river of souls

      Рэй       Прошла неделя, и я получила работу. В понедельник, когда я пришла в ресторан, Чонгук пригласил меня к себе в кабинет. Мы, как и договаривались, провели мне последний испытательный день в роли официанта, носчика подносов с тарелками и стаканами. Вечером директор обрадовал меня тем, что я принята на постоянную должность. Я получила зарплату за неделю испытания для себя. Я не была уверена, что, не имея никакого опыта работы, справилась на высший балл. Сто баллов, которых так не хватало матери в моих контрольных работах.       За этот срок я почти свободно разговариваю на корейском. Я запомнила базовые слова, часто употребляемые в речи, и разговариваю. Также я перерыла интернет, чтобы узнать все традиции корейцев. Я начала их соблюдать, чтобы граждане этой страны не считали меня неуважительной.       Я начала наблюдать в своем теле изменения. Помимо синяков, которые постепенно уже испаряются — Чимин, в последнюю встречу, порекомендовал крем, от которого все мои проблемы исчезают, — я чувствую слабость. Мне хочется спать, вне зависимости от того, сколько я спала, хоть двенадцать часов. Мои боли и коли в животе все усиливаются, и чтобы их заглушить, я принимаю утром и перед сном таблетку. Их мне выписал доктор На. Я не имела понятия, что мне делать, потому что встать не могла, поэтому позвонила ему по визитке, которую вручил он. Доктор На и ныне убеждает меня обследоваться, но я категорично отказываюсь. Может, когда боли ухудшаться и уже никакие антибиотики не смогут их погасить, тогда лягу в больницу, — и будет поздно. Сейчас я не хочу ложиться, так как моя жизнь только начинается.       Сегодня воскресенье. Мой выходной день. Директор Чон заставил меня отдыхать в воскресенье, раз уж я и так работаю по сей день: два дня первая смена, два дня вторая. Но больше я работаю во вторую, то есть в дневную в ресторане. С учетом того, что во вторник вторая смена, а в среду первая, я устаю в пять раз больше, так как отдых только шесть часов, то же самое с четверга на пятницу. Я сама выбрала этот путь, так пусть так и будет. Я не жалею, пока что.       Первую половину заработка я отправила госпоже Аоке и она тут же отправила мне сообщение: «Не утруждайся, пожалуйста! Мою внучку уже хотят положить в больницу. Со следующей недели начнется обследование. Ты лучше себя береги, солнце! Заработанные деньги трать на себя. Ты заслуживаешь лучшей жизни. Ходи в кино, покупай одежду и обувь и всякие побрякушки. Покушай. Если ты отправишь мне деньги, поверь, я верну». Я рада за девочку. Она вылечиться. И я знаю, что в спасение я тоже внесла свой вклад. От этой мысли разрывается мое сердце.       Что по поводу квартиры? Я докупила мебель. Так как госпожа Аоки возвратила мне обратно половину моей зарплаты, я купила кровать и гардероб, так как моя одежда ранее весела в коридоре. Также я приобрела тумбу под телевизор и сам телевизор. Я накупила еды, однако, понимаю, что есть не могу. Не хочу. Как только я глотаю что-нибудь из пищи, начинаются рвотные рефлексы. Но так не всегда. Я не знаю, как рак печени может быть связан с желудком. У меня всегда было плохо с биологией. Я ее ненавидела.       В выходной день я хочу заняться собой. Мне нужно измениться. Избавиться от прошлого. Забыть. Изгнать. Оставить. Я люблю родителей, правда, но… трудно это принять. Ту боль, которой меня даровали. И, чтобы начать изменяться, я начну с волос. Они мешают. Не понимаю, почему мама запрещала их отрезать? Как будто что-то случится такое, отчего всему миру придет последний вздох. И я отправилась в салон красоты. Я поискала на разных сайтах и меня привлек один из немногих, средняя цена двести тридцать тысяч. Дороговато, но стрижка, которую я хочу, по сумме двести тысяч, куда входит и укладка. Я пришла в салон, меня посадили за кресло, надели пеньюар и попросили пройти к раковине. Помыв голову и расчесав волосы, мастер переспросил, что бы я хотела видеть на себе. Сперва я хотела каре, но перехотелось в мгновенье. Мне все же жаль отрезать такую длину. Так что я остановилась на миди, — до талии. Мне просто хочется узнать, как будет лучше, прежде чем отрезать еще короче. Сейчас до талии, затем до лопаток. Без понятия. Мастер взял ножницы, и я услышала глухой звук резки ножа по волосам. Ох, так волнительно и беспокойно.       