Сердце Зимы

             Раньше ты никогда бы не подумала, что будешь летать на драконе, а сегодня проснулась и поняла, что перемещаешься по миру таким способом уже как три месяца. Вы с Кингу успели многое повидать за время вашего путешествия — пообщаться с разными людьми, увидеть закаты и рассветы в самых прекрасных местах. Совсем недавно ты наблюдала, как первый снег покрывает землю с высоты птичьего полёта, и это выглядело как настоящее волшебство. — Никки… всё хорошо? — спросил дракон, и ты, вынырнув из своих мыслей, огляделась по сторонам. — Да, просто задумалась. Мы снижаемся? — Мы летим уже долго. Нужно сделать перерыв. — А что это за место? — спросила ты, увидев тёмные точки на фоне белой земли внизу, при приближении принимающие очертания домов. — Деревня недалеко от Мосу́ла. Дракон приземлился в лесу, подальше от деревни, чтобы не распугать местных жителей. Ты ловко спрыгнула: уже привыкла, ведь в дороге приходилось залезать и слезать с его спины по несколько раз на дню. Когда Кингу обратился в человека, то тут же подошёл, отряхнул снег с капюшона твоего плаща и, взяв твои руки в свои, начал согревать дыханием. — Холодные… — подушечки его пальцев старательно и мягко начали разминать твои. — Почему ты не надеваешь перчатки, когда мы в небе? Ты покраснела, надеясь, что это похоже с виду на реакцию на холод, а не на смущение, но всё же ответила: — Мне просто нравится ощущать твою чешую под пальцами… Глаза Кингу загорелись теплом, и он поднёс твои руки к своим губам, по очереди целуя. Другой рукой достал перчатки из кармана твоего плаща и помог надеть. — Мне приятно, моя госпожа. Но ещё приятнее будет знать, что тебе не холодно. — Кто бы говорил о холоде… — ты усмехнулась и красноречиво оглядела его рубашку. — Неужели совсем не мёрзнешь? — Совсем. Но всё равно придётся надеть зимний плащ. Не хочу выделяться. До деревни вы шли недолго, а когда впереди показались первые дома, ты удивилась. Улица была оживлённой. Люди украшали свои дома еловыми ветками, сухоцветами и фонариками с разноцветными стёклами. Дети лепили фигуры невиданных существ из снега, а женщины разносили по соседским домам имбирные пряники и кувшины с душистыми травами. Оглянувшись на улыбающегося Кингу, ты спросила: — Разве скоро зимние праздники? — Да, начнутся через два дня. — С этим путешествием я совсем потерялась во времени… Подожди… Мы ведь не просто так тут остановились? Ты хочешь встретить Сердце Зимы здесь? — Если тебе не нравится, можем поискать другую деревню. — Нет, почему, мне нравится! Правда, тут очень красиво. Местные сначала с удивлением смотрели на Кингу, несущего дорожные сумки в тонкой рубахе и штанах, но староста деревни быстро призвал их к порядку. — Чего уставились? Не на что тут смотреть, украшайте дома лучше! — широкоплечий тучный мужик с густыми усами остановился рядом с вами. — Заблудились, добрые люди? Я Лутар, здешний староста. Может, чем помочь вам могу? — Приветствую, Лутар. Меня зовут Кингу, а это Никкаль. Мы путешествуем и хотели бы встретить у вас праздники. Можем ли мы остановиться у кого-нибудь на ночлег? Конечно же, не бесплатно. — Уж не тот ли Кингу, который… ай, к лахаму, не моё это дело. Мы с женой как раз домик держим для гостей и путников. Можете там заночевать. — Хорошо, ведите нас. Домик, который показал вам Лутар, небольшой, но там было самое необходимое. Добротная печка, стол со скамьями, место, где можно было умыться, небольшая кровать у стены. Стены всё ещё держали немного тепла: видимо, тут растапливали очаг каждый день. — Тесновато, но зато нехолодно. Если нужно ещё одеяло, говорите, жена принесёт. — Спасибо, Лутар, пока не нужно, — ты радостно оглядела домик и только сейчас поняла, как устала лететь. — Скажите, а на что тут у вас посмотреть можно? — Ну тут недалеко озеро замёршее есть, можно на коньках покататься, а ещё горка рядом, только на ней обычно дети играются. Самое интересное у нас на Сердце Зимы начинается. — А что будет? — спросила ты, и в глазах засветились живые огоньки. — А это я вам не расскажу, ждите, — староста подмигнул. Когда Кингу заплатил Лутару за ночлег, он ещё раз объяснил, что тут да как, всё же дал ещё одеяло, а после покинул вас. Ты тут же прошла к печи, чтобы разжечь огонь, и спросила у Кингу: — А ты знаешь, что будет на праздники? — Знаю. — И ты мне не скажешь? — Прости, госпожа, но это сюрприз. — Ла-а-адно… Раз не хочешь говорить, тогда пойдём кататься на коньках! — На коньках? — удивлённо переспросил Кингу. — Ну да, Лутар же сказал про озеро. Пойдём туда! — Даже не знаю, госпожа. Тебе ещё холодно. И, наверное, сначала нужно поесть. — Я не голодная, да и вредно объедаться перед коньками, — ты приблизила ладони к печи и потёрла друг о друга. — Вот сейчас согреюсь, и пойдём. А ты умеешь? — Что? — Кататься на коньках. — Не знаю. Я никогда не пробовал… — Кингу пожал плечами. — Думаю, это не сложнее, чем летать на лошади. Ты удивлённо захлопала ресницами, глядя на него, и вдруг рассмеялась. Представила Кингу, совершенно не умеющего стоять на льду. Как он нелепо машет руками, пытаясь удержать равновесие, как падает и отбивает себе мягкое место… В твоём воображении это выглядело так мило и так невероятно! — Ты шутишь! — сказала ты, смеясь. — За столько лет своей жизни ни разу не катался на коньках? А кто-то говорил, что ты умеешь всё! — Не всё, но многое. Я никогда не интересовался этим, видел только, как другие катаются. — Теперь я ещё сильнее хочу это увидеть! — Увидишь, госпожа. Грейся. Когда ты согрелась, вы разобрали нужные вещи, вытащили припасы из дорожных сумок, Кингу отыскал свой плащ и вы пошли по домам, просить одолжить коньки на время. И если коньки твоего размера нашли довольно быстро, то с ногами Кингу пришлось повозиться. Далеко не у каждого найдётся драконий размерчик, и всё же вам повезло. На озере, о котором рассказал Лутар, никто больше не катался, чему ты даже немного расстроилась. Ведь было бы намного интереснее, если бы кто-то ещё увидел Кингу на коньках, а то так расскажешь кому-нибудь, и не поверят! Завязав шнурки на коньках, ты стала аккуратно подниматься, а Кингу помог тебе, придерживая. Сам он стоял на коньках ничуть не хуже. Крепко держась за руки, вы пошли к озеру. — Точно никогда не катался? — спросила ты, смотря, как уверенно Кингу шагает по льду. — Я просто умею держать равновесие. С виду не скажешь, но мне всё же немного некомфортно. — А зачем тогда согласился? Ну ты даёшь! — ты рассмеялась, но ухватилась за его руку ещё крепче, когда твоя нога уехала чуть в сторону. — Ой-ой… — Осторожно, госпожа. — Не беспокойся, всё хорошо. Лучше давай попробуем прокатиться? Потихоньку… Ты оттолкнулась