Забытые чувства.
2 января 2023 г., 23:17
o, who is she?
Сегодня выходной. Все ещё зелёный осенний, наконец не серый день.
Ежегодная ярмарка, на которую бы никогда не пошла Мелисса, как и много лет до этого, будь отец в городе. Он никогда бы не позволил не то что бы веселиться, но и из дома выйти просто так без присмотра.
Сбежит ещё, об этом напишут в газете и опозорят семью.
По его мнению, дочь не умеет держать язык за зубами и всегда чернит репутацию семьи. Так же не умеет выбирать себе пару и вечно отвергает подходящих.
Прям как ее мать, которая ушла после того, как Гомес убил старшего сына. Ещё и руками Мелиссы.
Марена отказалась на время от них обоих, но по прошествии пары лет, вернулась к дочери и будто позволяла ей сделать глубокий вдох перед погружением в пучину страданий от мер «воспитания» отца.
Мягкий ветер ранней осени нес от лица темные волосы с челкой, позволяя девушке оглядеть все огоньки на фоне темно-голубого неба и людей, собравшиеся в толпу.
Сладкая вата, попкорн, тир, флажки, куча людей и наконец знакомая фигура — Майский. Все это отражалось в ее черных, как смоль, беспристрастных глазах, будто в зеркале. Но как только взор пал на парня, мелькнула искорка радости и потрескавшиеся губы тронула лёгкая полуулыбка, которую она никогда не могла позволить себе ни в чью сторону.
Они познакомились всего пару дней назад, но будто знакомы много лет. Лучше, чем родственные души. Такой наполненной Швангенс не чувствовала себя никогда.
Он так похож на ее покойного брата, что девушка даже пару раз порывалась назвать Александра другим именем.
Даже поверила ему, хотя тот делал и говорил неоднозначные вещи. Кажется, Лисса ему нравится, но он все отвергает все. Даже оплаченное такси.
Никогда бы не приняла кроссовки от чужого человека, тем более парня, в качестве заботы:
В ту ночь Лисса была так напугана своим роем мыслей, что выбежала из дома без обуви и замёрзла в конце концов. До такой степени, что белоснежная кожа начала сереть и синеть, подобно горному трупу.
Так она и застыла, стоя ровно, словно прутья от железного забора проглотила, свисающие руки по бокам, как по струнке.
Кажется, она даже не дышала.
Люди обходили ее стороной. Все.
Обтекаемая форма вокруг нее на расстоянии не менее полутора метров. Веса в Лиссе было не так много, даже критически мало, из-за одно из вида наказаний от отца - голодовка, но такая упертая поза и осязаемый взгляд, который вероятно погнул бы любую арматуру, делали ее угрожающей и твердой.
Она всего-то увидела, как к знакомому парню подошла какая-то блондинка и порывисто обняла, а тот не был против и обнял в ответ, целуя в макушку.
Руки сжались сами собой. Дыхание сначала замерло и упало вместе с сердцем куда-то вниз.
Лисса сглотнула от накатившей злости.
Как он посмел так обойтись с ней? Значит, вчера проводит время с ней до часу ночи, а сегодня уже обнимает и целует кого-то.
Девушка сделала шаг им навстречу, но вовремя себя поймала и крепче сжала руки, впиваясь ногтями в руку и, прокалывая ее до крови.
—«Ну и кто она?, - все так же не отводя взгляда крутилось в голове швангенс и она тяжело вздохнула, - наверняка, она полностью моя противоположность. - Как раз блондинка повернула голову и открыла лицо. Голубые глаза, белые волосы и смуглая кожа, красивая объемная фигура. Она выглядит живо, не то, что ходячий труп Швангенс. И действия у нее живые. Блондинка радостно смеялась, улыбалась и угощала сладкой ватой, что-то заподозривающего Майского. Лисса сразу же заприметила тир, в котором могла сбросить напряжение и двинулась туда. Как раз парень пришел глазами на то место, где она стояла пару секунд, но там уже никого не было. Потом людей заполонил снова все пространство , - Как я и думала...Не мое дело. На что я надеялась?
