. Чувства сыграли с ней злую шутку. Она не понимала истоков возникновения гипертонии, головокружения и неконтролируемой улыбки при виде Реджины. Мысли сплетались меж собой в тугую косу. Хотелось только одного - отрезать ее и выбросить. Настолько пугал ее внутренний зов. Выдохнув, блондинка попыталась переключиться на сына и на то, что его нужно забрать после сеанса у Арчи. Выехав на главную дорогу, Эмма заметила, что чуть поодаль на пригорке виднеется сооружение, которого раньше точно не было. В Сторибруке, в целом, мало новых построек, поэтому это очень удивило девушку. Сооружение было явно не достроено, но на местности уже четко основался каркас, похожий на карусель. Он был как раз на том пригорке, с которого можно наблюдать основные достопримечательности города: знаменитую часовню, вывеску «У бабули» и, естественно, роскошный особняк четы Миллс. На что не обрати внимание, все равно итог один: возвращаешься мыслями к строгой и властное брюнетке, которую хочется оградить от всех опасностей, подстерегающих ее не только за углом, но и в лабиринте ее собственных внутренних переживаний. Жук подъехал к месту назначения и Эмма вышла ожидать мальчика, облокотившись на бампер своего авто. В скором времени выбежал веселый Генри, а следом за ним и Арчи. Поздоровавшись и сразу попрощавшись, последний удалился для подготовки к сессии со следующим клиентом. Эмма обнялась с сыном и в порыве нежности решила сделать с ним селфи. Горизонтальный снимок получился немного смазанный, но улыбка обоих была самая искренняя. Они стояли в обнимку и будто бы пытались запечатлеть жука, который занял большую часть фотографии. Словно удар молнии в голову, Эмма резко вспомнила о самом главном - поиск няни для Генри! Естественно, она не спросила у Реджины то, ради чего она приходила на ее работу. Но, недолго думая, блондинка решает послать ей смс с предложением и прикрепленным буквально только что сделанным фото. Удовлетворительно хмыкнув, Свон села за руль и, проверив безопасность пристегнутого Генри, выехала со двора в сторону кафе «У бабули». «Привет! Как насчёт посидеть с Генри? [фото]» ________________ Разблокировать телефон Эмма решила уже непосредственно в самом кафе, после того, как они с Генри сделали заказ. На удивление, на экране сотового уже достаточно долго висело уведомление от дословно «Р. Миллс». Видимо, ответ пришёл практически сразу. «Добрый вечер, мисс Свон. Значит ли ваше прошлое смс, что я должна сегодня посидеть с Генри? Моя смена заканчивается в 20.00. Заедете за мной в лавку мороженого? Заранее благодарю. С уважением, Р. Миллс» Эмма запаниковала. Это не совсем то, что имелось в виду, но было слишком глупо выставлять все за ошибку, ведь это отличный шанс задать волнующий вопрос тет-а-тет. Вид у блондинки был настолько ошарашенный, что даже семилетний Генри заподозрил неладное. - Мама, всё хорошо? - Миллс младший был очень ранимым, но сильным духом. Переживания своих родных он всегда перенимал на себя, поэтому сейчас его брови нахмурены, а вид слегка взбудораженный, будто ему только что предложили бесплатную тележку с конфетами. - Да, малыш, я в норме. Ты почему так мало кушаешь сегодня? - Эмма осознала свою оплошность и быстро перевела тему, найдя общий язык с сыном, без напряжения и дурных мыслей. Свон приняла решение пока не рассказывать о своих намерениях по поводу няни Генри, потому что тогда она не оставит Реджине никакого выбора. А такой вариант Эмма не хотела рассматривать в принципе. Реджина и так три десятка с лишним лет жила так, как ей говорят. Теперь, всё по-другому. Эмма хотела в это верить. - Пацан, как насчёт поужинать сегодня вместе с твоими обеими мамами? - Эмма в мыслях завалила себя аплодисментами, потому что это был шикарный план совместного времяпровождения. Вопросительно подняв одну бровь, Генри сначала подумал о том, что Эмма научилась клонировать людей. Спустя