Ревнивый Хван Хëнджин

            

      Солнечный декабрьский день. Снег на улице падает огромными хлопьями на землю. Все блестит и мерцает в лучах света. Рождественская музыка играет в каждом торговом центре. Все люди ходят счастливые в предвкушении новогодних праздников. Что может быть лучше? Ещё больше новогоднего настроения может принести выступление Stray kids на Gayo Daejejeon 2022.        Все мемберы счастливы, кроме одного Хëнджина. Именно сейчас, когда все отдыхают после очередной репетиции танца, Хëнджин кое-как сдерживает свою злость. Несколько минут назад на канале Dispatch вышел рождественский вопрос-ответ со Stray kids. Естественно, Хëнджин первым делом решил посмотреть это видео, потому что было очень интересно кто как ответил на вопросы. И это было зря. Очень зря. Когда дошла очередь до Феликса, Хëнджин с интересом слушал, что же тот ответит на вопрос: " С кем бы ты хотел провести Рождество? «. Тут то терпение Хëнджина кануло в бездну. Безвозвратно. Опять Феликс упоминает Чанбина. Не опять, а снова. Который раз.        «Мой идеальный тип — это Чанбин!», «Я восхищаюсь Чанбин-хëном», " Я занимаюсь вместе с Чанбин-хëном! Его мышцы просто нечто». Везде этот Чанбин-хëн, Чанбин-хëн, Чанбин-хëн… Нет, вы не подумайте. Хëнджин уважает и любит Чанбина как своего близкого друга или даже как старшего брата. Но когда речь доходит до Феликса и Чанбина… Тут то собственничество и ревность у Хëнджина вылезают наружу. А вам бы было приятно, когда ваш возлюбленный постоянно упоминает не вас, а своего друга? Именно, что нет.       Хоть Хван и понимает, что пару «Чанликсов» Стафф стал специально продвигать (хотя непонятно зачем. Ну точнее понятно, но непонятно, что они хотят этим добиться. «Скрыть подозрение на отношения между Хëнджином и Феликсом» — Именно такую причину выдвинул стафф), но постоянно видеть это просто не хватает сил. Хван доверяет Феликсу. Очень сильно доверяет и любит его. Любит всем сердцем и душой до такой степени, что просто не хочет отходить от него ни на шаг, но эти ограничения со стороны стаффа не дают ему покоя. Ему неприятно, да. Почему все могут трогать и обнимать это солнышко на камеру, а он не может? Это приносит ему сильную боль и печаль в последнее время.        С этого момента Хван принимает решение игнорировать Феликса, а чтобы неповадно было. Чтобы понимал, что каждое слово про Чанбина бьёт прямо ножом по сердцу. Все это время ревность и злость копилась где-то глубоко в душе и сейчас всë это лопнуло. Феликс липнет к Чанбину как липучка. Обидно.       — Джинни, я тааааак устал. Обними меня, пожалуйста — а вот и сама причина раздумий пришла. Солнце, прости, но сегодня ты остаёшься без внимания.       — Так. Давайте дальше репетировать. Чем больше потренируемся, тем круче будет наше выступление! — сказал Хëнджин, отталкивая Феликса от себя. Конечно, не со всей силы. Хван ни в коем случае не хочет навредить своему солнышку. Его любимому солнышку.        На мгновение на лице Феликса появилось удивление, но он постарался скрыть это. Ведь Хенджин никогда не отказывался от объятий с Ли и уж тем более не отталкивал его. Что-то здесь нечисто.        Все мемберы нехотя встали и начали по новой репетировать их выступление. В голову Хëнджина пришла очень коварная идея, которой он тут же решил следовать. Хëнджин танцует как бог, все это знают. Всегда его движения наполнены сексуальностью и харизмой, но сегодня он просто превзошёл самого себя. Он двигался в сто раз сексуальней, чем обычно. Куда же ещё больше?        Он почувствовал на себе прожигающий взгляд Ëнбока. Этот взгляд нереально не почувствовать. Хëнджин посмотрел на него через зеркало, чтобы увидеть реакцию младшего. Ли смотрел на Хвана не отрывая глаз. Его щёчки и уши покраснели. А когда Хëнджин облизнул свои губы, то Феликс непроизвольно проглотил свою слюну. Что что, а Хëнджин доволен своим результатом, ведь именно этого он и добивался.                             ***              Игнорировать Феликса становится все тяжелее и тяжелее. Уже прошло пять дней, а такое ощущение, что вечность. То Феликс подходил со спины обниматься, то садился на колени к Хвану, то просто брался за руки или хотя бы пытался поговорить, но на все это Хëнджин отвечал отказом. Ему было очень тяжело смотреть на грустное лицо Ëнбока и именно из-за этого ему просто хотелось забить на свою гордость и зацеловать это чудо. Но от своей цели он не отказывался.        Феликс весь измучился. Он все эти дни думал, что же он сделал не так, что Хёнджин его не замечает. С каждым днём он становился всë более рассеянным и грустным. Уже завтра их выступление и Рождество, а они проведут его в ссоре. Нет, так не пойдёт. Именно сегодня Феликс должен поговорить с Хёнджином и понять что же случилось. Он сделает всë, чтобы поговорить с ним, даже если тот будет его избегать.        Уже поздний вечер. Феликс договорился с Чаном, чтобы тот не закрывал входную дверь в их общагу. Бан Чан с Чанбином будут в студии, а Джисон будет ночевать в другой общаге, поэтому Хёнджину и Феликсу никто мешать не будет.        