Другое время, другое место

      Шэнь Цзю сжал губы, перечитывая документы — о нет, это был единственный документ — которые ему передали.       Хэ Байлуо. Возраст 20. Член семьи Хуань. Это все.       Шэнь Цзю уставился на лист так, как будто он оскорбил его мать.       Он вроде как… зачем вообще тратить бумагу, чтобы распечатать эту мизерную несущественную информацию?!       Шэнь Цзю хотелось швырнуть файл через весь офис и обругать своих некомпетентных подчиненных, но с каких это пор Шэнь Цзю нанимал некомпетентных подчиненных?       Вместо этого второй сын Шень, сузил глаза и плотно сжал губы, прежде чем отложить лист и сделать глубокий вдох.       Связан с семьей Хуань и практически отсутствует любая другая информация … этот Хэ Байлуо являлся довольно загадочной личностью. Хотя, если подумать, тот факт, что о нем была только эта краткая информация, на самом деле о многом говорил.       Связан с основной семьей Хуань, но не Хуань по имени.       Никакой очевидной ценности для семьи, но кто-то, кого Хуань считали настолько важным, чтобы его прошлое было стерто из записей. Семья Хуань его защищала или скрывала?       Шэнь Цзю скрестил руки на груди и нахмурился, размышляя о внезапном появлении Хэ Байлуо в его жизни. Честно говоря, у него сложилось хорошее впечатление о юноше. Хэ Байлуо был примерно того же возраста, что и их дорогой А-Юань, с ясным лицом и умопомрачительной красотой даже в глазах Шэнь. Вполне могут существовать те, кто ненавидит красивых людей, но семья Шэнь с их высокими эстетическими стандартами не входила в их число. К тому же, парень спас его, Шэнь Цзю, жизнь, так что и это тоже.       Но как второй сын семьи Шэнь, Шэнь Цзю должен был с подозрением относиться ко всем и каждому, кто к нему приближался. Семья Шэнь была предметом зависти даже среди крупных семей по всей стране. Вместо того, чтобы отчаянно пытаться удержать свою империю от разрушения, семья Шэнь имела множество талантливых отпрысков, которых можно условно разделить на два типа.       Отец Шэнь и Шэнь Да-гэ были образцовыми представителями деловых талантов, необходимых для поддержания и развития бизнеса.       Матушка Шэнь и Шэнь Эр-гэ были свободными духами, которые искали новые возможности для бизнеса, основанные на их художественных интересах.       С этими двумя типами Шень могли не только с легкостью защитить свой бизнес и собственность, но и беззаботно сиять на сцене и захватить любой рынок, который они выбрали!       Шэнь не только высоко ценились за сотрудничество, их также ненавидели из-за соперничества, и Хуань были первой из великих семей, готовых попытаться уничтожить Семью Шэнь.       Даже если они не были так могущественны как семья Шэнь, маленький тигр все равно остается тигром. Шэнь Цзю не мог просто улыбнуться и проигнорировать их. О нет, не совсем так. Все Хуань были змеями, затаившимися в тени и готовыми нанести удар при любой возможности. Откровенно говоря, было много, много, много причин, по которым семья Хуань могла договориться с кем-то, чтобы «спасти» и таким способом сблизиться с членом семьи Шэнь.       Шэнь Цзю хмурился все сильнее.       В тот день парень был совсем юным и до смешного красивым, его голова была украшена короткими взлохмаченными волосами, что делало его похожим на главного героя в какой-то айдол-дораме. В то же время его глаза были широко распахнуты с некоторым облегчением и замешательством, как будто он тоже не был уверен в том, что только что произошло.       Если все это было игрой, Шэнь Цзю съел бы свою ручку!       … Нет, он не должен так говорить.       В конце концов, в этом мире есть такие талантливые актеры.       Переходя от неизвестности к нерешительности, морщины между бровями Шэнь Цзю могли только углубляться, поскольку он все сильнее и сильнее волновался.       Тук-тук       Он выпал из размышлений, но прежде чем Шэнь Цзю успел решить, сказать ли «войдите» или «не входите», дверь распахнулась, и появился его Да-гэ, Шэнь Юэци, который вошел со своей обычной невозмутимой элегантностью.       