ногой и медленно поехала, держа Кингу за руку. И не хотелось никуда спешить, кататься наперегонки или пытаться исполнять какие-нибудь трюки. В отличие от Су, ты и сама не была профи. Вы просто ехали, держались за руки, смотрели друг другу в глаза, дышали морозным воздухом, слушали тихий скрежет льда под лезвиями коньков и изредка хихикали. — Гляди-ка, у тебя хорошо получается, Кингу. Не хочешь ускориться немного? — Не уверен, госпожа… — Ха-ха-ха! Что, твой внутрений дракон в шоке? — Скажем так, лёд — для меня не такая близкая стихия… — Как, например, что? Кингу плавно остановился и улыбнулся. Убрал пряди твоих волос под капюшон плаща. Его руки — как всегда холодные. А дыхание — такое тёплое-тёплое — близко к твоему лицу. — Как, например… огонь, — ответил Кингу, и ты почувствовала, как тяжело задышала синхронно с ним. Ты подалась вперёд, чтобы поцеловать его, но нога, как назло, опять уехала в сторону, и ты повалилась вперёд, успев выкрикнуть лишь: — Ой, лахаму!.. Кингу быстро сообразил и схватил вторую твою руку, пытаясь предотвратить падение, но успел только на половину. Ты упала коленями на лёд. В такой нелепой позе вы и замерли: Кингу, держащий тебя за руки, и ты, стоящая перед ним на коленях. — Спокойно, госпожа, сейчас тебя подниму. — Быстрее, — прошипела ты, чувствуя, как немеют колени от холода. Кингу потянул тебя вверх, поднимая. На вид это показалось одним плавным движением, но на самом деле ему далось куда сложнее — поднять тебя так, чтобы не навредить, и самому не потерять равновесие, и, в прямом смысле, не ускользнуть куда-нибудь в Иркаллу. — Как ты? — спросил Кингу, оглядывая, всё ещё не отпуская твоих рук. — Да, кажется… Ай! — ты наступила на левую ногу, и вдруг тупая боль пронзила колено. — Вот же… демоны… Ой! Кажется, я ушиблась. — Где болит? — Левое колено… — ты попыталась сделать шаг, но зря. Новая вспышка боли в ноге застала врасплох, и ты чуть снова не упала, но на этот раз Кингу был готов. — Кажется, я не смогу идти. — Не страшно. Я помогу. Кингу закинул твою руку себе на плечо, взял за талию и помог дойти до берега. Хорошо, что вы катались недалеко. Стараясь не беспокоить ушибленную ногу, Кингу усадил тебя на снег и помог переобуться, а после переобулся сам. — Вот, возьми, — он протянул тебе коньки. — Навряд ли я смогу их унести, — проворчала ты, но всё же взяла. — Я знаю, госпожа, но идти тебе не придётся. — Не поня… Ой! Прежде чем ты смогла договорить, Кингу взял тебя на руки так легко, будто ты вообще ничего не весила. Кингу улыбнулся и спросил: — Удобно? — Угу… — ответила ты, прижимаясь к нему плотнее. — Тогда пойдём. Кингу шагал быстро, почти бежал, но на его руках ты почти не ощущала ни холода, ни ветра, дующего в лицо. Его руки стали для тебя надёжным укрытием от всех ненастий. Деревня показалась уже через несколько минут, только на этот раз народу по улицам гуляло куда меньше. Оно и понятно, день близился к сумеркам. Темнело зимой рано. Местные, конечно, обращали внимание на то, как Кингу нёс тебя на руках, но ты не смотрела на них. Только на него. Глаза Кингу всю дорогу изучали тебя с нежностью и беспокойством, взгляд периодически падал на твою ногу, а ты его успокаивала, говорила, что всё будет хорошо. Вернувшись в дом, Кингу усадил тебя на скамью и отошёл к печи, пошевелить почти потухшие угли. — Давай я разожгу огонь. — Не беспокойся, госпожа, я сам. Мне нужно будет осмотреть твою ногу. Или ты сначала хочешь поесть? Ты коснулась живота, понимая, что вот-вот на весь дом раздастся урчание. Ещё даже ничего не сказав, ты уже с удивлением увидела, как Кингу достал из дорожного мешка яблоко и протянул тебе. — Будет лучше, если ты сначала осмотришь меня, — вдруг ответила ты. Брови Кингу на мгновение как-то странно изогнулись, стало ясно, что он такого не ожидал, но кивнул. Ты с хрустом откусила яблоко, а он сел перед тобой на колени. Хотел прикоснуться, но замешкался. — Госпожа, штаны… придётся снять. Ты покраснела, но быстро вернула себе невозмутимость. Положила яблоко на стол, попыталась приподняться. Колено снова заболело, и твоё тело повело в сторону, но Кингу был рядом и успел поймать. — С-спасибо… — ты увела от него взгляд. — Со штанами сама справишься? — Справлюсь. Отвернись… как-нибудь. Кингу кивнул, повернул голову в сторону и закрыл глаза. Пытаясь опять не покраснеть, ты развязала шнурки на поясе и спустила штаны до колен. А под ними ещё одни. И ещё. Пока ты справлялась со слоями одежды, сама старалась не смотреть на Кингу, но всё же заметила, как дрогнул уголок его рта. — Эй! Не все такие устойчивые к холоду, как ты! Не смейся! — Я и не смеюсь. — Ага, заметно, — ты спустила последние штаны. — Всё, можешь смотреть. Кингу повернулся и усадил тебя обратно на скамью. Спустил все твои штаны ещё ниже. Теперь уже ты предпочитала не смотреть, отвернувшись в сторону. Понимала, что уже видел всю тебя, но продолжала смущаться. Тем более Кингу узнал секрет нескольких штанов. — Не бойся, ты знаешь, я тебя не обижу. — Угу… Его пальцы осторожно коснулись твоего колена, и только тогда ты почувствовала там глубокую царапину, жгущую кожу. Наверное, поранилась о лёд. Ты поморщилась, зашипела, но тут же расслабилась, когда почувствовала приятное покалывание в ноге. Накрытая ладонью Кингу коленная чашечка зажила на глазах и больше не беспокоила тебя. — Небольшой ушиб и царапина… — в свете огня печи глаза Кингу, обращённые к тебе, горели ещё более ярко. — Всё будет хорошо. Теперь тебе нужно поесть. — И тебе тоже! Вместо ответа Кингу улыбнулся. Потянулся к тебе, и ты чуть прикрыла глаза, готовясь к поцелую, но всё видела из-под полуопущенных ресниц. Тихо ахнула, когда его губы ласково коснулись кончика твоего носа. — И мне тоже, моя заботливая госпожа. Кингу хотел подняться, чтобы поставить греться воду для трав, но ты успела схватить его за руку, тормозя. Посмотрела на него большими глазами и смущённо улыбнулась. Тебя захлестнуло нежностью, которую срочно захотелось отдать, всю до капли. — Знаешь, я пока не хочу есть… Я хочу… Вместо продолжения ты вернула его ладонь туда, где она была пару минут назад. Кингу удивился, но убирать руку не стал. Подушечки его пальцев начали нежно поглаживать тонкую кожу колена. Твои ноги тут же покрылись мурашками, задрожали, и ты свела их вместе. — Тебе холодно? — шёпотом спросил Кингу, приблизившись. — Нет, наоборот. Мне очень жарко. Его губы почти невинно коснулись твоей скулы и медленно опустились к шее, щекоча и дразня. Ты прикрыла глаза и положила руку ему на голову, прижимая. Коленки снова задрожали, когда ты почувствовала, как его пальцы очутились чуть выше, между твоих ног, но Кингу не собирался