пару секунд мальчик весело заулыбался и слегка хлопнул себя ладошкой по лбу. - То есть, я, Мама-ты и мама-Реджина сегодня вместе будем кушать? - Да, сынок, только это будет сюрприз, хорошо? - Ура, я люблю сюрпризы. Назовём эту спасательную операцию «Мама Ри»! - А чем же эта операция спасательная? - Как «чем»?! Мы спасаем Маму-Реджину от скучного вечера! - Пацан, а ты как никогда прав! - заулыбалась Эмма и они практически молча продолжили обедать. Немногим позднее, когда им подали молочные коктейли, мальчик испачкал нос во взбитых сливках. Эмму это так рассмешило, что она засняла это на видео: Генри пытался языком дотянуться до десерта у себя на лице под сопровождающий сие баловство заливистый смех Эммы. «Привет, не даем тебе заскучать <3»[прикреплен видеофайл под названием "Генри: молочная операция"] _____________ *** «Хей! Скажи, ужин прошёл довольно неплохо? Надеюсь, ты ещё успеешь дать мне пару уроков кулинарии, а пока лови то, что я умею готовить лучше всего.» [прикреплено фото яичницы] *** «Утречко, мадам мэр. Занимаемся с моим юным помощником неотложными делами: я решаю математику 1 класса, а Генри расследует дело об украденной кирке Весельчака. Кажется, он справляется намного лучше меня. P.S. Мозгами он все таки пошёл в тебя. Хаха.» [прикреплено фото из полицейского участка "работники месяца"] *** «Мой дорогой дневник, я ненавижу геркулес. Зачем придумали правильное питание, если оно невкусное? Я буду "хорошим копом", давая Генри хлопья по утрам. А ты официально - геркулесовый тиран. Но иногда можно. Желаю удачной рабочей смены.» [прикреплено фото, где в тарелке с молоком хлопьями-буквами выложено слово "геркулес"] *** «И кто из них ещё дядя?)» [прикреплено фото Генри, держащего в руках Нила] *** Реджина так и не ответила ни на одно смс, коих было немало. Казалось, Эмму Свон это совсем не смущало, она раз за разом отправляла фотографии, видео, текста, бьющие куда-то глубже грудной клетки брюнетки. Миллс редко одаривала этот мир улыбкой, но для всего есть исключения: например, мисс Свон. Она стала единственной, кто не требовал. Она была единственной, кто отдавал безвозмездно. Реджина никогда не замечала за собой интернет-зависимости, скорее, наоборот. Но разблокировка телефона каждые пять минут дала немного пищи для размышлений. С каких пор она жаждет получения нового смс? Не просто смс, а смс от Эммы Свон. Честно говоря, больше никто и не писал. Но у Свон, обладающей навыками спасителя, были ещё парочку тузов в рукаве: она могла заменить всех лишь одной собой. И этого было более, чем предостаточно. Реджина боялась. Страх, что скоро Эмме это надоест, неумолимо проникал в каждые частички тела Миллс. Это было не беспочвенно, ведь Свон уже как-то пыталась наладить между ними контакт. Тогда не доверяющая никому Реджина оттолкнула ее. Жестко и одним махом. Потому что так было проще. Всегда было проще быть одной. |Смеркалось. После возвращения Реджины домой прошло минут десять от силы. Поездка сильно утомила королеву, потому было принято решение немного расслабиться перед сном. Она с блаженством освободилась от туфель, разминая ступни, одновременно с этим открывая бутылочку вина, припасенную на чёрный день. На самом деле, сегодняшний был иссиня-чёрным. Но для такого случая был припасён еще и портсигар. Женщине было комфортно в темноте, только отблеск Луны из окна освещал комнату. На блестящих поверхностях переливалось серебро, когда в одной из них Реджина заметила до боли знакомую светловолосую макушку. Столько вопросов в голове, но ответ совершенно точно не заставил себя долго ждать. Одним движением глаз Реджина заметила невзрачный на первый взгляд клочок бумаги с почерком ее сына. Губы скривились в усмешке. Конечно же, двери ее дома всегда открыты для Эммы. В любое время дня и ночи. - Мисс Свон, почему вы еще не видите десятый сон, пуская слюни на мое шелковое постельное белье? - сил