I will always choose you

      Я проснулась от приятных поглаживаний мозолистой ладони по моему бедру. Яркие утренние лучи солнца попадали прямо в глаза, от чего я невольно зажмурилась и перевернулась на другой бок. Чужая ладонь переместилась с бедра на мою талию, продолжая нежно поглаживать её изгибы. Всё ещё не открывая глаза, я нежно улыбнулась и промурлыкала:       — Доброе утро.       Вместо ответа меня сильнее прижали к себе, заставляя переместиться на сильную мужскую грудь. Почувствовав невесомый поцелуй на макушке, я всё-таки решила открыть глаза и расслабленно вздохнула. Я до сих пор не могла поверить, что всё закончилось. Ну как всё. Проблем впереди ещё непочатый край, но я старалась пока об этом не думать. Я снова вернулась в родной штаб к родному человеку и на данный момент это было для меня самым главным.       — Я, конечно, разделяю твоё желание проваляться в кровати до обеда, но всё-таки нам нужно вставать, пока Эрвин или Ханджи не притащатся нас будить, — проговорил хрипловатый от сна голос.       — Нахер всех. Не лишай меня маленьких радостей, — недовольно пробормотала я, приподнимая голову и утыкаясь носом в шею мужчины, от чего по его коже пробежали мелкие мурашки. И всё-таки он прав, пора вставать. Вспомнив, что наконец сегодня можно будет допросить пойманных отморозков, сон как рукой сняло и я резко подскочила с кровати.       — Эй, ты чего так подорвалась? — недовольно спросил Леви, принимая сидячее положение и наблюдая, как я по хозяйски залезла в его шкаф в поисках полотенца.       — Сегодня я наконец узнаю, за что эта падаль решила мне глотку вскрыть, — проговорила я, вытаскивая из шкафа нужную вещь, и в спешке скрылась в капитанской ванной комнате.       Быстро приняв душ, я обмоталась в полотенце и вышла, попутно блуждая взглядом по комнате в поисках одежды. Леви так и сидел на кровати, прожигая нечитаемым взглядом стену, находясь глубоко в своих мыслях. Когда я уже полностью оделась, он медленно встал и подошёл ко мне, приобнимая за талию.       — Ты в порядке? Может лучше ты не будешь присутствовать на допросе? — спросил он, обеспокоено гуляя взглядом по моему лицу.       — Нет, Леви, всё в порядке. Я обязана быть там. Ты же сам это должен понимать.       — Понимаю, но всё равно должен был спросить. — Он тяжело вздохнул и, прижав меня ещё сильнее, нежно поцеловал в губы. Я запустила ладонь в его волосы, нежно поглаживая мягкую шевелюру, и медленно отстранилась.       — Пойду к себе, надо переодеться. Ты со мной к Эрвину?       — Да, подождёшь меня у себя. — Он снова приблизился, оставив на губах нежный поцелуй, и направился в ванную комнату.       Спустя время мы уже входили в кабинет главнокомандующего, хозяин которого сидел за своим излюбленным столом и копошился в бумагах потягивая чай.       — Рад вас видеть, — изучающе пробежался по нам глазами Смит. — Сия, как твоё состояние?       — Я в норме, командующий. Готова влиться в суровые солдатские будни, — с готовностью ответила я, присаживаясь на диван рядом с Леви.       — Это хорошие новости. Тебе в срочном порядке нужно влиться в тренировки, так как вылазка уже не за горами.       Я почувствовала как напрягся Леви и аккуратно коснулась рукой его плеча. Эрвин понимающе улыбнулся нам и вновь вернул непроницаемое выражение лица:       — После завтрака мы навестим наших гостей. Думаю, им есть что нам рассказать. В противном случае придётся прибегать к крайним мерам. Уверен Леви с этим отлично справится.       — С превеликим удовольствием, — процедил брюнет.       Я обеспокоенно покосилась на капитана, что не укрылось от глаз Смита.       — Я ввёл Леви в курс дела о странниках.       Я расслабленно кивнула. Это к лучшему, мне надоело уже тонуть в этих тайнах. Возможно надо будет рассказать ему и о том, что я знаю что нас ждёт дальше, но эта мысль всё равно ставится под сомнения. Хотя умолчала я всего один раз и ни к чему хорошему это не привело.       Леви и Эрвин перекинулись ещё парой слов о тренировочных процессах и, попрощавшись, мы направились в сторону столовой. Путь проходил в давящей тишине.       — Когда закончим с допросом, надеюсь, ты расскажешь как ты выжила? — нарушил молчание Леви.       — Рассказывать-то и нечего, меня почему-то сюда перекинуло, вместо моего мира. — В груди неприятно заскребло. Но про Эрена я не собиралась никому рассказывать, даже Леви.       — То есть в нашем мире теперь две тебя? Одна в могиле, другая рядом со мной?       Я тяжело сглотнула. Чёрт, думай давай. Эрвину я соврала и не жалею об этом, но Леви я так нагло врать не хотела, но прекрасно понимала, что чувство вины захлестнет его ещё больше.       — Видимо да, — я слабо улыбнулась, пытаясь придать голосу больше уверенности.       Леви резко остановился и, проводив взглядом парочку проходивших мимо солдат, подошёл ко мне максимально близко и схватил за предплечье:       — Прошу, не ври мне. Я хочу знать правду, какая бы она не была. Не смей что-то утаивать или перевирать, чтобы не ранить мои чувства. Поверь, тем ты ранишь меня ещё сильнее. Доверься же мне наконец. — Его тихий отчаянный голос словно вырезал в моём мозгу каждое сказанное слово. Переместив свою ладонь с предплечья вниз, он взял меня за руку и переплел пальцы с моими. — Пошли.       — Леви, нас увидят, — я последовала за ним, скосив взгляд на наши руки, но Леви сжал ладонь ещё сильнее       — Плевать.       Весь путь вплоть до стола он не отпускал мою руку и я то и дело ловила изумлённые взгляды сидящих в столовой солдат. Усадив меня за стол отряда, он направился за едой. Ребята же делали вид, что ничего из ряда вон выходящего не произошло.       — Мы рады, что ты выжила. Он очень страдал, — нарушил тишину Эрд.       — Поздравляем, — подмигнул Оруо. — Только капитанчиков пока не настругайте. Будет жаль, если ты вылетишь из строя раньше времени.       — Ой, иди в пизду, — я закатила глаза и двинула ему локтем в бок.       — Ну вот, как в старые добрые, — засмеялся Гюнтер.       Петра же печально улыбнулась, но не сказала ни слова и я, впрочем, была ей за это благодарна. Не сказать бы что я смутилась, но всё же данная тема была для меня немного неловкой. Я не совсем понимала порывы Леви, но вероятней всего после пережитого им стресса, он решил забить на солдатское перемывание костей и действовать решительно. Это было даже приятно что ли. Зная капитана, такой его шаг говорил о полной серьёзности намерений. Хоть я и без всего этого верила в искренность его чувств.       Передо мной на стол лёг поднос с кашей, чаем и булкой. Леви уселся рядом и, бросив сухое «Приятного аппетита», приступил к трапезе.       — На утренней тренировке нас не будет, поэтому заниматься будете сами. Стандартная разминка и рукопашный в паре. Периодически меняйтесь соперниками. Днём будем оттачивать навыки на УПМ, — проговорил он, допивая чай.       — Есть, капитан, — дружно сказали ребята и начали вылезать из-за стола, захватывая подносы. Я встала вслед за ними и не успела взять в руки свой, как мою руку накрыла рука Леви.       — Я отнесу.       Я удивлённо провожала взглядом его отдаляющуюся спину, как мне на плечи рухнули чьи-то ладони.       — Кто ты такая и что ты сделала с коротышкой?       — Ханджи, не поверишь, но я сама в ахуе, — проговорила я и мы с ней дружно засмеялись.       — Проржались? — раздался холодный голос. — Если да, то пошли.       Леви снова схватил меня за руку и мы направились к выходу из столовой под двусмысленные улюлюканья учёной. Направляясь в сторону подвалов, я пихнула брюнета плечом и хохотнула:       — Куда делся мой капитан Леви?       — Ты о чём?       — Ты решил с меня пылинки сдувать? Ты смотри, я же и привыкнуть могу.       — А ты против? — он скосил на меня взгляд и приподнял бровь.       — Нет, но это как-то непривычно. Ты и на тренировках будешь вместо ударов просто поглаживать меня?       — Размечталась. На тренировках спрос с тебя будет втройне. Не хочу, чтобы ты сдохла выдохнувшись или запутавшись в тросах. Поэтому поблажек не жди.       — Ну теперь я узнаю своего Леви, — засмеялась я.       Мужчина резко остановился и заткнул мой смех поцелуем, ухватив моё лицо ладонями с двух сторон. Он провёл языком по моим губам и, оттянув нижнюю, оставил лёгкие поцелуи на щеке, носу и краю губ.       — Я буду делать всё, чтобы ты продолжала так же смеяться, — прошептал он и, отойдя на шаг, снова потянул меня в сторону подвальных помещений.       