подниматься ещё. Он не спеша поглаживал внутреннюю сторону твоего бедра, более увлечённый поцелуями. Ты тихо вскрикнула, когда Кингу прикусил кожу на твоей шее, а затем он с трудом оторвался и прошептал… — Кто-то идёт. Ты прислушалась. Кроме треска углей в печи и сердца, часто бьющегося от предвкушения, слышно ничего не было. Ты захихикала в миллиметрах от губ Кингу. — Ну нет! Ты меня не одурачишь! Поцелуй лучше… — Но, госпожа… — Тш… — ты положила палец ему на губы и заглянула в глаза. — Поцелуй меня. Я этого хочу. Кингу немного замялся, перевёл взгляд на дверь, затем обратно на тебя. И поцеловал. Глубоко и нежно, поглаживая по щеке. Ведь он не мог пойти против твоих желаний. Когда ты застонала сквозь поцелуй, сбоку послышалось… — Ой, извините! Я не знала, чем вы тут… Ты тут же резко отпрянула от Кингу, будто обожглась. С его стороны послышался смешок. На пороге стояла женщина в плотной шубе и держала глиняный горшочек с чем-то тёплым и вкусным. — А вы кто? — спросила ты, чувствуя, как горят щёки. — Таншу, жена Лутара. Каши с ягодами наварила, подумала, пойду гостей угощу, спрошу, как устроились. Но, если вам неудобно, я завтра зайду… Ты закрыла лицо руками, думая, что сейчас провалишься к Эрешкигаль от стыда. Со стороны, наверное, выглядело интересно: ты на скамье со спущенными штанами, а Кингу перед тобой на коленях. И оба растрёпанные, разгорячённые. Стало чуть спокойнее, когда ты посмотрела на колени и увидела плащ Кингу. «И когда он только успел меня прикрыть?» — Спасибо за гостеприимство, Таншу, — сказал Кингу, поднявшись на ноги. Подошёл и забрал горшочек с кашей, поставив его на стол. — Мы обязательно попробуем. Женщина только кивнула, видимо, и сама была смущена не меньше. Она уже повернулась, чтобы уйти, как вдруг вспомнила… — Я там на крыльце корзинку оставила с игрушками. Наши дети сами делали. Подумала, вдруг вы захотите дом нарядить. — Спасибо… — всё, что смогла сказать ты. Как только Таншу ушла, ты сорвала плащ с колен, скомкала и швырнула в Кингу, попав тому в спину. — Ты, что, не мог сразу сказать?! — Я говорил. — Думала, ты шутишь! Лахаму, стыд-то какой! — Не беспокойся, госпожа, она ничего не увидела. — Да-да, конечно… — ты вздохнула и поднялась, натягивая штаны. Нога уже не болела, но весь романтический настрой как ветром сдуло. — Ладно, давай поедим. Каша, которую принесла Таншу, вышла и вправду очень вкусной и сытной. Болтая о том, как весело было кататься на озере, несмотря на падение, вы быстро наелись, и ты почувствовала лёгкую сонливость. Положила голову Кингу на плечо. — Устала, госпожа? — спросил он, поглаживая тебя по голове. — Пойдём спать? Ты замотала головой, но всё же зевнула, и замотала ещё активнее. — Нет, не хочу… давай ещё посидим, — ты кивнула на входную дверь. — На крыльце игрушки, может, украсим тут немного? Праздник всё-таки. — Разве ты не устала? — Нет, я сейчас расшевелюсь. Обещаю, что не упаду тут посреди комнаты. А если и упаду, ты же меня поймаешь? — Поймаю, — ответил Кингу и поцеловал тебя в щёку. — Жди, я сейчас. Он вышел из дома, но скоро вернулся с большой плетёной корзиной. Прикрытые еловыми ветками, там лежали игрушки: деревянные фигурки, тряпичные куклы снежных духов, гирлянды из флажков, несколько стеклянных шаров на нитках, венки из веток и засушенных колосьев пшеницы. Пока Кингу ставил в печь котелок с водой для заваривания трав, ты села перед корзиной и начала разбирать клад, уже примеряя, что-куда повесить. — Эти ветки можно собрать в бутылку и украсить шариками, — сказала ты, копаясь в дорожном мешке в поисках подходящей, и нашла. — Смотри, тут даже ещё немного воды осталось. Воодушевлённая, ты подбежала к столу, поставила бутылку и по одной начала погружать в неё еловые ветки. Хвойный лёгкий запах почти сразу разлетелся по дому. Ты была так занята ветками, что не заметила, как подошёл Кингу. Он держал в руках стеклянные шарики, готовый в любой момент подать их, и любовался тобой. — Ну как? — спросила ты, обернувшись. — Немного кривовато, конечно. У Су получилось бы лучше, но зато своими руками. — Ты молодец, госпожа, я бы до такого не додумался. — А ты раньше праздновал Сердце Зимы? — Нет, но я путешествовал, смотрел, как празднуют другие. Это интересно. — Ну ничего, в этом году ты не просто посмотришь. Ты почувствуешь! — С тобой всё что угодно. Ты кивнула, улыбаясь, и осторожно взяла у него из рук шарики. Повесив их на ветки, покрутила бутылку, любуясь. Свет от печи играл бликами, проходя сквозь стекло, разбегался по стенам и потолку. — Теперь давай расставим фигурки и повесим флажки! Высадив деревянных коней и медведей на подоконник и комод, вы с Кингу вытащили из корзины длинную гирлянду. Одной рукой держа флажки, другой ты почесала голову, глядя на потолок. — Можно было бы повесить на потолок, жалко, что гвоздиков тут нет. — Я могу сходить поискать, — сказал Кингу, взяв со скамьи свой плащ. — Думаю, у кого-нибудь найдётся несколько гвоздей. — Не надо. Там уже темно и холодно. — Со мной ничего не случится. Мы в безопасности, госпожа. Ты бросила гирлянду на пол, отвела взгляд к окну и обхватила себя за плечи. — А ещё я не хочу оставаться одна. Кингу вернул свой плащ на скамью и тут же оказался рядом, обнимая со спины. Его руки легли на твою талию, а губы произнесли у уха… — Я не оставлю тебя, моя госпожа. Можешь быть спокойна. Ты повернулась к Кингу, чтобы поцеловать его, но вдруг послышалось шипение из печи. Вода в котелке закипела и теперь понемногу выплёскивалась через край. Кингу поцеловал тебя в макушку и отошёл на шаг. — Я сделаю трав, будешь? Согласно кивнув, ты подняла гирлянду с пола. Пока Кингу готовил вам душистые напитки, ты ходила из угла в угол, думая, куда бы пристроить украшение. Немного разозлилась на себя, что в голову не приходит ни одной толковой идеи, и обмотала гирлянду вокруг своей шеи, как шарф, закинув один из концов на плечо. Увидев тебя «при параде», Кингу засмеялся. — Что смешного? — с серьёзным видом ты прошла к столу и уселась на скамью. — Я буду главным украшением этого вечера! Ты против? — Я всегда за. Тебе очень идёт, — сказал Кингу, скрыв широкую улыбку за чашкой с травами. Ты обхватила свою чашку руками, согреваясь. Вдохнула пряный аромат трав, прикрыв глаза. От одного маленького глотка ты почувствовала, как тепло и безмятежность расходятся по рукам и ногам. А ещё догнала усталость, которую ты отложила в долгий ящик. Точнее, в корзину с украшениями. Оглядывая наряженную комнату, ты протянула… — Да, тут стало немного уютнее, как думаешь? — Думаю, что ты права. А ещё думаю, что это украшение с тебя надо снять. — Только украшение? — ты подмигнула. Кингу подсел ближе и