и желания узнавать детали нахождения спасительницы в доме не было. Кроме того, Реджина может спокойно заняться этим с утра. Эмма была в одном бюстгальтере спортивного типа и серых домашних штанах, висящих на бедренных косточках (читать - на последнем слове). Она стояла у стены и рисовала пальцами незамысловатые узоры. Ее глаза были закрыты, но веки дергались, словно во сне. - Эмма? - смакуя каждую букву, полушепотом произнесла королева. Отсутствие какой-либо реакции подтвердило догадки - она спала. С какого времени Свон лунатит было непонятно, но в целях безопасности Генри (и самой девушки), брюнетка решила проводить ее до гостевой комнаты. Осторожно коснувшись руки Эммы, Миллс переплела их пальцы. От этого жеста невольно затрепетало в животе, но королева списала это на легкое опьянение. Это отчасти было правдой, если брать в расчет то, что пьянела королева вовсе не от вина. Медленными шагами они дошли до пункта назначения. Аккуратно, боясь разбудить, Миллс подтолкнула спасительницу к кровати, чтобы та села, а затем легла путешествовать в царстве Морфея, физически находясь в безопасных подушках и одеяле. Но подтолкнуть не получилось - сонная Эмма не собиралась отпускать предложенную ей раннее руку. Они сели на кровать вместе. Теперь очередь подталкивать к кровати, кажется, перешла блондинке. Королева поддалась и они наконец улеглись. Идея действовать по плану "сейчас повинуюсь, а потом незаметно выскользну» у Миллс явно провалилась после того, как Эмма собственнически подмяла брюнетку под себя, обнимая ее со спины. Когда Реджина пыталась встать, ее только сильнее стискивали. Несколько светлых прядей находились у королевы прямо перед лицом. Неназойливая тишина, спокойствие и умиротворение. Злая королева давно не ощущала такого. Глухим стуком отдавало сердцебиение Эммы. Пару блондинистых прядей смешались с черными, дыхание грело небольшой участок шеи, от чего у Реджины время от времени появлялись мурашки. Она даже уже свыклась со всей этой ситуацией, но то, что произошло дальше, не придавалось никакому объяснению. Резко и без предупреждения Эмма шепотом произнесла лишь одно слово, после чего еще крепче обняла брюнетку. - Реджина.....| Воспоминания накрыли Миллс с головой. В один момент даже показалось, что она в реальном времени чувствует манящий клубничный аромат, исходящий от волос спасительницы. Реджина тогда пролежала всю ночь в объятиях Эммы, а не бутылки спиртного, как планировала изначально. На рассвете (не без помощи магии) королева щелчком пальцев переместилась в свою холодную спальню. Эмма проснулась, обнимая подушку. Естественно, она не помнила из-за чего (или кого) ей удалось так хорошо выспаться. «Наверное, подействовало снотворное», - подумала тогда она. После той ночи Реджина начала свою холодную операцию по избавлению себя от личной Ахиллесовой пяты в лице Эммы Свон. Это была справедливая реакция, ведь она боялась и не понимала, что именно происходит между ними. Это не поддавалось никакому логичному объяснению. Сначала, когда спасительница только приехала в город, они враждовали и боролись за любую частичку внимания их сына. Спустя какое-то время между ними произошло перемирие, они перестали дергать канат в разные стороны, просто составили график ночевок и времяпровождения Генри, который бы проводил равное количество часов и с Эммой, и с Реджиной. Это всех устраивало. Пока их перемирие не стало набирать обороты: они много времени стали проводить втроём. Двусмысленные фразы, взгляды, прикосновения Эммы - Реджина думала, что сходит с ума. Ей пришлось предпринять хоть что-нибудь в целях безопасности. Поэтому она отдалилась. К сожалению, от Генри, в том числе. Блондинка узнала о проклятии, да и негативно-эмоциональные выплески королевы давали о себе знать. Кто будет способен держать себя в узде, когда ты потерял магию, доверие сына и любые шансы на «долго и