Шэнь Юэци не стеснялся устраиваясь на диване Шэнь Цзю (для клиентов) и наливая себе кофе младшего брата (тоже для клиентов). Он был спокоен, словно не видел волнения младшего.       - Чего тебе?!- в конце концов раздраженно рявкнул Шэнь Цзю.       Хотя у него не было серьезных возражений против визитов Да-гэ без приглашения, Шэнь Цзю не был особо счастлив, когда его отвлекали от дел. Не говоря уже о том, что сообщение которое он получил о Хэ Байлуо испортило ему настроение. К счастью, Шэнь Да-гэ был более чем в курсе о вспыльчивом характере Шэнь Цзю и не стал тратить время, прежде чем сразу перейти к причине, по которой он здесь.       - Я слышал, что ты расследуешь кого-то из семьи Хуань — сказал Шэнь Юэци спокойным, ровным голосом, как будто он только что разговаривал о погоде.       Шэнь Цзю раздраженно фыркнул.       Конечно, Да-гэ знал.       Даже если многие «операции по сбору информации» Шэнь Цзю проводились через его собственную сеть, он никак не мог полностью избежать внимания людей своего собственного брата.       - Что с того?— рявкнул Шэнь Цзю. — Что не так?!       Шэнь Юэци сделал глоток кофе.       — Нет, все так, — спокойно ответил Да-гэ Шэнь.- Но есть много вещей, которые не так-то легко обнаружить, просто проверив биографию.       Как будто расследование, проведенное людьми Шэнь Цзю, можно было считать «просто проверкой биографии»! Шэнь Цзю чувствовал себя немного оскорбленным. В то же время он испытывал острое любопытство.       Иногда казалось, что его отец и Да-гэ работали в совершенно другой сфере, скрытой от остальной семьи.       - Что ты знаешь о Ся Суинь?— внезапно спросил его Шэнь Юэци.       Этот внезапный вопрос заставил Шэнь Цзю немного смутиться.       О чем это ? Хотя он знал, кто такая Ся Суинь.       — Она женщина, с которой мать пыталась свести тебя, — усмехнулся Шэнь Цзю, но, увидев спокойный, серьезный взгляд Шэнь Юэци, смягчился и заговорил более серьезно.- Дочь Ся Лилин и глава одной из ветвей семьи Хуань, которую глава Хуань включил в основную семью. Я слышал, ее положение не слишком хорошее.       Конечно, Шэнь Цзю знала о Ся Суинь.       С тех пор, как их мать пыталась устроить брак между ней и Шэнь Юэци или Шэнь Цзю (но на самом деле, только у Шэнь Да-гэ хватило духу даже подумать об этом, поэтому единственным реальным кандидатом был Шэнь Юэци), Шэнь Цзю расследовал Ся Суин. Он не мог не признать, что она была чудесным человеком. Великолепная и с прекрасными манерами, у нее могло не быть зрения, но она была умна и сообразительна с талантом к риторике и очень начитана. Шэнь Цзю думал, что сможет поладить с ней, если бы не тот факт, что они пытались насильно превратить ее в его невестку!       Кого волнует, что она чудесная, как будто кто-то достаточно хорош для Да-гэ! Он промолчал бы, если бы Да-гэ выбрал ее сам (или, по крайней мере, сказал бы не так много), но Шэнь Цзю был очень зол из-за того, что весь этот фарс сводился к тому, чтобы воспользоваться мягким и послушным характером Да-гэ и просить его спасти красотку в беде! Шэнь Цзю месяцами отказывался разговаривать с матерью после того, как впервые узнал об этом. Его молчаливый протест продолжался бы гораздо дольше, если бы она сразу же не пожалела об этом — и если бы на самом деле семья Хуань Не. Отказала. Шэнь Юэци!       Ебать! Это Настолько отвратительно, что Шэнь Цзю чуть не поджег вход в поместье Хуань.       Шэнь Юэци недостаточно хороша для Ся Суинь? Да пошел ты, старик Хуань! Сколько женщин мечтали обнять бедра Шэнь Да-гэ и стать следующей мадам Шэнь, а?!       Но даже при том, что он был в ярости, Шэнь Цзю все еще различал семью Хуань и Ся Суинь. Он знал достаточно, чтобы понять, что положение Ся Суин как дочери влюбленного старика было не только горьким, но и полностью неподконтрольным ей. Он не мог ненавидеть Ся Суинь за это и даже чувствовал, что это позор, что жизнь прекрасной женщины испортил этот старый извращенец. Ей было почти тридцать, и до сих пор не было никаких признаков того, что Старик Хуань отпустил ее. Упустить шанс выйти замуж было не столь существенным. Самое страшное, что этот соловей все еще был заперт в птичьей клетке в лучшие годы своей жизни.       … Мм?       Шэнь Цзю внезапно нахмурил брови. Образы Ся Суинь и Хэ Байлуо совпали в его сознании.       - … Только не говори мне, что у Ся Суинь есть младший брат, — внезапно сказал он, и Шэнь Да-гэ не смог сдержать тихий вздох восхищения.       Его Эр-ди был слишком сообразительным. Даже если Ся Суинь и Хэ Байлуо были удивительно похожи, Шэнь Цзю видел Ся Суинь всего один или два раза, и все же он уже мог так быстро определить сходство.       — Незаконнорожденный ребенок? Шэнь Цзю догадался, когда Шэнь Юэци больше ничего не сказал.       — Похоже, у Ся Лилин был роман с одним из наемников в поместье Хуань, — ровным голосом сказала Шэнь Юэци.       Шэнь Цзю насмешливо фыркнул.       - Неужели?! Как удивительно, что она увлеклась другим, когда женщина находится в принудительном браке с убийцей ее бывшего мужа?— усмехнулся он.       Возможно, не было никаких доказательств того, что Старый Хуань убил лидера этой ветви семьи, но все в их круге знали правду. Старый Хуан убил лидера ветви своей семьи, чтобы украсть его жену. Если он убил лидера своей собственной ветви семьи, Шэнь Цзю было трудно поверить, что наемник, в котором Ся Лилин нашла утешение, все еще жив. Двое мужчин, которых она любила, были казнены этим Извращенцем Хуанем. Неудивительно, что она сошла с ума, и в конце концов ей удалось покончить с собой, несмотря на постоянный, сокрушительно гнетущий надзор Старого Хуаня.       Шэнь Цзю поджал губы, а его Да-гэ молчал, косвенно одобряя его заявления. Губы второго сына Шэня скривились, прежде чем он злобно постучал по бумаге со скудной информацией о Хэ Байлуо.       - Я бы сказал, что Хэ Байлуо повезло быть внебрачным ребенком, чем разделить кровь Хуань, но я не могу представить, чтобы его жизнь в семье Хуань была счастливой, — выплюнул Шэнь Цзю, желая до смерти проклясть Старейшину Хуань.       Блять, замучать женщину насмерть и при этом не отпустить детей — Шэнь Цзю было действительно противно.       - Даже если он ребенок, которому Старый Хуань желал никогда не рождаться, как эта старая змея могла так легко избавиться от мальчика? — ответил Шэнь Юэци.       Не было известно ни о том, как Хуань радостно окунали свои руки в самые кровавые части круга культивирования, ни о мучениях Хэ Байло под их присмотром. Только Отец Шэнь и сам Шэнь Юэци как следующий глава Шэнь должны были знать о том, насколько грязным стало высшее общество, когда в дело вмешалось совершенствование.       Однако, даже не зная о совершенствовании, Шэнь Цзю не нужно было слишком много думать о том, насколько трудной была жизнь Хэ Байлуо. Есть и другие способы загнать брошенного во тьме внебрачного ребенка на смерть, которые приносили пользу семье, пока он был еще жив.        Легкая горечь поселилась в сердце Шэнь Цзю. ---       Пока два старших брата Шэнь беспокоились о Хэ Байлуо и семье Хуань, Шан Лэй и Шэнь Юань были заняты другими делами. А именно создавали защиту виллы от этих вонючих проклятий! Хотя они понятия не имели, кто пытается их проклясть, они не собирались становиться вегетарианцами, просто сидеть и ждать следующего раза.       Преследовать идиотов, проклиная их?       Это тоже рабочий вариант, но, поскольку они все равно должны были создать свою Духовную Территорию, они могли бы также настроить оборону, чтобы контратаковать такие слабые выпады, и позволить этой мелочи весь день сражаться с «автоответом» .       Шэнь Юань не верил, что они не остановятся после того, как их проклятия вернутся к ним еще несколько раз. А затем, после того, как Лю Цингэ сформирует свое золотое ядро, они могли не торопясь охотится на этих придурков!       Однако, Прежде всего нужно было убедиться, что Лю Цингэ сможет спокойно сформировать свое золотое ядро!       Кроме того, не позволяя Небесной Молнии надвигающейся Небесной Скорби разрушить их дом, но в худшем случае чтобы справиться с этим они отправятся за город. Но Шэнь Юань и Шан Лэй надеялись использовать мощь Небесной Молнии, которую Лю Цингэ не поглотил, для укрепления своей Духовной Территории… С тремя бывшими Лордами Пиков и новой технологией культиваторов этого мира они не верили, что не смогут с этим справиться! Просто… для завершения такой серии сложных массивов потребуется много свободных площадей.       