начал распутывать гирлянду на твоей шее. Его ловкие руки быстро справлялись с узлами, а глаза внимательно оглядывали кожу, а то мало ли, вдруг там остались следы? Но всё было хорошо, ты бы не стала сильно затягивать свой импровизированный шарф. — Твоё тело слишком устало за сегодня, госпожа, — объяснил Кингу, развязывая последний виток. — Несколько дней полёта на драконе, коньки, травма… Думаю, будет лучше просто поспать. — А ты поспишь со мной? — Конечно. Кингу откинул гирлянду в сторону и подвёл тебя к кровати. Помог раздеться и улечься в постель. Там лежало два одеяла, поэтому ты не должна была замёрзнуть. А когда Кингу прилёг рядом, стало совсем хорошо. Тепло его тела согревало тебя, руки прижимали ближе, обнимая, даря ощущение защищённости и спокойствия. Ты уткнулась в грудь Кингу, вдохнула свежий запах его кожи и заснула под звук размеренного дыхания… Проснулась ты от прохлады. Неохотно ворочаясь, раскрыла глаза. За окном давно рассвело, а рядом было пусто. Свесив ноги на пол, зевнула и потёрла сонные глаза. Вещей Кингу тоже не было видно, только твои. «Лахаму дери, ну куда он уже ушёл?» Одевшись потеплее, ты вышла на крыльцо, уже перебирая варианты, где можно найти его, но далеко идти не пришлось. Кингу находился рядом с домом Лутара. Рубил дрова, пока сам хозяин уносил их сарай. Ты невольно засмотрелась на то, как напрягаются мышцы Кингу под рубашкой от каждого движения. Он замахнулся на полено, но, увидев тебя, отложил топор в сторону и подошёл. — Госпожа, ты уже проснулась… — он коротко поцеловал тебя в губы. — Прости, что ушёл. Кончились дрова для печи, а у Лутара заболела спина, когда он собрался нарубить. — И, что, вылечил его? — хихикнув, спросила ты. — Нет, он отказался. Но я, как видишь, помог иначе. — Даже не знала, что ты такой хозяйственный, — ты стряхнула щепки с его плеч. — Все дрова перерубил? — Почти. — О, Никкаль, — увидев тебя, Лутар тоже захотел подойти поздороваться. — Долго же ты спишь. — А который час? — спросила ты, подняв голову к солнцу. — За полдень уже, вишь. Никак бессонная ночка была вчера? Вы с Кингу сделали вид, что не поняли намёка, и Лутар перевёл тему, чувствуя неловкость. — Хороший ты мужик, Кингу, работящий. С виду и не скажешь, что дрова умеешь рубить. — Он всё умеет, — сказала ты, улыбаясь. — Вижу-вижу. Так подсобил хорошо, что с дровами теперь до конца зимы возиться не надо. — Мы немного возьмём для печи, вы не против? — спросил Кингу. — Конечно нет, бери, сколько хочешь! Теперь этого добра… — Лутар оглянулся на сарай, и его осенило. — А хотите в баньку сегодня? Затоплю, согреетесь от души! — У вас же спина болит. — Да отпустит! Всегда опускает, — видя сомнение в ваших глазах, Лутар добродушно усмехнулся. — Да вы не стесняйтесь, все свои же, ну! Что скажете? Кингу посмотрел на тебя, давая понять, что решение за тобой. Студёный ветер подул, сметая снег с веток деревьев. Тебе стало холоднее, и жаркая баня уже не казалась такой сомнительной идеей. Ты посмотрела сначала на Кингу, ожидающего ответа, потом на Лутара. — Знаете, а я не против бани… — Ну вот и хорошо! — Лутар широко улыбнулся, встрепенулся и схватился за спину. — Ох… Дайте только отдохну чуток и такую вам баню истоплю, вы заново родитесь! — Вам помочь? — спросил Кингу. — Не, не надо, я сам. Как я свою баню знаю, больше никто не знает. Жена вам потом полотенца принесёт, так что вы это… — Лутар поводил рукой в воздухе, подбирая слова. — Будьте готовы, в общем. Ты покраснела, вспомнив вчерашний конфуз с Таншу, но никто не заметил. Лутар пошёл к своему дому, а Кингу отвёл тебя чуть в сторонку. — Честно, мне казалось, что ты откажешься. — Почему? — ты усмехнулась. — Думаешь, я тебя стесняюсь? Или это ты меня стесняешься? — Не стесняюсь. Просто не хочу, чтобы тебе было некомфортно. — С чего это мне будет некомфортно в бане? Я маг огня! — Часто там бывала? — В бане? Ну… пару раз. — Ещё не поздно отказаться, госпожа. — Ну нет! Я не упущу шанс хорошенько прогреться! — Прогреться можно разными способами. — М-м, например? — ты понизила голос и приблизилась к Кингу. — Закутаться в одеяло и пить горячие травы. Ты не понимала, случайно ли он игнорировал твои намёки или просто издевался? Загребла в ладошку снега и закинула Кингу за шиворот рубашки. Он засмеялся. — Ну, как? — спросила ты, прищурившись. — Почти холодно, госпожа. — Почти? Почти?! Р-р! Ну ничего, подожди, скоро будет жарко! Опять кинув в него горсть снега, ты повернулась и твёрдо пошагала к домику, стараясь не оглядываться. Когда услышала позади хруст снега под ногами, ускорилась, думая, что Кингу сейчас начнёт кидаться снегом в ответ. Но он видел, как уже покраснели твои руки и нос, поэтому не решился усугублять… В баню вы пошли после всех остальных. Жар немного спал, но ты всё равно ощущала, как воздух накалился, а из кожи начал выступать пот. Завёрнутая в полотенце ты зашла в парилку. Кингу уже ждал тебя там. — Госпожа, давай договоримся. Если вдруг станет плохо, ты мне сразу скажешь. — Хорошо, ты тоже говори, если вдруг, — ты присела на нагретую скамейку и прикрыла глаза. После холода на улице, это как раз то, чего не хватало. Кингу аккуратно коснулся твоего лба, убирая в сторону прилипшие пряди волос. Ты блаженно замычала. Даже в такой духоте, его руки были приятно-прохладными. — Ой, хорошо… — протянула ты, млея от контраста температур. — Так, постой. Только не говори, что жары ты тоже не ощущаешь. — Не скажу. Ты раскрыла глаза и посмотрела на него ошалелым взглядом. Сама ты уже вся взмокла от пота так, что полотенце прилипло к телу в нескольких местах. С Кингу же это не работало. Он не потел. Совсем. Только редкие капельки осевшего пара блестели на его коже. Стало как-то немного обидно, ведь ты ожидала, что будешь любоваться, как он весь прямо обливается потом, отчего полотенце прилипало бы к его красивым бёдрам и другим не менее интересным местам. Впрочем, присмотревшись, ты поняла, что и без этого вид на его тело довольно соблазнительный. — Госпожа, всё хорошо? — спросил Кингу, и только тогда ты моргнула. До этого твои глаза нагло смотрели на него, пожирая. — Да, да… Просто задумалась. — О чём? — Может, плеснуть воды на камни? А потом я тебя отшлёпаю. — В каком смысле? — Веником! Ай-ай, а ты о чём подумал? — Ни о чём таком… — Ну да… Так и что? Поддашь? — Ты уверена? Будет ещё жарче. «Жарче, чем сейчас у меня внутри, уже точно не будет», — подумала ты, смотря на его красивые мышцы живота. Твой план был коварен, но идеален. После того как Кингу плеснёт воды на камни, в бане станет ещё жарче, и тогда ты смогла бы притвориться, что тебе плохо. А там и заслуженное спасение с глубоким исцелением было бы