счастливо»? Между ними зазияла пропасть, и никто с этим ничего не делал. |Реджина была, мягко говоря, в плохом настроении. В единственный день недели, когда она могла увидеться с сыном, тот пребывал на рыбалке со своим дедом. Королева была в ярости. Она разгромила свой сад. Любимые яблони. Забор. Всё летело в Тартарары. Ещё секунда и она бы разрушила собственный особняк, если бы ее не прижали к чему-то тёплому и родному. От вспышки ненависти Миллс даже не до конца осознавала, что происходит в реалиях. Она видела лишь кромешную темноту и ничего кроме. Эмма примчалась так быстро, насколько могла. Увидев размах крушений, она действовала по инерции. Обняла Реджину и успокаивающими движениями водила по спине. Миллс размякла в ее руках и упала бы наземь, если бы не поддержка спасительницы. Сама того не осознавая, Эмма стала шептать согревающие сердце слова, пока пульс Реджины успокаивался после бури эмоций. Они простояли так секунд десять или минут пятнадцать - кто его знает? Осознание. Резкое. Умопомрачительно неправильное. Разрушающее. Реджина последний раз крепко сжимает блондинку, что есть силы, а затем одним движением руки, заставляет Свон появиться за кухонным столом четы Прекрасных. Королева, который уже раз, остаётся в полной темноте. Благодаря себе же самой. Считая, что она не достойна ничего другого.| Магии Реджина лишилась не сразу. Она и не подозревала, что чёрная полоса в жизни окажется больше среднестатистического размера кармы. Не без влияния Белоснежки с феями, Сторибрук «очистился» от нежелательных и небезопасных магических сил. Реджина теперь была не в состоянии скрывать слёзы, взглядом перенося эмоции на плакучую иву, планировать ужин без похода в супермаркет, кишащий неодобрительными вздохами и холодными взглядами. Теперь Реджина даже не могла посмотреть через волшебное зеркало на то, чем занимались ее сын с Эммой. Последний пункт волновал ее больше всего. Вибрация телефона вновь прервала мозговой штурм по прошлому. Увидев имя адресанта, Миллс непроизвольно улыбнулась. «Что насчёт недостроенного парка аттракционов сегодня в 7 вечера? Я знаю, что у тебя выходной, поэтому отвертеться не получится. По стройке лазить не будем, только опробуем готовый аттракцион. P.S. Докажем Генри, что кататься на качелях - лучший способ получения экстрима и эндорфина?» ________________ Ветер, подбивающий идти быстрее, был чем-то новеньким для Реджины. Ей казалось, что она совсем спятила, видя в обычном природном явлении намёки судьбы. Но портить себе настроение заранее не хотелось. В хорошем расположении духа брюнетка приближалась к месту встречи. Ее встречали радостные крики Генри, бегающего туда-обратно, пропитанная спокойствием Свон, наблюдавшая за этим, облокотившись на Жука, и налаживающий аппаратуру Ворчун. Не то, чтобы Реджина хотела подкрадываться, но подходя к, по ее мнению, желтому недоразумению на колёсах, Миллс хотела появиться эффектно, как подобает королеве, вызывая наплыв мурашек и легкое удивление в глазах. Как правило, своего она добивалась крайне часто. - Вы знали, что Ворчун относится к тому разряду сторибрукцев, кто ненавидит меня всеми фибрами своей души? - без всякого приветствия начала диалог с Эммой бывший мэр. Удовлетворенно хмыкнув на секундное помутнение девушки, брюнетка облокотилась на авто рядом с ней. - Это я к тому, что он может при виде меня выкрутить все нужные для работоспособности аттракциона гайки. - Он этого не сделает, потому что тогда я выкручу его яйца. - прочистив горло, пробормотала Эмма. - Почему-то я склонна вам верить. - пустив мимолётный взгляд на раздражённого гнома, ответила Реджина. Аттракцион и правда был хорош: за считанные секунды он поднимал вверх участников веселья и кружил над лесной зоной, давая обзор на городскую. Механизм слаженно выполнял свою работу. Волосы развивались в разные стороны, детский полный радости крик, кажется, доходил