Шан Лэй морщился и хмыкал, но в конце концов он не осмелился раскопать безукоризненно благоустроенный двор и сады Мадам Шэнь и изменил план, вместо этого сосредоточившись на расширении подвала. Им придется выкопать больше комнат и использовать полы, стены и потолки, чтобы сделать многоуровневый мастер-массив!       Это была масштабная реконструкция!       Но, несмотря на то, что они занимались реконструкцией, они не удосужились найти подрядчиков или технику, которые помогли бы выкопать новые участки или возвести стены.       Подрядчики? Строители?        Да кому это нужно, когда у вас есть Лорд Пика АньДин (бывший)?!       Шэнь Юань поначалу не сомневался в способностях Шань Лэя но потом подумал о том, как часто приходится перестраивать здания на БайЧжань, и вдруг утратил уверенность.       - Чт-! Вы не можете винить качество АньДин за человеческие разрушительные снаряды БайЧжань! — жаловался бывший Лорд Пика АньДин.… В любом случае, благодаря опыту Шан Лэя, им удалось сохранить реконструкцию в секрете от остальных членов семьи Шэнь Юаня.       Единственное, подвал можно было построить только в древнекитайском стиле, совершенно отличном от современных стилей этого мира.       Ничего не поделаешь.       Этот бывший Пиковый Лорд знает, как строить только так как его учили, откуда ему знать современные строительные стандарты? В любом случае, его методы строительства будут более надежными, чем у более чем половины этих собачьих подрядчиков в наши дни, так что можно сказать, что способности Шан Лэя были как минимум на четыре, а не на три звезды!       На рытье и укрепление подвала ушло всего два дня, а Шэнь Юань и Шан Лэй уже раскладывали массивы. Это были виды чрезвычайно сложных массивов, которые должны были быть тщательно рассчитаны в трех измерениях. Поскольку они накладывались друг на друга, были выше способностей Шэнь Юаня, так что Шэнь Юань предоставил материалы, а Шан Лэй создал весь объем массивов.       Как бывший Лорд Пика ЦинЦзинь, Шэнь Юань понимал всю теорию, стоящую за этим, и знал более чем достаточно, чтобы анализировать существующие массивы, но когда дело дошло до их размещения… ну, его уверенность была не на высоте. В то же время получение материалов, необходимых для массива, было очень, ОЧЕНЬ сложным для Шан Лэя. Основной массив был выгравирован на фундаменте под полом, а количество нефрита и серебра, ушедших на защитный массив вокруг виллы, почти заставило Шан Лэя лечь и принять неизбежные побои от нормальных людей с нормальными средствами к существованию и нормальными зарплатами. Его зарплата могла быть в 2 раза больше, чем у обычного офисного работника, но деньги, которыми Шень могли разбрасываться, не моргнув глазом, действительно причиняли ему острую боль в боку!       Как бы то ни было, массивы были созданы ими двумя, но у Шэнь Юаня была гораздо большая … роль во всем этом. Поскольку Шан Лэй взял на себя большую часть реконструкции, а также провел здесь только полдня после мучительной работы на Шэнь Цзю, у Шэнь Юаня… последние несколько дней было много свободного времени.       Это было странно.       До того, как он впервые переселился в PIDW, Шэнь Юань более чем привык к одиночеству.       В последние несколько лет на пике ЦинЦзин, хотя Ло Бинхэ делал все возможное, чтобы оставаться рядом с ним, было много раз, Лорду пика Цин Цзин требовалось уединение для медитации или планирования уроков. Но сейчас прошло всего два дня, и Шэнь Юань чувствовал себя немного растерянным. Не то чтобы он периодически не видел Шан Лэя во второй половине дня и это было не похоже,что Лю-шиди изолирован за закрытыми дверями — бывший Владыка пика БайЧжань еще не мог практиковать инедию и появлялся дважды в день чтобы поесть и удовлетворить другие потребности – но…       С тех пор, как он был репатриирован в этот мир, Шэнь Юань не был одинок.       