Я шла следом за ним с глупой улыбкой, наслаждаясь бабочками в животе. Столько нежности теплилось в груди к этому угрюмому мужчине, что вот вот разорвёт на части. Но моё настроение начинало сменяться на волнение, как только мы спустились вниз. Там уже нас ждал Эрвин, сидя на стуле и пристально рассматривая человека, сидящего за решеткой напротив. Остальные сидели раскиданные по соседним камерам. Я встала рядом с Эрвином, а Леви, облокотившись о стену, скрестил руки и уставился уничтожающим взглядом в человека напротив.       Клаус сидел на кровати с наручниками на руках и, нахмурив брови, сверлил меня тяжелым взглядом. Я с облегчением поняла, что никакого страха на данный момент не испытывала. Наоборот, во мне зарождалось чувство ярости и нетерпения, и дали бы мне волю, я бы не задумываясь начала отрабатывать на нём удары. Судя по всему, у Леви был похожий настрой.       — Ну рассказывай, свинья, какого хрена ты решил в потрошителя поиграть? — нарушил тишину Леви, пробирающим до костей голосом. По моему телу прошлись мурашки. Такая сторона Леви была для меня ещё неизвестна.       Клаус натянуто улыбнулся:       — Ну, куколка, признаюсь ты меня удивила. Не поведаешь, как ты очутилась тут такая невредимая? Я вроде действовал, чтобы наверняка.       — А ты не приохуел ли тут вопросы задавать, — Леви оттолкнувшись от стены, подошел к решётке. — Советую тебе начинать свой умопомрачительный рассказ, пока я сам не начал действовать наверняка.       В глазах Клауса промелькнул страх. Он явно был наслышан о «великом бойце человечества» и что тот такие угрозы на ветер не бросает. В руках у Леви блеснул нож. Я даже не успела уловить момент, когда он его достал. Увидев предмет в руках капитана, мужчина шумно сглотнул и обреченно опустил голову. Но говорить он не начинал.       — Ну хорошо, — протянул Леви и, достав из кармана связку ключей, предусмотрительно взятую у караульного, он открыл камеру и вошёл. Он встал рядом с Клаусом и продолжал сверлить его взглядом.       Всё произошло мгновенно. Леви схватил его за волосы и, откинув на пол, вмазал сапогом в челюсть с такой силой, что я услышала как по полу прокатились несколько зубов. Мужчина застонал, сплевывая кровь, и не успев прийти в себя, получил несколько мощных ударов по ребрам и в живот. Леви присел на корточки возле развалившегося на полу Клауса и поднял его голову за волосы.       — Какой же ты мерзкий выродок. Я до сих пор не услышал от тебя ответа на свой вопрос. Ты хочешь, чтобы я тебя поторопил?       Он приставил лезвие ножа к его глазу от чего мужчина заскулил и забрыкался:       — Я скажу… скажу.       — Внимательно слушаю — процедил Леви, но нож от лица мужчины не убрал.       — Наша… Наша община веками следила за перемещениями странников. В нашем населении было несколько семей с такой особенностью и на протяжении всего времени мы отправляли одного члена их семьи в другой мир и спустя время этот человек возвращался с новыми знаниями, либо информацией. Мы выслеживали также появление иноземцев на нашей земле, помогали им освоиться, узнавали у них информацию и когда подходило время, они покидали наши земли. Всё изменилось около ста лет назад и по приказу короля мы должны были истребить семьи странников в наших стенах. Убить стандартными методами их было нельзя, так как они просто бы переместились в другой мир. Конечно с теми, кто свой шанс перемещения уже использовал, мы не церемонились и убивали по старинке. Но тех, кто ещё мог это сделать, мы связали и бросили в темницы, подкинув к ним так же связанных людей, больных смертельной хворью. Гибель от старости или от болезни являлась для них дорогой в один конец. — Клаус закашлялся, сплевывая кровь под ноги Леви. Лицо капитана никак не изменилось и он продолжал выжидающе смотреть на тяжело дышащего мужчину. Переведя дыхание, тот продолжил: — Но сравнив записи, мы выяснили, что один человек из этих семей уже находился в другом мире и вероятно должен будет вернуться обратно, не знает же ещё, что убить их всех должны. А появляются странники обратно в свой мир не абы где, а там где семья их находится и, соответственно, даже если всех уничтожили, тела-то на этой земле захоронены. Но этот человек так и не вернулся. После этого было приказано вообще всех уничтожать, как только появятся. Уж давно это было и точно никто сказать не может, с чего вдруг королю они жить спокойно не давали. Но приказ есть приказ и мы свято его исполняли поколениями.       