обеспечено! Покачав головой, Кингу всё же вылил холодную воду из ковша на раскалённые камни тонкой струйкой. Послышалось бурное шипение, столб горячего пара поднялся вверх, нагревая воздух в парилке ещё сильнее. Ты прислонилась к стене и откинула голову назад, купаясь в тепле. Привыкнув, схватила лежащий рядом берёзовый веник, окунула в корыто с тёплой водой и решительно наставила его на Кингу. — Сразимся? — предложила ты. Кингу улыбнулся, взял второй веник и вытянул руку, делая то же, что и ты. Вы замерли, глядя друг на друга, думая, кто ударит первым. И ты не удержалась. Слегка шлёпнула его веником по щеке, оставив там мокрый берёзовый листик. Кингу такого явно не ожидал. Тут же перешёл в защиту, отражая твои удары и прикрываясь своим «оружием». Когда ты вскочила со скамейки, чтобы нанести удар сверху, Кингу тоже не стал отставать. Вы не бегали по парилке, стояли на месте, пытаясь использовать только руки. Раз за разом ты махала веником, пытаясь достать Кингу, а он только умело отбивался и уходил от ударов. — Ты не собираешься мне поддаваться, да? — смеясь, спросила ты. — У нас тут серьёзная битва, госпожа, — несмотря на улыбку, Кингу ответил как можно спокойнее. Похоже, ему тоже начинала нравиться эта игра. — Ах, так? Ну всё, это война! Зачерпнув ковшом тёплой воды из корыта, ты плеснула на Кингу. Такого удара прямо в грудь избежать он уже не смог. Видя, как вода стекает по нему, а он сам стоит удивлённый, ты захохотала, согнувшись пополам. — Всё-таки я заставила твоё полотенце намокнуть! Не от пота, так от воды. Ха-ха-ха! — Да, это было неожиданно. Твоя взяла, госпожа. — Проигравший исполняет желание победителя! — И какое же у тебя желание? Ты отвела в сторону взгляд и прикусила губу. Сначала подумала, что неплохо было бы попросить Кингу окунуться с головой в сугроб голышом, но вспомнила, что это хоть и забавно, но бесполезно. Холода-то он не чувствует. Поэтому ты озвучила третий пришедший в голову вариант. Почему третий? Потому что второй ну уж совсем неприличный для осуществления в чужой бане. И, будто бы уловив твою мысль, Кингу удивился. — Сделай мне массаж, — сказала ты, подойдя к нему ближе. Ты не услышала, как Кингу тихо выдохнул с облегчением. — Хорошо. Пойдём? — Куда? — В дом. Или ты хочешь… — Да, прямо здесь и прямо сейчас. — Госпожа, я понимаю твоё нетерпение, но здесь ведь жарко. — Это как-то помешает? — Нет. А тебе? — Всё будет нормально, давай. Прежде чем Кингу успел выдвинуть ещё аргумент, ты легла на живот на скамью и положила руки под голову. Прикрыла глаза. — Ну же, я жду, Кингу. Он вздохнул, но подошёл к тебе. Пальцы коснулись твоих лопаток, и по спине пробежались мелкие мурашки. Кингу это заметил и будто бы специально наклонился к твоему уху, и прошептал, чтобы вызвать новую волну: — Полотенце мне будет мешать. В этот момент стало даже радостно, что здесь так жарко, иначе Кингу бы сразу увидел по красным щекам, что ты уже готова объявить о своей капитуляции. Сделав как можно более спокойный голос, ответила: — Снимай, я не стесняюсь. Кингу развязал узел, открывая твою спину, но совсем убирать полотенце не стал. Немного отодвинул тебя к стене и присел рядом. — Помнишь? Если вдруг тебе станет нехорошо… — Мне хорошо… — перебила ты. — Приступай. Ладони Кингу легли тебе на плечи, массируя напряжённые мышцы. Ты тихо вскрикнула от неожиданности. Его руки оказались сильнее, чем ты думала. Кингу сразу остановился. — Больно? — Нет, просто… какая-то я вся каменная. — Ты слишком напряжена. Расслабься. — Я попробую… И, чтобы расслабиться, ты решила отвлечься, подумать о чём-то другом. О завтрашнем празднике Сердца Зимы, о том, что там будет, как здесь отмечали… Но не получалось. Все мысли были о Кингу и о его пальцах, что так точно знали все твои точки, проходились вдоль позвоночника, к пояснице, немного щипали там, дразня, и возвращались к лопаткам, растирая горячую и мокрую кожу. Ты даже не заметила, как начала мычать и тихонько постанывать от удовольствия. — Кажется, тебе уже хватит, — усмехнувшись, сказал Кингу. — Нет, ещё… — Ладно, недолго. Не хочу, чтобы ты перегрелась. Ты только кивнула, не в силах сказать и слова. Все мысли куда-то пропали, все ощущения превратились в одно — безмятежность. Кингу трогал тебя аккуратно, но глубоко, прощупывал каждый участок тела, как оголённый нерв. Это так приятно… Ты готова была уснуть прямо там, что и сделала. План по соблазнению Кингу растворился, как горячий пар в этой бане… Ты очнулась в домике, лёжа в кровати, с тряпочкой на лбу. Был уже вечер. На секунду испугалась, но, когда увидела рядом Кингу, сразу стало спокойно. Он держал тебя за руку. — Никки, слава Тиамат… Как ты себя чувствуешь? — Вроде, нормально… Что случилось? Почему я здесь? — Не помнишь? Я делал тебе массаж, мы разговаривали, а потом ты перестала отвечать. — Я уснула? — Потеряла сознание. Всё-таки перегрелась… — глаза Кингу потемнели от грусти, и он обнял тебя, прижимая к груди. Его сердце билось очень громко.— Я так испугался, госпожа… — Ну что ты, всё хорошо… Я в порядке, пра… Договорить не вышло, потому что губы Кингу накрыли твои. Ты так удивилась, что даже не сразу ответила на поцелуй. Такой мягкий и трепетный, он не переставал думать о тебе ни на секунду, поэтому скоро отстранился и снова обнял. — Прости, ты только пришла в себя, а я… — Не извиняйся, мне понравилось. А ещё, кажется, после твоего массажа, у меня больше в плече не хрустит… — ты пошевелила рукой, подтверждая. — Слышишь? — Нет. — Вот я и говорю! Вы засмеялись. А потом ты спросила… — Чем займёмся? — Отдыхай, госпожа, а я приготовлю тебе поесть. Ты нахмурилась, давая понять, что не согласна с его планом. — Нет, будем отдыхать вместе. Я пока слишком слаба для еды, — ты откинулась на подушки и коснулась ладонью лба. Изобразила правдоподобные муки. — Ох, что-то мне плохо… Но при этом, всем своим видом ты показывала, что просто играешь, чтобы Кингу прилёг рядом. А он, похоже, воспринял твои тяжёлые вздохи серьёзно. Тут же склонился, напряжённый, побледневший, откинул одеяло в сторону и начал пристально разглядывать. — Что ты чувствуешь? Где болит? Продолжая притворяться больной, ты потрогала себя в «проблемных» местах, еле держась, чтобы не засмеяться. — Вот здесь… — твоя ладонь легла на тонкую ткань нижней рубашки, между грудями. — И чувствую жар… — ты медленно проследовала пальцами вниз, по изгибам, понемногу возбуждаясь от собственных прикосновений. Глаза Кингу неотрывно следили за каждым твоим движением. — Вот здесь… — ты остановила ладонь в самом низу живота и скомкала подол в том месте, задирая ещё чуть выше. Пальцы Кингу коснулись твоей ноги и уже почти забрались под