Смелость и фантик из-под арбузной жвачки

      У Фэн Синя в пустых карманах только смелость и фантик из-под арбузной жвачки.       Он сидит на холодной лавке под козырьком остановки, поджимает ноги, шевелит в кроссовках замершими пальцами и вертит в руках мокрый зонтик. Уличный фонарь тусклым светом освещает лицо, дождевые капли шумно разбиваются об асфальт, и Фэн Синь думает, что сегодняшнее ожидание определенно самое унылое в его жизни.       В нос бьет резкий запах вечернего города.       Где-то позади сигналит автомобиль.       Экран телефона слепит глаза.       Му Цин пишет, что его станция уже совсем скоро и что лучше уж Фэн Синю раздобыть магическим образом носки и напялить ветровку. Носков у Фэн Синя не оказывается — он сует нос в спортивную сумку, но ничего не находит, — а замок ветровки уже давно упирается в подбородок. Фэн Синь скучающе грызет лямки своей куртки, ни на минуту не забывая о противных бактериях.       Потому что противные бактерии — единственное, что сейчас напоминает о Му Цине. Фэн Синь откровенно и очень сопливо скучает.       Когда через пару минут показывается свет поздней электрички, то Фэн Синь почти пляшет на месте. Сидя пляшет, разумеется. Дергает плечами из стороны в сторону, ждет, пока остановится поезд, откроются двери и в поле его зрения покажется хмурый Му Цин.       Му Цин в самом деле недоволен.       Он ловко огибает небольшое количество людей, стремительно к Фэн Синю направляется, не сводит — Фэн Синь уверен, что не сводит — с него глаз и, наверное, недовольно кривит губы. Му Цин после долгой поездки уставший, злой и голодный. Фэн Синь улыбку сдерживает с трудом. — Привет, — машет рукой Фэн Синь. — Как добрался?       Му Цин скорости не сбавляет — подходит к Фэн Синю вплотную, почти наступает на подмерзшие пальцы, хватает его за щеки и с чувством целует в самые губы, не стесняясь самого смущающего звука на свете. Такого влажного, мимолетного чмока. — Сильно скучал? — Му Цин кивает головой.       Фэн Синь дрожащие губы растягивает в разнеженной улыбке. — Ты опять без носков? — Я их, кажется, в раздевалке оставил. — Хорошо, что хоть в куртке, — Му Цин пальцами поддевает обслюнявленные лямки, кривится, одергивает руку и совсем не спешит задавать вопросы.       У Му Цина с волос стекают дождевые капли. Текут по виску, по щекам, скапливаются на подбородке, опадают на влажную одежду. Электричка отчаливает в путь, мягким светом освещает Му Цину недовольное лицо, мимолетно демонстрирует красные щеки.       Фэн Синю видеть не нужно, чтобы знать. Он уверен — Му Цин смущен.       Дома их ждет теплая ванная, горячий, пусть и заказной, ужин, никак со спортивной диетой Фэн Синя не вяжущийся, мягкая кровать и теплое-теплое одеяло.       Может быть, они глянут новый сериал, пока Му Цин будет елозить по кровати в поисках удобной позы. Возможно, займутся чем-нибудь еще. Неважно ведь совсем. Главное, что Му Цин теперь снова рядом. Фэн Синь даже возражать не станет, если его парень снова напялит на себя свои глупые плюшевые тапки. — Замерз? — Весьма. — Поехали домой.       В машине Му Цин делится подробностями поездки, ругается на противных старушек, отдавивших ему своими палками ноги, ворчит на потраченное время, мимолетно упоминая, что очень соскучился по обществу Фэн Синя, рассказывает, как провел эти две недели у мамы, говорит, что ей стало лучше и что его помощь пока что больше не требуется.       Фэн Синь понимающе кивает на каждое сказанное слово. Он слушает, поддерживает разговор и хихикает с особо яростных высказываний.       Капли дождя шумно бьют по лобовому стеклу.       Му Цин упирается головой в стекло, наваливается телом на дверь и слушает рассказы о буднях Фэн Синя. Кидает короткие взгляды на ладонь, сжимающую его колено, на сосредоточенного Фэн Синя за рулем и улыбается кончиками губ, отворачивая лицо к окну. — Займемся чем-нибудь вечером? — Например? — Лениво тянет Му Цин. — Можем посмотреть фильм или вроде того.       Светофор горит красным.       Ночная дорога спокойна и почти пуста. — Не хочу фильм, — продолжает тянуть Му Цин, зевая и прикрывая рот ладонью. — Я бы лучше, ну, знаешь… Отключился бы часов так на пятнадцать. — Как скажешь, — улыбается Фэн Синь.       Светофор сменяет цвет на зеленый. Машина трогается с места.       У Фэн Синя в пустых карманах только смелость и фантик из-под арбузной жвачки. Те самые две вещи, которые еще никогда в жизни его не подводили.