Повисло молчание, нарушаемое тяжелым дыханием Клауса. В моей голове была… пустота? Мне эта информация толком ничего и не дала. Почему именно странники помешали королю? Об этом даже сами наёмники не знают, но продолжают свято исполнять свой долг. Дела давно минувших дней меня мало заботили, просто хотелось, чтобы эти убийства наконец закончились.       — Нынешний король тоже желает смерти странникам? — спросил Эрвин.       — Нынешней власти не до этого. Все уже подзабыли вообще об их существовании, но мы в отличии от них свято верим в указ прошлых королей и исполняем свой долг, — прошипел Клаус, хватаясь за живот.       — И много вас таких ебнутых на голову? — подала голос я.       Клаус засмеялся, но его смех был больше похож на отчаянные потуги:       — Не переживай, куколка. К нам доставляют странных людей со всех участков стен, но настоящие странники нам уже перестали попадаться. Ты первая за последние лет десять. И не станет меня и моих людей, тогда на этом всё и закончится. Хитро же вы нас всем скопом подловили. Но я верой и правдой работал эти года и готов с чистой совестью покорного слуги его величества, уйти на покой. — Снова хрипло кашлянув, Клаус расплылся в улыбке. — Жалко было портить такую красоту. Но твоя улыбка меня тогда обворожила. Прекрасно было наблюдать за отчаянием на твоем лице и полным непониманием происходящего. Кто же знал, что ты какая-то неправильная странница, я такую ещё не встречал…       Крик Клауса пронзил помещение, когда Леви всадил нож в его глазницу и резко провернул рукоятку.       — А теперь я понаблюдаю за твоим отчаянием, пёс смердящий, — стальным голосом проговорил Леви, резко вытаскивая нож, и посмотрел на Эрвина. — Уведи её, я думаю мы узнали всё, что могли.       Я пыталась унять дрожь во всём теле и даже не почувствовала, как Эрвин, аккуратно взяв меня за плечи, повёл в сторону выхода. Поднимаясь наверх, я слышала пронзительные мужские крики и боялась даже представить, как вымещает сейчас на нем свою злость Леви. Мозг совершенно не работал и я даже не заметила, как Эрвин уже усаживал меня на свой диван. Без лишних слов он достал пару стаканов и налил в них виски. Дрожащими руками, я взяла протянутый мужчиной стакан и сделала небольшой глоток. Горючая жидкость растеклась по горлу вниз и мозг начал понемногу проясняться.       — Значит, это закончилось? — проговорила я.       — Если верить словам Клауса, то да. Леви займётся и допросом остальных, но думаю всю информацию мы уже узнали. Теперь тебя никто не тронет. Меня больше интересует, что могло такого произойти сто лет назад, от чего король так резко поменял отношение к странникам, — задумчиво протянул Эрвин, отпивая из стакана.       — Да, вопрос на засыпку. Возможно если только… — я широко распахнула глаза, застыв в изумлении. Ну конечно же. Как я сразу ещё в темнице не догадалась.       Эрвин повернулся ко мне всем корпусом:       — Сия? Ты что-то поняла?       — Блять, ну конечно… — я накрыла лицо рукой и тяжело вздохнула. — Ебучий Фриц. Около ста лет назад он же согнал людей на этот остров и стер им память о том, что кроме них есть другие люди. Видимо он испугался, что появится человек, который знает всю правду и смуту внесет. А других убивали, так как при путешествии семьи странников информацией обменивались как никак, связь за столько столетий отточена везде, думаю, слив информации тоже мог произойти. Это единственный логический вывод.       — Я думаю, в этом всё и заключается, — кивнул Смит. — Поделишься догадками с Леви?       — Я не знаю, я ему не говорила, что будущее знаю. — Я устало потерла переносицу. — До сих пор не знаю, стоит ли вообще рассказывать? Плюс, я решила не вмешиваться в хронологию событий, чтобы всё шло так, как и должно. Только таким путем человечество победит. А значит нет смысла перекладывать эти знания.       — Всё равно я думаю, что ему стоит рассказать. Никто не заставляет тебя рассказывать подробности, просто тебе самой станет легче от самого факта, что Леви знает эту часть о тебе.       — Возможно ты прав. Надеюсь мне представится удобный момент. Спасибо, Эрвин, за всё. — Я мягко улыбнулась и, до конца осушив стакан и поставив его на стол, распрощалась с главнокомандующим и пошла в свою комнату. Срочно хотелось смыть с себя сегодняшнее утро.