даже до старушки-оборотня, чувство невесомости и свободы трепетало изнутри. По окончании полёта прилив эмоций был не только у семилетнего ребёнка. Звук подъезжающей машины взволновал Реджину, пока она не увидела знакомые черты. Кора Миллс собственной персоной. Мальчик побежал встречать бабушку и сразу повёл ее к песочнице. Реджина подошла поздороваться. - Здорово выглядишь. - И тебе привет. Как твои успехи? - Кора сняла кожаные перчатки, чтобы навозиться в песке со внуком вдоволь. - Смотря, что ты имеешь в виду. - Я про сидеть с малышом на постоянной основе. - мягко улыбнулась старшая Миллс, потеребив мальчика за волосы. - Если у тебя все таки не получится, то я займусь этим. Эмма дала добро, подстраховавшись на всякий случай. Сказать, что Реджина была в шоке - ничего не сказать. Во-первых, она ничего не знала о «вакансии» на роль няни Генри, а, во-вторых, вы только посмотрите: ее подобревшая и изменившая в корне свою сущность мать лепит куличи вместе с Генри. Да никто не поверит своим глазам. Кстати, о глазах: взгляд Реджины зацепился за сидящую на скамейке поодаль блондинку. Под понимающим хмыканьем своей матери, бывшая королева направилась туда. - Знаешь, всё, что было до этого момента можно назвать неким посягательством на твое личное пространство… - узнав по звуку шагов приближающуюся Реджину, начала Свон. Лёгкий румянец появился на ее щеках, что оказалось чересчур милейшим явлением. - Ты ищешь няню для Генри? - Миллс не любила глупых вопросов и тем более отвечать на них, потому оставила реплику блондинки без внимания. - Да, я, кажется ищу… То есть, я хотела бы узнать у тебя, не будешь ли ты против… - Эмма не договорила, потому что чужие губы накрыли ее. Реджина очень долго подавляла в себе чувства. Боялась быть отвергнутой, неправильно понятой, смешной. Искала причины, объяснения. Продумывала отговорки сплошь до деталей. Ведь она могла сорваться из-за случайного касания рук, запаха клубники или адресованной только ей улыбкой. Миллс долго копила в себе эмоции. Этот комок чувств рос с каждым днём, теперь она не хотела его сдерживать. Их первый поцелуй не был целомудренным или неловким. Эти синонимы не подходили сюда от слова совсем. Их поцелуй был жарким, ненасытным, исцеляющим. Они так долго к этому шли, что не могли остановиться. В мыслях у обеих было лишь: «Это сон?». Если это сон, то его совершенно точно нельзя прерывать. Эмма издала довольный стон после того, как Реджина заткнула ее всеми известным способом. Опустив руку на черноволосую макушку, она контролировала, не разрешала отрываться. Реджина, ухватившись за внутреннюю часть бедра спасительницы, чтобы держать равновесие, чувствовала, что, если разорвёт поцелуй - это будет подобно смерти. Их языки сплетались яростно, чувственно, будто соревнуясь, кто больше терпел, кому было труднее. Ещё чуть-чуть и Реджина переместилась бы на более удобное место - на колени Эммы. Смачно чмокнув друг друга в губы уже без языка они прислонились лбами друг к другу. Мысли были беспорядочными, сердце ходило ходуном, тело кидает в жар, а потом в холод, зато душа на месте. Зато чувство правильности решения заполонило от кончиков волос до пят. Теперь никто не исчезнет по щелку пальцев. Теперь это неактуальный способ решения задачи. Они медленно отодвигаются и смотрят друг на друга удивленно, страстно, собственнически. - …Это значит «да»? - со сбитым дыханием спрашивает Эмма, глазами ища поддержки в рациональности ее слов. Реджина улыбается и переплетает их пальцы на руках, снова приближаясь к Эмме. - Да… - мысленно думает не только об обязанностях няни, но и о «долго и счастливо» бок о бок с Эммой. Солнце заходит за горизонт, олицетворяя символ начала чего-то нового. Но Реджина больше не боится холодной ночи и одиночества. Теперь рядом будет солнце, всегда освещающее путь. И Реджина больше не собирается его отталкивать. - Определённо, да.