Желанная длина образовалась. Мне накрутили черные локоны. Я сама себя не узнаю в отражении. Это было… впечатляюще. Мне очень нравится. Я и подумать не могла, что могу быть такой красивой. Из-за бывшей длины я ощущала себя в дискомфорте. А сейчас все иначе. — Скажите, пожалуйста, а где здесь визаж? — задаю вопрос я у парикмахера. Девушка нежно указала ладонью в сторону. Я поблагодарила и вновь отправилась за стойку, чтобы забронировать себе место у визажиста на ближайшее время. — Мастер будет свободен через час. Можете подождать в соседнем кафе через дорогу, — администратор улыбнулась.       Я вышла из салона и застопорилась. В этом кафе мы с Чимином сидели. Неделю назад. Я даже издалека вообразила наши с ним образы за пустым в настоящий момент столиком. Я помню его глаза, как будто они прямо передо мной. Я слышу голос Чимина, такой бесшумный, такой бархатистый, такой грубоватый и такой время от времени пониженный баритон. Он продолжает звучать у меня в голове. — Почему не ответила?       Я вскакиваю, отпрыгивая в сторону. Чимин. Сейчас. Стоит передо мной. Черт. — Что? — почему-то мой голос вздрогнул. Чимин прошелся глазами по мне. — Ух ты. Красиво. Тебе идет, — без эмоций похвалил он легкую руку парикмахера. — Я тебе звонил. Ты не ответила. Кажется, я понял почему. — А как ты узнал, где я? — А я и не знал, просто шел в кафе. — Так оно же на другой стороне. — Я тебя заметил, вот и пришел. Ты занята сейчас? — Да. — Жаль. Хотел предложить пообедать сходить. — Точно! Я тебе верну долг! Подожди! — я начала рыпаться в сумке, и мужские сильные пальцы легли на мою оголенную руку. Я подняла голову на Чимина. — Я должна вернуть! — Тогда давай на эти деньги купим обед? — Слишком маленькая сумма. Даже на чай не хватит. — Я это говорю, чтобы не утруждать тебя и себя. Ты отдаешь долг, а я плачу за обед. — Не поняла, — в ответ он цыкнул и глубоко вздохнул, убирая свою руку от моей. — Забудь. Пойдем.       Мы заказали обед, рисовую лапшу с говядиной и по чашке кофе. Кофе мне жизненно необходим. Я чувствую снова усталость. Она как снег ложится на мою душу и не таит. И так жить до самой смерти? Чувствуя это недомогание? — Какие планы на сегодня? — прервав неугомонную между нами с ним тишину, интересуется Чимин. Глотнув холодного кофе, я отвечаю неоднозначно: — Преобразить себя. Я записалась к визажисту. Хочу прочувствовать макияж на себе, как он поменяет меня. Позже прогуляюсь по магазинам. Куплю что-нибудь. Зарплата недавно пришла, а тратить не на что. Только мебель докупила недавно в дом. Самую дешевую, зато практичную. А твои планы? — Их нет. Я не работаю, сижу только на шее отца. Недавно придумал, куда вложу свои сбережения. Я связался с агентством по недвижимости и мы договорились построить дом около реки Хан. Мне нравится там атмосфера. А ночью там еще прекраснее. Из окна будет виден ночной мост, по которому передвигаются люди и машины. Спокойная вода. На это будет лучше всего глядеть сверху, чем снизу.       Я озадачена. Я начинаю все больше уважать Чимина. Это же мечта жить в таком месте. Это будет так красиво.       Наш разговор закончился. Мы ничего не сообщили друг другу. Посиживали молчком и глядели то в сторону, то в глаза собеседника.       Когда я закончила трапезу, решила сообщить Чимину, что мне пора идти. Но я понимала, что не хочу уходить. Я хочу провести этот выходной день в его компании. Я вижу, как ему одиноко, а признавался, что много друзей, с которыми проводит двадцать четыре на семь. Наверное, сейчас я единственный человек, который заглушит его боль, как и он мою. Ведь в этом мы с ним похожи, ведь так? — Хочешь… если тебе будет уютно, можешь присоединиться к моему выходному? — я запиналась, ибо тяжело было произнести это вслух, а в голове так легко. — Если хочешь ты. — Тогда пойдем?       От его ответа мое сердце начало подпрыгивать в груди. Досадно, что я не понимаю его, своего сердца.       