***

      — Совсем от рук отбилась, — услышала я над ухом тихое ворчание и открыла глаза.       — Чёрт, видимо я задремала. — Я медленно начала подниматься с кровати, на которую ранее легла «просто немного полежать», но видимо утренний допрос и стакан виски вынудили меня отрубиться без зазрения совести.       Леви не дал мне встать и уложил обратно, аккуратно укладываясь рядом, оставляя ноги на полу. Мы молча лежали, слушая лишь тихое дыхание друг друга и еле слышные отголоски солдат с улицы.       — Как всё прошло? — тихо спросила я.       — Больше он тебя не побеспокоит, — ответил Леви. Я даже не стала спрашивать, жив ли Клаус, так как интонация мужчины говорила сама за себя.       — А остальные?       — Их передадут в руки военной полиции. Убийств на их совести полно, а в их сказки никто не поверит.       — Спасибо.       Леви приподнялся и, облокотившись на локоть, уставился на меня.       — Прости, что тебе пришлось увидеть меня с такой стороны. Эту часть себя я давно похоронил. Еще живя в Подземном городе, я часто натыкался на разного рода ублюдков. Не думал, что вернусь к такому ещё раз. Ты наверное уже задумалась над тем, нужен ли тебе такой отброс?       Вот оно. Леви затронул тему своего прошлого. Он даже не подозревает, насколько хорошо я его знаю и сегодняшний случай меня никаким образом не оттолкнет от него. Плюс ко всему, я даже рада, что он смог за меня отомстить.       — Ты слишком строг к себе, Леви. Ты замечательный человек и я это знаю. И никакое прошлое бы не изменило моего мнения о тебе, уж поверь.       — Даже тот факт, что я был вором, убивал людей и в целом был знаменитым преступником? — спросил Леви, кидая мне эти слова с уверенностью, что этим меня как-то испугает. Но ни один мускул не дрогнул на моем лице и я мягко улыбнулась, положив ладонь на его щеку.       — Скажи мне то, чего я о тебе не знаю.       Его глаза расширились, а затем он с раздражением процедил:       — Эрвин пропиздился. Или это Ханджи?       — Не-а, я сама это знала.       — Откуда тебе тогда знать? — он прищурил взгляд, пытаясь найти ответ в моих глазах. Я приняла сидячее положение и Леви поднялся вслед за мной. Взяв его за руку, я глубоко вздохнула и решилась:       — Леви, мне нужно тебе кое-что рассказать. Ты помнишь тот день, когда мне крышу снесло во время нашей перепалки?       — В жизнь не забуду, — пробормотал Леви, напрягаясь. Видимо он давно ждал этого разговора.       — Дело в том, что в тот момент ко мне вернулись воспоминания. В моём мире создают, можно сказать, живые рисунки, по которым описывают ту или иную историю. И одна из таких историй была о вас, о вашем мире, о вашей борьбе с титанами. И когда я сюда попала, я забыла об этом. И в тот день вероятно из-за всплеска эмоций, эти воспоминания ко мне вернулись. И я поняла, что нахожусь в начале пути этой истории и следовательно знаю, что будет дальше. Также я знаю и про тебя. Не побоюсь сказать, я возможно знаю о тебе даже больше, чем ты сам.       Я замолчала, наблюдая за реакцией Леви, но он, не меняясь в лице, молча смотрел на меня. Спустя пару минут, он резко положил ладонь на мой лоб:       — Странно, жара вроде нет. Это стресс так на тебя повлиял? Пожалуй, тебе действительно нужно немного отдохнуть.       На меня нахлынуло раздражение. Он мне не поверил. Что ж, буду тогда играть по крупному. Я с усталым видом откинулась на подушку.       — Возможно ты прав. Действительно бред какой-то несу. Откуда мне и вправду знать, что ты сын Кушель, родившийся в публичном доме, а после её смерти воспитанник Кенни-Потрошителя, который, как хрен последний, ушёл от тебя, не сказав ни слова, пока ты чистил морду какому-то отбросу. — Я демонстративно повернулась на бок, изображая подготовку к сну. Мой спектакль не прошел даром. Леви резко развернул меня и приподнял, хватаясь за предплечья. В его распахнутых глазах творился хаос из эмоций.       — Что ты сейчас сказала? — еле слышно проговорил он.       — Что, уже не считаешь это бредом?       — Блять, да как такое вообще возможно? — его голос повысился и я чувствовала небольшую дрожь в его руках. Я резко притянула его к себе, заключая в объятия.       — Леви, ты не представляешь как мне страшно. В будущем будет твориться такой пиздец, что я даже думать об этом не хочу. И, пожалуйста, не проси меня рассказывать о том, что будет. Я тебе всё равно не скажу. Просто я должна была тебе в этом признаться, я уже не могу держать это в себе. — Мой голос затрясся и слезы хлынули из глаз. Я снова не смогла держать себя в руках и чувство груза ответственности начало давить меня с большей силой. В порыве слёз, я прошептала: — Но обещаю тебе, я сделаю всё возможное, чтобы ты был жив и больше не страдал от потерь. Я клянусь тебе, Леви, я сделаю всё возможное…       Он резко отодвинул меня руками, смотря на меня ошарашенными глазами и чуть ли не прошипел:       —Не смей. Слышишь меня? Даже не думай об этом. Если это действительно так, то не смей геройствовать и жертвовать собой, поняла меня? Пообещай мне это!       Я продолжила на него тупо смотреть, не проронив ни слова. Его лицо исказила гримаса злости и он нехило так встряхнул меня:       — Я не слышу, Сия. Пообещай мне никуда не лезть, и уж тем более ради меня. Ну, я жду!       Я застыла, чувствуя как слёзы прочерчивают мокрые дорожки. Ну уж нет, обманывать тебя я не буду, даже не жди.       — Я не буду тебе этого обещать. Но я постараюсь.       Я наблюдала, как играют желваки на его напряжённом лице. Его руки сжимали мои предплечья до боли, грозясь оставить свои отпечатки в виде синяков.       — Уж если от чьей потери я пострадаю, то только от твоей, — наконец произнёс он, смотря на меня отчаянным взглядом, полным боли. Вероятно он вспомнил своё недавнее состояние и это доводило его до безумного страха. — Умоляю тебя. Оставайся живой до конца.       Он отчаянно впился в мои губы, до боли сдавливая нос, словно я сейчас испарюсь и больше никогда не появлюсь в его жизни. Мои губы сминались его губами, а его руки притянули меня к себе максимально близко, словно он пытался вогнать меня в себя. Я крепко обняла его в ответ, утопая в нашей общей с ним боли. Он лихорадочно целовал моё лицо, словно боясь пропустить каждый участок кожи и в этот момент я окончательно поняла, как он страдал весь этот месяц и с каким страхом потери он теперь будет жить всё время.       — Я переломаю тебе все руки и ноги, как только почувствую, что ты задумала какую-то хуйню, ты слышишь меня? — сквозь поцелуи процедил он.       Я не сдержала нервный смешок и Леви, уткнувшись своим лбом о мой, лихорадочно дыша, пробормотал:       — Я не шучу. И не вздумай пытаться это проверить.       Немного восстановив дыхание, он отодвинулся от меня и убрал с моего лица прядку волос.       — Пора на тренировку, будешь пахать сегодня как сивая кобыла.       — Ох, уж в этом я даже не сомневаюсь, — улыбнулась я и мысленно подумала, что теперь мне действительно надо тренироваться усерднее в разы и оттачивать навыки, ведь помирать раньше времени мне абсолютно не хотелось. У меня есть поставленная задача и я всеми силами должна буду её исполнить.