рубашку, но вдруг он тебя раскусил. Медовые глаза сначала расширились, затем загорелись, становясь почти жёлтыми. Кингу улыбнулся и покачал головой. — Молодец, госпожа, хороший план. И почти сработал. — А-а-а… — мучительно простонала ты, закатив глаза. На этот раз было по-настоящему тяжко. — Что не так? Почему? Ты не хочешь? — Я этого не говорил. — А в чём тогда дело? — Ты только что пришла в себя, ты была без сознания. — Да во имя Тиамат… я в порядке, Кингу. Если не веришь, можешь посмотреть. — Не нужно, я тебе верю. — Но? — чутьё подсказывало, что это не единственная причина. С Кингу никогда не было всё так просто. Он подсел ближе, и ты тоже села в постели, устраиваясь поудобнее, и наклонилась к нему. Кингу слегка дёрнул рукав, открывая твоё плечо, поцеловал и прошептал: — Я очень боюсь сделать тебе больно… Кингу хотел отстраниться, но ты запустила пальцы ему в волосы, прижимая его голову к себе. Погладила по щеке. Заговорила ласково… — Почти тысяча лет, а такие глупости иногда говоришь… — ты заглянула в его глаза. — Я знаю… нет, я уверена, ты не причинишь мне вреда. — Откуда тебе это знать, госпожа? — Тебе жалко светлячков. И птиц зимой… Да-да, не смотри так, я видела, как неделю назад ты кормил их хлебными крошками рано утром. Ты засмеялась, вспомнив картину, как наблюдала тогда из-за дерева, как маленькие черногоудки целой стайкой облепили Кингу, прося пищи и грея лапки на его плечах. Как птицы подлетали к нему без страха и клевали крошки прямо из рук. Ты тогда незаметно убрала из его волос маленькое пёрышко, когда вернулся к лагерю… — У тебя большое и доброе сердце, Кингу. Ты не сможешь сделать мне больно. Кингу прижал тебя крепче, взял за руку и уткнулся носом в ямку у ключиц, вдыхая твой запах. Замер так на несколько минут, и ты слышала только треск дров в печи, да его шумное дыхание. Ты уже подумала, что Кингу задремал, как вдруг он отстранился совсем ненадолго и припал к твоей шее с горячим поцелуем. Он взял тебя за вторую руку, плавно пересаживая к себе на колени, и ты тут же покрылась мурашками от жара, что излучало его тело. Только что отстранённый и скованный, теперь он весь горел, и тебе очень хотелось согреться. — Давай не будем спешить… — сказал он, оторвавшись от твоей шеи, и вновь поцеловал тебя, но уже с другой стороны. — Не хочу, чтобы тебе поплохело. Ты кивнула как в тумане и не придала значения его словам… да и вообще, трудно мыслить здраво, когда так обнимают и целуют… но скоро ты поняла, о чём говорил Кингу. Забывшись в его прикосновениях, ты совсем не думала о времени, да только он целовал тебя и трогал через ткань нижней рубашки уже слишком долго, не торопясь даже одежду снимать. И ты решила, что нужно взять дело… то есть его рубашку, в свои руки, и потянула на себя, снимая. Послышался треск ткани. Кингу пришлось поддаться и помочь, чтобы ты не оставила его без одежды. — Мы всё ещё не спешим? — он поднял затуманенный обожанием взгляд, когда ты отправила его рубашку на пол. — Один из нас уж точно… — ответила ты и упёрлась ладонями в грудь Кингу, толкая его на постель. От этого низкое изголовье кровати с громким стуком впечаталось в стену, но ты даже не заметила. Всё внимание переключилось на шикарный вид тела Кингу, открывающийся сверху. Ты замерла, любуясь, и услышала его тихий смешок. — Ты так смотришь, Никки… — Как? — Будто это ты здесь дракон, а не я. — Да, ты не представляешь, какой зверь живёт внутри меня. — Что ж, готов с ним познакомиться. И теперь уже ты припала губами к шее Кингу. Изучая, пробуя на вкус, умиляясь тому, как он немного напрягается от каждого твоего поцелуя и движения влажного языка. Ты провела рукой по его мышцам и кубикам пресса, любуясь мурашками. Скользнула ладонью вниз, к шнуркам на штанах, видя его напряжение. Узлы путались в пальцах, не поддавались, и ты решила, что гораздо быстрее будет просто потянуть на себя и порвать, чем развязывать. Ты уже была готова стянуть с Кингу штаны, как вдруг в дверь послышалось вежливое, но громкое… Тук-тук-тук. Вы оба остановились и уставились на дверь. Борясь с желанием закричать руганью, ты только промычала, уткнувшись Кингу в грудь, и зашипела: — Да твою ж Тиамат… — Это Лутар. Он тоже очень испугался, когда узнал, что тебе стало плохо в бане, — ответил Кингу так же шёпотом. — Обещал вечером зайти, спросить, как ты. — Нет! Ты что! — ты зажала Кингу рот ладонью, как будто бы он сейчас мог крикнуть «войдите». — Нас здесь нет! Мы умерли! Слились с Хаосом! Дверь ведь заперта? Кингу кивнул, и только тогда ты убрала ладонь с его рта и накрыла вас обоих одеялом с головой. В своём укрытии вы старались лежать смирно, даже не дышать. Лишь Кингу убедился, что Лутар ушёл, как ты скинула одеяло, тяжело дыша, и припала к его губам с поцелуем, как к единственному источнику кислорода. А Кингу охотно делился с тобой. Не разрывая поцелуя, прижимал к себе и этой же рукой ласкал твою спину сквозь ткань нижней рубашки. От сильных пальцев по коже с каждым касанием будто пробегало электричество и жар. Когда ты застонала Кингу в губы и хотела опустить руку к штанам, его свободная рука перехватила твою, сплетая ваши пальцы. — Не спеши… прошу тебя… — отрывисто прошептал Кингу, глядя своими затуманенными глазами прямо в твои. Его пальцы коснулись узелка на твоей груди, развязывая одним движением на себя, и нижняя рубашка повисла на плечах. Ты повела ими, стряхивая. Тонкая ткань упала складками на талию, чем открыла взору медовых глаз твои затвердевшие соски. И Кингу тут же прижался к ним губами, целуя, обдавая дыханием. Ты сжала свои пальцы в его волосах и почти полностью навалилась. — К-Кингу… — простонала ты его имя и ощутила, что движения языка на твоей нежной коже груди стали ещё активнее и приятнее. Кингу ласкал поцелуями твою грудь, а ты лежала на нём, изнывая от вожделения. Стонала, утопая в желании. Тёрлась о его грудь и живот каждым обнажённым участком тела, мысленно молясь самой Тиамат, чтобы он уже прекратил тянуть и взял тебя, или ты сама закричишь на весь дом об этом. Глядя на раскрасневшуюся тебя, Кингу сглотнул и просунул руку между вашими животами. Спустившись ниже, к твоему лобку, мягко надавил пальцами на чувствительную кожу, вынуждая тебя выгнуться и отстраниться. — Я тебя сейчас покусаю! — прошипела ты, борясь с подступающим острым ощущением. Тело хотело оргазма, но не такого. — Хочу, чтобы тебе было хорошо… — по тому, каким тоном Кингу прохрипел это, и как побелели его волосы, стало ясно, что он тоже в шаге от того, чтобы завладеть тобой. — И я хочу… Но вместе с тобой… Как ты ни пыталась отстраниться, пальцы Кингу продолжали трогать, иногда ненамного погружаясь внутрь. Ты поняла, что