Было немного странно, как затворник становился таким одиноким, когда его оставляли одного всего на несколько часов… нет, неужели это было просто одиночество? Шэнь Юаню становилось душно и немного не по себе, когда он был предоставлен самому себе.       Может быть, он всегда был таким. Вот почему он утонул в романах и увлечениях отаку, отвлекая себя в сети, разглагольствуя о том или сем, как будто все, о чем он разглагольствовал, было самым важным в мире.       … Оставаться наедине с собственными мыслями в компании было действительно слишком опасно.       В конечном итоге он поймет о себе то, чего не хочет осознавать.       Это было всего два дня, и ему действительно нужно было еще многое сделать, вложив свои способности Шэнь Цинцю в тело Шэнь Юаня, и все же...       Это был вечер третьего дня, и Шэнь Юань нашел свою спальню такой тихой, что казалось, он задыхается. Его кошмары сошли на нет, они больше не будили его сильно и просто мешали ему спать, но теперь… во-первых, ему было трудно заснуть!       После того, как Шэнь Юань злобно пнул одеяла чувствуя, что задыхается, прежде чем почувствовать озноб и снова плотно закутаться в них. Повторив эту сцену несколько раз, Шэнь Юань лег на спину, тупо уставившись в потолок мертвыми рыбьими глазами.       Звукоизоляция слишком хороша? Было так тихо, что он чувствовал себя… как в могиле.       Матрас был мягким, а кровать он украсил множеством пушистых подушек и уютных одеял, но каким-то образом…       Шэнь Юань знал, что лучше всего с тех пор как вернулся, он засыпал на диване. Чувствуя себя измученным беспокойным сном, Шэнь Юань, наконец, сел с сердитым фырканьем и вышел из комнаты, плюхнувшись на диван с легким волнением схватив одеяло, лежавшее наготове, и завернувшись в кокон. Знакомый запах одеяла снял напряжение, и тяжелые веки Шэнь Юаня с облегчением сомкнулись.       Это был запах чистоты и свежести и чего-то еще…       Когда он засыпал, Шэнь Юань наконец понял… о, это немного пахнет Лю-шиди…       Было далеко за полночь, когда Лю Цингэ закончил свое дневное совершенствование. Если бы он продолжил всю ночь, то достиг бы еще большего прогресса. Однако с тех пор, как он пообещал Шан Лэю и Шэнь Юаню, что он не будет принуждать себя, он обязательно находил время на отдых и сон.       Он был нетерпелив, но если что-то случится… …       Покинув чайную, которая превратилась в комнату для культивирования, Лю Цингэ снова вернулся на виллу.       Там, на обеденном столе прямо у задней двери, его ждал чайник с чаем «Проясняющее сердце», поддерживаемый в идеальном состоянии талисманом и Лю Цингэ не мог не улыбнуться.       Пить чай заваренный Владыкой Пика ЦинЦзинь каждый день было редкой привилегией, о которой он никогда не мечтал. Еще более странным было то, что он видел этого человека каждый день и чувствовал, что этого недостаточно…       Как только он налил чай, позволив аромату помочь ему приспособиться к своему духовному совершенствованию, чтобы приспособиться к гигантским скачкам в физическом совершенствовании, Лю Цингэ понял, что на диване лежит комок.       Чем еще мог быть этот кокон, как не Шэнь Юанем? Но почему он не спить в спальне?       Лю Цингэ тихо подошел, чтобы взглянуть на парня на диване.       Если Шэнь Юань не спит, он должен попытаться убедить парня лечь спать в собственную постель… У Лю Цингэ была смутная идея, но он особо не думал об этом.       Он просто хотел увидеть Шэнь Юаня.       Внезапно Шэнь Юань немного пошевелился, заставив Лю Цингэ замереть, боясь разбудить его, но прежде чем Лю Цингэ успел отступить, рука Шэнь Юаня на ощупь схватила Лю Цингэ за запястье, прежде чем затащить его обратно под одеяло. .       - ...у-шиди...       Лю Цингэ почувствовал зуд в сердце, наблюдая, как морщинки между бровями Шэнь Юаня исчезают.       Кем был для него Шэнь Юань?       Шан Лэй уже однажды задавал этот вопрос, но прежде чем Лю Цингэ успел ответить, мужчина бросился с бессмысленным «Да ладно! Извини! Не тот человек!"       Лю Цингэ не мог отделаться от ощущения, что это может быть важный вопрос, на который он должен найти ответ.