Феликс аккуратно снял куртку и обувь и пошёл в комнату к Хёнджину. Ли застал очень милую картину. Хëнджин рисовал что-то в своём скетчбуке при этом слушая на полную громкость песню Феликса «Deep end». Феликс прошёл в комнату и сел на край кровати.       — Хëнджинни, привет. Я пришёл с тобой поговорить. — Феликс был настроен очень серьёзно. После этих слов Хван быстро выключил музыку и продолжил рисовать рисунок.       — Я не понимаю, почему ты меня игнорируешь. Джинни, пожалуйста, давай поговорим! Я уже ночами не сплю, всë думаю, что я сделал не так. Пожалуйста.       — Ликси, иди с Чанбином поговори что ли, а мне не мешай. Ты же его так сильно любишь.       — Хёнджин, что ты…       — Я что? А я ничего. У тебя на уме только один Чанбин. Думаешь, мне приятно это слышать? Ты встречаешься со мной, но постоянно упоминаешь Чанбина везде, где нужно и не нужно.       — Так мне же стафф сказал…       — Я знаю, что там говорил стафф. Я не железный, Ликс.       — Джинни, послушай меня, пожалуйста — Феликс держался, чтобы не заплакать. Эти нотки услышал Хёнджин и наконец повернулся к Феликсу. Сердце болезненно кольнуло. — Ты думаешь мне приятно такое говорить? Ты же… Ты же знаешь, как я тобой дорожу. Без тебя я… Я не могу без тебя, Джинни. Я люблю только тебя. Очень сильно люблю. Я эти пять дней не мог вынести… Мне не хватало тебя. Прости меня, прости, пожалуйста. Я… Я… — слëзы предательски потекли по щекам. Хёнджин встал со стула и подошёл к кровати. Он сел на пол и взял руки Феликса в свои.       — Ëнбок~и, я тоже тебя очень сильно люблю. И ты меня прости, что не поговорил с тобой сразу. Солнышко моё. — он поцеловал тыльную сторону ладони Феликса.        После этих слов Феликс ещё больше растрогался. Хëнджин аккуратно прикоснулся к щекам Феликса, почти что невесомо, будто он маленькое хрупкое создание, которое можно разбить одним неаккуратным движением.       — Ты такой милый. Так и хочется тебя обнять и зацеловать.       — Так целуй…        Хëнджин аккуратно коснулся губами губ Феликса так трепетно и нежно, как только мог. Через несколько секунд он отстранился и посмотрел на Феликса. Глаза были красными и припухшими от слез, носик такой маленький и аккуратненький был тоже красным, а щёчки всë также покрыты маленькими веснушками. Не раздумывая, Хёнджин начал целовать каждую веснушку на лице Ли со всей своей любовью к нему. В этот момент Феликс просунул руки под футболку Хвана и начал гладить его пресс.       — Как же я скучал по тебе, Джинни — с этими словами Ликс притянул Хёнджина в более страстный поцелуй.        Хëнджин не растерялся и тут же взял инициативу на себя. Их языки сплетались в танце, который известен только им и больше никому. Хёнджин аккуратно повалил Феликса на кровать и разорвал поцелуй.       — Ты не представляешь как я по тебе скучал. Для меня было просто пыткой отталкивать тебя, Ликси.        Хëнджин начал аккуратно целовать шею. Сильное возбуждение витало в воздухе. Феликс извивался под губами Хёнджина и просил о большем, но Хван не собирался торопиться. Он вëл дорожку поцелуев от подбородка до ключиц.       — Джинни, не мучай. Господи, как я хочу тебя — мурлычет Феликс на ушко Хёнджина.        Последняя капля. От этих развратных слов у Хвана сносит крышу. Он стягивает толстовку с Феликса и продолжает вести дорожку поцелуев по всему телу, только делает это более развратно, чем до этого. Одним движением Хван стянул штаны и боксёры с Феликса.       — Как же ты прекрасен — сказал Хван, целуя низ живота Феликса.        Феликс издал свой первый гортанный стон, когда Хёнджин наконец прикоснулся к его члену губами, но продолжать дальше не стал. Он потянулся к своей прикроватной тумбочке, чтобы достать смазку. Он выдавил немного смазки на пальцы и начал растирать её, чтобы она ощущалась приятнее. Сначала он ввёл один палец до основания, но затем подключился второй и третий. Спустя время, Хёнджин достаточно хорошо растянул Феликса и начал раздеваться сам. Он выдавил ещё немного смазки на свой член и аккуратно вошёл в Феликса. Он не двигался какое-то время, чтобы Ликси смог привыкнуть к этим ощущениям, ведь у них давно не было секса.       -Джинни… Я привык… Давай        Хёнджин стал потихоньку двигаться. Из Феликса то и дело вырывались очень громкие стоны, когда Хван попадал прямо по простате. Хорошо, что они остались одни в общаге.       -Я скоро…       -Потерпи, котёночек, я тоже уже скоро — и с этого момента Хван набрал бешеный темп, чтобы доставить побыстрее удовольствие Ликсу и себе.        Последний вскрик и Феликс обильно кончил себе на живот. Спустя несколько толчков Хёнджин последовал за Феликсом. Хёнджин быстренько сбегал за салфетками, вытер всë с себя и с Феликса и лёг рядом.       — Джинни, я очень сильно тебя люблю. Мне не нужен никто, кроме тебя. Я только твой.       — Ëнбоки, ты моя вселенная. Без тебя я не выживу.