больше не хочешь сдерживаться, позволила телу решать за себя. И оно скоро откликнулось на откровенные касания, покрылось мурашками и замерло. Ты зажмурилась и заглушила протяжный стон, уткнувшись в Кингу. Оргазм получился столь ярким, что низ живота и пальцы ног стало покалывать. Обескураженная, ты наблюдала за тем, как Кингу вытащил влажные пальцы и медленно облизнул. «Я такая вкусная?» — подумала ты со смущением. Казалось, что это всё, но, похоже, Кингу только начал. Он аккуратно перевернулся так, что теперь ты была снизу, и навис над тобой. Сильные руки сдёрнули с тебя повисшую на бёдрах нижнюю рубашку, быстро сняли штаны. Почти прозрачные глаза, затянутые пеленой похоти, изучали так… откровенно. Ты невольно сжала ноги, и закрыла грудь руками, хотя он уже столько раз видел… — Никки… ты боишься меня? — Нет-нет! — ты тут же убрала руки и обняла Кингу за шею, притягивая ближе, чтобы тела соприкоснулись. — Я тебя хочу, Кингу. Всего. Любым… Твои колени расслабились и затряслись от предвкушения, раздвигаясь шире. Рука Кингу снова оказалась между, массируя, дразня. Ты несдержанно застонала, запрокинув голову, и тогда он вошёл. Стало вдруг так жарко, тесно, так до одури хорошо… Тебе оставалось лишь чувствовать над собой и внутри горячее тело. Цепляться за широкие плечи, смотреть в глаза, вздрагивать от лёгких покусываний на груди и сосках, стонать его имя снова и снова. — Я… сей… час… о-пять… — сквозь стоны проговорила ты, чувствуя, что тебе снова необходима разрядка. — Кин… гу… Ах! — Да, моя госпожа… Я тоже… Через каких-то несколько движений ты снова выгнулась в пояснице, растворяясь в сладких ощущениях. И почти сразу после Кингу навалился на тебя, вжимая в постель. Его тоже лихорадочно трясло, дыхание напрочь сбилось. Он обмяк, прижимая голову к твоей груди, целуя твою кожу. Мягко перебирая его волосы, ты увидела из-под опущенных ресниц, как они начали медленно темнеть, возвращая себе привычный цвет. — Я не сделал тебе больно? — спросил Кингу, подняв на тебя глаза, уже медовые. — Ух… нет… Совсем нет… — Прости, Никки. — За что?.. — За то, что постоянно спрашиваю. Тебя, наверное, это утомляет? Направив на Кингу удивлённый взгляд, ты покачала головой и задумалась. Раньше и в голову не приходило, что вопросы о том, как ты, после каждой вашей близости, могли хоть как-то утомлять. Если Кингу спрашивал, то лишь потому что ему действительно не всё равно. Потому что он так заботился о тебе и твоём состоянии. — Если тебе это важно, мне не сложно каждый раз отвечать, — сказала ты, взяв Кингу за руку. — А как ты? — Мне всегда хорошо с тобой. Ты улыбнулась, не прекращая гладить Кингу по волосам. Он был таким тёплым, так нежно обнимал, шептал нежности. Так хотелось просто быть с ним рядом. Неважно, где. Здесь, в другой деревне, на краю самого мира — неважно. Главное, чтобы с ним. — Засыпай, госпожа… — И ты, Кингу, засыпай со мной. Будем сторожить сны друг друга. Почувствовав мягкую усмешку на своём плече, ты закрыла глаза и окунулась в безмятежный сон… Проснулась ты не от поцелуев, а от громкой музыки за окном. Разлепив глаза, увидела, что ещё слишком рано, а по холоду сбоку поняла, что Кингу рядом нет. Он уже проснулся и готовил бодрящий отвар. — Доброе утро, моя госпожа, — сказал он, заметив, как ты ворочаешься. — Угу… Что там происходит? Почему так громко? — Сердце Зимы. — Как? Уже сегодня? — ты чуть приподнялась, придерживая одеяло. Прямо под окнами шли люди, ритмично ударяя в барабаны. — Тогда мне срочно надо вставать… только полежу ещё минуточку… Кингу по-доброму рассмеялся, сверкая глазами, присел на корточки у кровати и поцеловал тебя в плечо. — Только поторопись, а то останешься без сладкого. — Не поняла, — ты тут же раскрыла глаза, глядя на Кингу обескураженно. — Я про сладости с местной ярмарки. — Тут ярмарка? — Да. А ещё будут танцы у костра, потешное представление, конкурс снежных духов… и ещё много всего. Куда хочешь пойти в первую очередь? — На танцы! — воскликнула ты, скинув с себя одеяло, и тут же покрылась мурашками. — Ой, бр-р… — Сегодня ночью похолодало. Иди, я согрею тебя, госпожа, — руки Кингу раскрылись для объятий, и ты тут же захотела в них утонуть. Почувствовала, как он прикрывает спину одеялом. С одной стороны, распирало от желания посетить местный праздник. С другой, ты бы многое отдала, чтобы вот так остаться в руках Кингу ещё очень надолго. — Откуда знаешь, что похолодало? Ты же не чувствуешь… — Лутар сказал, мы виделись с ним рано утром. — Он ничего не говорил? — А что он должен был сказать? — Ну, мы с тобой не открыли ему вчера… — теперь ты задрожала от подступающего смеха. — У Лутара трое детей, госпожа. Сомневаюсь, что он ничего не знает о том, как они появляются. — Кингу! — ты подняла голову, чувствуя, как немного покраснела. Сам он нисколько не смутился, наоборот, забавлялся твоей реакцией, судя по смешинкам, пляшущим в его взгляде. Кингу слегка взлохматил твои волосы, вдыхая их аромат, и сказал: — Пойдём. Ты ведь не хочешь пропустить Сердце Зимы? — Для начала я хочу добраться до сумки с вещами. И совсем не хочу вылезать из тепла. — Я всё тебе принесу. Кингу поднялся, кутая тебя в одеяло, и пошёл в угол, где лежали все ваши (в основном, твои) тёплые вещи. Глядя на то, как он перебирал свёртки, даже подумала на минутку попросить его одеть тебя, но передумала. Ведь тогда мог возникнуть риск, что вы точно всё пропустите… Выйдя на крыльцо, ты ахнула. На всех домах горели разноцветные огоньки. Все громко пели, плясали, кидались снегом, поздравляли друг друга. По главной улице, стуча в барабаны, шли ряженые мужчины в деревянных смешных масках. У дальнего дома ты увидела мельтешение огромного количества людей, оттуда же доносился запах топлёного сахара. От гула и смеха закладывало уши. — Разве здесь живёт так много людей? — спросила ты у Кингу, шагая по тропинке, ведущей к огромному костру. — Большинство не местные. На Сердце Зимы сюда приезжают со всей страны. — Ого! Но почему? — Ты всё увидишь, терпение, госпожа. Ты взяла Кингу за руку и прибавила шаг, чтобы обогнать всех впереди идущих. И скоро вы пришли на место. Нужно было собрать в хоровод и, как минимум, двадцать человек, чтобы окружить такой большой костёр. Языки пламени, отрываясь, уходили высоко-высоко вверх, прежде чем раствориться в воздухе. Вы подошли поближе к костру, пока народ ещё собирался, и ты протянула руку, но не слишком близко. Даже сквозь перчатку ты чувствовала, как будто резвые всполохи огня тянутся к тебе, касаясь кожи ладоней. Ты вдохнула. От смеси запахов жжёных дров и морозного воздуха, перехватило дыхание. — Ты в порядке? — спросил Кингу, до этого стоящий чуть