Je t'aime

Девочки-мальчики, мальчики-девочки, простите меня, что так долго не писала. Была в Киеве, выиграла фестиваль, запаслась новыми идеями. Люблю вас и обнимаю, вот прода На следующий день я решила никуда не идти. Алиса готовила завтрак, рассказывая о своем невеселом детстве: интернат, изнасилование, побои... Это время никак нельзя назвать счастливым, но, тем не менее, она смогла выучиться, поехать на практику в Ниццу, вернуться домой и начать работать... Элис рассказывала обо всем на свете, только личную тему старалась не цеплять, однако обронила пару слов: девушка, с которой встречалась во Франции - дочь большого человека, она просто не могла позволить себе афишировать отношения с простой русской, отчего этот "Тройственный союз" быстро распался. - Я всегда любила женщин, - спокойно рассказывала любимая, размешивая лопаткой волшебно пахнущее блюдо, - только боялась в этом признаться. Давила, выкидывала из головы, старалась забыть, опомниться... Но можно убежать от маньяка, от цунами, от ненависти... от чего угодно. Только от себя не убежишь. - Ну почему? У тебя же не было родителей, которые травят своими тупыми заморочками... - Нет, но у меня уже была высоко оплачиваемая работа, надежные связи, близкие друзья... Я могла потерять все это. Пойми, приютские дети никогда не могут нормально устроиться в жизни. Я - один из счастливчиков, уникальный эксперимент судьбы. И... потерять все это было очень, очень страшно. - Но ты все таки призналась?.. - Конечно! Иначе не стояла бы здесь, - Алиса улыбнулась. Черт подери, как же ей идет эта улыбка, эта искренность, эта рубашка, застегнутая на две верхние пуговички - да и только... Подойти сзади, обнять ее, избавить от... - Ну и... - Глупышка, ты, кажется, меня совсем не слушаешь, м? - она засмеялась. Бокалы тонкого стекла мелко задрожали, как бы подпевая в такт этому звоночку. - Слушаю, конечно... И как?.. - Я пришла на работу в футболке: "Привет, я лесбиянка. А ты - переводчик. Познакомимся?". Все сотрудники смотрели на меня с ужасом и восхищением, большинство - с презрением, но самой классной оказалась реакция шефа. Он поднял мне зарплату! Угадай, за что? - МММ?! - За то, что надпись была выполнена уникальным шрифтом, который я придумала сама! Вообще, написала эту фразу обыкновенным маркером! Такая задумка очень понравилась начальнику, он выпустил целую серию всяких штук, исписанных гениальными лозунгами именно этим la police (шрифтом). Меня отправили в отпуск, выписали благодарность и подняли зарплату. Баннер наших французских курсов сделан именно мной. - Алис, ты... ты гений, ты... вообще, нет слов! - А у меня есть слова... , - она выключила газ и села мне на колени, - есть слова, солнышко... Я люблю тебя всеми языками мира. Ты - лучшее, что со мной случилось. Я прошу тебя случаться со мной почаще. Ее теплая кожа пахнет всегда по-разному. Но я могу отличить ее аромат от тысячи других: счастье, усталость, возбуждение, страсть, желание, задумчивость... Если провести языком по ее коленям, можно пройти все горы. Ее колено - это вершина Эвереста. Ее бедра - ландшафты Атлантики. Ее самые тайные места - Килиманджаро. Настоящая Африка, белая Африка. Но глаза - Великие озера, Тихий океан, Индийский... Я могу пройти все самые великие места Земли, я могу провести губами по пустыне, поцеловать каньон и выпить живой воды мертвого моря. Алиса - мой Содом и моя Гоморра. Я счастлива, что горю в аду. И ад стал раем. *** Шли дни, а мне уже было пора готовиться к экзаменам. Любимая затеяла ремонт в своей квартире, целыми днями бегала по агентствам, решая вопросы с дизайнерами: как лучше изменить интерьер, как добавить теплых цветов и убрать все черное, мрачное, жесткое... Массивного ложа больше не было: его заменила подвесная кровать из бамбука на двоих, так что с потолка свисала наша колыбель. Красная, черная мебель, строгие геометрические фигуры на полу - все было выброшено, распродано, отдано другим людям. Бесконечная мягкость, отсутствие углов, тканевые кресла, убаюкивающая музыка - только налей воды в специальное отверстие... Квартира превращалась в царство покоя. Мы ночевали сначала среди каталогов, потом - на полу, только спустя несколько месяцев - в собственной постельке. Мама и отчим остались в Париже, мы договорились, что я поступлю в один престижный ВУЗ страны с акцентом... Но время бежало так стремительно, а я все оттягивала момент признания: прости, Лис, но мне надо оставить тебя тут, в России, в нашей любимой квартире, среди этой мягкости, которая убьет... убьет тебя. Я ничего не могу сделать. Моя воля - не моя, ты не сможешь уехать, ты слишком слаба, ты хочешь родить мне ребенка, видеть, как счастливая Надежда бежит из МГУ, как она работает в одной фирме с... Вы представляете, как это - сказать путнику, дошедшему до обожаемой страны, до самого чудесного оазиса, что это место - проклято, залито слезами, изуродовано?.. И что он - только чей-то бред, часто композиции, элемент коллекции... Мы занимались любовью на кухне и я смотрела на отражение в большом, мутном зеркале: две женщины, одна,кажется, чуть выше и белее, вторая - пониже, но идеально похожа на свою партнершу... Их усталые лица, смешные и серьезные, их тонкие пальцы... Она не могла утаить от меня ни одного движения! Алые губы касались шеи - я видела толчок, рывок, касание до того, как оно произойдет. Алиса в стране Чудес, палец которой заболел, а после был уколот булавкой... Алиса в... Эта Алиса жила во мне, и вряд ли могла покинуть свое некогда временное пристанище. Наш секс стал отточен, мы понимали, как сделать приятно друг другу, какие сантиметры нельзя принимать в счет... Все стабильно, все хорошо, радостно и светло: цветы по вечерам, домашняя выпечка, еженедельные походы по магазинам, кино дома, уютный кот - все как у людей, у нормальных, у необыкновенно счастливых людей... Все словно так, будто никогда не закончится.