Ему было просто интересно наблюдать за странной девочкой. Не более...Они встречаются? Никогда бы не заметила в нем черты изменщика...чертовки мил».
Вот она уже отдала деньги за развлечение, как в тумане и сделала выстрел. Его заглушил гул толпы. Ещё один и еще, пока не закончились мишени. Парень, что стоял за стойкой точно был удивлён меткостью и не скрывал этого. Но отдал в руки победительнице с недоверчивым взглядом.
Призом было шампанское. Может, ей и не было восемнадцати, но жуткий взгляд и уставший вид заставили его это сделать.
Пусть Мелисса не пьет, сегодня ей хотелось забыть то, что было на ярмарке. Было бы не плохо и их знакомство, но нельзя.
Забрав холодными руками не менее холодную бутылку, девушка направилась к своему любимому одинокому месту.
Прохладный ветерок, тихие волны, тонкий забор и холодный бетон, на котором и устроилась Швангенс, просунув худощавые ноги за площадку, свесила над водой.
Повернула к себе один из карманов внутри своего платья и достала оттуда штопор. Было бы странно, что подросток, ещё и не пьющий носит его, но в комплекте было более пяти видов ножей для защиты.
Им Лисса и открыла напиток. Звук вылетевшей пробки подхватил воздух и разнёс на ближайшие пару метров.
Сразу же откинув пробку в мусорку позади себя, надпила с бутылки. Горький напиток неприятно защипал газами горло. Лисса вздохнула и перевела терпкий, шероховатый взгляд на воду. Такая же холодная. Еле покачивающихся от волн. Яркие листья разной формы лежали на темной глади.
—«я никогда не стану ею...как бы мне ни хотелось быть рядом с ним. Я только смирилась с тем, что чувствую к нему симпатию, а Саша...» - допив чуть больше середины содержимого, пронеслось в голове Лиссы, пока она подняла глаза к горизонту. На платине яркой звёздочкой мелькало стёклышко от разбитой бутылки и покатилась шаром черная мужская тень.
Внимания ей Швангенс уделила столько же, сколько получила похвалы в детстве от отца – асолютный нуль.
— Привет, - послышался голос, от которого девушка передёрнула плечи.
Это был Александр, который пошел за ней и сел рядом, не отрывая глаз от бледного лица и темных волос новообретенной спутницы.
Та посмотрела на него, взмахнув густыми ресницами, на которых неотесанным алмазом блестела слеза. Больше не такой колкий, нападающий взгляд. Теперь скрытая обида, колющая тонкими иглами в грани Майского.
Заметив шампанское в руках Лиссы, которое она так намеренно пыталась скрыть, парень опустил голову на ее ноги и прокрутил все поступки весь день.
В это время, девушка уже собиралась вставать, но он придержал ее за руку. Тут же холод кожи проник в самые теплые участки тела Саши, вызывая желание обнять ее, прижать к себе.
Но полный злости взгляд говорит о том, что крайне необдуманно это делать.
В прошлый раз, когда он необдуманно заговорил про синевато-алые раны на запястьях и о том, что думает о причастности отца, получил лишь отпирательства.
Хоть ее лицо и тело не выражает ничего, в душе бушует злость и похороненная вместе с братом любовь.
Любовь к стеснительному мальчишке. Его милой привычке поправлять волосы взмахом головы, от которого потом все в зеркальных точках перед глазами.
Притяжение к его полной неловкости улыбке, сияющей белоснежными зубами с брекетами.
Обжигающие руки на щиколотках и ледяных стопах, обольстительные прикосновения которых, она запомнила на всю жизнь и хотела бы ощущать везде и всегда.
Лисса чувствовала над ним доминантность...Или Майский не хотел идти против ее границ и желаний.
Так или иначе, их руки были все ещё сплетены, а глаза смотрели в бездонные янтари под лучами мягкого прохладного солнца Александра, и темные восточные ночи склепа, с отблесками луны судной ночи Мелиссы.