позади. — Да, просто огонь… Он тут какой-то особенный. — Так и есть. Ты упустила момент, когда объявили начало танцев. Поняла это, когда какая-то девушка потянула Кингу в хоровод, и это пришлось тебе не по душе. Схватила его за другую руку и направила на девушку острый взгляд. И пока она сама не отвязалась от вас, ты продолжала смотреть, как лахаму. — Всё хорошо, моя госпожа? — спросил Кингу, спокойно улыбаясь. На самом деле ты чувствовала: если бы не контроль эмоций, он бы заливался смехом в ближайшем сугробе. — Да, всё нормально, — хмуро ответила ты. — Присоединимся ко всем? Ты коротко кивнула, и он приобнял тебя за талию, уводя к уже танцующим. Вроде, ничего особенного, простой тёплый жест. Но на глазах у стольких незнакомых людей… Для тебя это, пожалуй, говорило о многом. Глядя на пылающий костёр, ты закружилась в весёлом танце вместе со всеми. Пусть не так красиво, как это делали танцовщицы на праздниках в столице, зато искренне получая удовольствие. И даже не сразу заметила, что Кингу не танцевал, а стоял поблизости, в маленькой горстке людей, любовался тем, как танцуешь ты. Тут же покинув хоровод, ты нашла его глазами и подошла, протягивая ему руки и слегка покачивая бёдрами. — Из меня не очень хороший танцор, — ответил Кингу, правильно расценив твои жесты. — И мне далековато до гибкости Иштар, как видишь, — доказывая это, ты не очень изящно вильнула в сторону, но Кингу всё равно восхитился. — Нет, ты очаровательна, госпожа. — Так составь очаровательной госпоже компанию, ну же! Помнишь, я говорила, что ты будешь участвовать? — Помню. — А что ты ответил, помнишь? Кингу усмехнулся и кивнул, протягивая руку. — С тобой всё что угодно. И, вытянув его к костру, ты затанцевала старательнее, чем прежде, совсем не думая, как выглядишь со стороны. Вы с Кингу каждый раз встречались взглядами, он просто держал тебя и повторял некоторые движения, но вы будто бы танцевали какой-то новый медленный танец. Ты не слышала ни звуков барабана и цитры, ни возгласов окружающих, лишь смотрела в улыбающиеся медовые глаза… Кингу вдруг резко притянул к себе, прижимая. От неожиданности ты покраснела и немного растерялась, но через секунду поняла, в чём дело, — туда, где только что было твоё плечо, прилетел снежный комок. — Что это было? — спросила ты у Кингу. Но ответ получила не от него. — Наших бьют! — крикнул какой-то парень недалеко от тебя. И будто бы все у кострища разом сошли с ума. Начали кидаться друг в друга снежками, смеяться, выкрикивать что-то. Всё началось так быстро, что Кингу успел закрыть тебя собой уже от четырёх снежков, принимая весь урон на спину. — Кажется, танцы теперь будут не скоро, — усмехнувшись, сказал Кингу. — Пойдём в другое место? — Нет, ты что! — возмутилась ты, уже собирая в шарик снег под ногами для своего снаряда. — Будем отбиваться, генерал! Кингу кивнул с улыбкой, словно другого ответа от тебя и не ждал, и начал лепить свои снежки. Он явно нечасто играл так прежде, но всё равно каким-то чудесным образом умудрялся абсолютно не промахиваться даже с большого расстояния. Вы с ним слаженно кидались в остальных снежками, прикрывая друг друга, как на настоящем поле боя. В очередной раз встретившись взглядами, подумали об одном и том же, — это, пожалуй, единственная битва, которую вам хотелось бы повторить, и не один раз. Снежная потасовка длилась довольно долго, костёр горел уже не так высоко. Подключились даже те, кого изначально не было здесь. Снова прижав тебя к себе, чтобы спасти от трёх снежков сразу, Кингу шепнул тебе на ухо: — Пойдём отсюда. — Хах, убегаешь с поля битвы? — смеясь, спросила ты. — Теряешь хватку! — Хочу тебе кое-что показать. Взяв Кингу за руку, ты кивнула, и он незаметно увёл тебя к лесу. Пока вы шли к нужному месту, протаптывая свою тропу, смеялись, обсуждали ваши лучшие удары в снежной драке у костра. Пару раз ты чуть не упала в снег, поскользнувшись, но Кингу успевал ловить тебя. Когда вы пришли на высокий холм, уже стемнело. Ты посмотрела наверх, к небу и широко распахнула глаза. Яркие-яркие звёзды, собравшись в кучки, подмигивали и дарили небу фиолетовый оттенок. Под свет большой серебристой луны попадала вся деревня, вид на которую открывался с холма. Восторженный вздох застрял у тебя в горле. Отсюда было видно всё и всех, и жители и гости деревни были похожи на маленькие суетливые точки. — Как красиво… — прошептала ты, с интересом наблюдая за движением внизу. — Ты хотел показать мне это? — Не только. Терпение, госпожа, ещё немного… Смотри на небо, — сказал Кингу, обняв тебя сзади. И ты повернула голову к сверкающей синеве, смотря, как ребёнок, в ожидании чуда. И совсем скоро оно случилось. Вверх взлетели росчерки разноцветного огня и раскрылись большими пышными цветами. Искры от них полетели в разные стороны и осыпались, растворяясь в небе. Это повторялось много раз: синие, красные, белые, жёлтые и зелёные — искрящиеся цветы заполонили собой всё небо над деревней, и ты даже здесь слышала, как громко радовались люди. — Ничего себе… Это какая-то особая магия огня? — спросила ты полушёпотом, не отрываясь от прекрасного зрелища. — Нет, Никки… Это не магия, это придумали сами люди, которые здесь живут. Они когда-то заметили, что эти искры похожи на слёзы, что проливают звёзды и кометы, да так и назвали — «Слёзы комет», и проводят каждое Сердце Зимы. — Правда, придумали люди? Я видела такое только однажды… — ты хотела сказать про Церемонию приветствия Пяти, но передумала. Не хотелось омрачать момент разговорами о прошлом. — Это удивительно, Кингу… Никогда бы не подумала, что здесь обошлось без магии. — Почему? Ты пожала плечами. — Не знаю… Может, потому что я так не умею, а ведь я маг огня. — Ты просто не пробовала, — с лёгкой усмешкой сказал Кингу. — Ну да, как-то без надобности было… — ты вытянула вперёд обе руки и сосредоточилась. На ладонях без особого труда вспыхнули языки чёрного и фиолетового пламени, но как не прикладывала ты усилий, оно всё равно капризничало и не желало взмывать в небо искрами. — Ну же… ну же… лахаму… — Позволишь мне? — спросил Кингу и накрыл твои ладони снизу своими. Подушечки твоих пальцев тут же начало приятно прокалывать, чёрный огонь оживился, зашевелился на ладонях, и открывающиеся язычки тут же стали превращаться в яркие фиолетовые вспышки и взлетать вверх с громким хлопком. Но ты не испугалась. Рядом с Кингу ты давно уже ничего не боялась. И ты была готова простоять с Кингу на холоде до утра, любуясь фиолетовыми огоньками в воздухе, что вы создали. Ощущать прохладу его рук на своих. Чувствовать тепло его тела. И знать, что ты теперь не одна. Вы вместе. — Поздравляю с Сердцем Зимы, моя госпожа.