Мы полчаса провели в салоне красоты. Меня накрасили. Это был легкий макияж, где в основном выделили глаза и губы. Нюдовый мне так подходит. Никогда бы не подумала, даже на секунду, что когда-либо накрашусь.       Затем мы с Чимином отправились в торговый центр. Мы посещали магазины одежды, но все было не то. Я не разбираюсь ни в моде, ни в стиле. И кто, как ни Чимин, приходит мне на помощь. Он не желал быть лишним, и я разделяю его отстраненность. И по хлопку Чимин оживлено задвигался. Он ходил по магазину и выбирал мне наряды. Он, наверное, взял штук пятьдесят на примерку мне. — Я хочу, чтобы ты примерила это, как я бы видел тебя в этом.       Я зашла в примерочную. Я переоделась в деловой костюм молочного тона. Мне понравилось, как это на мне сидит. Свободно и нигде не давит. А пиджак вообще суперский. Под него я ничего не надела, был разве что только лифчик, который я ношу с двенадцати лет, и застегнула все пуговицы верхней одежды, чтобы белья не было заметно. Я открыла дверь и появилась перед Чимином. Мне было любопытно узнать чужое мнение, но я никогда не носила таких вещей, потому неуютно. Я облизала губы, продолжая стоять в кабине. Глаза Чимина сначала округлились, а позднее расслабились. — Ты обязана это купить. Ты видела себя? От тебя ни один парень не устоит!       Я замерла и не двигалась. Повела губами, но промолчала. Чимин подошел ко мне и, прикоснувшись горячими ладошками к моим плечам, вывел из кабины. Он поставил меня перед зеркалом, все еще не отпуская меня. Чимин стоял позади и вглядывался в мои глаза через отражение в трех метрах. Он наклонился к моему уху и прошептал, чтоб слышала только я: — Ты очень красивая. Но еще лучше, когда пиджак не застегнут. Тогда твой образ будет выглядеть в тысячу раз привлекательней, — мужские пальцы потянулись к верхней пуговице и я остановила чужие действия, соприкоснувшись с его гладкой кожей рук. — Там… Я ничего не надела. — В этом и суть. Прости, — он отстранился от моего тела, но мне так понравилось слышать его дыхание.       Я примерила еще наряды. Ответ Чимина каждый раз становился разнообразнее предыдущего. И я покупаю белый костюм и алое платье в пол, подчеркивающее мою фигуру, с глубоким декольте, с вырезом на спине и на тоненьких лямках. Я бы не купила такое, но Чимин почти приказал. И я купила одежду, оплативши его картой. Он заставил. Чимин подсунул карту мне под нос, и, когда я не взяла, сам прислонил к терминалу. Я была зла. Я могу заплатить за себя. Один раз он заплатил, так пусть больше этого не будет. Ладно, три раза оплатил. Это четвертый, но не миллион! Сам затащил меня в этот магазин… Ах он… Он все спланировал. Чимин нарочно притащил меня в этот магазин, так как знал, что здесь все дорогое и оплатил. А я проходила мимо.       Чимин взял пакет с одеждой и уставился на меня бездонными карими глазами. — А теперь, раз ты собрана, я хочу отвезти тебя кое-куда. Но перед этим я сделаю подарок, — и он ушел с моими вещами вон из магазина. Я в размышлениях последовала за загадочным парнем.       Меня привели в ювелирный. Я начала оперативно потряхивать головой, отказываясь от задуманного. Пока я стояла за пределами магазина, Чимин уже присматривал мне что-то, и пригласил консультанта. Женщина выдвинула ящик и достала серебряное колье. Чимин что-то шепнул консультанту, и та выглянула на меня и подняла уголки губ. Она что-то сказала ему и понесла колье к кассе. Я с испуганным лицом надзираю картину, вырисованную детально прямо на моих глазах. Чимин вернулся ко мне с коробочкой и пакетом, ранее приобретенным, в руках. — Повернись.       Нет. Не надо. Не заставляй меня.       И я повернулась спиной к Чимину. Он прошуршал за спиной и моей шеи коснулось холодное серебро. Чимин застегнул цепочку. Я опустила взор и взяла в пальцы два кольца, украшенных бриллиантами, сплавленные между собой, чтобы не барахтались в лишний раз. — Это же… — Картье. «Love». Это значит, что любовь и удача всегда на твоей стороне.       Я вернулась лицом к Чимину. Не описать, как этот бесстыжий выглядит прямо сейчас. Он не проявляет ни единой эмоции. А я в то же время должна гадать, что это все означает. Что он делает? Зачем он так со мной? — А теперь… я приглашаю Вас, госпожа Рэй, на настоящее свидание.