За все это время она не проронила ни слова, лишь смотрела на его обеспокоенное лицо. Парень будто пытался читать с лотерейного билета ее эмоции, но все тщетно. Девушка прятала их слишком глубоко в земле.
Не желая больше мучить себя, Лисса встала с бетона и увела очи от причины своих мыслей, подобных рою пчел.
Подобрала бутылку, оттряхнула жёсткую юбку и направилась куда-то назад. А парень так и сидел, размышляя, как мог молчать и не говорить ничего в свои оправдания, которые не послушает его любовь.
Сложил руки замком и оперся на них лбом, прикрыв глаза, чувствуя себя абсолютным ничтожеством, как после каждой их встречи.
Лунный свет заструился лентами по воде, перенося воду в новое состояние спокойствия, будто льда.
Ветер почти перестал воздействовать на землю и мирно покачивал лёгкие волосы Саши, все так же сидящего на холодном бетоне, укутанным в свои шершавые воспоминания и чуждых прокленах себя.
Но его самокарания прервали потеплевшие пальцы, которые сцепили руки между собой, даже не намекая на шанс вырваться. И не хотелось, ведь знакомый силуэт от шарообразного белоснежного светила выдавал обладательницу характерного запаха гибискуса и чернил, хвои — Мелиссу Швангенс.
Девушка, которую он готов боготворить. Падать в ноги и кланяться. Исполнять каждый приказ. Вытирать каждую слезинку, если кто-то посмеет ее добиться и образовать на отстраненном лице.
Горячее дыхание с еле шевелящимися, осязаемыми пухлыми губами.
Холодные ловкие пальцы, скользящие по голове - с макушки до шеи, еле касаясь кончиками пальцев. Пауза. Он ждёт, боясь, что нарушит ее планы. Опасаясь, что она передумает. Окутанный страхом, что она уйдет, не сделав ничего. Лишь оставит его наедине со своими самоуничтожительными мыслями. И выждав это время, Лисса, подобно ро́боту, повернула его голову к себе и неумело припала к губам, чувствуя, как грудь сковывает, сердце пульсирует в висках, а лёгкие будто сжигаются изнутри. Она так боялась привязаться и стать слабой, что контроль тисками сжимал ее тело и разум. Душил желания, подчинял отцу, запрещая чувствовать не то, чтобы любовь, а простую радость.
Сильнее вжимает пальцы на обеих руках, тем самим ещё больше беря власть над парнем, а тот и не против, поддается на встречу, получая неистовое удовольствие от таких ощущений. Желанные губы для них обоих. Лёгкая игра языков, напоминающая игру пламени в камине, неумелые повороты головы...
Чувства Швангенс, что хранились в далёком ящике, передаются Майскому, ощущением мощного разряда тока.
Почувствовав, как парень совсем обмяк в ее мертвой хватке, девушка напоследок укусила нижнюю губу Саши, будто оставляя свой след и игриво прошлась кончиком языка, отстраняясь и отпуская его руки и голову. Возможно, так повлиял алкоголь, но это уже не важно.
— Ты принадлежишь только мне, Александр, - грубо приказывая, отрезала Лисса, встав на ноги и, посмотрев сверху вниз. А тот лишь послушно кивнул, соглашаясь на все, поцеловал ее руку, грея снова искорками любви, на что получил восхищённо-удивленный вздох.
Она все так же боялась своего отца. Так же опасалась того, что о них узнают. Так же была окутана страхом, что и до него доберется Гомес.
Но любовь к милому парнишке разрывала ее изнутри, освещала боязнь стать мягкой. Шла навстречу любви к одиночеству и кошмарам по ночам, боролась и побеждала.
Настоящая любовь пройдет все преграды, если достаточно ее скрепить.
Примечания:
живу тут:
https://t.me/mistresslight
узнаете о выходе работы раньше. ну или если что-то понадобится, например, продолжение.)
ну или взаимодействуете с текстом.
